Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Иноземцы в России XVI—XVII вв. Очерки исторической биографии и генеалогии. Книга 1
.pdf
сольскои двор»16. Следует подчеркнуть, что сын воеводы и тульского
помещика Михаила Офросимова – тоже Михаил Офросимов – слу&
жил в Москве. Наиболее вероятно, что Станислав Вольский, переме&
щаясь вместе с членами семьи хозяина, зимой 1645 г. находился в
московском доме Офросимовых, откуда и совершил побег. Ян Пасек
говорил о самостоятельном приходе Станислава Вольского на по&
соль&ский двор: «...и тот де племянникъ ево пришел к нему сам»
17
.
Примерной датой посол назвал конец января – 1 февраля 1645 г.
Таким образом, несмотря на то, что не совсем ясна последователь&
ность событий, пути разлученных десять лет назад дяди и племянни&
ка пересеклись. Холопу, располагавшему близким родственником,
принадлежавшим к польской знати и занимавшим высокий пост в
Речи Посполитой, удалось не только «свидеться» с Яном Пасеком –
перед ним появилась реальная перспектива прекращения зависимос&
ти и возвращения на родину.
Ян Пасек ввел племянника в круг посольства, где Станислав
Вольский оказался среди родных и соотечественников. На посольс&
ком дворе он обрел традиционный для себя вид польского шляхтича:
ему изменили прическу, сделали хохол
18
, надели польскую одежду
(дядя «учинил польскую признаку: зделал хохол и положил польское
платье»
19
). Беглый холоп полностью сменил внешний вид, обрядив&
шись по польскому обычаю. Безусловно, в его преображении важ&
нейшая роль отводилась вероисповеданию. Станислав Вольский от&
верг православие (которое, судя по ситуации плена, он принял на&
сильно). Он вновь вошел в лоно католической церкви. Станислав
Вольский на польском посольском дворе участвовал в католическом
богослужении. Возвращение в католичество он позже объяснил дав&
лением дяди, который, по его словам, «приводил иво в свою папежс&
кую веру».
Изменив внешний и внутренний строй жизни, войдя в мир польс&
кой традиции и веры, Станислав Вольский, казалось, достиг заветной
цели. Он воссоединился с семьей, получил возможность вновь стать
подданным Речи Посполитой и пребывать в польской культуре. Бе&
зусловно, что дядя, обретя племянника, стремился оставить его у себя
и вывезти из России. В «распросных речах» Вольский постоянно ука&
зывал, что Пасек «звал с собою в Польшу и Литву».
Однако далее произошли события, мотивы которых трудно прояс&
нить. Станислав Вольский прожил на польском посольском дворе
лишь две недели. По просьбе заболевшего Яна Пасека («очьми зас&
корбьлъ»
20
) приблизительно 11 февраля Станислав Вольский выехал
на лошади, предоставленной дядей, за пределы территории посоль&
273
Путь от холопа до московского дворянина Станислава Вольского
ства в поисках иностранного врача (но костоправа) («послалъ онъ ево
для костоправа по немчина к Чертолькимъ воротамъ»
21
; «послал того
племянника своиво за Чертольские ворота по лекаря»
22
). И после это&
го пропал. Невозможно определенно сказать, каким образом Станис&
лав Вольский выпал из польского дипломатического круга: был сразу
схвачен поджидавшим сыном владельца и доставлен в тульское по&
местье, вернулся к хозяину сам, уже признав Россию местом своего
дальнейшего пребывания, или же просто искал у владельца невесту.
Безусловно, сыновья хозяина наведывались к членам польской мис&
сии, желая выяснить обстоятельства новой жизни и юридического
статуса прежнего холопа своей семьи: «...и Михаиловы де дьти Офро&
симова к тому племяннику иво приходили»
23
. Кроме того, как отмеча&
лось, приставом рекомендовалось конвоировать в Посольский при&
каз всех посторонних лиц, выходивших с польского посольского дво&
ра: «хто с литвою тайно учнет о чем говорити, и имь тьх людеи сождав
з двора, какъ поотойдут велет имать тайно и присылать в Посольскои
приказ»
24
. Холоп вскоре утверждал, что «не ьздя к лекарю, поьхал сво&
ею волею опять к Михаилу Офросимову в Одоевскую его деревню
Оболдуиву»
25
. Русские власти причину исчезновения усматривали в
бегстве православного холопа к прежнему хозяину. В «распросных ре&
чах» Вольский чуть позже объяснил свои поступки сходным образом:
привязанностью к владельцу – крестному отцу, православию и рус&
скому государю.
В то же время, не дождавшись племянника, 14 февраля 1645 г. Ян
Пасек обратился с вопросом к приставам: «Взят де был под Смоленс&
комъ племянникъ ево Станиславъ Волскои, а жил у туленина у Ми&
хайла Офросимова. И тот де ево племянникъ пришолъ к нему на по&
сольскои двор тому ныне недели з двь. И третьево дни послалъ онъ
274
Глава 5
Автограф Станислава Вольского. РГАДА, ф. 150, 1645, № 2, л. 6–9
ево для костоправа по немчина к Чертолькимъ воротамъ, давъ ему ло&
шедь свою, конь гнедъ. И тот де ево племянникъ к нему после того не
бывалъ»
26
. 7 марта он подал петицию в Посольский приказ на имя ца&
ря: «Чтоб де про него провьдать»
27
.
Было организовано следствие. В его ходе выяснилось о пребыва&
нии холопа в Туле. Первоначально поступило известие о нахождении
беглеца здесь среди иностранных иммигрантов, где его в первую оче&
редь интересовала некая девушка: «преже Волского сыскивати на Ту&
ле у Михаила Офросимова в слободе Козельскои у немки Коробьихи
за Вретенскими вороты, сказывал тамъ девку, которую хотьл поня&
ти»
28
.
Холоп был обнаружен в тульских владениях Офросимова и дос&
тавлен из&под Тулы в Москву. В столице он начал давать показания
(сохранившиеся документы и позволяют реконструировать его исто&
рию). Можно отметить, что за годы службы у Офросимова Станислав
Вольский выучил русский язык, но не владел письменностью. Свои
ответы в Посольском приказе он заверил по&русски латинскими бук&
вами (см. фото), что было типично для польских и литовских иммиг&
рантов.
Следует подчеркнуть, что следствие по делу Станислава Вольско&
го проходило на фоне прений с графом Вальдемаром и попыток
польской стороны доказать неканоничность перекрещивания запад&
ных христиан. В жизненной коллизии Вольского были затронуты все
основные пункты имевшего международный резонанс богословского
спора: проблемы повторного крещения и русского подданства. Ста&
нислав Вольский принял и крещение, и подданство; нарушить их бы&
ло абсолютно невозможно. Таинство, как и вступление в подданство,
согласно русскому светскому и церковному законодательству, явля&
лись необратимыми. Русские власти в ситуации острого политичес&
кого кризиса не могли допустить дискредитации этих сакральных по&
нятий государственности. Они не позволили поколебать священный
принцип принадлежности к Русскому государству.
Очевидно, что русскими властями (или той группировкой, кото&
рая была нацелена на срыв брака и связанных с ним переговоров) бы&
ли обещаны значительные выгоды от дальнейшего пребывания Ста&
нислава Вольского в России. Осознав возможные перспективы, он в
полной мере воспользовался сложившейся ситуацией. Холоп заявил
о своем решительном отказе вернуться в Речь Посполитую и католи&
ческую веру. Он объявил, что причиной его бегства стало требование
членов посольства нарушить православные недельные посты (в среду
и пятницу): «и какъ де литовскои посолъ и королевские дворяне и по&
275
Путь от холопа до московского дворянина Станислава Вольского
солские люди учали на Масленои неделе мясо ьсть, а ево де заставли&
вали с собою ж мяса ьсть. И он не хотя православные християнские
вьры порушить и мясо с ними не ьлъ и для того жити у дяди своего не
захотьлъ, чтоб не порушити православные християнские вьры»
29
. По&
добное святотатство, как он теперь объяснял, являлось для него не&
мыслимым. Он вернулся в русское общество. В период следствия
Степан Вольский выступил благочестивым православным и верным
подданным русского государя. Писцы в Посольском приказе фикси&
ровали: «хочет быть в православнои крестьянскои вере и в папежскую
веру не похотел»; «помня истинную православную веру греческого
закона, остался на государево имя на вечную службу и с дядей ехать
не похотел»
30
. Прецедент с Вольским для русских властей демонстри&
ровал послу Габриэлю Стемпковскому и королю Владиславу IV, по&
могавшим смешанному браку, торжество православия.
Удивительно, но в составе посольства Габриэля Стемпковского
нашлись и русские пленники времен Смоленской войны. Вскоре
после случая со Станиславом Вольским, в апреле 1645 г., с посольско&
го двора сбежал сын русского крестьянина Михаил Иванов. Первона&
чально он оказался в Стрелецком приказе, откуда был доставлен в
Посольский приказ. В дипломатическом ведомстве он поведал свою
историю: «взяли меня литовские люди в полонъ шести лет, а в поло&
ну был я 13 лет»
31
; «взяли ево в полон литовские люди в Курскомъ уез&
де в деревне Боброве шти летъ в ть поры, как стоял под Смоленскимъ
Михаило Шеинь во 140 году»
32
. Михаил Иванов в Речи Посполитой
(как и Станислав Вольский в России) стал холопом. (Но существен&
ной разницей было то, что Вольский являлся шляхтичем, а Иванов –
крестьянином.) Пленник многократно менял владельцев: «и отдали
пану Шавловскому в городе Синявине и жил де онъ у того Шавловс&
кого 7 летъ. А от пана Шавловского ушол в город Черниговъ и жил в
Чернигове у шляхтича у пана Салтана. И тоть же шляхтичъ панъ Сал&
танъ отдал иво Мишку шляхтичю пану Черниковскому в литовскои
же город в Винницу и жил он в Виннице 6 льтъ. А из Винницы ушол
в город в Чернобыл и служил чертнобылскому державцу пану При&
тинскому 10 недель»
33
. В версии Михаила Иванова, он устремился в
Россию, как только узнал о готовящемся посольстве Габриэля Стемп&
ковского: «и какь он свьдал, что идут ко государю от короля послы и
он из города Чернобыли от пана Притинского збежал таино и сугнал
литовскихъ послов в Бресте Литовскомъ и пристал х королевскому
дворянину к пану х Кособуцкому и пан Кособоцкои привез иво к
Москве и держал у себя на посольском дворь»
34
. Мотивом возвраще&
ния в его челобитной являлась приверженность вере: «и он де Миш&
276
Глава 5
ка помня православную християнскую веру с посолского двора ушол
и пришел в Стрелецкои приказ»; «вспомня православную християнс&
кую веру ушел ис посольского двора». За «полонское терпенье» Ми&
хаилу Иванову было назначено 2 рубля
35
. Можно отметить, что среди
членов польской миссии нашелся и добровольный агент русского
правительства, венгр по происхождению
36
.
Что касается Станислава Вольского, то политическая значимость
его шага для русских властей повлекала признание всех требований
нового русского подданного. Вольский соглашался остаться в Рос&
сии, конечно, не в статусе холопа Офросимова. Последний безвозв&
ратно потерял работника. Более того, положение бывшего холопа
сравнялось с хозяином. Степан Вольский был включен в состав са&
мой привилегированной категории русского дворянства – московс&
кого
37
. 13 июня 1645 г. он был «пожалован из новокрещенов поляков
в иноземцы, которые служат с московскими дворяны»
38
.
Важно отметить, что для Вольского, уже свободного человека, бы&
ла оговорена материальная сторона принятия русского подданства.
Хотя он уже более десяти лет находился в России, лишь сейчас, пе&
рестав быть холопом, он был награжден дарами за «выезд» и «для кре&
щения»: 20 рублей, также получил многочисленные подарки (кото&
рые передали с Казенного двора во дворец 28 марта 1645 г.)
39
. Степан
Вольский, как и полагалось в случае выездов важных персон, 28 мар&
та 1645 г. удостоился пожалований на аудиенции у царя Михаила Фе&
доровича. Здесь ему были объявлены и определенные в Посольском
приказе
40
поместные и денежные оклады: 700 четей и 40 рублей41, и,
кроме того, назначен поденный корм. Сверх того, по именному царс&
кому приказу Вольского наградили 50 рублями
42
. Затем был выделен
дом в Москве, где мог бы временно находиться новый подданный
московского государя
43
. Возможно, что Вольскому вернули и девуш&
ку, которой он столь интересовался в Туле «в слободе Козельскои у
немки Коробьихи». Во всяком случае, бывший холоп уже в 1645 г. сам
обзавелся кабальной холопкой, причем каким&то образом связанной
с Тулой. В 1645/1646 г. девушка сбежала от владельца в Тулу, где через
три года дворянин Вольский смог ее отыскать
44
. Таким образом, связь
с прежним владельцем и крестным отцом существовала, раз Вольс&
кий сумел получить информацию о местонахождении слуги.
Польскую одежду и лошадь Станислава Вольского вернули на
посольский двор. Все имущество передали Яну Пасеку: «А какь де
дядя иво послал иво Степана по лекаря и лошедь де под ним была
мерин гньд, да седло с воилоки ежжалое да узда меденая да сабля. Да
на нем литовского платья шуба лисья под сукном черным да курта
277
Путь от холопа до московского дворянина Станислава Вольского
сукно черно жъ да шапка лисья сукно черлено венчана. И та лошедь
и седло и узда и сабля да литовское платье все ныне у него Степана
ньт. И марта ж въ 13 день та лошедь мерин гньд и седло с воилоки и
узда с похви и с паперстью и сабля и литовское платье шуба лисья и
курта черная и шапка подложена лисицею отосланы на посолскои
на литовскои двор литовского посла с приставы со князем Микифо&
ром Мещерским да дьяком с Федором Степановым. А велено то все
отдать королевскому дворянину городничему смоленскому пану Па&
соку»
45
.
В период завершения следствия по делу Степана Вольского прои&
зошли перемены в русском правительстве: после скоропостижной
смерти царя Михаила Федоровича на престол взошел его сын, Алек&
сей Михайлович. Новый государь поспешил завершить затянувшие&
ся прения с Вальдемаром и переговоры с Габриэлем Стемпковским.
Граф, как и посол, получил возможность уехать в Речь Посполитую.
Царь и его окружение крайне отрицательно рассматривали несосто&
явшийся союз принца Вальдемара и царевны Ирины Михайловны.
По завершении прений начались преследования сторонников брака
(см. гл. 1).
Отношением новой власти к проблеме перекрещивания не пре&
минул воспользоваться Степан Вольский и обратился с новыми чело&
битными. Дворянину&иностранцу необходим был постоянный дом в
столице, он не мог более пользоваться временным жилищем, предос&
тавленным ранее. В 1647 г. Станислав Вольский попытался перевес&
ти в свое владение бывшую усадьбу подьячего Большого прихода
Ивана Большего, располагавшуюся в центре Москвы: «Двор на Ку&
лишках у Рождества Пречистые Богородицы»
46
. Однако на опустев&
шее жилище нашелся иной, более родовитый претендент – новооб&
ращенный мурза князь Алексей Тинмаметев
47
. В результате выезжему
польскому шляхтичу достался лишь «загородной двор» подьячего,
находившийся между Покровскими и Фроловскими воротами
48
.
К 1648 г. московский дворянин планировал жениться (известно
имя невесты – Ефимья)
49
, что свидетельствует об ассимиляции. Как
знатный иммигрант, Вольский попросил свадебных подарков и яств
из царской «казны» для проведения торжества
50
. Монарх продолжал
щедро одаривать человека, опозорившего, с его точки зрения, план
утверждения «некрещеного» иностранца в русской знати. Все прось&
бы Станислава Вольского были удовлетворены правительством Алек&
сея Михайловича.
Московский дворянин Степан Иванов Вольский вступил в
службу. Он вошел в дворянское ополчение, был приписан (как и Де&
278
Глава 5
ремонтовы, см. гл. 2) к Белгородскому полку. Последний в данный
момент выполнял роль Большого полка. В поход православный по&
ляк выезжал с соответствующим его статусу снаряжением: «На госу&
дареве службе буду я на конь, с парой пистолей. Да конь прост, а на
коне пара ж пистолеи. Да за мною 2 человека на конех с кораби&
ны»
51
.
Военный участвовал в строительстве оборонительных укреплений
Белгородской черты. В 1646 г. Вольский служил в войсках под Мценс&
ком, а в 1647 г. – под Белгородом: «вал дьлол и ров копал»
52
, за что был
поощрен. Видимо это он был пожалован поместьем в Алексинском
уезде: жеребьем пустоши Любиково на 97 чети
53
. Доходы от земли
должны были заменить выплаты на содержание лошади для походов:
«да дана ж мне пустошенька вместо государева жалованья конского
корму»
54
.
Очевидно, что начало военной карьеры подданного московского
государя обусловило переоформление его документов. Из ведения
Посольского приказа Станислав Вольский должен был перейти в
Разрядный. В 1648 г. подьячие Разрядного приказа обращались в По&
сольский приказ с просьбой подтвердить размер его оклада: «отпи&
сать в Розряд из Посольсково приказу новокрещену Степану Вольс&
кому что государева жалованья поместного и денежного окладу»
55
.
Ответ соответствовал принятому на царской аудиенции решению:
«Степану Вольскому государева жалованья поместного окладу 700 че&
ти, денег 40 рублев»
56
. Окончательный перевод из дипломатического
ведомства в военное произошел 13 сентября 1650 г.
57
Тогда, в числе
прочих новообращенных, Вольский был выведен из списков лиц,
контролируемых Посольским приказом, и записан в Разрядный при&
каз. Его поденный корм на 1650 г. составил 10 алтын на день, а также
был предоставлен корм на одну лошадь
58
.
В 1652
59
, 165460, 165561, 1656 гг.
62
Вольский получал оклад 40 руб&
лей, который ему выплачивался из Устюжской чети
63
.
Его содержание осталось неизменным всю жизнь, как и закреп&
ленная дефиниция «новокрещен». В приказной документации мос&
ковский дворянин устойчиво назывался новообращенным инозем&
цем. Боярские книги упоминали неофита до 1658 г.
64
В феврале 1660 г.
его поместье уже назначалось вдове Ефимье в качестве прожиточно&
го
65
. Очевидно, иммигрант скончался в 1660 г. Наиболее вероятно, он
погиб в битве при Конотопе или Чудновом
66
.
Судьба Станислава Вольского является ярким примером закаба&
ления с помощью перекрещивания, что типично для этого периода.
Вместе с тем, история Вольского необычна фактом прекращения за&
279
Путь от холопа до московского дворянина Станислава Вольского
висимости и положением, которое бывший холоп занял в русском
обществе. Она иллюстрирует, помимо норм традиционного права,
уникальный путь от холопа до московского дворянина. Столь резкое
изменение статуса относится к беспрецедентным случаям. Беглый
холоп Станислав Вольский получил чин столичного дворянина, вы&
сокий оклад и службу в престижных царских подразделениях. Безус&
ловно, что подобный счастливый конец мог быть не у каждой исто&
рии холопа&шляхтича.
Казус Станислава Вольского обращает и проблеме подданства и
его теснейшей связи с вероисповеданием. Его жизнь в России воссоз&
дает судьбу русского дворянина польского и литовского происхожде&
ния. Станислав Вольский пришел в Россию как завоеватель, в войс&
ках Речи Посполитой. В войне 1654–1667 гг. он оказался на стороне
России и погиб, отстаивая интересы второго отечества. Вероятно, в
1645 г., когда шляхтич выбирал подданство и веру, он учитывал воз&
можность непременного участия в войнах с прежней родиной и быв&
шими единоверцами.
Ян Пасек не увидел завершения истории племянника: он умер
чуть раньше, в 1651/52&м. Однако перед детьми Пасека очень скоро
возникла слишком схожая со Станиславом Вольским дилемма. Как
известно, Смоленск отошел русской армии в 1654 г., в ходе первой
кампании русско&польской войны 1654–1667 гг. В Государевом полку
должен был находиться и московский дворянин Степан Вольский, и
его пути могли пересечься с двумя сыновьями Яна Пасека: Петром&
Казимиром и Яном Каролем.
Наследникам смоленского городничего пришлось сделать выбор.
Как это традиционно для смоленской шляхты, на определенных чле&
нов дворянских фамилий возлагалась обязанность осуществлять
единство рода, разделенного границами, и связь с двумя государства&
ми и монархами. Обычно часть семьи принимала православие, другая
же оставалась в католичестве. Так поступили и Пассеки. Один сын
смоленского городничего – Ян Кароль (Jan Karol Pаsek), после заня&
тия Смоленска русской армией вынужден был переселиться во внут&
ренние районы Речи Посполитой. Он спас веру и оказался «изгнан&
ником». Второй сын – Петр Казимир – принял русское подданство и
православие.Он был наречен Данила Иванович и стал родоначальни&
ком известного русского дворянского рода Пассеков
67
.
280
Глава 5
1
Работа была опубликована в составе статьи: Опарина Т.А. Конфессиональные
нормы принятия русского подданства шляхтичами&католиками Речи Посполитой
(первая половина XVII в.) // Studia ofiarowane Profesorowi Juliuszowi Bardachowi w
dziewikcdziesikciolecie urodzin. Warszawa, 2004, s. 149&167.
2
О чем подробнее там же.
3
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1645, № 2.
4
Донские казаки активно занимались работорговлей. Из Османской империи
и вассальных ей государств в Россию они вывозили «ясырь», а в Порту, как видно
на данном примере, – военнопленных, захваченных ими в России.
5
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1645, № 2, л. 7–8.
6
Urzкdnicy Wielkiego KsiкLitewskiego. T. Wojewуdztwo smolenskiego XIV–XVIII
wieky. (pod redakcj Andrzeja Rachuby). Warszawa, 2003, p. 81, № 317; p. 160, № 1052;
Pоlski Sіownik biojraficzny, T. XXV, Wroclaw, Warszawa, Krakуw, Gdansk, 1980, p. 244;
Czajka M., Kamler M., Sienkiewicz W. Leksykon historii Polski, Warszawa, 1995, p. 99.
Можно отметить, что Ян Пасек бывал в Москве многократно. Так, он принимал
участие в походе принца Владислава 1618 г.
7
Османская империя и страны Центральной, Восточной и Юго&Восточной
Европы в XVII в. М., 1998. Ч. 1.
8
Голубцов А. Прения о вере, вызванные делом королевича Вальдемара и ца&
ревны Ирины Михайловны. М., 1888; Цветаев Д. Протестантство и протестанты в
России XVII в. М., 1890.
9
Николаевский П.Ф. Из истории сношений России с Востоком. Спб., 1882.
С. 2; Памятники Прений о вере, вызванные делом королевича Вальдемара и ца&
ревны Ирины Михаиловны // ЧОИДР, 1892. Кн. 2. Отд. 2, № 17; Опарина Т.А.
Иван Наседка и полемическое богословие киевской митрополии. Новосибирск,
1998. С. 230–231.
10
Памятники Прений о вере, вызванные делом королевича Вальдемара и ца&
ревны Ирины Михаиловны // ЧОИДР, 1892. Кн. 2. Отд. 2, № 4.
11
Известие о поездке в Россию Вальдемара Христиана Гильденлеве, графа
Шлезвиг&Голштинского, сына датского короля Христиана IV от Христины Мунк,
для супружества с дочерью царя Михаила Федоровича Ириною // ЧОИДР, 1867,
кн. 4.
12
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1645, № 2, л. 1.
13
РГАДА, ф. 79 (Сношения с Польшей), кн. 68, л. 106–106 об.
14
РГАДА, ф. 79 (Сношения с Польшей), кн. 68, л. 414 об.–415.
15
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1645, № 2, л. 8.
16
Там же, л. 4.
17
Там же, л. 1.
18
Флоря Б.Н. О значении термина «хохол» и производных от него в русских ис&
точниках первой половины XVII в. (эпизод из истории русско&польско&украинс&
ких контактов) // Studia polonica. К 60&летию В.А. Хорева. М., 1992.
19
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1645, № 2, л. 9.
20
Там же, л. 1.
21
РГАДА, ф. 79 (Сношения с Польшей), кн. 68, л. 389 об.
22
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1645, № 2, л. 1.
23
Там же.
24
РГАДА, ф. 79 (Сношения с Польшей), кн. 68, л.106 об.
25
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1645, № 2, л. 10.
26
РГАДА, ф. 79 (Сношения с Польшей), кн. 68, л. 389 об.
281
Путь от холопа до московского дворянина Станислава Вольского
27
Там же.
28
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1645, № 2, л. 3.
29
Там же, л. 9.
30
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1645, № 2. Ср. с формулиров&
кой памяти на Казенный двор при награждении: «А пожаловал государь ево в при&
каз за то, что он помня истинную православную християнскую веру греческого за&
кона остался на его государьское имя на вьчную службу, а з дядею своим родным с
смоленским городничим с Яном Пасекомъ, которои ныне приехал с полскимъ
послом з Гаврилом Стемпковским и приводил ево в свою в папежскую вьру и звал
с собою в Полшу и в Литву ьхать, и он не поьхал» (РГАДА, ф. 396, оп. 2, кн. 300,
л. 84), или описанием его истории в качестве прецедента для других выходцев из
Речи Посполитой – Давида Борковского и Давида Нарбута: «А в прошлом во 142&
м году взят был под Рославлем в полон полякъ Станислав Волскои шляхецкои
сын. А взяли иво донские казаки и какъ они с нимъ приьхали на Епифань и вои&
вода Михайло Офросимов взял иво у нихъ к себь и крестил в православную хрис&
тиянскую вьру, а во крещение имя ему Стефан. И какъ по указу великого государя
велено полскихъ и литовских полоняников отдавать в литовскую сторону, и он
Степан не хотя отбыть православные християнские вьры остался великого госуда&
ря на имя на вьчную службу» (РГАДА, ф. 150, 1662, № 4, л. 7–8).
31
РГАДА, ф. 138 (Дела о посольском приказе и служащих в нем), оп. 1, 1644,
№ 1, л. 381.
32
Там же, л. 382.
33
Там же.
34
Там же.
35
Там же, л. 385: «...Которые полоняники руские люди пашенных крестьян дь&
ти выходят ис полону и тем давано по дву рубли».
36
Флоря Б.Н. Миклош Дьюрки – первый русский агент в Варшаве // Венгры и
их соседи по Центральной Европе в Средние века и Новое время. М., 2004.
С. 154–161.
37
Можно отметить, что в России уже бывали представители разветвленной фа&
милии Вольских. В составе государева двора при царе Михаиле Федоровиче слу&
жил также Иван Матвеев Вольский, жилец в 7131–7133 гг. с окладом «с отцова с
265 чети», был отставлен в 7133 г. (РГАДА, ф. 210. Столбцы Московского стола, 17,
столпик 6, л. 44; 897, столпик 1, л. 73; 1070, столпик 7, л. 69). Сведения указаны
А.П. Павловым.
38
РГАДА, ф. 210, Столбцы московского стола, 184, л. 140. Сведения указаны
А.П. Павловым. Ср. 13 июня 1645 г.: «И имя иво в московскои списковъ в Розряде
вельл справит(ь) по сему г(о)с(у)д(а)р(е)ву указу» (РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах
иностранцев), 1645, № 2, л. 42).
39
РГАДА, ф. 396, оп.2, кн. 300, л. 84: «Марта в 28 день по государеву цареву и
великого (л. 84 об.) князя Михаила Федоровича всеа Русии по приказу казначея
Богдана Минича Дубровского и по памяти ис Посольсково приказу за приписью
дьяка Степана Кудрявцова государева жалованья иноземцу новокрещену Степану
Волскому ковшъ серебрен вьсу 2 гривенки без 2 золотников по 2 алтына по 3 день&
ги золотник да от дела 20 алтын; 10 аршин камки куфтерю алои по 29 алтын по
2 деньги аршин 4 аршина (л. 85) тафты шолкь черлен жолть по 25 алтын аршин,
4 аршина сукна аглинсково вишневого по 1 рублю по 26 алтын по 4 деньги аршинь,
40 соболеи 40 рублев (дано)». Повтор информации: «И о том своемъ выходе и за
подначальство и за крещенье во 153&м году бил челом великому государю в Посол&
282
Глава 5
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]