Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Мудрость Сенеки. Том I. Власть и страсть. Монография
.pdf
91
попристальнее – видит, как будто и человек. И вот подошёл он и
говорит, как легче всего сказать греку:
«Ты из людей-то каких? Кто родители? Сам ты откуда?».
Обрадовался Клавдий, что нашлись здесь филологи, что есть надежда
на местечко для его «Историй». И вот и сам, стихом из Гомера
поясняя, что он Цезарь, говорит:
«От Илиона принёс меня ветер ко граду киконов». Могучий
Геркулес был нехитрого ума. Его запросто мог обмануть Клавдий. Но
на помощь ему приходит Лихорадка. Она рассказывает Геркулесу,
откуда на самом деле родом Клавдий. Клавдий возмутился. Что-то
невнятное бормочет и даже, позабыв где он, приказывает, как в
былые дни, схватить Лихорадку и перерезать ей горло. Послушал
Геркулес бормотание Клавдия, да как закричит на него, чтобы
побольше нагнать страху на пришельца:
Скорей поведай мне, откуда родом ты,
Не то дубиной сей тебя низвергну я;
Царей свирепых ею часто я сражал.
О чём бормочешь ты косноязычно здесь?
Кто породил и где трясучку – голову?
Скажи. Когда ходил я в царство дальнее
Царя тройного, с моря Гесперийского
Я гнал к Инаха граду стадо славное,
Я видел гору над двумя потоками,
Что видит Феб, вставая, пред собой всегда, Откуда Родан мощный устремляется
И Арар, что не знает, течь куда ему,
И, омывая берег, тихо плещется.
Земля не эта ли твоя кормилица?1
Как и подобает Геркулесу, он всю эту тираду произнёс отважно.
Однако, говорит Сенека, он всё же побаивался, как бы не получить
«тумака от дурака». В свою очередь Клавдий, испугавшись
Геркулеса, стал его уговаривать, чтобы он за него заступился перед
богами. Вероятно, Геркулес сжалился и пошёл навстречу Клавдию.
Но здесь, в дошедшем до нас экземпляре сатиры, имеется Лакуна.
Велика ли она? (Скорее всего она не большая, так как вся сатира
написана очень сжатым языком). Как бы то ни было, а Геркулес,
согласившись покровительствовать Клавдию, стал, видимо, не без
успеха ходатайствовать перед небесным сенатом, чтобы тот
выслушал просьбу Клавдия о приеме его в сонм богов.
1
Там же. с.197-198.
92
Следующая сцена – обсуждение кандидатуры Клавдия о приёме
его в семейство небожителей. Обсуждение идет на совете богов, где
председательствует Юпитер. Совет богов напоминает нам римский
сенат. В обсуждении принимают участие и боги, и римские сенаторы.
Одни, обвиняя Клавдия в кровосмесительстве, в жестокости, в
антипатриотизме, в глупости, отказываются принимать его в
семейство богов. Другие, напротив, под влиянием Геркулеса считают,
что Клавдий достоин этой чести. К тому же, говорили они, Клавдий
родственник и Божественного Августа, и Божественной Августы (его
бабки Ливии). Неизвестно, чем бы закончилось разбирательство, если
бы не выступил Август.
Август страстно убеждает присутствующих, что Клавдий
разрушил всё то, что он, Август, с таким трудом создавал на благо
Рима. Клавдий превзошёл даже Калигулу в массовых казнях. Он
казнил и своих ближайших родственников. С гневом Август
заканчивает свою речь:
«И его-то хотите вы сделать богом? Этакого выродка? Да скажи
он хоть три слова подряд без запинки, и я готов быть его рабом. Кто
же станет поклоняться такому богу? Кто в него верит? Коль вы
будете делать таких богов, так и в вас самих совсем перестанут
верить. Корче говоря, господа сенаторы, если моё поведение среди
вас безупречно, если я никому не перечил, вступитесь вы за меня. Что
же до меня, то вот моё мнение», – и стал читать по табличке:
"Принимая во внимание, что Божественный Клавдий убил своего
тестя, Аппия Силана, двоих своих зятьёв-Магна Помпея и Луция
Силана, – свёкра моей дочери, Красса Фруги, человека сходного с
ним, как два яйца, свекровь своей дочери Скрибонию, супругу свою
Мессалину и других, коим нет числа, я полагаю подвергнуть его
строжайшему взысканию, не давая ему никакой возможности неявки
на судоговорение, и незамедлительно изгнать его, удалив с небес в
месячный, а с Олимпа в трёхдневный срок»1.
Речь Августа оказалась очень убедительной. Приступили к
голосованию. Присутствующие расходились в две стороны.
Абсолютное большинство встало на ту сторону, которая приняла
позицию Августа. После принятия решения Клавдия изгоняют в
преисподнюю.
1
Там же. с.202.
93
Красочно, насмешливо, подробно описывает Сенека, как
Клавдия изгоняют в преисподнюю. Эта сцена воспроизводит в
сатирической форме похороны Клавдия. Похороны Клавдия
превратились в огромную процессию, в которой участвовала
многотысячная толпа римлян. Гремела и ревела такая тьма труб и
рогов всевозможных медных инструментов, что даже Клавдию было
слышно. У всех было праздничное настроение: «Все веселы,
довольны: народ римский разгуливал, будто свободный. Плакали
один Агафон да несколько стряпчих»1.
Огромный хор пел погребальную песню. Песня состояла из двух
частей. В первой части Сенека высмеивает очень тонко деяния
Клавдия:
Рыдайте сильней,
Стенайте, друзья,
Пусть форум кругом
Ваш вопль огласит:
Скончался, увы,
Великий мудрец!
И храбрее его
Никогда и нигде
Не рождалось на свет.
На бегу побеждать
Быстролётном легко
Скороходов он мог,
Мятежных парфян
В бою поражать,
И персов стрелой
Летучею гнать,
И твёрдой рукой
Тетиву натянуть:
Он ранил слегка,
И бросались стремглав
Врассыпную враги,
И пестрели мидян
Убегавших хребты.
Он британцев настиг
На далёких брегах
Запредельных морей,
Голубые щиты
У бригантов он взял
И на шею надел
1
Там же.
94
Всем римскую цепь...
1
Во второй части погребальной песни Сенека высмеивает деяния
Клавдия в судопроизводстве. И было за что! У Светония мы находим
подробную характеристику разбирательства дел Клавдия. Вот что
пишет Светоний: «Суд он правил и в консульстве, и вне консульства,
и даже в дни своих и семейных торжеств, а иногда и в древние
праздники и в заповедные дни... Когда же он сам разбирал и решал
дела, то вёл себя с удивительным непостоянством: иногда он
поступал осмотрительно и умно, иногда безрассудно и опрометчиво,
а порой нелепо до безумия»2.
Из приведённой характеристики можно сделать вывод, что
Сенека опирается на реальные факты, когда во второй части
погребальной песни он зло смеётся над глупыми выходками Клавдия
устами хора:
Оплачьте того,
Кому равного быть
На суде не могло
В разбирательстве дел:
Слушал сторону он
Всегда лишь одну,
А порой - ни одной.
Какой же судья
Способен весь год
Непрерывно судить?
Да уступит тебе,
Оставив свой трон,
Кто выносит толпе
Немой приговор,
Кому подчинён
Был строгий Крит.
О, бей себя в грудь
Печальной рукой,
Продажный род
Судейских крючков!
Вы, новые все,
Горюйте, певцы.
Вы, все, кто, рожком
Игральным гремя,
Обеспечил себе
1
Там же. с.202-203.
2
Светоний Клавдий, 14.
95
Постоянный доход!
1
В заключительной части «Отыквления» Клавдий показан в
преисподней. Здесь его встречают все те, кого Клавдий казнил. Они
неописуемо рады, что появился император-зверь, что его не приняли
в семью богов. И вот он теперь среди них. Теперь они будут его
судить. Красочно, язвительно описывает Сенека эту сцену:
«Все выходят, хлопают в ладоши и поют: «Найден, найден,
радость наша!». Тут и Гай Силий, назначенный в консулы, и Юнк,
бывший претор, и Секст Травл, и Марк Гельвий, и Трог, и Котта, и
Веттий Валент, и Фабий – римские всадники, которых казнили по
приказу Нарцисса. Главным в этом хоре был пантомим Мнестер,
которого Клавдий, благолепия ради, укоротил на голову. Быстро
разнеслась весть о приходе Клавдия. Сбегаются к Мессалине.
Впереди всех вольноотпущенники: Полибий, Мирон, Гарпократ,
Амфей, Феронакт – всех их Клавдий отправил сюда загодя, чтоб
нигде не оставаться без свиты. За ним два префекта: Юст Катоний и
Руфий Поллион. За ними его друзья, бывшие консулы: Сатурнин
Лусий, Педон Помпей, Луп и Целер Асиний. Сзади всех дочь его
брата, дочь его сестры, зятья, тести, тёщи, словом, вся родня.
Сомкнутым строем встречают они Клавдия. Увидел их Клавдий и
воскликнул: «Всё полно друзей! Как вы сюда попали?». А ему Педон
Помпей: «Ты что же это, изверг, спрашиваешь, как попали? Да кто же
нас сюда отправил, как не ты, убийца всех друзей? Идем-ка в суд, я
тебе покажу, где здесь заседают!»
2
Потом Клавдия ведут к судилищу Эака, разбирающему дела об
убийцах. В соответствии с процедурой в суд была предъявлена
письменная жалоба, в которой перечисляются все преступления
Клавдия. В целом из сатиры Сенеки мы узнаём множество имён
времени его правления. Сенека сообщает нам имена нескольких
десятков лиц, казнённых им. Это представляет большую
историческую ценность. Таких деталей мы не встречаем даже у
Светония. Кроме того, Сенека даёт обобщающие цифры жертв его
репрессий. В жалобе, которая была подана в судилище Эака,
говорится: «Сенаторов убито тридцать пять, римских всадников
двести двадцать один, прочих лиц – сколько песку, сколько праху»3.
1
Сенека Л.А. Сатира, с.203.
2
Сенека Л.А. Сатира, с.203-204.
3
Там же. с.203.
96
Древние историки, и в частности Светоний, сообщают те же
цифры. Следовательно, по части фактов, упомянутых в сатире,
Сенека не выдумывает, а придерживается исторической
достоверности.
Как же отреагировал суд на письменную жалобу? Он вынес
решение: «По делам вору и мука». В соответствии с этой
формулировкой необходимо было найти конкретную форму
наказания. Стали предлагать разное. Одни предлагали, чтобы
Клавдий сменил Сизифа: пусть вечно таскает булыжник на вершину
горы. Другие настаивали на том, чтобы обвиняемый занял место
Тантала: Клавдий заслужил, чтобы вечно мучиться от жажды и
голода. Третьи считали, что преступник должен быть привязан к
колесу, а Иксиона с того колеса снять. Подумали, подумали и
придумали наиболее позорное наказание в виде тщетного труда:
бесцельной игры в зернь дырявым рожком. И с этого момента
Клавдий стал без конца подбирать высыпающиеся из рожка кости.
Всякий раз, что метнуть из рожка он звенящего хочет,
Тотчас же обе в дыру на донышке выскочат кости.
Он подберёт их и вновь костяшки пытается бросить,
Как настоящий игрок, но опять и опять они обе
Выскользнут вон у него: из-под пальцев они убегают,
И непрерывно обман коварная зернь повторяет,
Точно Сизифа скала: лишь только коснётся вершины,
Тотчас на шею ему она катится бременем тщетным1.
Придумав такое наказание, Сенека ядовито смеется над
Клавдием. Все знали, что Клавдий действительно очень любил играть
в кости. «До игры в кости, – сообщает Светоний, – он был великий
охотник и даже выпустил о ней книжку»2.
«Отыквление» – яркая, искристая, насмешливая, саркастическая
сатира, развенчавшая Клавдия в глазах современников. Клавдий
выведен по умственным способностям – глупым; по характеру –
вспыльчивым, жестоким, коварным; по политическим качествам –
бездарным, недалёким, мстительным; по нравственному облику –
себялюбивым, обманщиком, человеконенавистником, зловредным; по
внешним признакам – безобразным, грузным, хромым, заикающимся,
трясущимся.
Читая «Отыквление», ощущаешь, как чувства Сенеки вышли из
берегов и обрушились на человека, который отправил его на Корсику.
1
Сенека Л.А. Сатира, с.204.
2
Светоний. Клавдий, 33.
97
Сенека прямо-таки издевается над Клавдием, упиваясь своим
торжеством. Капризный Клавдий, вернувший Сенеку из ссылки по
просьбе Агриппины, мог в любую минуту уничтожить придворного
философа. Трудно сказать, какие отношения были между Сенекой и
Клавдием в 49-54 годы. У нас нет фактов. Однако сатира проливает
свет. Сенека мечтал освободиться от постоянной угрозы со стороны
непредсказуемого Клавдия. Когда же Клавдий был отравлен, Сенека
почувствовал свободу. В первых же строках сатиры он с
наслаждением говорит, «что получил свободу с того самого дня, как
преставился Клавдий»1. Теперь, как писатель, он мог делать с
Клавдием что угодно: высмеивать, изображать карикатурно, таскать
его по преисподней, наказывать самой унизительной карой. Никто не
мог помешать его фантазии. Но он писал не для себя. Он писал для
римлян. Он в глазах римлян высмеивал бывшего императора. И
Сенека знал, что его смех будет поддержан новым императором и
римленями.
В своём творчестве Сенека трижды обращался к характеристике
Клавдия. Первый раз в «Утешении к Полибию», когда он, выражая
соболезнование любимцу Клавдия библиотекарю Полибию,
расхваливал императора; второй раз – в сатире «Отыквление»; третий
– в трагедии «Октавия». В трагедии Сенека более объективен.
§2. Структура власти времен Нерона
Выполняя функции первого советника молодого императора,
Сенека проявил большие государственные способности. Друзья были
довольны, а недруги задавали себе вопрос: почему провинциальный
всадник так возвысился? Этот вопрос и в наши дни представляет
научный интерес. Известно, что Агриппина приставила нескольких
воспитателей к своему сыну. Почему же выбор пал на Сенеку, когда
Нерон стал императором? Чем он заслужил такое доверие? Здесь
можно отметить следующее.
Во-первых, за годы, когда Сенека был воспитателем, между ним
и Нероном установились очень доверительные отношения. Сенека
полюбил своего одаренного ученика. Нерон относился к Сенеке с
огромным уважением. Особенно восхищал Нерона поэтический
талант Сенеки. Нерон мечтал стать великим поэтом. Он писал стихи
и трагедии, отдавал их на суд своему учителю. Тактичный Сенека
1
Сенека Л.А. Сатира. С.196.
98
делал поправки, не упуская возможности выразить свое восхищение.
Безусловно, здесь проявлялась и лесть. Уроки Сенеки не прошли
даром. Нерон взрослел. Сенека, учитывая изменения в душевных
порывах капризного юноши, находил способ пойти навстречу его
желаниям. Это сближало. А так как Сенека проявлял исключительно
гибкий ум, то Нерон хотел иметь под рукой умного,
предупредительного, преданного советника.
Во-вторых, Сенека был известен как опытный адвокат, как
знаток Римского права. Нерон понимал, что нельзя управлять
государством без знания всех правовых тонкостей. В нужный момент
Сенека мог подсказать Нерону юридически грамотное решение,
вкладывая свою мысль в уста себялюбивого императора. Особенно
юридическая консультация была необходима при контактах с
представителями иностранных делегаций.
В-третьих, Сенека был и хорошим дипломатом. При дворе
всегда подвизались различные политические группировки,
соперничавшие друг с другом. В такой ситуации руководитель
должен был находить дипломатические ходы в интересах принцепса
и империи. Сенека умел это делать. В политике такие способности
иногда назывались презрительным словом – интриганств. Но такова
жизнь в высшем эшелоне власти: на интриги, которые навязывают
политические группировки, надо отвечать более умными интригами,
а иногда и делать предупреждающие ходы или инициировать ту или
иную интригу.
В-четвертых, Сенека прошел большую и длительную
политическую школу при трех предыдущих цезарях – Тиберии,
Калигуле, Клавдии. С легкой руки своего отца Сенека ринулся в
водоворот соблазнительной и опасной политической жизни через
свою адвокатскую деятельность. Были и взлеты и падения, но
никогда он не уходил от политической игры. Даже тогда, когда он
возвращался из ссылки с мечтой о полном отрешении от политики, он
не мог устоять. Агриппина не просто сделала его воспитателем
Нерона. Нет. Она рассчитывала опереться на Сенеку, сделать его
своим союзником в далеко идущих тайных замыслах. Сенека,
безусловно, не только разбирался в тонкостях политической
деятельности, но и хорошо знал психологию тех, кто окружал
императора, знал хорошо занимавшихся активной политической
деятельностью сенаторов. И с этой точки зрения Сенека был
99
подходящей личностью для выполнения функций первого советника.
В нем все видели авторитет. Его слово было веским.
Наконец, следует отметить и тот факт, что Сенека уже был
известен не только как писатель, трагик, но и как философ,
поднимавший в своих трудах политические вопросы. К таким
работам относятся «Утешение к Марции» и трактат «О гневе». В этих
работах Сенека заявил о себе знатоком политических вопросов: какие
взаимоотношения должен строить император с различными ветвями
власти, какими качествами должен обладать император.
Все изложенное выше дает основание сделать вывод, что
переход Сенеки от роли воспитателя, наставника Нерона к роли
первого советника императора не был случайностью. Логика
развития дворцовых событий вела к этому с неизбежностью.
Первый советник обладал большой реальной политической
властью. Чтобы понять роль и место первого советника императора и
определить более точно статус Сенеки в 54-62 гг. необходимо в
общих чертах обрисовать структуру власти в период становления
империи. Главными звеньями власти были: император, институт
прокураторов, совет принцепса, сенат.
1. ИМПЕРАТОР. Официально он имел титул принцепса.
Принцепс обладал огромной властью. Как первому сенатору, ему
принадлежала законодательная инициатива. Как проконсулу, ему
подчинялись все государственные провинции. Ему были даны все
трибунские функции. Принцепс был главнокомандующим всех
армий. Наконец, ему были даны основные сакральные функции. За
период правления Августа, Тиберия, Калигулы, Клавдия сложился
настоящий культ, апофеоз императора. «Апофеоз императоров есть
одно из самых замечательных созданий римского религиозноэстетического сознания. В нем со всей силой выразилась социальная
сущность римского гения, столь резко отличная от греческого гения,
который в Александре Македонском впервые только загрезил об
абсолютной империи, но не в состоянии был осуществить ее своими
силами. Это осуществил Рим, создавший между восточной
теократией и византийской монархией... необходимую переходную
ступень, которая так резко противостоит и тому и другому... Идея
римского императора есть абсолютизация абстрактной
государственности и юридически понимаемого социального бытия.
Рим наполнен миллионным плебсом, который давно обезземелен и
разучился работать, который вечно бездельничает и горланит на
100
выборах, требуя себе бесплатного хлеба и зрелищ, этого мяса и крови
гладиаторов и зверей, этой сладострастной одури пылкого и
невоздержанного духа древних итальянцев. Но все это бунтующее и
неугомонное исступление социальной и личной плоти пронизано
тончайшими и невидимыми, однако, острейшими и всесильными
токами юридического абсолютизма и обожествленной императорской
власти»1. Власть принцепса опиралась на мощную материальную и
военную основу. Конечно, принцепс мог распоряжаться всеми
финансами государства, но здесь все же он был подотчетен. Зато у
него имелась огромная личная казна, он лично владел обширными
землями, целыми провинциями. Как уже подчеркивалось, принцепсу
подчинялась вся армия. Но он к тому же имел в распоряжении
личную гвардию, личные легионы. Так называемая преторианская
гвардия, расквартированная в Риме, была в абсолютном
распоряжении принцепса. Итак, народ Рима и всей римской империи
видел в лице императора олицетворение государственности. Весь
народ, но не сенат. У сената было свое отношение к принцепсу.
2. СЕНАТ. До образования империи, до возникновения
принципата сенат, состоявший из родовитых аристократов, был
оплотом аристократической римской республики. Сенат был
всесилен. В период становления империи началась длительная борьба
между сенатом и императором, закончившаяся победой императора.
Однако пятисотлетняя Римская Республика выработала устойчивые
нравственно-политические идеалы, с которыми нельзя было не
считаться императору. Императоры, обладая абсолютной властью,
продолжали править от имени сената. Сенат постепенно переродился
из могучего тигра в послушного домашнего котенка, который иногда
выпускал коготки, пытаясь доказать, что и он когда-то, в лице своих
предков, был грозен. Это перерождение сената хорошо описано у
Тацита в «Анналах». Каким же стал сенат при Нероне? Общая
характеристика сената при Нероне дана в работе Г.С. Кнабе
«Корнелий Тацит». Что же пишет Г.С. Кнабе, опираясь на Тацита?
Сенат, который и так был немощным, раздирался внутренними
противоречиями. Основное противоречие было между «наглым
всесильным меньшинством» и «слабым мечтательным
большинством». Первые были сторонниками принцепса, вторые – его
противниками, мечтавшими восстановить республику и былое
1
Лосев А.Ф. Эллинистически-римская эстетика I-II вв. н.э. М.: Изд-во Моск.
ун-та, 1979. с.60-61.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]