Файловый архив студентов. Файловый архив студентов.
1327 вузов, 5495 предметов.
/ Регистрация
FAQ Обратная связь Вопросы и предложения
Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Башкирский Государственный Аграрный Университет
Предмет:
[НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Файл:

Жизнь Клима Самгина. В 4 частях. Ч.4

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
могбы сказать натемы, затронутые доцентом Пыльниковым, нечто более острое изначительное. Особенно раздражали: выпад против критицизма инеуместная, глуповатая цитата иззеленой книжки.
«Надо прочитать,— чтоэто такое?»— решил он.
Обиженно подумалось отом, чтоего обгоняют, заскакивая вперед, мел­кие люди, одержимые страстью проповедовать, поучать, исповедоваться, какие-топустые люди, какие-томыльные пузыри, поверхностно отражающие радужную пестроту мышления. Он шел, поеживаясь отхолода, идумал:
«Мне уже скоро сорок лет. Это— более чемполовина жизни. Сдетства замною признавались исключительные способности. Всю жизнь яис­пытываю священную неудовлетворенность событиями, людями, самим собою. Эта неудовлетворенность может быть только признаком большой духовной силы».
Это неуспокоило его так легко, какуспокаивало раньше.
«Вся жизнь моя— цепь бессвязных случайностей,— подумал он.— Именно— цепь…»
Дня три он прожил внепривычном настроении досады насебя, вожи­дании событий. Дела Марины нетребовали всуд, невызывали иего лично. ИТагильский неявлялся.
«Идиоты»,— ругался он идумал, что, пожалуй, нужно уехать изэтого города.
«Интеллигенция— кочевое племя. Хорошо, чтоуменя нет семьи».
Тагильский пришел кобеду, ипервым его словом было:
— Покормите?
Он явился вкаком-тозатейливом, сером сюртуке, похожем намундир, иэтот костюм сделал его выше ростом, благообразней. Настроен он был весело, таким Самгин ещененаблюдал его.
— Удивляюсь, каквас занесло втакое захолустье,— говорил он, рассма­тривая книги вшкафе.— Тут даже прокурор дотого одичал, чтоВерхарна сВедекиндом смешивает. Погибает отдиабета. Губернатор уверен, чтоКо­роленко— родоначальник всех событий девятьсот пятого года. Директриса гимназии доказывает, чтограммофон икинематограф утверждают веру впривидения, взагробную жизнь ивообще— вчертовщину.
И, взглянув нахозяина через плечо, он вдруг спросил:
— А— Безбедов-то, слышали?
— Что?
— Помер.
— Отчего?— тревожно воскликнул Самгин.
— Паралич сердца.
— Он казался вполне здоровым.
— Сердце— коварный орган,— сказал Тагильский.
113
111
— Очень странная смерть,— откликнулся Самгин, все также тревожно
инепонимая причин тревоги.
— Умная смерть,— решительно объявил товарищ прокурора.— Ею вполне удобно изаконно разрешается дело Зотовой. Единственный на следник, онже иподозреваемый вубийстве,— устранился. Выморочное имущество поступает вказну, иоколо его кто-топогреет ловкие руки. Люди, заинтересованные вгромких уголовных процессах, как, например, процесс Тальма, убийство генеральши Болдыревой вПензе, процесс братьев Свят­ских вПолтаве, проиграли. Атакже проиграли ите, кому захотелосьбы состряпать политический процесс напочве уголовного преступления.
Постучав пальцем встекло шкафа, он заговорил небрежней, какбы шутя:
— Смерть Безбедова идлявас полезна, ведь вам пришлосьбы участвовать всудебном следствии свидетелем, еслибы вы невыступили защитником. Изнаете: возможно, чтопрокурор отвелбы вас какзащитника.
«Он меня чем-топугает»,— догадался Самгин испросил:— Почему?
Тагильский бесцеремонно зевнул, сообщил, чтоночь, допяти часов утра, он работал, ипродолжал сорить словами.
— Вгороде есть слушок оваших интимных отношениях субитой. Кстати: этим объясняется ваша уединенная жизнь. Вас будтобы стесняло положение фаворита богато вдовы…
Самгин понял, чтоздесь следует возмутиться, ивозмутился:
— Какое идиотство!
АТагильский, усаживаясь, долбил, какдятел;
— Ктомуже: недумайте, чтодепартамент полиции способен что-нибудь забыть, нет, это почтенное учреждение обладает свойством вечной памяти.
— Чтовы хотите сказать?— спросил Самгин, поправив очки, хотя они нетребовали этого.
— Представьте, чтонекто, вбеседе сприятелем, воздал должное вашему поведению водни Московского восстания. Укрепляя салфетку нагруди, он объяснил:
— Яговорю неодоносе, аопохвале.
«Жулик»,— мысленно обругал Самгин гостя, глядя влицо его, нолицо было настолько заинтересовано ловлей маринованного рыжика втарелке, чтоСамгин подумал; «Аможет быть, просто болтун».— Вслух он сказал, стараясь придать словам небрежный тон:
— Мое участие вМосковском восстании объясняется топографией места— яжил вдоме между двумя баррикадами.
И, боясь, чтосказал нечто лишнее, он добавил:
— Разумеется, янеоправдываюсь, аобъясняю. НоТагильский, видимо, ненуждался нивоправданиях, нивобъяснениях, наклонив голову, он тща­тельно размешивал вилкой уксус игорчицу втарелке, потом стал вилкой
-
114
112
гонять грибы поэтой жидкости, потом налил водки, кивнул головой хозяи­ну и, проглотив водку, вкусно крякнув, отправив врот несколько грибов, посапывая носом, разжевал, проглотил грибы итогда, наливая новторой, заговорил наконец:
— Ябыл вМюнхене, когда началось это… необыкновенное происшествие
игазеты закричали онем какопереводе сфранцузского.
Выпил ещерюмку.
— Неверилось. Москва? Сытая, толстая, самодовлеющая, глубоко провинциальная, партикулярная Москва делает революцию? Фантастика. Иоднако оказалась самая суровая реальность.
Наливая суп втарелку, он продолжал оживленнее:
— Янезнаю, какова роль большевиков вэтом акте, нодолжен признать, чтоони— враги, каких… дай бог всякому! Подолжности яимел удоволь­ствие— говорю безиронии!— удовольствие познакомиться споказаниями некоторых, акое скембеседовать лично. Вчастности— сПоярковым,— помните?
— Да.
— Его сослали напять лет куда-тодалеко. Бежал. Большевик,— волевой тип, крайне полезный встране, где люди быстро устают болтаться между даинет. Эстеты илюбители приличного школьного мышления находят политическое учение Ленина примитивно грубым. Ноесли читать его вни­мательно ичестно-эх, чорт возьми!— Тагильский оборвал фразу, потому чтоопрокинул настол рюмку, только чтонаполненную водкой. Самгин положил ложку, снял салфетку сшеи, чувствуя, чтоунего пропал аппетит ичтовнем закипает злоба против этого человека.
«Он ловит меня. Лжет. Издевается. Свинья».
— Вы, Антон Никифорович, удивляете меня,— начал он, аТагильский, снова наполняя рюмку, шутовато проговорил:
— Неожидал, чтоудивлю, иудивлен, чтоудивил.
Самгин, сдерживая озлобление, готовил убийственный вопрос:
«Какможете вы, представитель закона, говорить спокойно ипочти хвалебно опроповеднике учения, которое отрицает основные законы государства?»
АТагильский съел суп, отрезал кусок сыра и, намазывая хлеб маслом, сообщил:
— Сюда приехал сотрудничек какой-томосковской газеты, разнюхивает как, что, кто— кого? Вероятно— сунется квам. Советую— непринимай­те. Это мне сообщил некто Пыльников, Аркашка, человечек всезнающий иболтливый, какбубенчик. Кандидат в«учителя жизни»,— есть такой род занятий, незарегистрированный ремесленной управой. Изновгородских дворян, дядя его где-тооколо Новгорода унитазы иурильники строит.
«Все это следовалобы сказать смеясь илиозлобленно»,— отметил Самгин.
115
113
— Редкий тип совершенно счастливого человека. Женат наплемяннице какого-тоархиерея, жену зовут- Агафья, авсловаре Брокгауза сказано: «Ага­фья— имя святой, действительное существование которой сомнительно».
Артистически насыщаясь, Тагильский болтал все торопливее, иСамгин ненаходил места, куда ткнуть свой ядовитый вопрос, даисообщение осо­труднике газеты, понизив его злость, снова обострило тревожный интерес кТагильскому. Он чувствовал, чточеловек этот все более сбивает его столка.
Люди были интересны Самгину настолько, насколько он, присматриваясь кним, видел себя непохожим наних. Он довольно быстро находил иопре­делял основную систему фраз, вкоторую тот илидругой человек привык укладывать свой опыт. Он видел, чтонаиболее легко воспринимаются ивра­стают впамять идеи иобразы художественной литературы икритические оценки ее идей, образов. Наоснове этих идей исуждений он устанавливал свое различие откаждого ипытался установить свою независимость отвсех. Тагильский был противоречив, неуловим, ноиногда ивсе чаще вего словах звучало что-тознакомое, хотя обидно искаженное. Икакбудто Тагильский, тоже чувствуя это неуловимое сходство, дразнил им Самгина.
Вот он кончил наслаждаться телятиной, аккуратно, какпарижанин, собрал старелки остатки соуса куском хлеба, отправил врот, проглотил, запил вином, благодарно пошлепал ладонями пощекам своим. Все это почти немешало ему извергать звонкие словечки, иможно было думать, чтопища, попадая вего желудок, тотчасже переваривается вслова. Откинув плечи наспинку стула, сунув руки вкарманы брюк, он говорил:
— Почему вы живете здесь? Жить нужно вПетербурге, или— вМоскве, ноэто— нахудой конец. Переезжайте вПетербург. Уменя таместь хороший знакомый, видный адвокат, неославянофил, тоесть империалист, патриот, немножко— идиот, вобщем -. Он мне кое-чемобязан, ихотя унего, кажет­ся, трое сотрудников, ноивам нашласьбы хорошая работа. Переезжайте.
— Яподумаю,— сказал Самгин иподумал: «Кому-тонужно, чтоб яуехал отсюда». Затем— спросил оработе:
— Хорошая, всмысле гонорара?
— Ну, а— какойже иной смысл? Защита униженных иоскорбленных, утверждение справедливости? Это рекомендуется профессорами нафакуль­тетских лекциях, но, каквы знаете, практического значения неможет иметь.
Он тотчасже рассказал: некий наивный юрист представил Столыпину записку, вкоторой доказывалось, чтоаграрным движением руководили богатые мужики, чтоэто была война «кулаков» спомещиками, чтовелась она силами бедноты ивесьма предусмотрительно; придележе завоеванного мелкие вещи высокой цены, поступая вруки кулаков, бесследно исчезали, авещи крупного объема, оказываясь надворах ивизбах бедняков, служили дляначальников карательных отрядов отличным указанием, ктопреступник.
116
114
Столыпин, ознакомясь сэтой запиской, распорядился: «Выслать юмориста вСибирь, подальше». Ноюмориста уже задавили лошади пожарной команды, когда он ехал избани домой. Самгин выслушал рассказ какодин изанекдотов, которые сочиняются длятого, чтоб иллюстрировать глупость администраторов.
«Старинная традиция «критически мыслящих»,— думал он.— Странно,
чтоиэтот несвободен отанекдота…»
Его отношение кТагильскому вэтот день колебалось особенно резко иутомительно. Озлобление против гостя истлело, неуспев разгореться, неприятная мысль отом, чтоТагильский нашел что-тосходное между ним исобою, уступило место размышлению: почему Тагильский уговаривает переехать вПетербург? Он непервый раз демонстрирует доброжелательное отношение комне, но— почему? Это так волновало, чтодаже мелькнуло намерение: поставить вопрос вслух, влоб товарищу прокурора.
Нокрасненькие имутноватые, должно быть, пьяные глаза Тагильского недобрые глаза. Близорукость Самгина мешала ему определить выражение этих глаз снеобходимой точностью. Идаже цвет ихкакбудто изменялся взависимости отсвета, какизменяется перламутр. Однако почти всегда вних есть нечто остренькое.
«Глаза лгуна»,— сдосадой определил Самгин изаметил:
— Вы сегодня хорошо настроены.
— Заметно?— спросил Тагильский.— Нояведь вообще человек… нетяжелых настроений. Асегодня рад, чтоэто дельце будет сдано вархив.
Он встал, широко размахнул руками, иэто заставило Самгина [вспомнить] ироническое восклицание, вызываемое хвастовством: «Руки коротки!»
«Ведет себя бесцеремонно, какстудент»,— продолжал Самгин наблю­дать ивзвешивать, аТагильский, снова тихонько иласково похлопав себя пощекам ладонями, закружился покомнате, говоря:
— Люблю противоречить. Сдетства приучился. Иногда, занеимением лучшего объекта, сам себе противоречу.
«Яещеневидал, какон смеется»,— вспомнил Самгин, прислушиваясь кленивеньким словам.
— Кдобру эта привычка неприведет меня. Яуже человек скомпроме­тированный,— высказал несколько неосторожных замечаний поповоду намерения Столыпина арестовать рабочих— депутатов Думы. Внашем министерстве искали, какбы придать беззаконию окраску законности. Получил внушение спредупреждением.
Тагильский остановился, вынул папиросу, замолчал, разминая ее пальцами.
«Видимо— ему что-тонужно отменя, иначе— зачембы он откровен­ничал?»— подумал Самгин, подавая ему спички.
Тагильский, кивнув головой, взял спички, папироса— сломалась, он сунул ее впепельницу, аспички— вкарман себе ипродолжал:
117
115
— Послан сюда дляиспытания трезвости ума иблагонамеренности по-
ведения. Но, кажется, неоправдал надежд. Впрочем, яобэтом уже говорил.
Присев кстолу, снова помолчал, закурил неторопясь.
— Думаю— подать вотставку. Квам, адвокатам, непойду,— неуютно будет мне всонме… профессиональных либералов,— пардон! Предпочитаю частную службу.
Впромышленности. Где-нибудь наУрале илизаУралом. Вы наУрале бывали?
— Нет.
— Эх,— вздохнул Тагильский истал рассказывать окрасотах Урала даже снекоторым жаром. Нечто поддразнивающее исчезло вего словах ивтоне, ноСамгин настороженно ожидал, чтооно снова явится. Гость раздражал иутомлял обилием слов. Все, чтоон говорил, воспринималось хозяином какфальшивое икакпредисловие кчему-тоболее важному. Вдруг встал вопрос:
«А— какбы явел себя наего месте?»
Вопрос был неприятен также, какнеожидан, иСамгин тотчас погасил его, строго сказав себе:
«Между нами нет ничего общего».
АТагильский, покуривая, дирижируя папиросой, разрисовывая воздух голубыми узорами дыма, говорил:
— Коренной сибиряк более примитивен, более серьезно иуспешно занят делом самоутверждения вжизни. Толстовцы ивсякие кающиеся ивооб­ще болтуны там— неводятся. Тампонимают, чтоежели основной закон бытия— борьба, так всякое яимеет право набесстыдство ижестокость.
— Гм,— произнес Самгин.
— Да, да, понимают!
Теперь, когда Тагильский перешел отпейзажа кжанру, внимание кего словам заострилось ещеболее ионо уже ставило пред собою определенную цель: оспорить сходство мысли, найти иутвердить различие.
— «Вогресех роди мя мати моя», снее ивзыскивайте,— аяобязан грешить,— слышал он.— Аздесь вот вчера Аркашка Пыльников…
— Он ещездесь?
— Да. Он прибыл сюда нестолько дляпросвещения умов, какнасвадьбу сестры своей, курсисточки, она вышла замуж засына первейшего здешнего богача Едокова, Ездокова…
— Извекова,— поправил Самгин.
— Пусть будет так, если это ещехуже,— сказал Тагильский.— Так вот Аркашка, после свадебного пира, открывал сердце свое пред полупьяным купечеством, развивая пред Разуваевыми тему будущей лекции своей:
«Религия какрегулятор поведения». Перечислил, подокладу Мережковского в«Религиозно-философском собрании», все грехи Толстого против религии,
118
116
науки, искусства, напомнил его заявление Льва, чтоб «затянули настаром горле его намыленную петлю», иобъяснил все это болезнью совести. Совесть. Затем выразил пламенное убеждение, чтоРусь неизбежно придет ктеократической организации государства, ивообще наболтал чорт знает чего.
Он встал, чтоб сунуть окурок впепельницу, иопрокинул ее. «Пьян»,— решил Самгин.
— Однако купцы слушали его, точно он им рассказывал обоперациях министерства финансов. Конечно, удивление невежд— стоит дешево, ноинтеллигенция-токакиспугалась, Самгин, а?— спросил он, раздвинув рот, обнажив желтые зубы.— ЯнепроАркашку, он -дурак, дураки ничего небоятся, это посказкам известно. Явообще проинтеллигентов. Испуга­лись. Литераторы какзавыли, а?
Вынув часы изкармана жилета, глядя нациферблат, он продолжал лениво:
— Достоевский считал характернейшей особенностью интеллиген­ции— иТолстого— неистовую, исступленную прямолинейность грузного, тяжелого русского ума. Чепуха. Где она— прямолинейность? Там, где она есть, ее можно объяснить именно страхом. Испугались и— бегут прямо, «куда глаза глядят». Вот ивсе.
Он встал, покачнулся.
— Ну, янаговорил… достаточно. Наполгода, а?— спросил он, громко хлопнув крышкой часов.— Слушатель вы… идеальный! Это вы— прячетесь вмолчании или— это отпрезрения?
— Вы интересно говорили,— ответил Самгин, Тагильский подошел вплоть кнему исказал нечто неожиданное:
— Возможно, чтояболее, чемдругие подобные, актер длясебя, другие, ивихчисле Гоголи, Достоевские, Толстые.
Он снова показал желтые зубы.
— Это— плохо, язнаю. Плохо, когда человек вочтобы тонистало хочет нравиться сам себе, потому чтовстревожен вопросом: недуракли он? Идогадывается, чтоведь если недурак, тогда эта игра ссамим собой, длясебя самого, может сделать человека ещехуже, чемон есть. Понимаете, какая штука?
— Несовсем,— сказал Самгин. Тагильский махнул рукой:
— Неверю. Понимаете. Приезжайте вПетербург. Серьезно советую. Здесь— дико. Завтра уезжаю…
Он оставил Самгина всостоянии неиспытанно тяжелой усталости, из­мученным напряжением, вкотором держал его Тагильский. Он свалился надиван, закрыл глаза инекоторое время, недумая ниочем, вслушивался всмысл неожиданных слов— «актер длясебя», «игра ссамим собой». Затем, постепенно ибыстро восстановляя впамяти все сказанное Тагильским затри визита, Самгин попробовал успокоить себя:
119
117
«Это— верно: он— актер. Длясебя? Конечно— нет, он актер дляменя, дляигры сомной. Ивообще— совсяким, скемэта игра интересна. Почему она интересна сомной?»
Пред ним почти физически ощутимо колебалась кругленькая, плотная фигурка, розовые кисти коротеньких рук, ласковое поглаживание лица ладонями, алицо— некрасиво, туго наполненное жиром, неподвижное. Инеприличные, красненькие глазки пьяницы.
«Фигура илицо комика, ноничего смешного внем нечувствуется. Он злой инескрывает этого. Он— опасный человек». Но, проверив свои впечатле­ния, Самгин должен был признать, чтоему что-тонравится вэтом человеке.
«Янемало встречал болтунов, иногда они возбуждали уменя чувство, близкое зависти. Чему язавидовал? Уменью связывать все противоречия мысли водну, цепь, освещать ихкаким-тоодним своим огоньком. Всущ­ности, это насилие надсвободой мысли изависть кнасилию— глупа. Ноэтот…» Самгин был неприятно удивлен своим открытием, ночембольше думал оТагильском, темболее убеждался, чтосын трактирщика приятен ему. «Чем? Интеллигент впервом поколении? Любовью кпротиворечиям? Злостью? Нет. Это— нето».
Об«актере длясебя», об«игре ссобою» он невспомнил.
Смыслями, которые очень беспокоили его, Самгин непривык возиться ивесьма легко отталкивал их. Новоспоминания оТагильском держались внем прочно, он пересматривал ихпутаницу охотно иубеждался, чтоотТа­гильского осталось внем гораздо больше, чемотЛютова идругих любителей пестренькой домашней словесности.
Втечение ближайших дней он убедился, чтодействительно ему несле­дует жить вэтом городе. Было ясно: вадвокатуре местной, да, кажется, иунекоторых обывателей, подозрительное ивраждебное отношение кнему усилилось. Здоровались сним так, какбудто, снимая шапку, оказывали этим милость, незаслуженную им. Один изпомощников, которые приходили кнему играть ввинт, ответил наего приглашение сухим отказом. АГудим, встретив его вкоридоре суда, крякнул испросил:
— Этот, прокурорчик изПетербурга, давно знаком вам?
— Да.
— Угу! Морозище какой сегодня!
«Ну и— чорт стобой, старый дурак,— подумал Самгин иусмехнулся: Должно быть, Тагильский всамом деле насолил им».
Клюдям он относился достаточно пренебрежительно, длятого чтоб неочень обижаться наних, ноони настойчиво показывали ему, чтоон— лишний вэтом городе. Особенно демонстративно действовали судейские, чуть некаждый день возлагая нанего казенные защиты помелким уго­ловным делам изадерживая его гражданские процессы. Все это заставило
120
118
его отобрать дляпродажи кое-какое платье, мебель, ненужные книги, икак-товечером, стоя среди вещей, собранных встоловой, сунув руки вкарманы, он мысленно декламировал:
Ябог таинственного мира, Весь мир водних моих мечтах Отэтих строк самовольно вспыхнули другие: Ичтомне помешает Воздвигнуть все миры, Которых пожелает Закон моей игры?
Тут Самгин вспомнил омире, изображенном накартинах Иеронима Босха, азатем подумал, чтоФедор Сологуб— превосходный поэт, но— «пленный мыслитель»,— он позволил овладеть собой одной идее— идее ничтожества ибессмысленности жизни.
«Этот плен мысли ограничивает его дарование, заставляет повторяться, делает его стихи слишком разумными, логически скучными. Запишу эту мою оценку. И— надо сравнить «Бесов» Достоевского с«Мелким бесом». Мне пора писать книгу. Яозаглавлю ее «Жизнь имысль». Книга онасилии мысли наджизнью никем ещененаписана,— книга освободе жизни».
Нотут Самгин нахмурился, вспомнив, чтоИван Карамазов советовал: «Жизнь надо любить прежде логики».
«Попробуем ещераз напомнить, чточеловек имеет право жить длясебя, анедлябудущего, какпоучают Чеховы ипрочие эпигоны литературы,— решил он, переходя вкабинет.— ЕщеГерцен, всороковых годах, смеялся надпозитивистами, которые считают жизнь ступенью длябудущего. Чехов, сего обещанием прекрасной жизни через двести, триста лет, развенчанный Горький снаивным утверждением, что«человек живет длялучшего» и«зву­чит гордо», все это проповедники тривиального позитивизма Огюста Конта. Эта теория доросла домарксизма, своей ещеболее уродливой крайности…»
Самгин вздрогнул, ему показалось, чторядом сним стоит кто-то. Ноэто был он сам, отраженный вхолодной плоскости зеркала. Нанего сосредото­ченно смотрели расплывшиеся, благодаря стеклам очков, глаза мыслителя. Он прищурил их, глаза стали нормальнее. Сняв очки ипротирая их, он снова подумал олюдях, которые обещают создать «мир наземле ивчеловецех благоволение», затем, кстати, вспомнил, чтокто-то— Ницше?— назвал человечество «многоглавой гидрой пошлости», сел кстолу иначал запи­сывать свои мысли.
Через несколько дней он сидел ввагоне второго класса, имея вбумажнике 383 рубля, два чемодана ссобою иодин вбагаже. Сидел идумал:
121
119
«Если уменя украдут деньги илияпотеряю их,— яприеду вПетербург
нищим».
Было обидно: прожил почти сорок лет, изних лет десять работал всуде, анакопил гроши. Иобидно было, чтопришлось продать полсотни ценных книг вочень хороших переплетах.
Ехал он ввагоне второго класса, пассажиров было немного, исквозь железный грохот поезда звонким ручейком пробивался знакомый голос Пыльникова.
Мир должен быть оправдан весь,
Чтоб можно было жить,
— четко скандировал приват-доцент, акакой-тосердитый человек басовито кричал:
— Чтоэто— одеколон пролили? Дышать нечем! Повагону, сменяя друг друга, гуляли запахи ветчины, ваксы, жареного мяса, заокном, всероватом сумраке вечера, двигались снежные холмы, черные деревья, тряслись ка­кие-топрутья, точно грозя высечь поезд, азаспиною Самгина, покашливая, свирепо отхаркиваясь, кто-томрачно рассказывал:
— Одного ингуша— убили, другого— ранили, трое остальных повезли раненого вгород, вбольницу и— пропали…
— Сударыня,— торжествующе взывал Пыльников.— Все-таки, все-таки какже вы решаете вопрос осмысле бытия? Божество иличеловечество?
Против Самгина лежал вверх лицом, закрыв глаза, длинноногий чело­век, срыжей, остренькой бородкой, лежал сунув руки подзатылок себе. Крик Пыльникова разбудил его, он сбросил ноги напол, сел и, посмотрев испуганно голубыми глазами влицо Самгина, торопливо вышел вкоридор, точно спешил напомощь кому-то.
— Разрыв дан именно поэтой линии,— кричал Пыльников.— Отказы­ваемся мы откультуры духа, построенной нарелигиозной, христианской основе, впользу культуры, насквозь материалистической, варварской,— отказываемся илинет?
Как-товдруг все запахи заглушил одеколон, аречь Пыльникова покры­лась надсадным кашлем исуровой, громко сказанной фразой:
— Непороть, аруки рубить надо было, руки!
— Ну, всеже страха нагнали достаточно пеньковыми-тогалстуками…
— А— убытки? Ктомне убытки возместит?
Иснова всплыл победительный голосок Пыльникова:
— Авы убеждены вдостоверности знания? Даи- причемздесь научное знание? Научной этики— нет, неможет быть, авесь мир жаждет именно этики, которую может создать только метафизика, да-с!
«Хаос,— думал Самгин, чувствуя, чтоего отравляют, насильно втискивая вмозг ему ненужные мысли.— Хаос…»
122
120
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Помощь Обратная связь Вопросы и предложения Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности