Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Идея государства. Критический опыт истории социальных и политических теорий во Франции со времени революции. Монография
.pdf
блюдать факты, факты sui generis, вытекающие из социальной группи-
ровки. Эти факты
—
нравы, право, экономические отношения и проч.,
«наука о нравственности» изучает так же, как биология свои собствен-
ные
—
вот в чем настоящая аналогия между этими двумя науками. Она
заключается не в сущности предмета, а в сущности метода.
Правда, решительно высказавшись за чисто индуктивный метод,
различные писатели, о которых мы только что говорили, немного поторопились, по мнению их критика, с выводами. Их работы грешат,
говорят нам, «чрезмерными обобщениями». Они слишком скоро хотят определить добро, долг, право, тогда как опыт всегда дает нам толь-
ко права, обязанности, блага. «Чтобы отыскать формулу, объединяющую
в себе все эти явления, нужно сначала изучить каждое из них в отдельности для него самого, а не для того, чтобы одним усилием прийти
к общему определению нравственности». Дюркгейм прибавляет, что
час синтеза, быть может, настанет, но он еще не пробил. Если же спро-
сить моралиста, каков основной принцип нравственности, то «он может ответить в настоящее время только неведением»
. Таким обра-
¹⁹³
зом, программа состоит в том, чтобы воспользоваться строго положительным методом немецких ученых, но прилагать его тщательнее,
с большей точностью и осмотрительностью, чем они.
То же самое и в том случае, когда дело идет не о морали, а о поли-
тике. Как можно надеяться найти в настоящее время сколько-нибудь
удовлетворительное определение государства? Не следует ли, преж-
де чем пускаться в столь опасное предприятие, сначала исследовать
как можно подробнее, все те представления, которые люди составляли себе о государстве, исследовать, принимая в расчет все обстоятельства, которые в каждый период цивилизации в каждой стране при
каждом образе правления определяли форму учреждений? Лишь в том
случае, когда это основательное и тщательное исследование будет выполнено, можно надеяться получить какую-либо общую формулу.
Без всякого сомнения, это план очень интересных изысканий
и чрезвычайно любопытный по своей исключительной трудности слу-
чай применения положительного метода. Но до того пока еще отда-
ленного дня, когда «наука о нравственности» и «политическая наука»
будут если не вполне закончены, то, по крайней мере, достигнут такой степени развития, что мы будем знать природу и характер приложений, которые можно из них извлечь, до тех пор люди должны по необходимости, как это они делали и до сих пор, требовать от систем
хотя бы временного практического руководства.
¹⁹³
Durkheim
, цитир. статья. Revue philos. (Т.
. С. ).
Кроме того, теория имеет, по-видимому, непреодолимую склонность обгонять наблюдение, так как писатель, упрекавший, как мы это
видели, немецких социологов и моралистов в поспешности их заклю-
чений, сам заслуживает подобного упрека.
В своем труде, богатом детальными наблюдениями и построенном
чрезвычайно удачно, о котором нижеследующие краткие замечания да-
дут лишь неполное понятие
, Дюркгейм, вновь отметив достоинст-
¹⁹⁴
ва единственного, по его мнению, метода, могущего дать достоверные
результаты, метода терпеливых и детальных исследований, призна-
ет, что «есть одно только средство создать науку — это быть смелым»
¹⁹⁵
Заблуждаются, ожидая, что будут собраны все материалы; ведь «толь-
ко тогда можно знать, в каких материалах нуждается наука, когда она
уже имеет некоторое представление о самой себе, следовательно, когда она уже существует»
¹⁹⁶
.
Но ведь точно так же могли бы рассуждать Шеффле и Вундт, чтобы
оправдать себя в глазах своего критика? Последний, быть может, ответит, что они были «смелы», не имея метода, тогда как Разделение общест-
венного труда покоится на строго научном методе. Я отмечаю, однако,
в данном случае отсутствие того исчерпывающего приема, который
был указан нам как единственно пригодный. Автор нигде не говорит,
что закон разделения труда является единственным законом, управляю-
щим жизнью обществ и, следовательно, единственным законом, содер-
жащим в себе необходимый обществам моральный закон. Нигде он
не исследует и даже не ставит вопроса о том, не оказывают ли при
этом своего вспомогательного воздействия и другие законы. Иные могли бы отнестись легко к этому возражению, но социолог, предъявляю-
щий такие строгие требования к методу, без сомнения, найдет его менее незначительным.
Оставим, однако, вопрос о методе и перейдем к сущности дела.
Если, как полагает Дюркгейм (этот постулат встречается у всех пред-
ставителей школы, к которой он принадлежит), нравственность состоит в том, чтобы «делать необходимое для жизни»
, и если (этот
¹⁹⁷
постулат встречается только в его книге) разделение труда — един-
ственный закон, управляющий жизнью обществ и создающий со-
вершенно механически цивилизацию, прогресс
и справедли-
¹⁹⁸
.
La Division du Travail social.
¹⁹⁴
Ibid (Предисловие. С.
¹⁹⁵
Ibid (loc. cit.).
¹⁹⁶
La Division du Travail social (Введение. С. ).
¹⁹⁷
Ibid (С. ).
¹⁹⁸
).
вость
, то в чем же будет заключаться первая из обязанностей ин-
¹⁹⁹
дивидуума?
Общество, говорят нам, создает индивидуума; а общество представ-
ляет из себя организм
. Спенсер ошибался, не признавая достаточ-
²⁰⁰
ной реальности за социальным организмом и отводя ему слишком
незначительную роль в формировании индивидуума
. Последний
²⁰¹
во всех отношениях является созданием общества и играет по отношению к нему роль органа в организме
. Нравственность для него
²⁰²
будет состоять в наилучшем выполнении своей специальной функции,
согласно с принципом разделения труда. Отсюда — осуждение воспитания, имеющего целью развитие общих идей и создающего дилетан-
тов, и панегирик новому воспитанию, стремящемуся исключительно
к тому, чтобы индивидуум был в состоянии с пользою выполнить опре-
деленную функцию, заранее понял свою роль в качестве органа
²⁰³
. Конечно, это скромная участь в сравнении с той, о которой некогда мечтал человек, но не лишенная, по мнению Дюркгейма, ни красоты,
ни величия. Разве нет величия и красоты в том, что чувствуешь себя
причастным мировому порядку, хотя и приходится жертвовать своими, все равно неисполнимыми, мечтами о независимости
²⁰⁴
.
В этом самопожертвовании, несомненно, есть что-то стоическое
и даже христианское; но при условии, что оно совершается с нашего ве-
дома и согласия. Если же воспитание, совершенно отличное от того, какое до сих пор было известно человечеству, в конце концов, уничтожит
чувство и сознание этого самопожертвования и человек от рождения
будет чувствовать себя подданным или, вернее, рабом общества, то заслуга его при хорошем выполнении своей функции будет такого же
рода, как заслуга гибкой и упругой пружины, приводящей в движение
механизм, или как заслуга печени и желудка, нормально выделяющих
жидкости, необходимые для здоровья человеческого тела.
Следовательно, или новое воспитание окончательно устранит общие идеи, а в частности те стоические и христианские идеи, которые
возвышают и украшают самое подчинение, и тогда мораль, основанная на разделении социального труда, едва ли сохранит величие и красоту; или же, напротив, новое воспитание в свою очередь позаботится
Ibid (С. ).
¹⁹⁹
Ibid (С. – ).
²⁰⁰
La Division du Travail social (С. и след.).
²⁰¹
Ibid (С. ).
²⁰²
Ibid (Введение. С. ). — Ср. с. , примечание.
²⁰³
Ibid. См. последние страницы книги.
²⁰⁴
облагородить и прикрасить зависимость человека, и тогда ему придется удержать, хотя бы отчасти, те общие идеи, которые, создавая дилетанта, создают в то же время человека в полном смысле слова.
Принуждая индивидуума выполнять определенную функцию
и суживая, таким образом, его моральный горизонт, автор Разделения
общественного труда с гордостью заявляет, что в этом нет полного подчинения личности коллективному целому.
Прогресс цивилизации, говорит он, ведет к двум параллельным
явлениям: к росту функций государства и росту индивидуальной жиз-
ни. Это совпадение, до сих пор слишком мало замечаемое, по мнению
Дюркгейма, поразило его гораздо сильнее, чем все другие стороны со-
временной общественной жизни. Он прав, настаивая на этом факте,
потому что именно вследствие незнания или недостаточного изуче-
ния его столько умов блуждают в настоящее время в погоне за химе-
рическими решениями. Удовлетворительное объяснение его было бы
очень кстати. Но годится ли то, какое предлагает нам автор? В низших
обществах, говорит он, индивидуальное сознание поглощено коллективным; все чувствуют, мыслят и рассуждают в унисон
. В высших
²⁰⁵
обществах происходит наоборот. Эти общества дошли бы даже до пол-
ного раздробления, до фатального разложения, если бы не вмешивалось разделение социального труда в качестве примиряющего прин-
ципа и не напоминало индивидууму его обязанностей по отношению
к целому. Допустим, что все это справедливо; но объяснение ли это
факта или его простое констатирование? Действительно ли решена
автором проблема, выставленная в начале его книги
, или же, как
²⁰⁶
это бывает, постановка задачи заменяет собою решение?
Настоящее решение было бы возможно лишь в том случае, если бы
разделение труда обладало чудесной способностью достигать этого
двоякого результата. Но вмешательство такого рода силы завело бы
нас туда, где «положительной науке о нравственности» делать нечего.
Не в этом ли основной недостаток системы? Когда нам показывают,
как разделение труда действует сначала на физические, а затем на духовные условия жизни обществ, изменяя нравы, чувства и идеи
вольно приходит на ум vis operans схоластиков
. Затем возникает еще
²⁰⁸
²⁰⁷
, не-
La Division du Travail social (С. ).
²⁰⁵
«Как происходит, что индивидуум, становясь все независимее, все более зави-
²⁰⁶
сит от общества?» La Division du Travail social (Предисловие. С.
Подробнее об этом воздействии см. Ibid (С. ).
²⁰⁷
По поводу взгляда, что социальный факт как таковой существует помимо своих
²⁰⁸
индивидуальных проявлений, я нахожу такое же критическое замечание
).
вопрос: как это при отсутствии всякого плана общество идет непре-
менно в сторону прогресса и цивилизации? И вот является опасение,
что над всей этой, по-видимому, столь ученой книгой, в которой ца-
рит якобы строго положительный метод, все еще парит невидимый,
но грозный призрак метафизики.
.
Положительная наука о нравственности и Положительная наука о полити-
ке остаются, значит, пока открытыми областями, нуждающимися в хо-
роших работниках. После долгих, настолько долгих изысканий, что
мы не можем теперь ни предвидеть их конца, ни тем более достаточно верно предугадать их результаты, будущим исследователям удастся,
быть может, сделать полезные для обществ открытия. Нужны были
века, чтобы естественные науки стали науками положительными.
Сколько же времени потребуется, чтобы столь сложные моральные
и социальные науки также стали положительными и как таковые достигли полного развития? Во всяком случае, пока современная социология является лишь скороспелым, преждевременным и неполным
выражением мысли, еще идущей ощупью и неуверенной в себе самой,
она не может с высоты своих неизбежно неустановившихся принципов предписывать нам что-либо в области политики и морали.
Не поступает ли она иначе вследствие свойственной человеческо-
му уму непоследовательности? Рекомендуемые нам ею политика и мо-
раль являются как бы результатом более или менее открыто совершаемого социологом под влиянием чувства или разума, выбора из числа
одинаково произвольных формул, оспаривающих друг у друга власть
над умами. Но раз существует выбор, выводы теряют свою авторитетность. Такие выводы занимают место в ряду субъективных истолкований природы и жизни, столь порицаемых теми, кто примыкает к ним
помимо своего ведома,
ческая философия Спенсера фигурирует на равных правах с политической философией Руссо.
—
в ряду истолкований, среди которых полити-
по адресу Дюркгейма у
возвращает нас к чистой схоластике».
Тарда
(Logique sociale. Предисловие. С. ): «Дюркгейм
НАУЧНЫЙ СОЦИАЛИЗМ
Научный социализм не нашел еще во Франции своего полного теоретического выражения
ем идей, которое мы здесь изучаем, и потому не может быть опущен
в этой книге. За отсутствием французских теоретиков — большая часть
сочинений, написанных по-французски, имеет характер памфлетов,
в которых полемика поглощает доктрину
ный социализм по сочинениям Карла Маркса и Энгельса, которые луч-
ше своих французских учеников умели разграничивать революцион-
ную деятельность, даже когда сами принимали в ней участие, с теоретическими взглядами.
.
Энгельс написал несколько страниц, которые были предложены фран-
цузской публике под заглавием Социализм утопический и социализм науч-
ный
торые социализм прошел в течение
. Это заглавие указывает и противополагает те два периода, ко-
²¹¹
. Но он связан слишком тесно с движени-
²⁰⁹
—
мы будем изучать науч-
²¹⁰
столетия.
Только сочинение
²⁰⁹
скую работу, но оно проникнуто насквозь, как я это покажу ниже (Кн. . Гл. ),
элементами, чуждыми научному социализму в том виде, как его понимал Карл
Маркс.
Я укажу, например, на небольшие сочинения
²¹⁰
Геда и Бриссона
sur le socialisme scientifi que
речь при случае. Когда наша работа уже была опубликована,
тал в Revue socialiste () ряд статей о коллективистической организации,
а Ж. Ренар — книгу под заглавием Le régime socialiste (Paris, ).
Эти страницы были извлечены из более крупного сочинения Энгельса, но, при-
²¹¹
бавляет переводчик, они были для данного случая просмотрены автором, кото-
Бенуа Малона
, статьи
Руане
Девилля
можно было бы рассматривать как теоретиче-
Поля Лафарга
и других сотрудников Revue socialiste или Aperçu
, о которых, впрочем, не раз еще будет идти
, брошюры
Жорес
Жюля
напеча-
Прежний социализм, тот, который мы изучали выше, проникнут
метафизикой, моралью и религией. Он мечтает о возрождении человечества через любовь, о пробуждении веры в душах. Экономические
реформы должны были произойти только после реформы сердец
и умов. Впрочем, эти реформы не получают у их приверженцев ни достаточно определенной формы (идея организации труда только наме-
чается у Луи Блана), ни достаточно практического характера (припом-
ните коммунистические мечтания). Подкупая своим благородством,
социализм Сен-Симона и Пьера Леру, социализм Сисмонди и Луи Блана не был, очевидно, создан для удовлетворения умов, стремящихся
к точности
. Прибавьте, что, исключая французских предшествен-
²¹²
ников коллективизма, как-то: Пеккера, Видаля и др., этот социализм
совмещается с абсолютным пренебрежением к свободе и необыкновенным преклонением перед авторитетом.
Напротив того, новый социализм ставит себе в заслугу то, что, невзирая на приписываемые ему ходячей и пристрастной полемикой
стремления, он сохраняет за индивидуумом известную долю свобо-
ды. Мы увидим далее, удается ли ему это, но справедливость требу-
ет признать за ним такое намерение. Другое, не менее важное отли-
чие: новый социализм решительно материалистичен. Это выражается
не только в том, что он опирается на данные материалистической науки, но в особенности в том, что, по его учению, социальная революция должна произойти прежде всего, если не исключительно, во имя
материальных интересов пролетариата. Наконец, новый социализм
оправдывает еще тем свой эпитет, что не ограничивается одной критикой существующего порядка; осуждая последний, он в то же время
объясняет его. Сен-Симон и Пьер Леру, Сисмонди и Луи Блан порицают промышленную конкуренцию. Карл Маркс и Энгельс показывают,
почему при данных условиях она обязательно должна была возникнуть. Первые социалисты предлагают известные средства для излечения общественного зла, но эти средства выбраны ими произвольно.
Маркс и Энгельс пытаются доказать, что их социализм и не мог облечь-
ся в иную форму, чем существующая. По их словам, он является необходи-
рый сделал различные добавления, имея в виду интересы французской публи-
ки. (Предисловие переводчика. С. ). Die Entwicklung des Sozialismus von der Utopie
zur Wissenschaft. Цитир. изд. Vorwärts. Берлин, .
Энгельс смеется над энтузиазмом французских социалистов (loc. cit. С. ). Про-
²¹²
кламации временного правительства года также вызвали сарказмы Карла
Маркса, который высмеивал эти прокламации с года в Nouvelle Gazette du
Rhin. См. по этому поводу
Bourdeau
. Le Socialisme allemand contemporain (С. ).
мым продуктом необходимого развития мысли, все лучше и лучше объ-
ясняющей столь же необходимые факты и извлекающей из этих фактов
не менее необходимые последствия
²¹³
.
Таким образом, они пытаются захватить умы сетью аргументов
и доказательств, узкие петли которой делают невозможным всякое сопротивление, всякую попытку бегства. На этот пункт и следует обра-
тить особенное внимание. Мы устраним или, лучше сказать, оставим
в стороне все возражения, не связанные с системой по существу, например, те полные или частичные опровержения коллективизма, ко-
торые делали экономисты, отправляясь от чуждых ему принципов
²¹⁴
Мы займемся только вопросом, имеет ли научный социализм, если
даже признать его отправной пункт, ту логическую стойкость и, следовательно, очевидность, на которую он претендует.
Но прежде, чем приступить к этому исследованию, мы должны,
оставаясь верными своему методу, показать, каким образом сложилась
теория коллективизма и каким образом она разрешает проблему об от-
ношении между личностью и государством. Нужно ли предупреждать,
что научный социализм, отстраненный от всякого соприкосновения
с революционной политикой, не составляющей его необходимой части, рассматривается нами на последующих страницах как доктрина,
имеющая такое же право на беспристрастие, как и всякая другая?
.
.
Роль Карла Маркса
сал книги, одна из которых, Капитал, оказала, как справедливо замечает Бурдо
, на большинство умов нашего времени такое же влия-
²¹⁶
ние, как Общественный договор на современников революции; с другой
стороны, он способствовал основанию Международной ассоциации ра-
бочих, которой обязана своим пробуждением социалистическая деятельность, заглохшая во Франции со времени подавления народных
движений в июне года. Маркс создал Интернационал как воинст-
Engels
²¹³
²¹⁴
²¹⁵
²¹⁶
. Die Entwicklung des Sozialismus, .
Подобного рода опровержение можно найти в книге
Collectivisme.
Misère de la philosophie (), по-французски; Das Kapital, -й т. — ; -й, посмерт-
ный — в , -й том (в двух частях) появился в году. Остаются материалы
для четвертого.
Bourdeau
. Le socialisme allemand (С. ).
в создании научного социализма двоякая. Он пи-
²¹⁵
Leroy Beaulieu
. Le
вующий революционер; но его книга, пожалуй, является еще более революционною, чем эта ассоциация. Во всяком случае, последняя умерла, а первая живет.
Философия Гегеля, по крайней мере, в том виде, как ее понимали
левые гегельянцы, служит для Маркса точкой отправления. Правда,
он скоро становится самостоятельным и отдаляется от нее, но в то же
время сохраняет от раннего увлечения ею вместе со страстью к диалектике твердо укоренившееся в его уме понятие эволюции явлений,
в Entwicklung. Это понятие поистине служит «ключом к системе» Маркса. Не обратив на это понятие надлежащего внимания, рискуем не понять системы Маркса и ее значения.
Экономисты хотят видеть в социальном строе, покоящемся на конкуренции, абсолютный порядок вещей, который уже не может подвергнуться никакому заметному изменению без вреда для человечества. Без сомнения, этот строй образовался исторически, но с того
момента, как были открыты управляющие им естественные законы,
человек стал обладателем окончательной истины. Эти законы, подоб-
но законам физики, уже были истинны и тогда, когда их еще не знали; они имеют значение как для прошедшего, так и для будущего. Невозможно предположить, чтобы они могли измениться, невозможно
представить себе иные законы, которые бы им противоречили.
Подобной концепции Маркс и Энгельс — а еще ранее их Лассаль —
противопоставляют идею естественной и необходимой эволюции экономических отношений, причем они с самого начала ясно сознают поставленную цель. «Способ производства,
в году,
—
отношения, в которых развиваются производительные
—
пишет Карл Маркс
силы, совсем не вечные законы, а соответствуют определенной стадии
развития, и проч.»
. Равным образом Лассаль установляет, что чело-
²¹⁷
веческие представления о семье, наследовании и проч. связаны с историей
. Впоследствии он решительно говорит: «Ошибка, общая
²¹⁸
всем буржуазным экономистам, состоит в том, что они рассматривают капитал и другие экономические категории как вечные логические
категории. Между тем экономические категории представляют собою не ло-
гические категории, а исторические»
. Одна эта фраза говорит все. Об-
²¹⁹
щественный строй, установившийся при одних условиях, может измениться или даже совершенно исчезнуть при других. Относительная
Misère de la philosophie (С. ).
²¹⁷
Das System der erworbenen Rechte (Leipzig, . Т. . Предисловие. С.
²¹⁸
там самим Лассалем места).
Kapital und Arbeit (С. ). Ср. Ibid (С. ).
²¹⁹
и указанные
точка зрения заменяет абсолютную и в области экономических отно-
шений, как она уже заменила ее во всех других областях мысли.
Признавая относительный характер данных экономической науки,
Карл Маркс, Лассаль и Энгельс тем самым во многом идут далее об-
щей концепции социалистов первой трети
века. Первые социа-
листы рассматривали социальный строй своего времени как совер-
шенно случайный, созданный и поддерживаемый жадностью буржуа-
зии. Его должен уничтожить общий взрыв великодушия и заменить
другим. Для достижения этого результата достаточно заменить в душах эгоизм альтруизмом. Вот почему все они приходили к тому выво-
ду, что реформа воспитания является самой полезной и необходимой.
Концепция Маркса совсем иная. Капиталистический строй появился в определенный момент под влиянием определенных причин. Он
не мог не появиться; но, являясь плодом прошедшего, он таит в себе за-
родыш будущего. Таким образом, Марксу уже нельзя ставить в упрек, что
он питается мечтами и химерами, допуская, что существующего могло бы и не быть. Тем более нельзя укорять Маркса в произвольном
изображении будущего, так как он хочет читать будущее и заставить
читать его других в правильно понятом настоящем. Несомненно, существуют иные возражения, и мы их сейчас укажем, но тем, которое мы
устраняем, сейчас нельзя пользоваться без того, чтобы не заслужить
упрека в искажении системы.
Условия производства
—
таковы причины, которые на различных стадиях цивилизации определяют экономическое и социальное состояние. Овладевая новыми производительными силами, люди меняют способы производства, а через это изменяются и все социальные
отношения. «Ручная мельница дает общество с сюзереном, паровая
мельница — общество с капиталистом-промышленником»
²²⁰
.
Здесь следует различать два момента: один, который уже был признан и отмечен социалистами предшествующего периода, — именно,
что экономические отношения первенствуют над всеми другими и по-
рождают их
, другой — новый, что сами экономические отношения
²²¹
Karl Marx
²²⁰
Но Маркс понимает это лучше своих предшественников. Между тем как Сен-Си-
²²¹
мон, например, говорит просто, что «экономические отношения важнее поли-
тических форм», Маркс анализирует. Он делает это уже в Misère de la philosophie
(С. ). «Нужда в нотариусах не предполагает разве определенного гражданско-
го строя, который является лишь выражением определенного развития собст-
венности, т. е. производства?» Ср. Das Kapital (изд. г. Т.
«Юридическое отношение в форме договора, законно или незаконно выра-
. Misère de la philosophie. С. .
.
Кн. . Гл. -я. С. ):
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]