Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Антикризисный компонент региональной социально-экономической политики. Факторы, принципы, стратегии и инструменты
.pdf
211
- высокие издержки и продолжительность выхода региона из кризисной
ситуации, которые в современной экономической литературе квалифицируют
как депрессивное состояние территории;
- сложность формирования необходимых материальных предпосылок для
последующего восстановительного роста.
Б. Динамическая неустойчивость и спонтанный характер процесса восстановительного роста, что было обусловлено отсутствием двоякого рода преемственности:
- между находившимися в региональном звене государственной власти
различными представителями территориальной элиты;
- между предложенными указанными представителями элиты стратегия-
ми развития экономической системы региона.
Обеспечение указанной преемственности предполагает формирование в
регионе эффективного механизма согласования интересов.
В. Нарастающая зависимость финансовой системы региона от поддержки
из федерального бюджета, которая, как было показано выше, оборачивается потребительской ориентацией использования получаемых средств, а также снижением инвестиционной составляющей в структуре расходов регионального
бюджета. Преодоление такой ориентации предполагает формирование современных институтов развития (бюджета развития; региональных социальноэкономических проектов; банков инновационных идей и др.).
Г. Слабое развитие финансового рынка региона, отчуждающее хозяйственную систему территории от стратегических инвесторов. В экономической
системе Республики Адыгея необходимо создать современную инфраструктуру
финансового рынка, позволяющую обеспечить взаимосвязанные потребности
процессов сбережения, инвестирования и страхования рисков.
В частности, активизация регионального финансового рынка позволит
решить одну из наиболее острых проблем Республики Адыгея - проблему энергетического дефицита. Адыгея является одним из наиболее энергетически де-
212
Наименование субъектов ЮФО
Объем производства
продукции
сельского хозяйства,
в действующих ценах
(млн. руб.) (оценка)
Индекс
сельскохозяйствен.
производства
(в % к 2006 году)
Рейтинг по индексу
сельскохозяйствен.
производства
Рейтинг уровня зави-
симости от зарубеж-
ного продовольствия
Республика Адыгея
6059,0
107,8
2-3
2
Республика Дагестан
34556,6
106,8
4
4
Республика Ингушетия
2660,6
91,1
11
5
Кабардино–Балкарская Республика
17214,0
105,7
6
7
Республика Калмыкия
7319,6
103,1
8
6
Карачаево–Черкесская Республика
10773,5
108,4
1
8
Республика Северная Осетия–
Алания
10588,5
107,8
2-3
1
Краснодарский край
138884,2
97,6
10
9
Ставропольский край
73173,1
105,3
7
11
Астраханская область
11024,3
106,7
5
3
Волгоградская область
49355,8
101,9
9
10
Ростовская область
76606,7
90,0
12
12
фицитных регионов ЮФО, поскольку генерирующими источниками, расположенными на территории республики, в 2008 г. вырабатывалось лишь около 16%
от потребляемой энергии.
Д. Высокие уровни хозяйственных рисков и трансакционных издержек
субъектов регионального бизнеса, зачастую превышающие их экономический
потенциал, что обусловливает формирование зависимости от внешних рынков
даже в тех областях, где у Адыгеи пока еще сохраняются традиционные преимущества – например, в сфере производства продовольствия; в ЮФО по обеспечению продовольственной независимости регион пока что занимает одну из
ведущих позиций, однако без существенного прироста инвестиций и инновационной модернизации указанную позицию сохранить невозможно (табл. 4.2.5).
Таблица 4.2.5 – Региональная структура продовольственного рынка
ЮФО, 2007 год1
1
Рассчитана соискателем по данным: Регионы России. М.: Росстат, 2009.
213
Е. Отсутствие эффективного механизма согласования интересов представителей различных региональных слоев элиты (кланов), что обусловливает разрастание легитимных и нелегитимных издержек региональной социальноэкономической политики, а также невозможность реализации принципа стратегической преемственности данной политики.
Без формирования указанного механизма последовательно применяемые
стратегии региональной социально-экономической политики останутся отчужденными друг от друга, лишенными необходимой преемственности.
Обобщение результатов анализа указанных характеристик и основных
факторов, формирующих кризисную ситуацию в территориальной экономической системе, позволяет предложить следующий вариант формирования антикризисной стратегии региональной социально-экономической политики Республики Адыгея – вариант комбинирования совместимых (комплиментарных)
элементов двух базовых стратегий:
А. Стратегия реструктуризации экономической системы региона, ориентированная на отход от морально устаревшей схемы выделения во внутренней среде региона «территориальной промышленности, территориального
АПК, сферы рекреации и туризма» и переход к формированию в хозяйственном
пространстве региона нескольких перспективных субрегиональных локализаций, в том числе:
а) двух локализаций в форме птицеводческого и овощеводческого кластеров, для развития которых у региона есть ресурсы, человеческий фактор, необходимый опыт и традиции, позволяющие сформировать все необходимые институты развития, а также наиболее эффективно использовать ресурсы, факторы производства и элементы территориальной инфраструктуры. Отметим, что в
случае с птицеводческим кластером налицо совпадение двух векторов:
- развития региональной системы;
214
- развития продовольственной подсистемы национальной экономики Рос-
сии, поскольку за последние пять лет наша страна поднялась с 10 на 6 место по
доле мирового рынка продуктов из птицы1.
Можно предложить следующий состав участников птицеводческого кластера:
- инициативная группа, участвующая в его создании и заинтересованная в
его развитии (региональные власти, ассоциации участников рынка продуктов из
птицы и смежных рынков, группы потенциальных инвесторов и др.); иногда такую группу квалифицируют, как лобби, что не совсем верно;
- участники кластера, подписавшие договор о вхождении в него и приня-
тии на себя соответствующих обязательств;
- попечительский совет кластера, сформированный участниками из неза-
висимых специалистов;
- правление кластера, избираемое его участниками;
- комплекс адаптивных функциональных групп (группа стратегического
планирования; группа маркетинга; группа обеспечения основными ресурсами;
финансово-инвестиционная группа и др.).
Кластер как инструмент развития предполагает коррекцию такого институционального параметра продовольственной подсистемы, как дефицит эффективных форм контрактов, ориентированных на развитие интеграционного
взаимодействия между различными субъектами:
- регионального рынка продуктов из птицы;
- рынков факторов производства этих продуктов;
- территориальной инфраструктуры, обеспечивающей необходимые связи
между представителями указанных рынков.
Сложнее обеспечить эффективное развитие овощеводческого кластера,
поскольку позиции отечественных производителей данной продукции пред-
1
См.: Livestock and Poultry: World Markets & Trade. Nov. 9, 2007 [Электронный ресурс] – Режим дос-
тупа: http://www.fas.usda.gov/dlp/circular/2007/livestock_poultry_11-2007.pdf.
215
ставлены на мировом рынке значительно слабее, чем позиции производителей
продуктов из птицы. Однако здесь налицо специфические региональные преференции, которые позиционированы в сфере так называемой «этноэкономики».
В. Овчинников и Ю. Колесников справедливо отмечают, что экономическое пространство Северного Кавказа представляет из себя «причудливую
смесь элементов «государственной экономики», «рыночной экономики» и «этноэкономики». При этом в подсистеме «этноэкономики» в национальных республиках этого огромного экономического района занято до 80% коренного населения. Значение этой подсистемы возрастает в кризисных условиях – люди
находят в ней своеобразную «тихую пристань» посреди стихии спада, неплатежеспособности и безработицы. Секрет такой «тихой пристани» очень прост –
она лишь условно может быть квалифицирована как рыночная подсистема, содержащая в себе простейшие элементы обмена внутри весьма локальной, связанной тесными не рыночными узами общности людей.
Институциональная основа подсистемы «этноэкономики» сложилась задолго до индустриальной эпохи и включает в себя следующие, весьма устойчивые к преобразованиям базовые элементы:
- локализованную самими природными условиями, тесно сплоченную
общность людей, исповедующих одну религию, одни нормы организации коллективной жизни и охраняющих свою замкнутость;
- большую семью, включающую несколько поколений кровных родст-
венников, и ведущую единое хозяйство;
- устойчивые связи с членами других семей, складывающиеся на основе
куначества, взаимопомощи, гостеприимства;
- устойчивую хозяйственную ориентацию на те виды деятельности, кото-
рые естественно и исторически были закреплены за данной общностью людей
или семьей.
Расчеты показывают, что в рамках «этноэкономики» республик Северного Кавказа производится значительная часть потребляемых здесь продуктов
216
массового спроса – 20-30% продуктов растениеводства, до 75% продукции животноводства, масса кустарных изделий1.
«Этноэкономика» устойчива именно потому, что она формирует пространственно-хозяйственные локализации, опирающиеся на специфические местные ресурсы, факторы хозяйственного процесса и древние, весьма прочные
формы институциональных связей. Даже если отдельные члены большой хозяйственной семьи и отделяются от нее, чтобы получить профессию, жить и работать в городе, то такое отделение не бывает полным – длительное время сохраняются многие взаимные обязательства, а также продуктовые связи и распределительные отношения.
Это обстоятельство позволяет использовать потенциал «этноэкономики»
в кризисных ситуациях, а также при формировании предпосылок для выхода из
них. «Этноэкономика» позволяет людям сообща выживать и закрывать свое локальное хозяйственное пространство от конкуренции с несравненно более производительными хозяйственными единицами. В данном отношении ее потенциал может быть использован при формировании антикризисного компонента
региональной политики.
б) одной локализации инновационного характера - субрегиональной системы межрегионального типа на границе с Краснодарским краем, позволяющей
решить две взаимосвязанные задачи:
- реализовать потенциал развития г. Краснодара на южном берегу реки
Кубань, что невозможно сделать вне развития межрегиональных связей и формирования специальной организационной структуры с участием ресурсов, систем управления и институтов развития экономических систем Краснодарского
края и Республики Адыгея;
- одновременно привлечь стратегических инвесторов, готовых развивать
г. Краснодар как мега- полис, в хозяйственное пространство Адыгеи, выделенное в качестве специальной зоны межрегионального взаимодействия. При этом
1
См.: Овчинников В.Н., Колесников Ю.С. Указ. соч. С.147.
217
возможны различные варианты совместного использования ресурсов такой зоны (например, ОЭЗ).
Б. Стратегия институциональной коррекции, ориентированная на при-
менение совокупности специальных институциональных инструментов, позволяющих снять институциональные барьеры на пути дальнейшего развития региональной экономической системы, в том числе, следующие барьеры:
а) восприятие самих себя в качестве «депрессивного региона», закрепление которого в способах экономического поведения и мышления обусловливает
извлечение заранее запрограммированных «провальных» результатов социально-экономической политики, тиражирование кризисных явлений, а также неблагоприятный имидж региона у внешних инвесторов. Необходимо учитывать,
что в структуре современной социально-экономической политики все более
преобладает виртуальный компонент, к которому и относится способ субъектного само- восприятия и презентации на рынке;
б) отсутствие необходимых региональных законов и эффективных программ кризис- менеджмента, лишающее исследуемый нами антикризисный
компонент региональной политики необходимого основания. В частности, в
первую очередь необходимо разработать следующие нормативные акты:
- Закон Республики Адыгея «Об общих основах антикризисного управле-
ния и регулирования в экономической системе Республики Адыгея»;
- Закон Республики Адыгея «О социально-экономической политике Рес-
публики Адыгея»;
в) дефицит механизмов согласования интересов хозяйствующих субъектов и социальных групп, функционирующих в хозяйственном пространстве региона. Для преодоления такого дефицита необходимо сформировать два взаимосвязанных организационных механизма:
- механизм согласования интересов по вертикали (обеспечение соразмер-
ности доходного участия вкладу субъекта в совокупный финансовый результат
деятельности; стратегический план развития экономической системы региона;
218
обеспечение информационной прозрачности регионального хозяйства для участников его внутренней среды и внешних субъектов);
- механизм согласования интересов по горизонтали (обеспечение «спра-
ведливой стоимости» всех товаров на региональных рынках; симметричное
распределение трансакционных издержек между участниками рынков; поощрение устойчивости контрактных отношений между контрагентами).
Реализация предложенной антикризисной стратегии позволит обеспечить
устойчивость эволюционного процесса и проведение инновационной модернизации экономической системы Республики Адыгея. Однако она должна быть
подкреплена соответствующим комплексом инструментов, обеспечивающим ее
в организационно-экономическом и институциональном отношениях.
4.3. Институциональные антикризисные инструменты региональной
социально-экономической политики
В современной научной литературе встречаются различные варианты ин-
струментов, используемых для поддержки тех или иных стратегий социальноэкономической политики1. Необходимо отметить, что многообразие предлагаемых инструментов соответствует многообразию научных подходов и вариантов
стратегического обеспечения региональной политики. Учитывая данное обстоятельство, дадим оценку возможностей и ограничений, которыми обладают
различные виды инструментов социально-экономической политики, принимая
при этом во внимание особые требования к ним, обусловленные специфическими характеристиками мезо- уровня социально-экономической политики современной России.
1
См.: Альтудов Ю.К. Использование трансформационного потенциала факторов посткри-
зисного развития экономики регионов России. М.: Наука, 2002; Пчелинцев О.С. Проблемы
социально-экономического обоснования региональной политики // Проблемы прогнозирования. 2002. №1; Рисин И.Е., Трещевский Ю.И. Государство и бизнес в регионе. Воронеж:
ВГУ, 2003; Селиверстов В.Е. Региональная политика России: выбор новой модели // Регион:
экономика и социология. 2006. №4; Киргуев А.Т. Указ. соч. и др. работы.
219
Прежде всего, уточним понятие инструментов социально-экономической
политики и дадим их общую классификацию, исходя при этом из разграничительного признака их функциональной ориентации. Под тактическими инструментами социально-экономической политики мы понимаем разнообразные
средства, обеспечивающие реализацию той или иной установленной стратегии,
связанные в некоторый комплекс. При этом каждый из таких тактических инструментов отвечает следующим требованиям:
- обладает конкретной стратегической ориентацией, обеспечивает реализацию одной или нескольких родственных стратегий; не бывает абстрактновсеобщих инструментов, приспособленных ко всем стратегиям;
- стратегическая ориентация, по выражению В. Ойкена, конституирует
пространство применения тактических инструментов1;
- любая попытка применять чуждые данной стратегии, механически заимствованные из иных сфер тактические инструменты, существенно снижает
или полностью сводит к нулю потенциал применяемой политики.
Различные авторы предлагают разные способы разграничения групп так-
тических инструментов. Так, М. Дзагоева использует способ выделения двух
крупных структурных блоков инструментов:
- блок аналитических и оценочных инструментов (основные индикаторы
общеэкономического и финансового развития региона, отражающие состояние
его ресурсной и доходной базы, инвестиционного процесса, финансовой сферы,
экономические показатели деятельности крупнейших предприятий региона; методики анализа и оценки собранных данных и др.);
- блок оперативных практических инструментов (преференции; меры наказания за некорректное поведение; фонды, предназначенные для финансирования реализации избранной стратегии и др.)2
1
См.: Ойкен В. Указ. соч. С.184-186.
2
См.: Дзагоева М.Р. Указ. соч. С.187.
220
Данный способ разграничения групп тактических инструментов позволяет концентрировать внимание исследователя на структурном аспекте проблемы, выделить крупные организационные направления процесса формирования
региональной политики, что весьма удобно для оперативного выбора одного
или нескольких инструментов из интересующего нас крупного структурного
блока. Но в его рамках остаются без достаточного внимания функциональные
различия между различными видами тактических инструментов, что суживает
возможности стратегического обеспечения интересующего нас компонента региональной политики.
А. Керашев и другие авторы делают акцент на функциональном подходе
к разграничению тех или иных групп тактических инструментов, обращая внимание на то, что перечень функций остается открытым, пополняется вместе с
усложнением исследуемого объекта1.
Отметим, что функциональная классификация позволяет выделить следующие основные группы тактических инструментов интересующего нас компонента региональной социально-экономической политики:
- мониторинга кризисных ситуаций в развитии региональной экономиче-
ской системы, позволяющих своевременно зафиксировать данные о складывающихся угрозах, используя для этого необходимые датчики, каналы передачи
и первичной обработки информации;
- анализа поступившей информации о формировании кризисных ситуа-
ций, позволяющих соотнести ее с имеющимися обоснованными критериями
оценки и определить меру складывающихся угроз для развития экономической
системы региона;
- отбора и оценки наиболее опасных угроз, позволяющих обеспечить се-
лекцию тактических целей исследуемой политики;
- оперативных инструментов, функциональная ориентация которых со-
стоит в целенаправленном изменении условий, факторов и результатов прово-
1
См.: Керашев А.А. Указ. соч. С.205.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]