Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Иноземцы в России XVI—XVII вв. Очерки исторической биографии и генеалогии. Книга 1
.pdf
мец» Алферий Данилов сын
Ильфов был объездным
окольничим в полку Алекса&
ндра Кроуффорта
70
. В 1640 –
1641 гг. он находился в Туле в
чине полкового окольничего у
«немцев пеших полков» с по&
денным кормом 6 рублей на
месяц
71
. Алфер сохранял эту
должность до 1641/42 г., когда
его незадолго до смерти повы&
сили до звания поручика:
«...ис кормовых околничих в
поручики Олферия Ильфо&
ва»
72
.
Интересно, что в 1638 г. в
числе прочих «иноземцев»
Алфер Ильфов давал поруч&
ную запись на русского чело&
века, тесно контактировав&
шего с иностранцами. Им
оказался Богдан Артемьев,
нанимавшийся в услужение к
ряду «иноземцев». (Возмож&
но, и к Ильфову.) Последним хозяином Богдана Артемьева стал ор&
ганный мастер голландец Мильхерт Лунев
73
, которого работник выз&
вался сопроводить до границы. Формально власти должны были на&
казать православного Богдана Артемьева за сам факт найма к инос&
лавному (он явно подпадал под действие указа 1627 г.). Однако в дан&
ном случае подозрения чиновников вызывали не возможные отступ&
ления от веры (вследствие работы на иностранца), а предполагаемая
измена. Тесные связи с иностранцами, по мнению властей, могли пе&
рерасти в предательство. Чиновники усмотрели в действиях Богдана
Артемьева попытку бегства за границу. Потребовалась поручная за&
пись. Удивительно, но подтверждений лояльности русского человека
востребовали от иностранцев. Алфер Ильфов мог быть знаком с Бог&
даном Артемьевым, и, наиболее вероятно, своим соотечественником
Луневым, скорее всего, еще по Нидерландам. Наряду с другими
иностранцами он вызвался помочь его русскому слуге. В деле сохра&
нился автограф Алфера Ильфова
74
. Несмотря на то что Алфер Ильфов
относился к третьему поколению иностранцев, живших в России,
183
Род Иоганна Эйлофа в России XVI – XVII веков
Автограф Алфера Ильфова
РГАДА, ф. 150, 1638, № 3, л. 18 об.
подписался он на одном из диалектов немецкого языка. Недавно вер&
нувшийся из Нидерландов Алфер Ильфов продолжал в России ис&
пользовать немецкий язык. Безусловно, для общения внутри инозем&
ческого сообщества ему было достаточно немецкого. При этом неяс&
но, в какой мере был освоен Алфером Ильфовым русский язык. Хотя
известна подлинная фамилия: он назвал себя Aloff
О3yloff (см. фото).
Алфер Ильфов явно унаследовал от отца воинственный и неукро&
тимый нрав и склонность к агрессивным поступкам. Если Даниэль
Эйлоф воевал с датскими корсарами и «лисовчиками», то сын всту&
пал в многочисленные конфликты с соседями (как с иностранцами,
так и с русскими). В городах Большие и Малые Соли семья прочно
обосновалась и имела несколько домов. Но мир иноземцев сотрясали
конфликты. Очевидно, Ильфовы невзлюбили семью «московского
торгового иноземца» Ивана Тимофеева
75
(Фантефалова), проживав&
шего поблизости в Костроме. (Возможно, конфликт явился отголос&
ком событий Смуты, столкновений их отца с иноземческим сообще&
ством Ярославля и Костромы, повлекших, быть может, гибель Дани&
эля Эйлофа.) Известно, что в 1637 г. Алфер Ильфов набросился на
слугу Ивана Тимофеева, Василия Иванова. Когда же хозяин выступил
с претензиями, то пострадал сам. В явочной челобитной Иван Тимо&
феев поведал, что был избит и обобран в доме Ильфова
76
. От рук Ал&
фера Ильфова терпели побои и представители православного духове&
нства. Фламандец преследовал православного священника пригоро&
да Костромы. В 1641 г. его жертвой стал священник Федор Ефтифеев,
настоятель церкви Бориса и Глеба посада города Малые Соли. Ино&
земец грозился продолжить наказание и «запустошить» приход
77
. Ви&
димо, Алфер за несколько лет пребывания в Нидерландах стал после&
довательным «иконоборцем».
Другие дети Даниэля Эйлофа числились рядовыми военными. В
делопроизводственных материалах Разрядного приказа указаны че&
тыре служилых «старого выезда кормовых иноземца» с фамилией
Ильфов и отчеством Данилович
78
. Наиболее вероятно, их следует счи&
тать детьми Даниэля Эйлофа. К ним относились Иван Данилов сын
Ильфов, Арист Данилов Ильфов, Исаак Данилов сын Ильфов, Петр
Данилов сын Ильфов. Все они до 1625 г. были приписаны к роте Пет&
ра Хамильтона (были названы среди «немцов старого выезду Петро&
вы роты Гамолтова»), а затем перешли в роту Григория Врославского.
Но прослеживается устойчивое постоянство. Они всегда относились
к «роте старого выезду кормовых иноземцев».
Сведений об Исааке (упомянут в 1624
79
, 1626
80
и 1628 гг.81) и Петре
(упомянут в 1626
82
и 1628 гг.83) Ильфовых сохранилось не много. Они
184
Глава 3
часто оказывались «нетчиками» и не являлись на смотры. Исаак ук&
лонялся от службы в 1624 г.; вместе с Петром он отсутствовал на Туле
и в 1626 г. Поместный оклад Исаака с 1625 по 1629 г.
84
составлял
300 четей и 20 рублей; Петра – с 1626 по 1629 г.
85
— 250 четей и 18 руб&
лей. Что стало с ними впоследствии, сказать сложно. Дальнейшая ин&
формация о них отсутствует. Вероятно, Исаака в 1628/29 г. уже не бы&
ло в живых. Его фамилия зачеркнута в перечне наемников Иноземс&
кого приказа этого года
86
.
Иван Данилов сын Ильфов оказался более заметной фигурой. Он
упомянут в реестрах войск Иноземского приказа в 1624
87
, 162688,
1629 –1630 гг.
89
. Причем эти данные нередко лишь фиксировали его
отсутствие на службе. Так, он с братьями не пришел на смотр в 1624 и
1626 гг.
Очевидно, Иван Данилов Ильфов являлся старшим по отноше&
нию к Петру, Исааку и Аристу. Он имел поместный и денежный окла&
ды, превышавшие их жалованье. В 1625—1629 гг. Ивану было назна&
чено 350 четей и 25 рублей
90
. Кроме того, именно Иван ведал управ&
лением земельных владений Ильфовых. От имени своих братьев и
сестер он контактировал с чиновниками Поместного приказа. Надел,
связанный с кланом Ильфовых, в 1628 г. при межевании был записан
именно на него.
С земельными владениями в семье Ильфова возникали серьезные
проблемы, о которых также предусмотрительно умолчал во время пе&
рекрещивания Александр Ильфов. Как отмечалось, он говорил о на&
делении деда «выслуженной» вотчиной в Костромском уезде. Земля,
очевидно, являлась наградой новообращенному Даниэлю Эйлофу за
его подвиги в Ярославле в защите православия и царя Василия Шуй&
ского. В таком случае пожалование, безусловно, было выделено из
русского земельного фонда. С переходом Ильфовых в протестантизм,
семья вновь приобрела статус иноземцев, и власти, очевидно, отобра&
ли вотчину. К 1628 г. собственностью на эти земли Ильфовы не обла&
дали. Вотчина перешла к дьяку Патрикею Насонову и его сыну Федо&
ру
91
. Не случайно, во всех документах 20&х гг. XVII в. Иноземского
приказа Ильфовы обозначались «беспоместными кормовыми ино&
земцами». В качестве определенной компенсации семье позволили
взять на оброк (не позднее 1628 г.) в Костромском уезде деревни Жаб&
реево и Онисимово, а также пустоши Вышенинскую, Шеломово и
Шубино (на 183 четверти). Там же находились их оброчные луга, при&
надлежавшие посаду Малые Соли и церкви
92
. Но в 1646 г. семью ли&
шили права пользования землей, видимо в момент перехода вотчины
к дьяку Ивану Дерябину
93
.
185
Род Иоганна Эйлофа в России XVI – XVII веков
Известно, что Иван Данилов Ильфов был женат, имя его супруги в
русской версии звучало как «немка» Дарья Романова
94
. Вероятнее все&
го, ее следует отождествить с Доротеей Фаренсбах (Fahrensbeсk – так в
тексте, т. е. воспроизводит древнее звучание фамилии), с которой в
1620 г. венчался в лютеранской кирхе Ганс Эйлаф (Hans Eylаff)
95
. В та&
ком случае, Ганса Эйлафа и Ивана Ильфова возможно рассматривать
как одно лицо. Необходимо отметить, что при вступлении в брак с Эй&
лофом Доротея Фаренсбах являлась вдовой Яна Кара. Под послед&
ним, очевидно, надо видеть Джана Кара, племянника шотландского
ротмистра Якова Шава, прибывших в Россию в 1612 г.
96
Первый муж Доротеи Фаренсбах погиб, видимо, до 1620 г., вто&
рой — Иван Данилов Ильфов — до 1636 г., когда она вновь названа
вдовой. Следует отметить, что во время московской переписи 1638 г.
в доме Дарьи Ильфовой не были указаны дети. Можно предполо&
жить, что оба брака Доротеи Фаренсбах или оказались бездетными,
или принесли только дочерей, которые ко времени переписи уже по&
кинули отчий дом. В таком случае Иван Ильфов не имел прямых
наследников.
Вдова обладала домом в Москве. Не исключено, что владения пе&
решли к Доротее Фаренсбах от первого брака. Интересно отметить,
что усадьба Дарьи Ильфовой находилась в плотном окружении дво&
ров других иностранцев, в Немецкой слободе, расположенной в
центре Москвы. Ее дом располагался на земле, принадлежавшей
церкви «Егорьи в Лушках». Следует подчеркнуть, что иноземческая
колония вовсе не была изолирована от православных, как русских,
так и новообращенных (что в середине века полностью пресекли
власти). По соседству с домом Дарьи Ильфовой, например, стояли
дома церковного священника, а также сына Прокопия Ляпунова –
Льва, и кроме того, одного из ее новообращенных родственников –
Дмитрия Андреевича Францбекова. Вдова владела домом и в посаде
Большие Соли, вероятно доставшемся ей от второго мужа. В 1636 г. в
этом доме она была ограблена бежавшим от нее слугой – бобылем Ва&
силием Нефедьевым
97
. Прихваченные семейные драгоценности были
оценены ею в 115 рублей. Среди похищенных вещей значились два
«девичьих» жемчужных венца «немецкой работы»
98
. Состоятельное
семейство хранило вещи западноевропейских мастеров и предназна&
чало, быть может, эти украшения дочерям Доротеи.
Еще одним сыном Даниэля Эйлофа являлся Арист Данилов Иль&
фов (упомянут в 1624
99
, 1626.
100
, 1629/30
101
, 1632
102
1634 гг.
103
). Он был
женат (супруга носила имя Анна), имел сына Данила (очевидно, наз&
ванного в честь деда). Арист был приписан, как и братья, к роте Пет&
186
Глава 3
ра Хамильтона, а затем Григория Врославского. Вместе с Иваном и
Исааком он не явился на службу в 1624 г., в 1626 г. с Иваном, Исааком
и Петром – на Тулу. Первоначально, с 1625
104
по 1629 г., оклад Ариста
Ильфова был равен окладу Исаака и составлял 300 четей и 20 рублей.
В 1632 г. он был назначен «подпрапорщиком рейтарского полка»
105
,
затем привлечен к организации драгунского полка
106
. Перемещения
по службе повлекли увеличение оклада. В 1632 г. его жалованье «ста&
рого выезда рядового кормового иноземца», относящегося к «первой
статье», возросло до 25 рублей
107
. В начале следующего года он был
переведен на следующую ступень воинских званий: документы наз&
вали его «безпоместным» прапорщиком.
108
В сентябре 1633 г. Арист
Ильфов получил новое назначение: был определен из прапорщиков в
капитаны (заняв место Фамендина).
109
Скончался Арист Ильфов в
1634/35 г. («умер в 142 г.»
110
), будучи приписан поручиком к роте Пет&
ра Гордона. Его супруга Анна находилась с ребенком под Костромой.
В 1635 г. с ней начал судебный конфликт (вероятнее всего, финансо&
вый) Алфер Ильфов, только что вернувшийся из Нидерландов. Види&
мо, он стремился лишить вдову ее части имущества рода. Скорее все&
го, он предпринял попытки оспорить права Анны на наследственные
семейные владения в Костромском уезде. Наиболее вероятно, это
было вызвано обстоятельством нового замужества Анны. После кон&
чины мужа, не позднее 1635 г., Анна вступила в брак с Матвеем Вей&
ресом (о чем ниже). Тогда же по челобитью Алфера Ильфова она бы&
ла вызвана из Костромы в Москву для судебного разбирательства
111
.
Наиболее вероятно, иск для Алфера оказался успешным. Во всяком
случае, с 1637 по 1641 г. он (а не Анна) проживал в посаде Большие
Соли (где бесконечно терроризировал соседей).
Старшим сыном в семье Даниэля Эйлофа был Данил Данилов сын
Ильфов. Вероятнее всего, он родился еще в Испанских Нидерландах.
К 1650 г. Данил продолжал значиться выходцем из «Шпанские зем&
ли». Скорее всего, как первенец Данил Данилов Ильфов носил имя
отца. Он унаследовал и семейное дело Даниэля Эйлофа и первона&
чально занимался коммерческими операциями. Под 1620 г. упомянут
московский торговый иноземец Данило Данилов Ильфов
112
; видимо,
о нем же идет речь, но уже как о нидерландском купце Данило Дани&
лове в 1621 г.
113
Возможно, он утерял льготы «московского торгового
иноземца», был переведен в иностранные купцы, а вскоре и изменил
занятия. Предпринимательская деятельность Данила Данилова Иль&
фова локализировалась в том же регионе, что и отца: в Ярославле,
Костроме, Ростове. С определенного времени фламандский купец
стал сочетать торговлю со службой русскому государю в качестве пе&
187
Род Иоганна Эйлофав России XVI – XVII веков
реводчика. Как отмечалось, язык хранился в семье, и его брат, Алфер
Ильфов, предпочитал в России подписываться по&немецки. Извест&
но, что Данил Данилов Ильфов во время строительства оборонитель&
ных укреплений в Ростове был приставлен к иностранным специа&
листам — инженерам и зачислен переводчиком в Пушкарский при&
каз. Очевидно, востребованными оказались его знания русского и,
видимо, немецкого и голландского языков. Именно на этой стороне
его служебной деятельности акцентировали внимание при перекре&
щивании его дети: Иван и Александр. Тогда, в 1648 и 1650 гг. был под&
робно выяснен оклад Данила Данилова Ильфова. Причем поместный
оклад в 500 четей и денежный в 30 рублей является самым высоким
среди детей Даниэля Эйлофа: «...отец иво Данило Илфов Шпанские
земли служил с ыноземцы и был в Ростове у городового дела»; «отец
ево Данило Илфов был во Пушкарском приказе у городовых дел у не&
мецких людей переводчиком, а государево жалованья отцу ево поме&
стнои оклад был 500 чети, а денежнои 30 рублев, да отцу иво давано
ис Пушкарского приказу месячного корму по 5 рублев на месяц и
послан был отец иво ис Пушкарского приказу на государеву службу в
Ростов для государева дела и умер де отец иво в Ростове до Смоленс&
кие службы 141 году»; «поденного корму [давано] по пяти алтын на
день».
Данил Данилов Ильфов умер в 1632 г., совсем незадолго до начала
Смоленской кампании, оставив трех маленьких сыновей: Данила,
Александра и Ивана
114
. Дети росли в костромской усадьбе, очевидно,
вместе с сыном Ариста Данилова Ильфова, Данилом. В Костроме
наследники переводчика проявляли в полной мере черты своего рода
и быстро втянулись в семейный конфликт с «московским торговым
иноземцем» Иваном Тимофеевым, начатый еще их дядей, Алфером
Ильфовым. В 1637 г. Андрей (Александр?) Данилов Ильфов направил
своего приказчика и крестьян на погром дома жены Ивана Тимофе&
ева
115
, Анны Михайловой; в 1639 г. Александр и Данил Ильфовы про&
должили травлю Анны, уже вдовы (видимо, Ильфовы довели своего
соперника до кончины). Ильфовы ворвались в дом «иноземки», из&
били служанку, оставив для хозяйки и ее дочери бесчестящие оскорб&
ления. Чтобы добиться большего психологического воздействия над
противницей, по ночам подростки появлялись под стенами дома с
оружием, стреляя из пищалей в воздух и выкрикивая угрозы убий&
ства
116
. Непослушных отроков взяла под опеку семья дяди по женской
линии– «немчина» Андрея Захарьева сына Руфа
117
. Супруга Руфа, в
девичестве Эйлоф, возможно, являлась бывшей заложницей поля&
ков. В 1638 г. чета Руфов приняла в свой московский дом, находив&
188
Глава 3
шийся по соседству с домом Дарьи Ильфовой на территории церкви
«Егорья в Лушках», сыновей Данила Данилова Ильфова: Данила,
Александра и Ивана. Видимо, к этому времени они остались сирота&
ми. На лето «недоросли» возвращались в Кострому. Старший, Данил
Данилов Ильфов, уже в 1639 г. занимался здесь ведением хозяйствен&
ных работ. Он направлял крестьян на строительство изб. Правда,
склочный род вызывал нелюбовь и русских соседей&помещиков. Да&
нил Данилов жаловался, что крестьяне дворян Батюшкова и Бурлова
совершили рейд в его владения и уничтожили созданные построй&
ки
118
. Можно отметить, что в 1634 г. воеводой Костромы являлся
родственник Ильфовых: принявший православие Иван Андреевич
Францбеков
119
. Быть может, в этот короткий период он смог проявить
какое&то участие в разбирательстве многочисленных конфликтов, за&
теянных Ильфовыми.
В Костромской усадьбе, в располагавшейся на оброчных землях
вотчине, в 30&х гг. XVII в. находились оставшиеся без отца внуки Да&
ниэля Эйлофа: Данил Аристов Ильфов и Данил Данилов, Александр
Данилов, Иван Данилов Ильфовы. Видимо, все внуки Даниэля Эйло&
фа, жившие детьми в Костроме, оказались наследниками и сохрани&
ли имущественные права.
Важно отметить, что переводчик Данил Данилов Ильфов, как и
его супруга, не принадлежали к православной церкви. Их сын Алек&
сандр признавался: «...отец де мои умер на Руси и с матерью моею в
своеи вере». Как отмечалось, в документах того времени, вышедших
из среды «московских иноземцев», назван протестант Эйлаф: он ука&
зан в метрической книге лютеранской кирхи под 1620 г.
120
Несомнен&
но, вероисповедание Ганса Эйлафа (Ивана Ильфова) было связано с
западным христианством. Кроме того, часть детей «проклятого пе&
рекрещенца» носила имена, не соответствующие русским святцам,
что еще раз свидетельствует об их принадлежности к инославию. До&
чери Даниэля Эйлофа, вышедшие замуж за Андрея Захарьева Руфа и
«бельского немца», шотландца Андрея Вуда (о чем ниже), наиболее
вероятно, также являлись членами протестантской общины. Алфер
Ильфов отличался резкой нетерпимостью к православию и являлся
инициатором конфессиональных столкновений в городе Малые Со&
ли. Таким образом, дети Даниэля Эйлофа отказались последовать
примеру отца и изменили православию.
Вероятно, смерть Даниэля, последовавшая до 1620 г., когда гово&
рится о протестанте Гансе Эйлофе, и, безусловно, до 1627 г., когда
назван отчим его детей, дала супруге и детям возможность вернуться
в «свою веру». Неизвестно, что стало с Даниэлем Эйлофом после
189
Род Иоганна Эйлофа в России XVI – XVII веков
окончания правления Василия Шуйского, в 1610—1613 гг., в период
военного выступления польского короля Сигизмунда III и правления
его сына Владислава. (Как отмечалось, Мартин Бер покинул Россию
в 1611 г. и уже не смог описать дальнейшую жизнь столь нелюбимого
им Даниэля Эйлофа.) Неясны действия по отношению к Эйлофу но&
вых властей
121
и иноземческого сообщества. Нет даты и обстоятельств
смерти. Но очевидно, что его кончина повлекла конфессиональные
изменения в семье.
Толчком к перемене веры послужил новый брак супруги Даниэля
Эйлофа, вероятно, как и он, происходившей из Нидерландов. (Как
отмечалось, во Фландрии, видимо, родился их первый ребенок — Да&
ниил (Даниэль). Вдова вышла замуж за соотечественника, и не иск&
лючено компаньона мужа, Геррита ван дер Хейдена
122
(Григория Гри&
горьева Фандергейдена).
Пребывание Геррита ван дер Хейдена в России длилось от начала
XVII в. до по крайней мере 1648 г. Он пережил Смуту, возможно, на&
ходился в эти мятежные годы рядом с Даниэлем Эйлофом. Видимо, с
начала века Геррит ван дер Хейден находился в северных регионах
страны: Новгороде, Ладоге, Старой Русе, где активно включился в
дипломатическую деятельность. В 1615 г. он выступил посредником
между нидерландским посольством и русским правительством. Оче&
видно, что прибывшие в этом году представители Генеральных Шта&
тов опасались передвигаться через охваченную казацкими мятежами
территорию. Их миссию выполнил Геррит ван дер Хейден, доставив&
ший из Старой Русы в столицу письма посланников. Гонцу были на&
значены прием в Посольском приказе и аудиенция у царя Михаила
Федоровича
123
. Возможно, он использовал церемониал для получения
доступа к торговле на внутренних рынках. Не исключено, что ему по&
могли и связи семьи Даниэля Эйлофа.
Геррит ван дер Хейден занимался в России хлебной торговлей и
зачастую являлся поставщиком правительства. В начале века Геррит
ван дер Хейден находил возможность закупать продовольствие в бо&
лее благополучных районах страны (Ярославле?) и привозить пшени&
цу в регионы, полностью опустошенные войной, например Новго&
род. В 1617 г. Геррит ван дер Хейден доставил в город, только что ос&
вобожденный от войск Я. Делагарди и испытывавший острый недос&
таток продовольствия, 1500 четвертей хлеба. Причем нидерландский
купец продал хлеб в казенные амбары по цене, значительно усту&
павшей рыночной (по 2,5 рубля, в то время как на рынках города хлеб
стоил 3,5 рубля). Вскоре он осуществил еще одну крупную пос&
тавку хлеба: отправил более 3000 четвертей дешевого хлеба в госу&
190
Глава 3
дарственные кладовые Новгорода и Ладоги. Вновь его цена была ни&
же средней: 1,5 рублей против 2 рублей русских торговцев
124
.
За услуги правительству Геррит ван дер Хейден получил в 1619 г.
жалованную грамоту, позволяющую свободно передвигаться от Нов&
города и Пскова к Москве, а также иметь в перечисленных городах
свободные от тягловых пошлин дома
125
. Он воспользовался льготами.
Геррит ван дер Хейден значился обладателем двора в Новгороде
126
,
который иногда сдавал в аренду голландским купцам, не обладав&
шим лицензией. О недвижимости в других городах сведений не сох&
ранилось.
В 1624 г. Геррит ван дер Хейден получил вторую жалованную гра&
моту, на этот раз за проведывание «вестей» — сбор политической ин&
формации. Его осведомленность в результате контактов с правитель&
ством Нидерландов и с членами голландских посольств привлекала
московские власти. При получении таможенных привилегий в 1624 г.
было отмечено: «...по царскому указу торгует в России много лет и на
Руси и в немцех служил государю и вестей проведывал, и к Москве
писал и сам на Москве рассказывал»
127
. За столь тесное сотрудничест&
во он получал льготу в уплате налогов. Ему было даровано на два го&
да право беспошлинной торговли, если сумма пошлин не превышала
100 рублей. Сверх этой суммы он должен был платить в казну
128
. Но
нидерландскому купцу позволялось действовать лишь внутри Рос&
сии, его планы вывоза хлеба за рубеж в 1625 г. не осуществились
129
.
Геррит ван дер Хейден попытался в этот год добиться права полной
беспошлинной торговли, а кроме того, возможности хлебного экс&
порта. С этой целью он заручился рекомендательными грамотами
правительства Генеральных Штатов
130
. Однако дипломатическое вме&
шательство не помогло, и нидерландскому купцу не удалось прирав&
няться в привилегиях к английским коммерсантам. Расширять из&
бранный круг купцов, торговавших беспошлинно, русское прави&
тельство было не намерено. Прошение Геррита ван дер Хейдена было
отклонено. Отказ правительства не позволил Герриту ван дер Хейде&
ну увеличить прибыль, но не лишил его выгод торговли в России.
Хлебная торговля в голодной и разоренной России не могла не при&
носить доходов.
Геррит ван дер Хейден имел отношение к торговле различными
«заповедными товарами». Так, он перепродавал голландским купцам
казенную икру. В 30&е гг. купец переместился в Путивль, занимаясь
закупками селитры для правительства
131
.
Следует отметить, что в 1626 г. Геррит ван дер Хейден представил
в Посольский приказ для царя Михаила Федоровича алхимический
191
Род Иоганна Эйлофа в России XVI – XVII веков
трактат. Сочинение содержало рецепт приготовления философского
камня и особого напитка. Эликсир обещал царственному адресату
вечную молодость. Можно осторожно предположить, что голланд&
ский купец не принадлежал к тайным обществам, но имел непосред&
ственную возможность пользоваться семейным архивом Эйлофов.
Вероятно, в личной библиотеке рода хранились записи врача Иоган&
на Эйлофа. В таком случае, состав «целительного» напитка (основ&
ным компонентом которого являлась ртуть), предлагавшийся Миха&
илу Федоровичу, первым на себе испробовал грозный дед царя –
Иван IV
132
.
Интересны частые перемещения Геррита ван дер Хейдена между
различными категориями купечества. Возможно, в 1617 г., получив
звание «московского торгового иноземца» после аудиенций у госуда&
ря, Геррит ван дер Хейден закупил товар и выехал из России. Возвра&
тившись, он, видимо, записался на этот раз нидерландским купцом.
В 1627 г. (будучи женатым на вдове Даниэля Эйлофа) он вновь чис&
лился «московским торговым иноземцем». В 1629 г.
133
он покинул
Россию, чтобы вернуться в 1632 г.
134
(Примерно в это время, с 1627 и
приблизительно до 1635 г., в Нидерландах находился его пасынок
Алфер Ильфов.) По возвращении Геррит ван дер Хейден был зафик&
сирован как иностранный купец. Но уже со следующего 1633 г. (не
исключено, после смерти другого пасынка и, возможно, компаньона
Данила Данилова Ильфова) и до 1648 г. Геррит ван дер Хейден при&
надлежал к корпорации «московских торговых иноземцев». Измене&
ние позиции Геррита ван дер Хейдена сходно с Данилом Даниловым
Ильфовым. Можно предположить, что он составил с пасынками тор&
говую корпорацию и действовал совместно. Причем отчим
135
пережил
Данила Данилова Ильфова (умершего в 1632 г.) более чем на десять
лет, Алфера Ильфова – примерно на шесть лет.
Наиболее вероятно, Геррит ван дер Хейден принадлежал к одной
из ветвей протестантизма (к кальвинизму?). Быть может, вступив в
брак с вдовой Даниэля Эйлофа, он не только получил доступ к пред&
приятиям покойного, но и спас (в понимании членов западноевро&
пейской общины) души своих единоверцев в его многочисленной
семье.
Удивительным является факт обращения семьи Ильфовых к за&
падному христианству. Перекрещивание Даниэля Эйлофа поставило
его родных перед обязанностью вступления в русскую церковь.
Обычной церковной практикой было перекрещивание совместно с
главой семьи супруги всех детей, включая взрослых. Смешанные бра&
ки запрещались русским церковным каноном, однако в условиях
192
Глава 3
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]