Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Иноземцы в России XVI—XVII вв. Очерки исторической биографии и генеалогии. Книга 1
.pdf
нут в Разрядной книге. Т. 4. Ч. 2, стб. 1051 об.; Дворцовых разрядах. Т. 1, Спб.,
1850, стб. 1016, умер в 1637/38 гг. Его сын оказался полным тезкой толмача –
Иван Аврамов Селунский.
5
РГАДА, ф. 396, оп. 2, кн. 292, л. 2.
6
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1647, № 33.
7
РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), оп. 1, 1662, № 7. (Сведения указаны
Н.П. Чесноковой.) Необходимо оговорить совмещение персонажей двух челобит&
ных. В первом документе он назван как Иван Аврамов сын Селунский, во втором
– «иноземець приЪзжеи гречен» Иван Абрамов. Следует помнить, что в документа&
ции Посольского приказа толмач мог называться как Иван Абрамов сын Селунс&
кий, и как Иван Абрамов. Кроме того, представляется маловероятным одновремен&
ное присутствие в России двух крещеных иудеев из Салоник, столь сходной судь&
бы: преследуемых бывшими единоверцами и, главное, получающих высокое зас&
тупничество патриархов и митрополитов Восточной Церкви. Наиболее вероятно,
речь идет об одном лице. Это косвенно подтверждает факт прибытия к Ивану Се&
лунскому родных из Османской империи. Об отданной в залог супруге писал Иван
Абрамов. К Ивану Аврамову Селунскому спустя много лет приехали сын и внук.
8
В версии 1662 г. Иван Селунский уже не конкретизирует свое происхождение:
«родомъ был я иноземецъ».
9
Frejdenberg M. Jewish life in the Balkans (15thto 17thcenturies). Tel&Aviv, 1999,
s. 36–39.
10
Там же.
11
О чем он сообщил в своей челобитной 1662 г. (РГАДА, ф. 52 (Сношения с Гре&
цией), оп. 1, 1662, № 7).
12
РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), оп. 1, 1662, № 7, л. 1.
13
Нестерова Е.С. Переводчики с греческого языка Посольского приказа в
XVII веке // Первые чтения памяти профессора Николая Федоровича Каптерева.
Материалы. М., 2003. С. 25–28 (РГАДА, ф. 138, оп. 1, ч. 2, 1671 г., д. 11, л. 2).
14
РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), оп. 1, 1662, № 7, л. 1.
15
Podskalsky G. Griechische Theologie in der zeit der Turkenherrschaft (1453–1821).
Die Orthodoxie im Spannungsfeld der nachreformatorischen Konfessionen des Westens.
Mu3nchen, 1988, S. 399.
16
РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), оп. 1, 1662, № 7, л. 1.
17
РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), оп. 1, 1662, № 7, л. 2.
18
Там же, л. 2.
19
РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), оп. 1, 1662, № 7, л. 1.
20
Там же.
21
Frejdenberg M. Jewish life in the Balkans (15thto 17thcenturies). Tel&Aviv. 1999.
22
РГАДА, ф. 396, оп. 2, кн. 292, л. 2. Он получал жалованье за выезд 3 сентября.
23
В России данного периода статус человека определяли не его личные качества и
заслуги, а родовитость. Этот принцип был закреплен системой местничества. Подоб&
ные правовые нормы оказались наиболее благоприятны для мелкопоместной и беспо&
местной шляхты Речи Посполитой, титул которой обеспечивал в России обязатель&
ный дворянский статус и земельный надел. Хотя, следует отметить, что непременным
условием для польских и литовских иммигрантов было обращение в православие.
24
РГАДА, ф. 210, оп. 13 (Приказной стол), стб. 101, 1631–1637 гг., л. 541, 548.
25
РГАДА, ф. 396, оп.2, кн. 292, л. 216 об.
26
Опарина Т.А. «Исправление веры греков» в русской церкви первой полови&
ны XVII в. // Россия и Христианский Восток. Вып. II–III. М., 2004. С. 288–325.
333
Толмач Посольского приказа Иван Селунский
27
РГАДА, ф. 396, оп. 2, кн. 292, л. 216 об.: «Выходцу июдьского роду Авраму,
русское имя Ивану Селунскому 4 аршина сукна аглинского тмо&синево по рублю
аршин. А пожаловал его государь за подначальство».
28
РГАДА, ф. 210, оп. 9 (Московский стол), стб. 848, 1641, л. 19.
29
Frejdenberg M. Jewish life in the Balkans (15thto 17thcenturies). Tel&Aviv. 1999,
s. 36–39.
30
Беляков А.В. К вопросу о вероисповедании служащих Посольского приказа
второй половины XVII века // Исследования по источниковедению истории Рос&
сии (до 1917 г.). М., 2003. С. 67.
31
Дело о его приезде см.: РГАДА, ф. 52 (Сношения России с Грецией), 1647, № 2.
32
Дело о его приезде см.: РГАДА, ф. 52, 1647, № 1.
33
Дело о его приезде см.: РГАДА, ф. 52, 1647, № 3. Впоследствии, он стал круп&
ной фигурой в русско&украинских отношениях и трагически погиб, защищая ин&
тересы православных: Ченцова В.Г. Коринфский митрополит Иоасаф, гетман Бог&
дан Хмельницкий и Россия (неизвестные документы фонда «Сношения России с
Грецией» (ф.52) Российского Государственного Архива Древних Актов) //
Palaeoslavica. Crusai’ Puvlai – Златая врата. For Prof. I. Ševèenko on his 80th birthday.
Vol. X, N 2. 2002. P. 293–322.
34
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1647, № 33.
35
Беляков А.В. К вопросу... С. 67.
36
РГАДА, ф. 150 (Дела о выездах иностранцев), 1647, № 33, л. 12; Беляков А.В.
Служащие Посольского приказа второй трети XVII в. Дис. ... канд. ист. наук. М.,
2001. С. 352 (РГАДА, ф.138, оп. 1, 1649, № 1, л. 251).
37
Беляков А.В. Служащие Посольского приказа второй трети XVII в. С. 352
(РГАДА, ф.138, оп. 1, 1649, № 1, л. 265; РГАДА, ф. 141 (Приказные дела старых
лет), 1647, № 62, л. 44–45).
38
РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), 1649, № 7, л. 50. Сведения указаны Н.П.
Чесноковой.
39
РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), 1653, № 23, л. 52. Сведения указаны
Н.П. Чесноковой.
40
РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), оп. 1, 1662, № 7, л. 2.
41
Там же.
42
Грамота Парфения в пересказе звучит следующим образом: «А в свидь&
тел(ь)ственном листу ц(а)реградцкого патриарха Парфения написано, что он,
Иван, крестился в православную хр(и)стиянскую вьру и по навождению дьяво&
лскому нечестивые жиды учинили ему бьдному убытку 400 рублев турскихъ денег
и православным бы хр(и)стияном учинить ему м(и)л(о)ст(ы)на, какъ кому Б(о)гь
по с(е)рдцу положит» (РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), оп. 1, 1662, № 7,
л. 2).
43
Podskalsky G. Griechische Theologie in der zeit der Turkenherrschaft (1453 –
1821). Die Orthodoxie im Spannungsfeld der nachreformatorischen Konfessionen des
Westens. Mu3nchen, 1988, S. 399.
44
РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), оп. 1, 1662, № 7, л. 1–4 (фраза помеще&
на в скрепах документа).
45
Нестерова Е.С. Переводчики с греческого языка Посольского приказа в
XVII веке // Вторые чтения памяти профессора Николая Федоровича Каптерева.
Материалы. М., 2004. С. 25–28. (РГАДА, ф. 138, оп. 1. Ч. 2, 1671 г., д. 11, л. 2).
46
12.11.1672 г.: Беляков А.В. Служащие Посольского приказа второй трети
XVII в. С. 319 (РГАДА, ф.159 (Приказные дела новой разборки), оп. 2, № 1874, л.
Глава 7
2–3; РГАДА, ф. 138 (Дела о Посольском приказе и служащих в нем), оп. 1, 1672, №
14, л. 3). Он назван Иваном Авраамовым. Как известно, это было отчество Ивана
Селунского, и в данном случае речь явно идет об одном и том же лице.
47
Беляков А.В. К вопросу о вероисповедании служащих Посольского приказа
второй половины XVII века // Исследования по источниковедению истории Рос&
сии (до 1917 г.). М., 2003. С. 68 (РГАДА, ф. 138, оп. 1, 1661, кн. 6, л. 12).
48
Беляков А.В. Служащие Посольского приказа второй трети XVII в. С. 335
(РГАДА, ф. 138, оп. 1, 1661, № 6, л. 12).
49
Там же (РГАДА, ф. 138, оп. 1, 1680, № 1, л. 7–9).
50
Беляков А.В. Служащие Посольского приказа второй трети XVII в. С. 356
(РГАДА, ф. 138, оп. 2, № 12, л. 91; РГАДА, ф. 138, оп. 1, 1669, № 8, л. 56).
51
Беляков А.В. К вопросу о вероисповедании служащих Посольского приказа
второй половины XVII века // Исследования по источниковедению истории Рос&
сии (до 1917 г.). М., 2003. С. 68 (РГАДА, ф. 138, оп. 1, 1670, кн. 30, л. 2).
52
Podskalsky G. Griechische Theologie in der zeit der Turkenherrschaft (1453–1821).
Die Orthodoxie im Spannungsfeld der nachreformatorischen Konfessionen des Westens.
Mu3nchen, 1988, S. 132.
53
Фонкич Б.Л. Греческо&русские связи середины XVI – начала XVIII в. Гречес&
кие грамоты московских хранилищ. Каталог выставки. М., 1991. С. 27; РГАДА,
ф. 52, оп. 2, № 172; Рогов А.И. Культурные связи России с Балканскими странами
в первой половине XVII века // Связи России с народами Балканского полуостро&
ва. Первая половина XVII века. М., 1990. С. 117.
54
Oparina T. La polémique anti&juive en Russie au XVII siе1cle // Les Chrе1tiens et les
Juifs dans socе2ités de rites grec et latin. Approche comparative. Paris, 2003, s. 165–182.
55
Беляков А.В. Служащие Посольского приказа второй трети XVII в. C. 352.
56
Шахова А.Д. Греки в Москве в XVI–XVII вв. // Россия и Христианский Вос&
ток. Вып. II&III. М., 2004. С. 201.
57
Как отмечалось, Павел Алеппский не называет автора бичующей тирады по
имени. Но следует помнить, что в России находилось незначительное число евре&
ев, а балканский известен лишь один – сам Иван Селунский. Более того, Павел
Алеппский не имел возможности покинуть посольский двор, свободно общаться с
жителями Москвы, в том числе живущими здесь иноземцами (даже если среди них
и находились евреи). Человек, ставший для него одним из информаторов, мог
быть лишь сотрудник Посольского приказа. В штате Посольского приказа находи&
лось три еврея: один выехал из Швеции, а другой – из Италии, и лишь Иван Се&
лунский – из Салоники. Получается, что только с Иваном Селунским возможно
связать с автором этого запоминающегося высказывания.
58
РГАДА, ф. 52 (Сношения с Грецией), оп. 1, 1662, № 7.
59
РГАДА, ф. 141, 1672, № 177, л. 1.
60
Шахова А.Д. Греки в Москве в XVI–XVII вв. // Россия и Христианский Вос&
ток. Вып. II–III. М., 2004. С. 202.
335
61
Павел Алеппский. Путешествие антиохийского патриарха Макария в Рос&
сию в половине XVII в. / Перевод Г. Муркоса. Вып. 4. М., 1898. С. 5.
62
Беляков А.В. Служащие Посольского приказа второй трети XVII в. С. 352
(РГАДА, ф. 138, оп. 1, 1678, № 3, л. 2–3).
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проведенное исследование судеб людей различных этносов, веро&
исповеданий, профессиональных и социальных страт (фламандского
врача&анабаптиста (или же представителя иного радикального тече&
ния) Иоганна Эйлофа и его потомков – купцов, переводчиков и во&
енных; английского дворянина купца&пуританина Джона Барнсли,
французского барона Пьера де Ремона; балканского еврея – толмача
Ивана Селунского; военных: польского шляхтича&католика Станис&
лава Вольского, православных грека Юрия Иванова из Трапезунда и
украинского казака Микиты Маркушевского) позволяет подойти к
целому кругу важнейших проблем взаимоотношений и взаимооценок
русского и иноземческого сообществ, конфессионального фактора
интеграции иноземцев в русское общество, а также подвергнуть кор&
ректировке некоторые историографические построения.
К числу устойчивых представлений русской общественной мысли
относится утверждение о неизменном давлении нечестивого Запада,
проявляющемся, в частности, в активном проникновении иностран&
цев в Россию. Миграции придается характер разрушительной силы,
уничтожающей самобытность русской культуры и подрывающей ус&
тои общества. Не отвергая зависимости переустройства русского об&
щества от иностранных влияний
1
, отметим лишь тот факт, что вступ&
ление в пределы России не могло произойти вопреки желанию пра&
вительства. Самовольное пересечение границы в этот период было не
возможно. Въехать в Россию (как, впрочем, и выехать) позволялось
лишь по разрешению высокопоставленных чиновников. Миграция в
XVI – XVII вв. была санкционирована властями. Россия не могла су&
ществовать без постоянных, хотя и жестко регламентированных кон&
тактов с окружающим миром.
Власти не только не прекращали миграцию, напротив, всячески
стремились заполучить новых подданных – иностранцев. При этом
правительство было настолько заинтересовано в специалистах и в це&
лом в увеличении служилого сословия, что усиленно призывало «чу&
жих» подданных, удерживая их в стране различными способами. Для
расширения числа иммигрантов совсем не редко применялся плен. В
336
Заключение
результате подобной политики в России сформировалась особая со&
циальная страта (или «чин» в терминологии документов того време&
ни) – «иноземцы». От русских людей их отделяло вероисповедание.
Неправославные составляли в рамках служилого сословия отдельную
внутрисословную группу, ставшую устойчивым компонентом русско&
го общества XVI – XVII вв.
Таким образом, несмотря на взаимные крайне отрицательные эт&
нопсихологические стереотипы, изоляции с русской стороны и бло&
кады – с западной в полной мере никогда не существовало. Иност&
ранцы, неизменно говорившие о России как о стране абсолютного
варварства, приезжали; русские, рассматривавшие Запад территори&
ей столь же абсолютного еретичества (а Христианский Восток – ис&
каженного православия), их принимали.
В то же время привлечение иноземцев и одновременная боязнь
иностранных влияний обусловили формирование различных прио&
ритетов миграции. Мотивы приглашения или удовлетворения прось&
бы о въезде могли быть самыми разными.
Наиболее безопасными для устоев веры должны были рассматри&
ваться православные иммигранты. По отношению к ним можно го&
ворить о конфессиональном мотиве миграции. Российское государ&
ство на протяжении веков выступало покровителем православных
всего мира. Россия – последний оплот православия – неизменно
принимала гонимых единоверцев из Речи Посполитой и Османской
империи. Возможно, именно это обстоятельство обусловило специ&
фику оформления документов о «выезде на государево имя» правос&
лавными (или изначально православными) иммигрантами. Выезд в
формулярах подобных челобитных почти всегда рисовался как спа&
сение веры. Трудно сказать, оказывались ли в Москве лишь религи&
озные диссиденты и тема религиозных преследований соответство&
вала реалиям Порты и Речи Посполитой, или же была устоявшимся
клише, но в документации принятия в русское подданство конфес&
сиональная линия доминировала. Миграция «греков», «сербенян»,
«волошан», «черкас» и «белорусцев» связывалась с конфессиональ&
ными мотивами.
Помимо конфессионального прослеживается этнический мотив
миграции. Призыв неправославных славян в Россию не прекращался
на протяжении XVI – XVII вв. и распространялся в первую очередь на
выходцев из Речи Посполитой. Подданные соседнего государства
(вне зависимости от принадлежности к восточному или же западно&
му христианству) традиционно рассматривались важнейшим источ&
ником расширения служилого сословия. Московское правительство
337
Заключение
устойчиво восполняло потери среди русского населения жителями
граничащей державы.
Иным мотивом руководствовалось правительство, принимая на
службу выходцев из Западной Европы. Условно этот мотив миграции
можно назвать профессиональным, не связывая его при этом с темой
цивилизаторства с Запада. Ни один из правителей России рассматри&
ваемого периода не предполагал переноса западной цивилизации во
всей ее полноте на русскую почву. Но техническая отсталость России
порождала обращение к опыту и навыкам чужеземцев. Острая не&
хватка специалистов требовала притока иностранцев. Русское прави&
тельство в этот период предпочитало не основывать университетов,
но получать необходимое количество европейски образованных лю&
дей, нанимая их на службу. Миграция специалистов в таком случае
осуществлялась вне зависимости от вероисповедания и этнической
принадлежности (исключение составляли иудеи, о чем ниже).
По отношению ко всем трем группам иммигрантов прослеживает&
ся сословный мотив. Присутствие дворян&чужестранцев повышало
престиж державы. Вокруг царского двора собирались потомки родо&
витых фамилий иных стран. Приток дворян из других государств про&
исходил и ранее, но в рассматриваемый период приобрел более ин&
тенсивный характер. В русское дворянское сословие вливались
представители знати (или выдаваемой за таковую) бывшей Визан&
тийской империи; шляхта Речи Посполитой (православная украинс&
ко&белорусская, т. е. фамилии, ведущие происхождение от Киевской
Руси), а также польско&литовская католического или протестантско&
го вероисповедания), западноевропейские дворяне – носители гром&
кого титула (подлинного или мнимого). Им отдавалось предпочтение
по сравнению с выходцами из уездного дворянства или непривилеги&
рованных сословий. Миграция порождала появление новых дворянс&
ких родов
2
.
Вопрос о предпочтениях, отдаваемых в России различным груп&
пам иммигрантов, подводит к проблеме толерантности. Примени&
тельно к представленному материалу, под толерантностью понима&
ются проблемы свободы веры и принуждения (или отсутствия тако&
вого) при смене конфессии.
Отчетливо просматривается различная конфессиональная поли&
тика властей к определенным категориям иноземцев. Степень толе&
рантности зависела от сложившихся приоритетов миграции. Но яв&
ным становится отсутствие единых принципов градации. Выделение
групп базировалось едва ли не каждый раз на новой основе. Критери&
ями разграничения могли быть как конфессиональный, там и поли&
338
Заключение
тический (принадлежность к политической нации – подданство), а
также социальный (вхождение в свободное или зависимое сословие)
факторы.
Социальный фактор обусловил различия в правах на свободу веры
между лично свободными и зависимыми иноземцами. Конфессио&
нальный статус иностранных холопов и крепостных крестьян не был
закреплен специальным законодательством, но существующая прак&
тика свидетельствует о наличии у зависимых групп религиозных сво&
бод. Как это ни парадоксально, но государство по отношению к зави&
симому сословию проявляло толерантность. В соответствии с норма&
ми (закрепленными прецедентами) иностранным холопам и крестья&
нам позволялось исповедовать прежние воззрения. От попавших в
зависимость иноземцев не требовалось изменения вероисповедания.
С точки зрения московского правительства, они уже в достаточной
мере были прикреплены к новой стране, чтобы усиливать невозмож&
ность их возвращения перекрещиванием. Получалось, что лишенные
свободы личности обладали свободой религиозной.
Но с государственным законодательством конкурировало обыч&
ное право. Причем отступления от правительственных норм форми&
ровали сами же власти. В соответствии с царскими постановлениями,
у инославных (и иноверных) холопов сохранялась возможность если
не возвращения на родину, то прекращения зависимости. Русская
система права позволяла заменить свободу совести на свободу лич&
ности. Юридическая свобода могла быть достигнута ценой вероотс&
тупничества. Согласно положению указа 1622 г., повторенному в ука&
зе 1627 г.
3
, а затем и Уложении 1649 г. (XX гл., 71 статья), перекрещи&
вание гарантировало неправославным холопам волю. Восприятие хо&
лопами таинства крещения даровало освобождение.
Как результат, происходило столкновение правительственных
норм и интересов владельцев. Толерантная позиция государства к за&
висимым слоям вступала в противоречие с действиями господ, руко&
водствовавшихся обычным правом. Формально холопам разреша&
лось исповедовать западное христианство, однако усилия их владель&
цев были направлены на изменение их вероисповедания еще при за&
кабалении. Собственники холопов стремились уничтожить саму воз&
можность потери работников, для чего изначально перекрещивали
холопов. Действенным инструментом похолопливания становилось
обращение в православие. Лишение и свободы веры, и свободы юри&
дической делало закабаление необратимым. Наиболее часто одновре&
менное обращение в православие (очевидно, насильственное) и хо&
лопство происходило в условиях войны и распространялось на плен&
339
Заключение
ных. Ярким примером закабаления с помощью перекрещивания яв&
ляется судьба поляка&шляхтича католического вероисповедания Ста&
нислава Вольского.
К лично свободным иммигрантам правительство изначально вво&
дило ряд вероисповедальных ограничений (что было вызвано их не&
закрепленностью к новому государству). Прослеживается дифферен&
цированный подход властей к иноземцам, избежавшим холопства.
Одним из критериев разграничения иноземцев по определенным
группам являлся конфессиональный принцип. По вероисповеданию
выделялись две категории иностранцев: православные и представи&
тели иудаизма.
Позиция русских властей к иудаизму была крайне нетерпимой. В
России действовал категорический запрет на присутствие на терри&
тории страны иудеев (но не евреев). Принимая русское подданство,
евреи обязаны были креститься (не всегда в православие, допуска&
лись и иные ветви христианства, в частности лютеранство). Жесткие
запреты обеспечили отсутствие представителей иудаизма в пределах
России, но допускали пребывание выкрестов. Это правило ярко про&
явилось в судьбе балканского еврея Ивана Селунского. Страх иудаиз&
ма сказался в том, что Иван Селунский был не только крещен (конс&
тантинопольским патриархом), но и дополнительно миропомазан
(по указанию московского патриарха), т. е. два раза был принят в пра&
вославие. Однако, войдя в русскую церковь, Иван Селунский уже не
испытывал проявлений ксенофобии, в том числе ограничений по
службе. (Препятствием к продвижению служило отсутствие у еврея
дворянского звания, а также нахождение семьи за границей.
Родственники традиционно выступали своеобразным гарантом вер&
ноподданничества. Их нахождение в России считалось обязатель&
ным.) В целом существующее законодательство и практика позволя&
ют говорить о нетолерантной позиции к иудеям, но толерантному от&
ношению к выкрестам (если к выкрестам в целом возможно приме&
нить подобную формулу).
Другой конфессией, неизменно выделяемой в России, являлось
православие. Как это ни парадоксально, позиция властей отно&
сительно православных иммигрантов не может рассматриваться толе&
рантной. Как отмечалось, православные иных стран бежали для спасе&
ния веры в единственную единоверную суверенную державу. Они нахо&
дили в Москве защиту от религиозных преследований со стороны като&
ликов, униатов и мусульман, но подвергались «очищению». Представи&
телей немосковских православных церквей в России возвращали к ис&
тинному благочестию. Иммигранты были лишены выбора и не опреде&
340
Заключение
ляли своего положения. «Очищение» становилось обязательным, если
подобное решение принимали русские духовные власти.
Строгость проверок и обязательность чиноприемов были вызваны
тем обстоятельством, что православные (или изначально православ&
ные) иммигранты входили только в русскую церковь. Представители
Киевской митрополии и церквей Православного Востока не имели
возможности сохранить собственные религиозные традиции и обряд&
ность. Но допустить их в приходы московской патриархии возможно
было лишь после «очищения», для разных лиц представлявшее собой
один из трех возможных чинов возвращения в Церковь. Безусловно,
серьезнейшим церковным преступлением являлось отступление от
веры. Среди въезжавших в Россию «греков», «сербов», «волошан»,
«черкас» и «белорусцев» выявлялись неправославные: униаты
4
из Ре&
чи Посполитой и мусульмане – из Османской империи. Униаты в
России подвергались перекрещиванию, мусульмане греческого,
арабского и славянского происхождения проходили через миропома&
зание (предполагалось, что они насильно изменили веру). Но и пос&
ледовательные борцы за православие, ставшие жертвами религиоз&
ных преследований, не всегда могли доказать в России чистоту веры.
Иммигрантов, признанных православными, в зависимости от кано&
нических правил заново крестили или же направляли на епитимью.
Причинами «очищений» становились выявленные канонические на&
рушения (с точки зрения русского церковного законодательства).
Критерии благочестия в русской и иных православных церквах не
совпадали. Так, московские власти усматривали разницу в вере, опре&
деленную обрядом крещения. Православные, вступившие в Церковь
через обряд окропления, признавались в России нехристианами. Их
требовалось крестить заново. Но и для тех, кто сумел доказать пра&
вильность своего крещения, необходимым оказывалось покаяние.
Представители немосковских церквей, безусловно, виделись «чужи&
ми». «Иное» православие приравнивали к московскому через таин&
ство крещения, миропомазания или покаяния.
Пример Юрия Трапезундского наглядно иллюстрирует причины
«очищения» «греков»
5
. Можно лишь удивляться отсутствию перекре&
щивания для самого Юрия (по сохранившимся документам, он избе&
жал церковных наказаний). Надо полагать, иммигрант был осведом&
лен о практике перекрещиваний и назвал погружение как способ
вступления в Церковь. Между тем его насыщенная событиями био&
графия демонстрирует сложные пути православных иммигрантов
(или выдаваемых за таковых). Перипетии судеб «греков» в Османс&
кой империи и во время странствий по Западной Европе неизбежно
341
Заключение
вели к церковным отступлениям. Среди светских иммигрантов было
немало и авантюристов, к которым, бесспорно, относился Юрий Тра&
пезундский. Остается неясным, кем он был в действительности: тур&
ком&мусульманином, православным греком или (как он представлял&
ся в Речи Посполитой) католиком&итальянцем.
Пример украинского казака Микиты Маркушевского отражает
отношение московских властей к киевскому православию
6
и отноше&
ние русского общества к украинским казакам – активным участни&
кам событий Смутного времени. Следствие, начатое в Москве Мики&
той Маркушевским, послужило толчком к составлению «Указа како
изыскивати и о самех белорусцех». Указ был принят на соборе 1620 г.,
где дело казака было вовлечено в споры о правомерности примене&
ния к «обливанцам» первого чина. Указ оформил нормы каноничес&
кого права по отношению к представителям киевской митрополии.
Документ определил правила «очищения» украинских и белорусских
православных при их вступлении в русское подданство. Как отмеча&
лось, наиболее распространенным требованием Указа являлось пе&
рекрещивание. Несомненно, важнейшим являлся конфессиональ&
ный аспект «очищений». Проявляется безусловное опасение проник&
новения униатов в московскую церковь, как и признание действий
украинских казаков в Смуту нехристианскими
7
.
Дело Микиты Маркушевского показывает и пересечение границ
двух групп иммигрантов: он был православным (или изначально пра&
вославным) и подданным Речи Посполитой.
В России рассматриваемого периода подданные Речи Посполитой
выделялись в отдельную группу, к которой московские власти приме&
няли специальные нормы. Конфессиональный статус иммигрантов
из Речи Посполитой не был схож с положением выходцев из Запад&
ной Европы. Как отмечалось, на православных иммигрантов распро&
странялся первый чин при вступлении в русскую церковь в силу раз&
ницы представлений о критериях чистоты веры в московской патри&
архии и киевской митрополии. Но и выходцы из Речи Посполитой,
придерживавшиеся западного христианства
8
, были лишены выбора.
Им не позволялось самим решать, сохранять ли им веру предков или
принимать православие. Подданные соседнего государства были ли&
шены в России религиозной свободы. Они были поставлены перед
необходимостью повторного крещения. Соответственно, позицию
относительно иммигрантов из Речи Посполитой можно охарактери&
зовать как нетолерантную.
Подобная ситуация дает основания говорить об отсутствии единой
позиции русских духовных и светских властей в отнощении как восточ&
342
Заключение
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]