Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Мудрость Сенеки. Том I. Власть и страсть. Монография
.pdf
221
что разрушит все преграды, что готов на волю выпустить своего деда
Сатурна (Кроноса), для захвата небесного трона:
… Сатурна сокрушу я цепь,
Дам волю деду, чтобы власть бессильную
Отца низвергнуть…
(«Геркулес в безумье», 965-967)
Амфитрион пытается остановить безумные поступки Геркулеса.
Но тщетно. Геркулесу кажется, что рядом сторонники Лика. Он
натягивает лук и убивает детей и жену. Эта сцена описана Сенекой
сжато, но очень ярко.
Безумие Геркулеса длилось несколько минут. На состояние
безумства Геркулеса Сенека потратил всего семьдесят строк. Придя в
себя, Геркулес с ужасом увидел содеянное. Началась внутренняя
душевная борьба: как ответить за содеянное зло? Душевную боль,
осознание преступления, готовность покончить с собой или заточить
себя на вечные муки в преисподнюю – всё это Сенека с большим
психологическим мастерством описывает на протяжении более чем
двухсот строк. Читая эти строки, неизбежно проникаешься
сочувствием к Геркулесу и ненавистью к Юноне.
Геркулес раздавлен, уничтожен как соперник. Юнона могла
торжествовать: отныне её власти никто не угрожает. Но она
просчиталась. Тесей, верный друг Геркулеса, уводит его в Афины.
Там он должен очисться от преступления и стать вновь прежним
Геркулесом.
А почему родной отец, Юпитер, не помог Геркулесу? Это не
праздный вопрос. Здесь таится главная загадка.
Юнона может спасть спокойно: Геркулес повержен. Пасынок
теперь отбросит мечту о захвате небесного трона. После такого
преступления его никто там не примет, хотя он и является сыном
владыки мира. Однако Юнона ошиблась. Торжество её было
временное. Геркулес, смыв своё злодеяние в Афинах, вновь стал тем,
кем был ранее: могучим и любимым героем всего мира. Вновь он
стал восхищать людей своими подвигами в борьбе со злом,
утверждая всюду закон и справедливость. И вновь он чётко
формулирует свою главную цель: вознестись на небо и захватить
небесный престол.
Юнона в растерянности. Что делать? И тут ей представляется
случай. Новая жена Геркулеса, Деянира, охвачена безумной
ревностью. Геркулес, охладев к своей супруге, решил жениться на
Иоле, дочери Еврита, царя Эхалии. Пылая ненавистью к сопернице и
222
к мужу, изменившему ей, Деянира, решив уничтожить Геркулеса,
обращается за помощью к Юноне.
Миф есть миф. Мифы являются результатом многовекового
творчества народа. Каждый миф имеет множество вариаций в
зависимости от того, в какой местности и в какое время этот миф
культивируется. Из любого мифа можно сделать различные
философские обобщения. Например, из мифа об Эдипе Фрейд сделал
философское учение об Эдиповом комплексе, что позволило ему
развить оригинальную психоаналитическую практику.
Деянира в греческой мифологии являет собой пагубность
необузданной ревности, неуправляемость разбушевавшихся страстей.
Сенека в трагедии «Геркулес на Эге» очень выпукло показал, как
подобная ревность приводит к гибели любимого героя Греции. Но это
только внешняя сторона лица. За этой внешней стороной скрывается
центральный замысел автора, который обнаруживается только в
конце трагедии.
Мифологический сюжет Сенека наполняет остротой драматизма
и глубиной психологизма. Сенека стремится раскрыть внутренний
мир главных действующих лиц героев, через их длинные монологи.
На театральной сцене эти длинные речи слушателями не будут
восприниматься. Но когда их читаешь, то удивляешься тонкому
мастерству автора, который с исключительной глубиной раскрывает
всю сложную гамму переживаний. В речах Геркулеса, Деяниры,
кормилдицы, Алкмены огромное нагромождение фактов и событий
из жизни Деяниры и Геркулеса. Сенеке удаётся вместить огромный
мифологический материал, который работает во всю мощь при
раскрытии всех тонкостей душевных переживаний. Но чтобы уловить
эту удивительно красивую манеру автора, читателю необходимо
знать античную мифологию во всех её деталях. Если читатель (или
слушатель) знает хорошо античную мифологию, то он, безусловно,
получает истинное удовольствие от трагедий Сенеки. Его казалось бы
тяжеловатый слог, его чрезмерно удлинённые предложения уже не
замечаются. Сенековский стиль речи героев, напротив, покоряет,
увлекает читателя, вызывая у него настоящее сопереживание. Сенека
умел выразить, привлекая мифологический материал, делая
необычные сюжетные вставки из жизни казалось бы второстепенных
персонажей мифологии, бесконечно богатые ресурсы человеческой
души. И в этом смысле Сенеку можно назвать чудесным психологом.
Но Сенека прежде всего фигурирует не как трагик-психолог, а как
223
философ-стоик. Стоицизм пронизывает все трагедии. С позиций
стоицизма написана и трагедия о Геркулесе.
Каков же сюжет трагедии «Геркулес на Эте»? Эта трагедия, как
уже говорилось выше, органическим образом связана с трагедией
«Геркулес в безумье». Дадим краткое описание внешнего сюжета
трагедии.
Действие происходит на острове Евбее, в Перахине, и на горе
Эте. Измученная переживаниями и снедаемая жгучей ревностью
Деянира готова пойти на любое действие, лишь бы Геркулес покинул
свою возлюбленную и вернулся к ней. Она обращается к верховной
богине, Юноне, которая считалась защитницей брака:
Юнона, вневми где б ни прибывала ты,
Пошли такое на Алкида чудище,
чтоб гнев насытить мой. Коль плодовитую
Непобедимый гад вздымает голову,
Сам необъятней топи; если нечто есть,
Страшней, огромней, мерзостней чудовищ всех
чтоб отвернулся Геркулес, узрев его,
Пусть выползает из логова. А чудищ нет,
Так: душу преврати мою : любою стать
Она могла бы пагубой. Дай облик мне
Под стать страданью. Сердце не вместит угроз.
Зачем тебе весь мир переворачивать
По пропастям искать и в царства Дитовом ?
Всех в этом сердце ты найдешь – на страх ему –
Чудовищ... Здесь вооружи вражду свою !
Я мачехой пусть буду. Погубить моей
Рукою можешь пасынка ! Что ж медлишь ты ?
Возьми мой гнев на службу. Зло найди, вели –
Пойду на вес. А ты отступишь – ярости
Моей довольно будет.
(«Геркулес на Эте», 257-276)
Состояние, переживаемое Деянирой в этот момент, Сенека
описывает словами кормилицы. Настроение жены Геркулеса
переменчиво, она очень нервничает, мечется по дому, плачет, она
растеряна, ненависть и обида заполнили ее сердце. Кормилица
призывает Деяниру сохранять самообладание в такую трудную
минуту, не терять разум из-за ревности, быть достойной своего мужа:
Занедужила
Душою ты. Уйми огонь бушующий,
Боль обуздай ! Достойной мужа будь женой!
(«Геркулес на Эте», 277-279)
224
Но ревность ослепляет Деяниру. Она очень честолюбива. Ей
льстит родство с сильным мира сего. Она не может найти другого
такого на Земле, кто бы мог быть равным Геркулесу по
происхождению и по положению, по силе, по славе. Деянира отвечает
кормилице, что её жизнь, её гордость – это муж – Геркулес, и
поэтому она готова на всё, лишь бы отомстить за измену. Деянире
завидовали все женщины мира и она не сможет жить, оказавшись в
положении брошенной жены:
Средь всех племён я славилась, все женщины
Желали мужа моего в завистливых
Молитвах; кто каких бы не молил богов,
Я мерою молений для аргосских жён
Была всегда. Где равного Юпитеру
Найду я свёкра? Кто под небом мог бы стать
Мне мужем? Тот, под чьею властью был Алкид,
Сам в жёны Еврисфей пускай возьмёт меня, –
И это меньше! Не потеря – царь – супруг:
Муж – Геркулес потеря больше всех потерь.
(«Геркулес на Эте», 397-406)
Кормилица, призывая Деяниру не ожесточаться против мужа,
справедливо отмечает, что у такого великого мужа даже последний
день станет днём славы:
На кого ты зло умыслила,
Безумная? На мужа, чей последней день
Отмечен будет, как и первый, славою,
Кто до небес всесветной вознесён молвой?
(«Геркулес на Эте», 315-318)
Деянира, однако, не может перебороть свою безумную ревность
и не слушает советов и предупреждений кормилицы:
Знаю, зло задумано
Великое, но боль велит свершить его.
(«Геркулес на Эте», 331-332)
Кормилица продолжает уговаривать Деяниру отказаться от
мести. Она напоминает ей о том, что у Геркулеса и прежде были
увлеченья женщинами. Геркулес наделён нечеловеческой силой и
небывалым жизнелюбием и энергией, поэтому такое поведение его
вполне объяснимо. Он быстро загорался новой любовью, но долго
это, как правило, не продолжалось, и он также быстро охладевал.
Кормилица уговаривает Деяниру немного потерпеть, возможно и на
этот раз Геркулес недолго будет увлечён любовью к Иоле:
Сестру Приама он любил Дарданского,
Он уступил рабыню. Вспомни всех девиц,
225
Всех жён, кого любил он, от одной к другой
Переходя. Как Авгу, зачинавшую
Паллады хороводы, взял он силою,
Забыл твой муж: нет и следа былой любви.
Что говорить о прочих? Феспиады все
Покинуты: недолго к ним пылал Алкид.
Под склоном Гмола он любил лидиянку,
В плену у старости брал корзинку лёгкую.
Сырую шерсть сучил рукой суровою;
Там сбросил с плеч он шкуру льва убитого,
Попавши в услуженье; митру там надел
На космы, от сабейской мирры влажные.
Везде горел он, но нестойким пламенем.
(«Геркулес на Эте», 364-378)
Деянира соглашается с этими словами. Тем не менее ревность
Деяниры не ослабевает и намерение отомстить не покинуло её.
Деянира решает убить Геркулеса мечом. В случае, если же у неё не
хватит силы убить Геркулеса мечом, Деянира прибегнет к хитрости.
Кормилица считает, что за такой не большой грех не стоит
ненавидеть:
По вине пусть будет ненависть!
(«Геркулес на Эте», 447)
На вопрос о том, неужели прошла любовь к мужу, если она всё
же не отказывается от мысли отомстить ему, Деянира отвечает:
Нет, не прошла, проникла до глубин души
И с ней срослась. Но боль любви разгневанной
Сильнее всех болей.
(«Геркулес на Эте», 430-452)
Деянира ещё не уверена: откликнется ли Юнона на её просьбу.
Если нет, то что же делать? И тут она вспоминает о том, что у неё
есть одно средство, якобы способное удержать любовь, которое ей
дал кентавр Несс. Кентавр Несс попытался украсть Деяниру у
Геркулеса, перевозя её на своей спине через реку Эвен. Тогда
Геркулес выпустил из своего лука стрелу, которой смертельно ранил
кентавра.
...Стрелой, далеко ранящей, несущей смерть
Кентавр был остановлен. Взглядом свет ловя,
Собрал он горстью кровь, из раны бьющую,
И отдал мне, в копыто перелив своё,
Которое сорвал рукою яростной,
И, умирая, молвил:
«Удержать любовь
Яд этот может …
226
Мужу платье дай,
пропитанное этой кровью, если вдруг
Похитит ложе у тебя соперница
И новую невестку дать Юпитеру
Захочет он. Но зелье береги во тьме;
Вдали от света силу сохранит оно».
(«Геркулес на Эте», 519-532)
Деянира последовала совету Несса и, пропитав одежду
Геркулеса любовным зельем, она послала сына Лиха отнести платье
мужу. После того, как Лих ушёл, Деяниру вдруг начали беспокоить
недобрые предчувствия. Она начала сомневаться, нет ли здесь со
стороны Несса какого-нибудь коварства. Она решила проверить, что
представляет собой зелье, данное ей Нессом. Оказалось, что зелье,
при попадании на него света, немедленно воспламеняется и
загорается всё, на что это зелье попадает. Весть о том, что её
опасения подтвердились, принёс сын Гил.
Знай: светоч мира, страж его единственный,
Земной Юпитер, нам судьбой дарованный,
Погиб. Зараза мышцы Геркулесовы
Неведомая жжёт. Непобедимого
Смерителя чудовищ победила боль.
(«Геркулес на Эте», 750-754)
Деянира в растерянности, она не ожидала такого развития
событий. Внезапно на Деяниру обрушилось огромное горе. Потерять
Геркулеса значит для неё потерять всё на свете. О том, кем был
Геркулес для людей, говорит Гил.
Ты не одна горюешь: будет целый мир
По нём стенать. И не считай своим лишь
Свершившиеся судьбы: ропщет род людской.
От горя стонешь - от него же стонут все,
Скорбишь ты скорбью, общею для всех земель,
И будешь первой в ней, но не единственной,
Несчастная!
(«Геркулес на Эте», 759-765)
Деянира в отчаянии. Она считает, что, сгубив Геркулеса, она
сгубила мир, и нет ей прощенья. Осознав свой поступок, ей нечего не
пришло на ум, как только покончить с собой. Искупить такую вину
Деянира может только собственной смертью.
Она поняла: убив Геркулеса, она открыла дорогу жестокости и
насилию в мире, люди, благодаря ей, потеряли своего заступника.
Отныне на земле будет господствовать насилие и зло:
Без страха правьте впредь, цари жестокие
227
Пусть жертвы, закаляющим подобные;
Алтарь увидят снова: путь открыла я
Злодействам, обрекла, лишив заступника,
Вас чудищам, тиранам, злых вражде богов.
Супруга Громовержца! Почему досель
Меня не губишь, не бросаешь вырванный
У брата факел? Торжества и славы я
Тебя лишила: твоего соперника
Я первой извела.
(«Геркулес на Эте», 874-884)
Сын Гил долго уговаривает мать не убивать себя. Но она
остаётся непоколебимой в своём решении: «Кто с Геркулесом умер,
вдосталь прожил тот», ‒ отвечает Деянира сыну. Дальнейшую свою
жизнь без Геркулеса она считает невозможной. Она обращается ко
всем силам земли и неба с просьбой послать ей смерть:
Кто умереть отговорит несчастного,
К нему жесток; кончина часто – кара нам,
Но часто и для многих – милосердный дар.
(«Геркулес на Эте», 930-932)
В последние минуты Деянира в отчаянии обращается к
Геркулесу. Она раскаивается в содеянном, говорит, что духом она
чиста. Деянира просит Геркулеса убить её, расправиться с ней так же
жестоко как и с Лихом, доставившем мужу смертоносное одеяние.
Она поддалась чувству ревности, гнев и обида руководили ею.
Деянира винит себя за то, что поверила словам Несса:
Мой муж непобедимый! Духом я чиста,
Преступны руки. О мой ум доверчивый!
О лживость полузверя! Потеряла я
Тебя, отнять желая у разлучницы.
Прочь солнце! Вкрадчивая жизнь, которая
Несчастных держит в мире, прочь! Зачем мне мир
Без Геркулеса? Заплачу сполна тебе
Отдавши жизнь.
Не я – любовь виновна…
(«Геркулес на Эте», 965-974)
Во второй части трагедии Сенека подробнейшим образом,
картинно описывает, какие муки испытывает Геркулес. Когда
ядовитый огонь Несса, доходя до мозга костей, медленно сжигает его
земное тело. Описания усиливаются тем, что всё это передаётся через
речь самого Геркулеса. По описанию страданий Сенека, вероятно,
228
превзошёл всех предшествующих трагиков. Читая эти строки, волосы
поднимаются дыбом и жуткий холодок охватывает сердце.
Величайший герой Греции, погибая от руки чудовищ, гигантов,
кентавров, не от сражения с богами, а от коварства и хитрости слабой
земной женщины – его законной и разгневанной супруги. Геркулес
признаётся, что для него, никем не побеждённого, ‒ это позор,
ядовитая насмешка над физическим гигантом. И бесстрашный гигант
заплакал, заплакал не от огня, пожирающего его тело, а от стыда.
Геркулес
Какой же Скорпион иль Рак, сорвавшийся
Со знойной полосы небес, всю внутренность
Изжег мне? Сердце, прежде кровью полное.
Сухим огнем растягивает легкие
Горящие, жжет печень желчь иссохшая
И кровь из жил уходит паром медленным.
Спалив на теле кожу, язва гнусная
Достигла мышц и туловище съела мне,
Потом суставы, ребра ‒ и до костного
Проникла мозга, в полых залегла костях,
Их твердость тает, рвутся сочленения
И весь костяк огромный разрушается.
Увы! Громада тела Геркулесова
Тесна заразе! Каково же гнусное
Должно быть зло, чтоб я огромным счел его
О города, взгляните, что от вашего
Осталось Геркулеса! Узнаешь меня, Отец?
В Немее шею зверя эти ли
Сдавили руки? Ими ль был натянут лук,
Низвергший с поднебесья стимфалийских пгиц?
И эти ль ноги лань догнали быструю,
Сверкавшую рогов лучистым золотом?
Сквозь Кальпу эти ль руки дали морю путь?
Царей, злодеев, чудищ изничтожили?
Мои ли это плечи, мир державшие,
Моя ль спина и руки, небу рухнуть вниз
Не давшие? Я ль сторожа стигийского
Повлек за Стикс? Где сила, погребенная
До похорон моих? Зачем Юпитера
Зову отцом и места в небе требую?
Амфитриона все сочтут отцом моим!
Что ты, чума, в утробе скрылась?
Выйди же Наружу! Что исподтишка язвишь меня.
Какой холодный Понт под небом Скифии
Тебя родил, какая глубь ленивых вод,
229
Иль Кальпа, к брегу мавров подступившая?
Дракон ли, с гребнем голову колеблющий,
Иль даже мне неведомое чудище?
Из крови ты лернейской родилась змеи
Иль на земле стигийским псом оставлена?
Каков твой облик? Всюду и нигде недуг!
Дай хоть узнать, какой убит болезнью я!
Но что ни есть ты, ‒ хоть чума, хоть чудище, ‒
Боишься выйти! Кто же место дал тебе
Так глубоко? Вот кожу прорвала рука,
Утробу обнажив, ‒ но глубже прячешься
Ты, с Геркулесом сходственная пагуба!
Что? Плачу я, и слезы по щекам текут?
Мои глаза, когда-то непреклонные,
Невзгодам слез вовеки не дарившие,
Всегда сухие, плакать научились вы!
Когда и где в слезах Алкида видели?
Тебе лишь доблесть, столько зла сгубившая,
Тебе лишь поддалась. Меня заставила
Tы первой плакать! Первой на лице моем,
Как Симплегады твердом, как халибов сталь,
Разжала губы, влагой залила его.
Небес властитель! Плачущим, стенающим
Меня земля увидела, увидела
Юнона (это мне всего мучительней).
Вновь жжёт сильней…
(«Геркулес на Эте», 1219-1279)
Надломленный не болью, а стыдом за свою гибель от слабой
земной женщины, Геркулес обращается с просьбой к своему
небесному отцу, чтобы он послал против него весь сонм гигантов.
Пусть они поразят его. Это будет бой на равных. Он обращается к
Афине-паладе, чтобы они метнули в него своё смертоносное копьё:
тогда он погибнет от богини, его сестры по небесному отцу. Геркулес
обращается, наконец, к враждебно настроенной мачехе. Но тщетно:
никто не откликнулся. И тогда Геркулес высказывает последнюю
просьбу: если после его смерти вновь на земле родится зло, то пусть
родится и новый мститель, новый борец против зла.
Молнии одной прошу!
Сочти меня гигантом: посягнуть и я
На небо мог бы, если бы не чтил в тебе
Отца. Хоть милосердным, хоть жестоким будь
Отцом, но сыну помоги и смерть его
Ускорь: пусть эта честь тебе достанется.
230
А если руки запятнать претит тебе,
Дай из-под Сицилийских круч пылающих
Титанам выйти: Оссу пусть метнут они
Иль Пинд, чтобы горою раздавить меня.
Беллоне дай взломать затворы Тартара,
Меч на меня поднять; пошли свирепого
Градива ‒ он хоть брат мне, но от мачехи, ‒
Чтоб на меня с оружьем шел. И ты сестра
Алкиду ‒ по отцу сестра, без матери! ‒
Паллада! В брата брось копье! Ты, мачеха,
К тебе простер я руки; порази стрелой
(От женских рук погибнуть я могу). Грозить
Не полно ли? Смирись, пора насытиться!
Мольбу Алкида слышишь. Что еще тебе?
Ни дальний край не видел, ни чудовище.
Чтоб я тебя молил. В сильнейшей ярости
Ты, мачеха, нужна мне, ‒ что же стих твой гнев
И ненависть? Молю я смерти ‒ ты щадишь.
О города земли, ужель оружия
Никто не даст мне? И мое похитили?
Пусть впредь чудовищ злобных не зачнет земля,
Когда меня схоронят, чтоб к моим рукам
Мир не взывал, а зло родится ‒ пусть вослед
Родится мститель, ‒ этим заклинаю вас:
Несите камни, бейте, победите боль.
Неблагодарный, медлишь, мир? Забыл меня?
От зла, от чудищ ты страдал доныне бы,
Не будь меня. Так своего заступника
Избавь от мук! За все добро вы можете,
Народы, расквитаться: платой будет смерть.
(«Геркулес на Эте», 1309-1336)
Конец – всему делу венец. Пламя уничтожило в жестоких муках
земную сущность Геркулеса. Его тело, происходящее от земной
женщины, было смертно. Геркулес был земным героем. Он имел
земное тело. Оно сгорело. А куда делась его вторая сущность,
порождённая владыкой мира – Зевсом? Бог-отец вознёс душу
Геркулеса, душу своего сына на небо. Геркулес взошёл на небесный
трон. Он к нему стремился всю свою сознательную жизнь.
Геркулес
Не пленник я Коцита многостонного,
И мрачный челн не переправил тень мою;
Не сетуй, мать, довольно: лишь однажды я,
Увидел маны; пламя победлённое
Спалило всё твоё во мне, всё сметрное;
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]