Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Казачья государственность. Исторические, правовые и культурные аспекты. Сборник научных статей
.pdf
101
Раздел 2. Казачьи структуры в контексте Российской империи в XVIII – начале XX 101
занимающихся торговлей (они составляли особый слой
адыгского общества), именовали тохами [12]. Этих купцов
встречали в Крыму и Кизляре, в Шемахе и Барберини, на рынках
Азова и т.д. [13] Адыгские торговцы хорошо ориентировались в
рыночной конъюнктуре и стремились сбывать свои продукты
там, где это было наиболее выгодно для них. Так, в первые годы
своего существования Черноморское войско среднего
Прикубанья снабжалось хлебом значительно лучше, чем правый
фланг кордонной линии. Объяснялось это тем, что горцы,
жившие в нижнем течении Кубани, продавали свой хлеб в
Анапе, турецкий гарнизон и население которой питались за счет
доставляемых им товаров. Это привело к складыванию большой
разницы цен, существовавших в Екатеринодарском и Таманском
округах. К примеру, в 1798г. четверть пшеничной муки в
Екатеринодаре стоила до 4 руб. 50 коп., а в Тамани – 7 руб. 25
коп. Четверть ржаной муки в Екатеринодарском округе стоила
2-2,50 руб., а в Тамани – 3 руб. Четверть пшена в Екатеринодаре
– от 5-6 руб., в Тамани же – по 8 руб., четверть овса в
Екатеринодарском округе – 2-2,50 руб., а в таманском округе –
4,50 руб. [14] Таким образом, адыги не только удовлетворяли
свои потребности в продуктах питания и мануфактурных
товарах, но и вели свое торговое дело.
В целом анализ торговли адыгов позволяет говорить о том,
что развитие адыгского общества отличалось торговым
характером. Специфика геополитического положения адыгов
обусловила не только значительность торговли в экономическом
развитии, но и в их взаимоотношениях с представителями иных
цивилизаций. Историческая ретроспектива показывает, что
наиболее удачные и плодотворные отношения складывались у
адыгов с теми государствами и народами, которые развивали
прежде всего торговые отношения (Византия, Генуя и т.д.), а
позднее и с Россией через, в частности, торговлю с
черноморскими казаками.
102
Раздел 2. Казачьи структуры в контексте Российской империи в XVIII – начале XX 102
В развитии российско-адыгских взаимоотношений конца
XVIII – первой половины XIX вв. особое значение имеют их
торговые связи. Российская империя, заинтересованная в
распространении своего геополитического влияния на
территорию Кавказа с последующим его включением в свой
состав, проводила соответствующую политику уже с середины
XVIII в. [15] С этого времени на северных границах Черкесии
появляются российские переселенцы. С этого момента адыги
стали обнаруживать живой интерес к торговле с новоселами, в
которой в большей мере были заинтересованы последние.
Некоторые адыги доставляли на лодках в Екатеринодар крупные
партии хлеба и др. товаров, в которых поселенцы испытывали
острый недостаток. Развитие торговли с горцами являлось
основой нормального функционирования российских поселений,
слабо приспособленных к окружающим условиям. Поскольку
налаженных торговых связей с центральными районами России
не существовало, поселенцы пользовались товарами только из-за
Кубани [16]. В конце XVIII в. было создано три пункта торговли
с адыгами – Екатеринодар, Георгиевск и Ставрополь [17]. В
1795г. в Екатеринодаре появилось еще три меновых двора – на
Богоявленной пристани, на Гудовичевой переправе Ольгинского
кордона и при Андреевском кордоне. В основном обмен шел на
соль. Торговый оборот ежемесячно увеличивался. Например, в
декабре 1797г. было продано 30 пудов пшеницы на 15 пудов
соли, 22 пуда 20 фунтов муки ржаной и 19 пудов ячменя [18]. За
январь-февраль 1798г. было продано 4978 пудов 38 фунтов
пшеницы на 2489 пудов соли, 100 пудов ржаной муки на 50
пудов соли, 20 пудов пшена на 10 пудов соли, 37 пудов ячменя
на 12 пудов соли. Обмен производился из расчета «за всякую
мерку соли с верхом, по две таковых же пшеницы» [19].
В 1798г. помимо хлеба, зерна и муки, яблок и груш адыги
только в Екатеринодар поставили большое количество
деревянных строительных материалов (24030 кольев для
частокола, 3890 брусьев, 1396 бревен, 890 досок и т.д.). кроме
103
Раздел 2. Казачьи структуры в контексте Российской империи в XVIII – начале XX 103
того они привезли несколько сотен возов хвороста, 1420 обручей
для кадушек, 20 лодок, 133 сохи, 154 лопаты, 200 вил, большое
количество рогож, 28 ульев для пчел, 20 кусков черкесского
сукна, 65 бурок, 25 войлоков, несколько десятков детских
люлек, 32 арбы и несколько сотен коз [20].
Адыги не всегда соглашались на меновую торговлю и
требовали за свой товар турецкие деньги – левки. При
дальнейшем ознакомлении адыгов с российской валютой
распространение получает русский рубль. «Сбыт привозимых
товаров преимущественно происходит на деньги, и притом на
целковые рубли. Горец только эту монету и ценит; от приема же
мелкого серебра всегда уклоняется, а депозитного билета или
ассигнации никогда не возьмет» [21].
Невыгодные условия торговли и использовавшиеся
российской администрацией методы, не способствовали
развитию торговли на меновых дворах. В результате появилась
альтернативная меновым дворам форма – более привычный
адыгам – ярмарочный торг. В мае 1794г. правление
Черноморского казачьего войска приняло решение об
учреждении в Екатеринодаре четырех годовых ярмарок: первая
– 25 марта, на Благовещение Богородице, вторая – в июне на
Троицу, третья – 6 августа на Преображение Господне,
четвертая – 1 октября на Покров Богородицы [22]. Ярмарки
стали регулярно функционировать, привлекая большое
количество из внутренних губерний России и закубанских
адыгов с их товарами.
Это привело к формированию новой категории казаков –
торговые казаки. Они освобождались от военной службы и
могли без разрешения воинского казачества отлучатся из войска
по хозяйственной необходимости. За освобождение от воинской
повинности они ежегодно платили значительный взнос в
воинскую казну. Причем они не ограничивались правым
берегом Кубани и пределами Черномории, а стремились
поддерживать отношения и с адыгами, не смущаясь при этом
104
Раздел 2. Казачьи структуры в контексте Российской империи в XVIII – начале XX 104
формальным препятствиям в виде пограничной черты. Их
ассортимент был весьма разнообразен: бязь, сукно, сахар,
спиртные напитки и т.д. [23] На меновых же дворах было
разрешено соль не только обменивать на другие продукты, но и
продавать за деньги. Так, 1809-1810гг. на Прохладненском
меновом дворе было продано соли на 2789 руб., а в 1811г. – на
17360 руб. [24].
Исторические данные свидетельствуют о том, что в XVIII –
первой половине XIX века все основные отрасли добывающей и
обрабатывающей промышленности адыгов (овцеводство,
коневодство, охота, ткацкая, войлочная и др. отрасли
производства), а также земледельческая продукция были
ориентированы на торговлю. Существование и развитие
торгово-экономических отношений с черноморцами тохов
(торговцев), улучшение материального благосостояния
различных слоев адыгейского общества, что обеспечило в свою
очередь позиции свободного незнатного большинства.
Источники и литература:
1. Хатко С.А. Очерки истории черкесов от эпохи киммерийцев
до Кавказкой войны. СПб.2001. С.222
2. Российский Государственный военно-исторический архив. Ф.
ВУА.Д. 6662, Л. 25. об.; Д 19221. Л. 5-5 об; Российский
Государственный исторический архив. Ф. 1268. ОП. 1. д. 13441.
д. 14 об;
3. РГВИА. Ф. ВУА. Д. 6360. Л. 2; РГИА. Ф. 1268. ОП. 1. Д 134.
Л. 6-7.
4. Пейсонель М. Исследование торговли на черкесско-абхазском
берегу Черного моря /М. Пейсонель. – Майкоп, 1990г. С.21-30.
5. Джендубаев, Р.А. Общественные отношения на «Северном
Кавказе: зарождение и развитие». Ростов Н/Д; Изд. Рост. ун-та,
1993г. С.75.
6. Шамрай В.С. Краткий очерк меновых (торговых) сношений на
Черноморской Кордонной и береговой линии с Закубанскими
105
Раздел 2. Казачьи структуры в контексте Российской империи в XVIII – начале XX 105
горскими народами. С 1792г. по 1864г. / В.С. Шамрай //
Кубанский сборник – Екатеринодар, 1901г. – Т VIII.
7. Пушкарева С. Обзор торговли Новороссийска 1849 №9
8. Горданов В.К. Общественный строй адыгских народов / М.:
Изд-во «Наука», 1967. С.92-93.
9. Чемби Э. Книга Путешествия. М. 1961. с.59-65.
10. Лавров Л.И. Этнографический очерк убыхов // Ученые
записки Адыгейский научно-исследовательский институт:
Майкоп, 1968. Г.8. С.13.
11.Челебий Э. Указ. соч. С.75;
12. Архив Раевских, СПб., 1910г. Т.3. С.225.
13. Аталыков В.М. Страницы истории. Нальчик, 1987. С.48;
14. Государственный Архив Краснодарского Края Ф. 249. Оп.1.
д.148. Л.43.
15. Бижев А.Х. Адыги Северо-Западного Кавказа и кризис
Восточного вопроса в конце 20-х начале 30-х гг. XIX века.
Майкоп, 1994. С.108-110.
16. Гранкин Ю.Ю. Торгово-экономические связи России с
народами Западного и Центрального Кавказа: становление,
развитие, специфика конец XVIII – первая половина XIX в. /
Ю.Ю. Гранкин // Диссер. на соис. уч. ст. канд. ист. наук. –
Пятигорская, 2002г. С.98.
17. Бутков П.Г. Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по
1803 гг. Т. I. С.184.
18. ГАКК. Ф. 249. ОП.1. Д. 379.А.Л. 4, 20.
19. Писарев В.И. Методы завоевания адыгского народа
царизмом в первой половине XIX в. Майкоп: Изд. полигр. и
книготорг. об-ние «Адыгея», 1991г. С.170.
20. ГАКК.Ф.249. ОП.1. СВ.51.Д. 379. Л. 15-23;
21. Черкесские ярмарки в Краснодаре // Наша старина. Нальчик.
1993, № 3, С.140.
22. Государственный Архив ставропольского края Ф.79.Д.4070.
Л.Л. 54-55.
23. Гранкин Ю.Ю. Указ соч. С.101-102.
24. Гранкин Ю.Ю. С.110.
106
Раздел 2. Казачьи структуры в контексте Российской империи в XVIII – начале XX 106
РОЛЬ ПРОСВЕТИТЕЛЬНЫХ ОБЩЕСТВ КУБАНИ В
РАСШИРЕНИИ КУЛЬТУРНОГО КРУГОЗОРА КАЗАКОВ
(КОНЕЦ XIX – НАЧАЛО XX ВВ.)
И.Д. Золотарева
Рассмотрение культуры как системы, включающей и
художественно-просветительные, просветительные общества,
как элементов системы, требует учета различных уровней этого
рассмотрения. Так, правомерен анализ развития культуры по
социально-этническим параметрам (аристократическая
культура, крестьянская культура, русская, французская и т.д.). В
этом же логическом ряду находится рассмотрение культуры
региона в ее конкретном воплощении – в культурной среде
города, казачьей культуре, поскольку казаки составляли
основную часть населения Кубани в рассматриваемый период.
В начале XX века просветительская деятельность в России
приобретает небывалый размах. В.И. Чарнолусскому, одному из
активнейших поборников просветительства, принадлежит
инициатива в социально-педагогическом обосновании
общественно-просветительской деятельности. В одной из своих
основополагающих работ он писал: «Среди массы свободных
общественных организаций одно из самых видных мест, по всей
справедливости, принадлежит группе различных организаций
просветительского характера». [1]
Одним из первых на Кубани стало действовать Общество
распространения в народе грамотности и полезных знаний
(1901г.) [2]. Общество способствовало открытию новых
общеобразовательных и профессиональных училищ, библиотек,
читален, распространяло книги и учебные пособия, для чего
открывало книжные склады. Оно поощряло материальными
средствами тех частных лиц, которые своей работой помогали
обществу в организации классов для занятий со взрослыми,
общедоступных лекций на актуальные для того времени темы, а
также других полезных занятий.
В 1906г. открылось Екатеринодарское просветительское
общество, а в 1908г. Псебайское иногороднее общество
образования. Эти общества открыли филиалы во многих
107
Раздел 2. Казачьи структуры в контексте Российской империи в XVIII – начале XX 107
станицах: Каневской, Кущевской, Пашковской, Северской,
Усть-Лабинской, Уманской, на хуторе Романовском. Члены
общества организовывали школы пения и музыки, проводили
литературные, музыкальные вечера, благотворительные базары,
выставки, сборы пожертвований, которые использовались для
развития народной музыки и песни, а также других
образовательных мероприятий среди казачьего населения.
Одним из самых значительных и эффективных по
результатам своей деятельности образовательных обществ
явилось созданное в 1906г. Санкт-Петербургское Общество
Народных университетов. [3]. Хорошо зная о результативности
деятельности этого общества, кубанская интеллигенция также
ставит перед собой задачу создания подобного общества,
которое решало бы и новые задачи: «распространение научных
знаний в широких слоях населения, устройство научнопросветительных учреждений в г. Екатеринодаре».
Кубанское общество народных университетов было
официально зарегистрировано 24 мая 1907г. Как сказал Б.М.
Городецкий при открытии университета, «основателем общества
является небольшая группа людей, поставившая себе задачею
принести посильную помощь своими трудами и познаниями
делу распространения знания в народных массах». [4]
Учредителями общества были: доктор медицины И.Я.
Меерович, врачи В.А. Попов, Н.Г. Кочевский, С.Г. Михалев,
А.А. Новицкий и др. Председателем правления Кубанского
общества народных университетов был доктор медицины И.Я.
Меерович, секретарем правления Н. Преображенский, а
секретарем общества Б.М. Городецкий [5].
Б.М. Городецкий, как видно из отчетов, планировал с
единомышленниками широко развернуть педагогическую
деятельность по просвещению казачества. Еще до официального
открытия Народного университета ими рассматривался вопрос о
постройке «народного дома», который мог бы обслуживать как
цели попечительства, так и Народного университета.
Предполагалось, что там будет «зрительный зал на тысячу
человек, две обширные аудитории, несколько классов, комнаты
для библиотеки». [6]
108
Раздел 2. Казачьи структуры в контексте Российской империи в XVIII – начале XX 108
Б.М. Городецкий развернул активную деятельность по
подготовке открытия этого просветительского очага в городе.
Им были сделаны объявления для населения города о
предстоящей работе университета. [7]
Для выяснения образовательного уровня будущих
слушателей, их запросов, были распространены особые
анкетные листы. Они позволили выяснить, что слушателями
будут казаки, конторщики, народные учителя, приказчики,
ремесленники. Открытие Екатеринодарского общества
Народных университетов состоялось 1 октября 1907г. Б.М.
Городецкий познакомил слушателей с программой лекций.
Предполагалось, что слушатели сами будут выбирать лекции для
посещения по общественно-юридическим наукам, медицине,
истории и литературе. [8]
Уже на первой лекции, прочитанной екатеринодарским
врачом А.А. Новицким, присутствовало 207 человек. Его лекция
«Холера, ее причины, распространение и способы борьбы с ней»
была иллюстрирована картинами «волшебного фонаря», а
слушателям были розданы брошюры «О холере», изданные
обществом русских врачей в память Пирогова И.О. Перед
лекцией выдавались опросные листки с вопросами: были ли
непонятные слова, что хотел бы слушатель еще узнать по теме
лекции и др. Анализ таких вопросников позволял учесть
пожелания слушателей, уточнить степень понимания ими
материала лекции. Для того чтобы слушатели пользовались
книгами, при Екатеринодарском Народном университете
комплектовалась библиотека, в которую были пожертвованы
книги городской интеллигенцией. [9]
Б.М. Городецкий читал лекции по общественноюридическим наукам, которые пользовались большой
популярностью. Благодаря правильно подобранной методике
работы с аудиторией, анкетной практике, позволявшей выяснить
тематику лекций, наиболее интересующих слушателей,
Кубанское общество Народных университетов приобрело
большую популярность среди жителей города. Достаточно
сказать, что средняя посещаемость лекций была 140 чел., а
наивысшая – 412 чел. [10]
109
Раздел 2. Казачьи структуры в контексте Российской империи в XVIII – начале XX 109
Как секретарь общества, Б.М. Городецкий информировал о
работе Народного университета через средства массовой
информации – газеты, журналы «На Кавказе», «Кубанская
школа», «Северо-кавказский альманах на 1908-1909гг.». Кроме
того, он же редактировал «Известия Кубанского общества
Народных университетов», сообщавших о деятельности
названного общества. Со страниц этого издания он призывал
горожан: «Если все, кому дорого культурное развитие народных
масс, отзовутся, и поддержат Народный университет тем или
другим способом, своими научными познаниями и трудовыми
силами, пожертвованиями ли учебных пособий или денежных
средств, вступлением ли в число членов этого общества... то,
конечно, заветная и великая цель Народного университета –
просвещение народных масс – будет все близиться и близиться к
своему осуществлению» [11].
Авторитет Б.М. Городецкого был так высок, что когда встал
вопрос о делегате на Всероссийский съезд деятелей обществ
Народных университетов, то по единодушному мнению членов
правления общества именно Б.М. Городецкий должен был
представить его на высоком форуме [12].
Первый Всероссийский съезд деятелей обществ Народных
университетов и других просветительских учреждений частной
инициативы проходил в январе 1908г. в г. Санкт-Петербурге.
Съезд ставил перед собой задачу обсудить вопросы: о способах
и методах популяризации научных знаний и наиболее
успешного преподавания, обменяться опытом работы. Б.М.
Городецкий в своем выступлении поставил на обсуждение
вопрос: «на каком языке говорить с народом в народных
аудиториях и начальных классах?». Сам он считал, что «если
при преподавании того или другого предмета употреблены были
даже все средства доступности и наглядности преподавания,
какие только выработала наука, но изложение велось на чуждом,
непонятном для слушателей языке – цель урока или лекции была
бы совершенно недостигнута». Б.М. Городецкий четко излагал
свою позицию: «лекции и занятия в народных аудиториях и
народных школах должны вестись на понятном для слушателей,
родном им языке» [13].
110
Раздел 2. Казачьи структуры в контексте Российской империи в XVIII – начале XX 110
А поскольку в Кубанской области проживало значительное
количество украинцев, то, как полагал Б.М. Городецкий, в
Народных университетах и других частных просветительских
организациях «во избежание упреков в невольной поддержке
русификаторской политики и в целях наиболее успешного
развития дела просвещения, необходимо широкое введение, как
употребления украинского языка, так и дисциплин по
украиноведению» [14].
В сентябре 1908г. Б.М. Городецкий был избран
Председателем Кубанского общества Народных университетов.
В 1908-1909гг. это общество продолжало активную лекционную
деятельность. Было прочитано 45 лекций, которые прослушало
более 5400 человек [15]. В 1910г. только за три месяца было
устроено 32 общественные лекции для 8000 слушателей. Надо
отметить, что уже тогда лекторы пользовались дидактическими,
наглядными материалами: это были картинки, показанные с
помощью «волшебного фонаря».
Почему кубанская интеллигенция с таким энтузиазмом
занималась просветительской деятельностью среди казачьего
населения в рамках общества Народных университетов, а также
других подобных общественных организаций?
На этот вопрос ответил один из активных членов общества,
Б.М. Городецкий. Общаясь с местным населением, он, как
представитель российской интеллигенции уже не в первом
поколении увидел малограмотность значительной части
иногородних и казаков. Он считал своим гражданским,
патриотическим долгом просвещение горожан, ибо
«оторванность интеллигенции от народа – старая болячка,
стоившая России многих бедствий» [16]. Именно такими же
чувствами, ответственностью, очевидно, руководствовались и
другие представители кубанской интеллигенции.
Просветительской деятельностью занимались и творческие
объединения. Войсковой хор Кубанского казачьего войска
уделял большое внимание пропаганде духовной музыки и
народных песен. Распространению светской музыки
способствовала просветительская деятельность
Екатеринодарского кружка любителей музыки (1889) и
отделения Императорского музыкального общества (1906). На
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]