Альфа и Омега Марины Журинской. Эссе, статьи, интервью

за вековечные унижения и помещичий гнет. Те­перь он снова прогрессист, успешный бизнесмен и новый русский. Однако кое-что в нем настора­живает. Не без болезненности и не без надрыва он упоминает крепостное прошлое семьи. А меж­ду прочим, дед Антона Павловича тоже был кре­постным и выкупился на волю за очень приличную сумму. Очевидно, толковый был человек, и внук в него пошел. Только хвастаться «дистанцией» не имел привычки, потому что в этом тоже есть при­вкус пошлости. Далее, Лопахин, этот тигр и дракон (так его воспринимают нежные обитатели имения) не может собраться с духом, чтобы сделать пред­ложение девушке, которую любит, да и любит не очень, а как умеет. Слабовато то есть. А отсутствие способности любить — это чревато. Можно предпо­ложить, что никаких особых свершений мы от Ло­пахина не дождемся, тем более если посмотреть на другого «прогрессивного» персонажа: на доктора Топоркова («Цветы запоздалые»). Тоже из крепост­ных, он в погоне за карьерой и деньгами прохлопал великую любовь. Его попытка спасти жизнь княжне Марусе возвышенна и прекрасна, тем более что он как врач знает, что она обречена. Тем не менее по­хоронив бедную княжну, он возвращается к своей практике и к своей вульгарной жене-купчихе — как будто ничего и не было. И действительно ничего не было, только умерла Маруся. Да и вся ситуация со страстями вокруг вырубки вишневого сада чрез­вычайно смутна, хотя и дает роскошный сцениче­ский эффект. Не Лопахин губит вишневый сад, а нерадивые хозяева, потому что срок плодоношения вишневого дерева — пятнадцать лет, и при разум­ном ведении хозяйства сад нужно и постепенно