Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Введение в политическую теорию. Пособие
.pdf
Для эффективного участия в политической деятельности
максимального числа граждан важно обладание всем комплексом прав и свобод человека, а не только отдельными из
них. Для того чтобы права человека стали реальностью, необходимы социальные предпосылки и гарантии (экономические, политические, юридические и духовно-нравственные)
их реализации. Наиболее общими из предпосылок принято
считать плюрализм форм собственности и демократическое
общественное устройство. Наряду с этим в стране должны
действовать институты и нормы международно-правовой си-
стемы защиты прав человека. Речь идет прежде всего о присоединении страны к Европейской конвенции о защите прав
человека и основных свобод, а также об обеспечении ее соблюдения. Важное значение в этой системе имеют независимые от государства СМИ – печать, радио, телевидение.
Практическая реализация прав человека характеризует
уровень демократизма, прогрессивности и гуманизма как отдельных стран, так и всего человечества. Соблюдение прав
личности выступает важнейшим критерием внутренней и
международной политики, ее человеческого измерения. В конечном счете уважение прав личности способствует повышению ее социальной, в том числе политической, активности,
укреплению стабильности общественной жизни, создает благоприятную атмосферу для разносторонних человеческих
контактов и сотрудничества.
Таковы исходные теоретические положения, относящиеся к проблеме личности как субъекта политических отношений. Их уяснение позволяет перейти к рассмотрению таких
связанных с политической субъектностью личности феноменов, как политическая элита и политическое лидерство.
11.2. Политическая элита
Воз ник но ве ние по ня-
тия «эли та»
чина тому – непрекращающиеся с момента появления классических теорий элиты дискуссии о сущности данного социального феномена, его месте и роли в политической жизни
общества. Одни авторы видят в элите особый социальный
субъект, реального или потенциального носителя политической власти, другие же, не отрицая самого понятия элиты,
Данная тема рассматривается не во
всех учебниках по политологии как
зарубежных, так и отечественных. При-
ставят под сомнение основополагающие утверждения теорий
элиты. Данная глава учебника имеет своей целью познакомить читателей с существом соответствующей проблематики
и имеющимися подходами к ее трактовке.
Еще в период Античности самой политической жизнью
перед мыслителями был поставлен вопрос: кто реально управляет или, точнее, должен управлять жизнедеятельностью государственно организованного сообщества людей – немногие, т.е. узкая группа лиц, или многие, т.е. в пределе вся масса полноправных членов сообщества. Сразу же стали появляться трактаты, в которых одни мыслители обосновывали
положительный ответ на первую часть данного вопроса и отрицательный на вторую его часть; а другие – противоположные ответы на обе части вопроса. Так было положено начало
формированию в обществоведении, в политической науке в
частности, двух групп фактически противостоящих друг
другу теорий – теорий элиты è теорий демократии. Правда,
в ХХ в. появились также теоретические концепции, в которых предпринимаются попытки совмещения этих двух в
сущности своей противоположных подходов к организации
политической жизни. С основными теориями демократии
читатели учебника познакомились ранее. Теперь обратимся
к существующим подходам к объяснению места и роли элиты в жизнедеятельности общества.
Начнем с выяснения генезиса самого слова «элита». Термин «элита» происходит от французского elite – лучший, отборный, избранный. Начиная с ХVII в. он употреблялся в
торговле применительно к товарам наивысшего качества; затем им стали обозначать лучшие, отборные семена, растения
или животные, полученные в результате селекции и предназначенные для дальнейшего размножения или разведения;
наконец, он был использован и для выделения в социальной
иерархии «избранных людей», прежде всего высшей знати.
Как свидетельствует Оксфордский словарь 1823 г., в это время термин «элита» уже применялся к высшим социальным
группам в системе иерархизированного общества. Однако в
обществоведении он практически не использовался до конца
ХIХ – начала ХХ в., а в США – вплоть до 1930-х гг. В широкий научный оборот термин «элита» вошел после появления
работ итальянского исследователя Вильфредо Парето. В настоящее время, несмотря на возражения ряда специалистов –
как марксистов, так и немарксистов – он занял прочное по-
242 243
Современное значение понятия «элита» сформировалось
как результат выделения в структуре любого общества парных, взаимосвязанных и соподчиненных групп людей –
меньшинства и большинства, или элиты и массы. При этом
постулируется, что парное соотношение присуще как отдельным сферам общественной жизни – экономике, культуре, науке и др., так и обществу в целом. Критерием деления
людей на элиту и массу выступает сила их влияния на ход
общественных процессов. Элитой принято считать группу
людей, степень влияния которых на общественную жизнь
значительно превосходит влияние остальной массы. В современном его понимании термином «элита» принято обозначать высшую в социальной иерархии группу людей, которая
осуществляет функции управления, другие виды интеллектуальной деятельности и при этом пользуется влиянием, богатством и привилегиями. Исследователи элит стремятся
включить в эту категорию людей, имеющих в своем социальном положении много общего, хотя и обозначаемых
обычно различными терминами: лидеры, аристократия, старейшины, магнаты, вожди, полководцы, предводители, влиятельные лица, олигархи, звезды и др.
В политической науке используются производные от термина «элита» понятия – политическая элита, властвующая
элита, правящая элита, а также такие синонимичные или
близкие им понятия, как правящая группа, правящие круги,
истеблишмент, номенклатура и др. Каждый из них служит
для обозначения небольшой по численности привилегированной группы людей, обладающих необходимыми для активной политической деятельности качествами и имеющих
возможность в той или иной мере, прямо или косвенно влиять на принятие и реализацию решений, связанных с использованием государственной власти. Здесь под прямым
влиянием понимается непосредственное участие того или
иного лица в принятии окончательного решения; косвенное
влияние оказывают на человека, принимающего или участвующего в принятии окончательного решения, те лица, которые не имеют прямого доступа к инструментам власти. Политическую науку интересуют вопросы о месте элиты в социальной структуре и о ее роли в жизнедеятельности общества. Ответ на эти вопросы и пытаются дать различные
концепции элиты.
Следует отметить, что сама по себе постановка проблемы,
касающейся особой роли отдельных людей или групп людей,
в жизнедеятельности общества не является заслугой современной политической науки. Идеи, согласно которым общество должно делиться на высшие и низшие слои, на аристократию и простой люд, появились еще в глубокой древности. Свое последовательное выражение они получили в
творчестве Конфуция (идея «благородного мужа», сочетающего черты правителя и учителя), Платона (идея правящего
сословия, состоящего из философов-профессионалов), Макиавелли (идея правителя, сочетающего в себе качества
«льва», т.е. силу, и качества «лисицы», т.е. хитрость), Т. Карлейля (противопоставление «героев» и «толпы»), Ф. Ницше
(акцентация идеала «сверхчеловека»). Однако до уровня целостных концепций, претендующих на научность, эти представления были развиты только в конце ХIХ – начале ХХ в.
Классические теории элиты связаны прежде всего с именами Г. Моски, В. Парето и Р. Михельса. В последующем разработкой теории элит занимались такие мыслители, как
Х. Ортега-и-Гассет, А. Тойнби, Г.Д. Лассуэлл, Ч.Р. Миллс,
Й. Шумпетер, А. Этциони и многие другие.
Классические теории
элиты
Свою политическую концепцию итальянский правовед и политолог Гаэтано
Моска изложил в 1885 г. в работе
«Основы политической науки», которая впоследствии получила название «Правящий класс». Моска еще не использовал термин «элита», вместо этого он употреблял понятия
«правящий класс» и «политический класс». Однако именно
ему принадлежит приоритет в формулировании самого
принципа политического элитизма, согласно которому у власти всегда находилось и будет находиться меньшинство членов сообщества, которое В. Парето было названо элитой.
Вот как Моска сам об этом пишет: «Среди неизменных явлений и тенденций, проявляющихся во всех политических
организмах, одно становится очевидно даже при самом поверхностном взгляде. Во всех обществах, начиная со слаборазвитых или с трудом достигших основ цивилизации вплоть
до наиболее развитых и могущественных, существуют два
класса людей – класс правящих и класс управляемых. Первый, всегда менее многочисленный, выполняет все политические функции, монополизирует власть и наслаждается
теми преимуществами, которые дает власть, в то время как
второй, более многочисленный класс, управляется и контролируется первым в форме, которая в настоящее время более
244 245
или менее законна, более или менее произвольна и насильственна и обеспечивает первому классу, по крайней мере
внешне, материальные средства существования и все необходимое для жизнедеятельности политического организма»
[53. С. 559].
Принадлежность к правящему классу, согласно Моска,
опре деляется тем, что отдельные индивиды обладают свойствами, реальными или кажущимися, которые почитаются
в современном им обществе и которые обеспечивают им материальное, интеллектуальное и даже моральное превосходство. К таким свойствам он относит прежде всего военную
доблесть, материальное богатство, происхождение, врожденное превосходство личностных качеств. На основе многочисленных примеров он показывает, что каждое из этих свойств
людей открывает их обладателям доступ к институтам власти, а значит и к новым привилегиям.
Моска полагал также, что к власти периодически приходят правящие классы, основанные на разных принципах своей организации. Если в обществе созревают новые мощные
политические силы, но при этом правящий класс практически не обновляется, то неизбежно начинается процесс вытеснения новым меньшинством выродившегося правящего класса. Таким образом, Моска предвосхитил концепцию циркуляции элит, сформулированную другим его соотечественником – В. Парето. Совпадение указанной идеи Моска с идеей
Парето явилось поводом для дискуссий между двумя учеными о приоритете их концепций. Первый обвинял второго
в плагиате. Однако, как считают современные исследователи,
речь в данном случае должна идти не о плагиате, а о совпадении выводов, к которым пришли ученые независимо друг от
друга, что в истории науки время от времени случается.
Примерно в то же время другой итальянский ученый –
экономист, социолог и политолог – В. Парето в работе «Трактат по общей социологии» разрабатывает свою политическую
концепцию, которую принято называть теорией циркуляции
элит. Он был первым, кто активно стал использовать термин
«элита», и именно ему принадлежит принятое в современной
политологии определение этого понятия.
Также как и Моска, Парето исходил из того, что во все
времена обществом правило и должно править меньшинство – элита. Однако базовыми в его теории являются не
только понятие элиты, но и понятия правящей элиты, контр-
элиты, народа. Элита, считает Парето, – это «высший класс»,
класс тех, кто имеет наиболее высокие индексы в своей сфере деятельности и, следовательно, наделен наибольшим личным потенциалом для занятий в сфере управления обществом, если речь идет о политике. При этом подразумевается, что граница, отделяющая элиту от остального населения,
не является и не может являться точной. Саму элиту Парето
подразделяет на две части: 1) правящую элиту; 2) неуправляющую элиту, или контрэлиту. Правящую элиту составляют те, кто прямо или косвенно играет заметную роль в
управлении обществом, контрэлиту – люди, обладающие характерными для элиты качествами, но не имеющие доступа
к руководству из-за своего социального статуса и различного рода барьеров, существующих на пути к управленческой
деятельности. Народ или, по выражению Парето, «низший
класс» исполняет преимущественно пассивную, а не активную роль в общественных делах, но является источником
пополнения как элиты, так и контрэлиты [53. С. 510, 511].
Важным аспектом теоретического построения Парето является положение о гетерогенности, неоднородности общества, что и является, по его мнению, объективной предпосылкой круговорота элит. Развитие общества, согласно Парето, происходит посредством периодической смены, или
циркуляции, двух главных типов элит: ориентированных на
хитрость и обман, которых он вслед за Макиавелли называл
«лисами», и ориентированных на силу и порядок – «львы».
Эти два типа элит являются вроде двух крыльев или двух
полушарий единого целого. Они соответствуют двум принципиальным стратегиям осуществления власти – через взаимодействие и компромиссы или с опорой на насилие. Данные стратегии, или типы управления, сменяют друг друга по
мере ослабления соответствующего потенциала их носителей. Если правящая элита не принимает мер против деградации (у «лис» в виде радикализации и коррупции, у
«львов» – усиления консерватизма) путем привлечения новых членов из низших социальных страт, сохраняющих необходимые качества, то может произойти революция, обновляющая правящую элиту. В сфере политики, считает Парето,
действуют сильные правители («львы») и хитрые администраторы («лисы»). В начале цикла правят «львы», отсюда –
войны, а в правящей элите в целом доминируют настроения
лояльности власти, патриотизма, приверженности к порядку
и т.д. В условиях стабильности и спокойствия «лисы» постепенно входят в правящую элиту, подрывая господство
246 247
«львов» и лишая их власти. Начинается вторая фаза цикла:
«лисы» заняты внутренней политикой, перераспределением
ресурсов в ущерб «силовикам», а в правящей элите доминируют материальные ценности. В результате постепенного истощения потенциала «лис» в конечном итоге происходит
консервативный заговор «львов», удаляющих «лис» от власти силой. Цикл начинается заново.
Крупный вклад в развитие теорий элиты внес немецкоитальянский социолог Роберто Михельс. Он исследовал социальные механизмы, порождающие феномен элиты. В этом
процессе, считает Михельс, особое значение принадлежит
организаторским способностям определенных людей, а также организационным структурам общества, усиливающим
элитарность и отделение управляющего слоя от основной
части общества. Он приходит к выводу, что сама организация общественной жизни требует элитарности и закономерно воспроизводит ее: «Большинство человечества, – писал
он, – никогда, видимо, не будет способно к самоуправлению.
Даже в том случае, если когда-либо недовольным массам
удастся лишить господствующий класс его власти, то … в
среде самих масс с необходимостью появится новое организованное меньшинство, которое возьмет на себя функции господствующего класса» [53. С. 648, 649].
Главной заслугой этого ученого является сформулированный им «железный закон олигархизации» или, точнее, «железный закон олигархических тенденций». Согласно Михельсу,
в каждом обществе действует тенденция, в соответствии с
которой неотделимое от прогресса цивилизации развитие
крупных организаций неизбежно ведет к олигар хизации
управления обществом и формированию элиты, поскольку
руководство такими организациями не может осуществляться всеми их членами. Эффективность их деятельности требует функциональной специализации и рационализации, что
сопровождается выделением руководящего ядра и аппарата,
которые постепенно, но неизбежно выходят из-под контроля
рядовых членов, отрываются от них и подчиняют политику
собственным интересам руководства. «Неизменный социальный закон, – утверждает Михельс, – состоит в том, что в любом органе сообщества, возникшем под влиянием разделения труда, возникает по мере его консолидации собственный
интерес сам по себе и для себя. Но существование собственного интереса в общем союзе включает в себя существование трений и противоположность интересов по отношению
к общему интересу» [53. С. 651]. В конечном счете господствующее меньшинство превращается в замкнутую олигархическую группу, стремящуюся сделать свое привилегированное положение наследственным, укрепляя и защищая его
всеми возможными способами. Данную тенденцию Михельс
называл «железным законом». Из его действия он делал пессимистические выводы относительно возможностей демократии, которую он отождествлял с непосредственным участием масс в управлении.
Сов ре мен ные эли ти ст-
ские те о рии
Свое дальнейшее развитие теории элиты получили во второй половине ХХ в.
Прежде всего необходимо отметить
воз росшее разнообразие подходов современных ученых к пониманию феномена элиты. Одни из них продолжили трактовку элиты как правящего класса, другие акцентировали внимание на делении общества на две неравные части – элиту и массу, третьи предприняли попытку совместить принципы элитизма и демократизма в организации обществен ной жизни.
Начатую еще Г. Моска интерпретацию феномена элиты
как сплоченной и закрытой группы, стремящейся осуществлять власть только в своих собственных интересах, продолжил американский исследователь Ч. Миллс. Новое в его
теории состоит в отходе от защиты элитизма как принципа
организации жизнедеятельности общества. Главный элитообразующий признак, считает Миллс, – это обладание командными позициями, руководящими должностями в общественных институтах. Он ввел понятие «властвующая элита», которая «состоит из людей, занимающих такие позиции,
которые дают им возможности возвыситься над средой
обыкновенных людей и принимать решения, имеющие крупные последствия … Это обусловлено тем, что они командуют
важнейшими иерархическими институтами и организациями
современного общества… Они занимают в социальной системе стратегические командные пункты, в которых сосредоточены действенные средства, обеспечивающие власть, богатство и известность, которыми они пользуются» [51. С. 24].
Миллс рассматривает элиту как систему, так сказать, специализированных элит: в США, например, он выделяет три
такие элиты – промышленную, политическую и военнобюрократическую. Властвующая элита решает все важнейшие вопросы американского общества, нейтрализуя массы
путем обмана, лести и мощной индустрии развлечений. Вла-
248 249
ствующая элита подвержена коррупции, что Миллс объясняет отсутствием организованной общественности, перед которой элита отвечала бы за свои решения. Принципы демократии и элитизма, по Миллсу, противоречат друг другу, и
это противоречие может быть разрешено через расширение
участия масс в политике. Данную трактовку элиты развивают и другие исследователи.
Другая исследовательская линия состоит, напротив, в защите элитизма как принципа организации общества, в обосновании необходимости деления общества на две неравные
части – элиту и массу. Она связана с именами испанского
философа Х. Ортега-и-Гассет, английского историка А. Тойнби, американского социолога и политолога А. Этциони и др.
Проиллюстрируем данный подход на примере творчества
Х. Ортега-и-Гассет.
Свои идеи Ортега-и-Гассет изложил в широко известной
работе с характерным названием «Восстание масс». Под «восстанием масс» он понимает «неправомерное» вторжение широких слоев населения в сферу политики, что вызывает у
философа сильную тревогу. Это беспокойство вытекает из
его понимания сути общественного организма: «Общество, –
утверждает Ортега-и-Гассет, – всегда было подвижным единством меньшинства и массы. Меньшинство – это совокупность лиц, выделенных особыми качествами; масса – не выделенных ничем» [56. С. 17]. Причем меньшинство, считает
мыслитель, составляют те, кто требует от себя многого и сам
на себя взваливает тяготы и обязательства; большинство –
это те, кто не требует ничего и предпочитает плыть по течению, не силясь перерасти себя. Политика, которая по своей
природе требует творческой активности, может быть под
силу людям, обладающим особыми достоинствами, т.е. меньшинству, или элите. Масса, которая не обладает необходимыми способностями, призвана повиноваться элите. Поэтому,
считает Ортега-и-Гассет, «восстание масс» против своей собственной судьбы неминуемо ведет к политическим потрясениям, следствием которых является установление тоталитаризма. Согласно Ортеге, подлинное общество – это аристократическое общество с четким делением на элиту и массу.
Несомненной новизной отличается концепция конкурент-
ного элитизма, называемая также концепцией демократического элитизма. Ее создатели, как уже отмечалось, предпри-
няли небезуспешную попытку объединить, казалось бы, несовместимые в организации политической жизни принци-
пы – принцип элитизма и принцип демократизма. Истоками
концепции стали идеи американского политолога А. Бентли
и австрийского социолога и экономиста Й. Шумпетера. Первый, как мы помним, раскрыл роль заинтересованных групп
(групп интересов) в функционировании политической системы, а второй интерпретировал демократию как институциональный механизм, посредством которого отдельные
индивиды приобретают право принимать решения путем
конкурентной борьбы за голоса избирателей. Исходным в
рассматриваемой концепции является положение, согласно
ко торому элиты – их в современном обществе множество –
выступают уже как выразители интересов различных социальных групп и, конкурируя друг с другом, способствуют сохранению и развитию демократии. Согласно Шумпетеру,
различные элиты выносят на рынок свои политические программы, а массы «покупателей» на выборах принимают или
отвергают их. По Манхейму, отличительная черта демократии – это не отсутствие элит, а конкурентная борьба между
относительно открытыми элитами за власть в контексте «демократического оптимизма» отношений элит и масс. Демократия, считает К. Манхейм, влечет за собой антиэлитическую тенденцию, но не требует идти до конца к утопическому уравниванию элиты и масс.
В рамках концепции демократического элитизма сложилась школа американского политолога Г.Д. Лассуэлла, последователи которой разрабатывают теорию плюрализма элит.
Представления, развиваемые в рамках данного направления,
являются, по оценке аналитиков, наиболее распространенными в понимании сущности и роли элиты в жизнедеятельности современного общества. Теория множественности элит
сводится к следующим основным положениям. Во-первых,
отрицание элиты как единой привилегированной, относительно сплоченной группы и одновременно обоснование положения о существовании в современном демократическом
обществе множества элит. Во-вторых, понимание элит как
функциональных групп, обладающих особой квалификацией, необходимой для занятия определенных руководящих
позиций в обществе. Их превосходство по отношению к другим членам общества проявляется в управлении важными
политическими и социальными процессами или во влиянии
на них. Однако это не дает оснований говорить о социальном господстве элит. В-третьих, деление общества на элиту
и массу относительно, условно и часто размыто. Между функ-
250 251
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]