Жизнь Клима Самгина. В 4 частях. Ч.4

Ей благодарно рукоплескали, она охотно, согласилась петь дуэт сЕру­химовичем, унего оказался приятный, гибкий баритон, ивдвоем сКрасно­хаткиной он безнадежно просил:

— Пр-равильно! — «Быстры, какволны»— аккомпаниатор! — Просим волны!

глаза навспотевшем лице смотрели вупор иточно отталкивая Самгина.

Нужно было сказать что-тоэтому человеку. — Увас очень приятный голос,— сказал Самгин. — Ахарактер— неприятный,— ответил студент. — Разве? — Да. «Груб инеумен»,— решил Самгин, непытаясь продолжать беседу. «Марсельезу» неприняли, удовлетворились тем, чтозапели:

Вкомнате, где- работал письмоводитель Прозорова, был устроен буфет, оттуда приходили приятно возбужденные люди, прожевав закуску, облизав губы, они оживленно вступали всловесный бой.

— Девятнадцатый век— век пессимизма, никогда ещевлитературе ифилософии небыло столько пессимистов, каквэтом веке. Никто непро­бовал поставить вопрос: вчемкоренится причина этого явления? Аона— совершенно очевидна: материализм! Да, именно-он! Материальная культура несоздает счастья, несоздает. Дух неудовлетворяется количеством вещей, хотябы они были прекрасные. Ивот здесь— пред учением Маркса встает неодолимая преграда.

— Дамы выбирают места икавалеров. — Несправедливо! Накаждую приходится подва идаже, кажется,

слишком.

— Акуда лишек? — Найдется место. — Подстолом? — Прислуги мало— призываю ксамодеятельности,— кричала Елена,

«Женщины— неуважают ее: певичка, любовница старика. Ноона хо-

Соседями аккомпаниатора сидели слевой руки— «последний классик» икомическая актриса, поправую— огромный толстый поэт. Самгин вспо­мнил, чтоэтот тяжелый парень ещедо905года одобрил всонете извест­ный, ноникем донего неодобряемый, поступок Иуды изКариота. Память механически подсказала Иудино дело Азефа идругие акты политического предательства. Итакже механически подумалось, чтовдвадцатом веке Иуда весьма часто является героем поэзии ипрозы,— героем, которого объясняют иоправдывают.

— Нетолкайтесь, Митя!

Чмокая губами, сосед Самгина раздумчиво говорил вухо ему:

— Вы знаете, чтоИсаак был заменен бараном. Внаши дни баранов непри­носят вжертву богу, сних стригут шерсть илишьют изовчины полушубки. Нокстарым идолам добавлен новый— рабочий класс, ивера внеизбежность человеческих жертвоприношений продолжает существовать. Янеставлю инерешаю вопроса: осуществимли социализм посредством диктатуры пролетариата, какучит Ленин. Этот вопрос вне моей компетенции, ибо янедон-Кихот, но, разумеется, мне очень понятна мысль, чувство уважае­мого италантливейшего Платона Александровича, чувство, высказанное всловах острашной власти равенства. Яговорю отом, чтонаш разум, орган пирронизма, орган Фауста, критически исследующего мир,— насильственно превращали ворган веры. Новера, извлеченная излогики, лишенная опоры вчувстве, ведет красколу вчеловеке, внутреннему раздвоению его. Имен­но отсюда, изэтого раскола возникают качества, характерные длярусской