Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Человек и общество в нестабильном мире. Материалы международной научно-практической конференции (Омск, 27 февраля 2015 г.)
.pdf
ства», застывшего в состоянии премодерн / модерн, и наличием новых критериев социальной успешности.
Отличительной чертой российского гражданского образования
является разнообразие подходов к его содержанию. Гражданское образование – это система или модель школьного образования, включающая не только обучающий аспект в узком (предметном) смысле,
но и в широком значении – как надпредметная область деятельности
школы, которая способствует воспитанию демократических гражданских ценностей и поведения всех участников образовательного
процесса.
Таким образом, содержание гражданского образования в широком
смысле определяют не основы общественных наук, таких как экономика, социология, политология, этика, а проблемы общественной
жизни. Именно они являются предметом содержания учебных дисциплин. Курсы, в основу которых заложена данная идея, носят четко выделенный воспитательный характер. Гражданское образование в узком смысле отождествляется с политико-правовым курсом. Согласно
этой концепции гражданское образование – это интеграция трех дисциплин: права, этики и политологии. Основной смысл этого подхода
заключается в том, что ученик, изучая отдельные темы правоведения
и политологии, продвигается к освоению основных наук.
Гражданское образование – смешанное образование, содержание которого представляет собой интеграцию общественных дисциплин. В рамках этого направления существует еще несколько
концептуальных моделей гражданского образования: интегративная, политологическая, системная. Интегративная модель не является самостоятельной образовательной системой, а является одним
из специфических направлений обществоведческого образования.
Гражданское образование в данном контексте понимается как интегративный курс социально-политических и правовых наук «Человек и общество». Политологическая модель ключевым положением
для определения содержания гражданского образования выделяет
понятие «гражданское общество», и цель гражданского образования
заключается в подготовке учащихся к ответственной и осмысленной
жизни и деятельности в демократическом, правовом государстве,
гражданском обществе. Системная модель гражданского образования – это личностно-ориентированное образование, направленное
181

на развитие социальных свойств школьника. Гражданское образование предполагает изменение уклада школьной жизни, создание
правового пространства школы.
Институционально-ценностный подход к гражданскому образо-
ванию рассматривается в единой системе воспитания, образования
детей и взрослых, включая официальное и неформальное образование.
Причины разработки и сущностные черты
нового поколения федеральных государственных
образовательных стандартов
Е. В. Чухина –
доцент кафедры педагогики
Омского государственного педагогического университета,
кандидат педагогических наук
Государственные образовательные стандарты с момента их появ-
ления остаются одной из проблем, вызывающих наиболее острые
споры в педагогической среде. Споры затрагивают различные аспекты стандартов – от самой идеи и необходимости этого педагогического инструмента до его теоретико-концептуальных и методологических оснований и т. д.
Понятие образовательного стандарта в России появилось в 1992 г.
с введением Закона Российской Федерации «Об образовании» (ст. 7).
До принятия государственных стандартов по каждой ступени общего образования и специальности (направления подготовки) профессионального образования применялись государственные требования
к минимуму содержания подготовки выпускника по каждой ступени образования и специальности. К образовательным стандартам
первого и второго поколений, принятым до 2009 г., применялось название «государственные образовательные стандарты», и они были
ориентированы на получение обучающимися знаний, умений и навыков.
Стандарты третьего поколения начали утверждать с 2009 г., про-
екты ФГОС 3+ – разрабатывать с 2013 г. Согласно им, например,
182

высшее образование должно ориентироваться на развитие у студентов общекультурных, общепрофессиональных и профессиональных
компетенций. Поэтому методологической основой разработки современных федеральных государственных образовательных стандартов (далее – ФГОС) является системно-деятельностный подход,
ставящий главной целью развитие обучающегося через овладение
реальными видами профессиональной деятельности (в педагогическом образовании это педагогическая, проектная, исследовательская
и культурно-просветительская деятельность).
В Федеральном законе от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (ст. 2) появилось понимание
образовательного стандарта: федеральный государственный образовательный стандарт определяется как совокупность обязательных
требований к образованию определенного уровня и (или) к профессии, специальности и направлению подготовки, утвержденных
федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим
функции по выработке государственной политики и нормативноправовому регулированию в сфере образования1. Впервые стандарты стали рассматриваться как целостная система требований ко всей
системе образования страны, а не только требования к предметному
содержанию образования. Современные ФГОС представляют собой
совокупность трех групп требований: к структуре основных образовательных программ, условиям их реализации, результатам освоения основных образовательных программ.
Выделение данных требований, определение цели высшего профессионального образования, представление в стандарте характеристик профессиональной деятельности определяют его рамочный
характер. Разрабатывается ФГОС на направление подготовки для
каждого уровня высшего профессионального образования отдельно (направление подготовки рассматривается как совокупность основных образовательных программ подготовки бакалавров и магистров).
Каковы же причины разработки федеральных государственных
образовательных стандартов нового поколения? Среди основных
можно выделить следующие:
1
Рос. газ. 2012. 31 дек.
183

– диверсификация образовательных услуг – разнообразие типов
и видов высшего образования, его многовариантность и многомодельность; возрастание автономии высших учебных заведений, ориентация университетов на самые разные слои потребителей и клиентов;
– переход высшего образования к парадигме «образование в тече-
ние всей жизни», предоставление студентам оптимального диапазона выбора, придание гибкого характера «началу» и «прекращению»
получения высшего образования. В контексте Болонского процесса
вузы должны готовить высококомпетентных специалистов, способных к непрерывному профессиональному самосовершенствованию;
– достижение сбалансированности между когнитивным освоени-
ем учебных дисциплин и овладением навыками в сфере коммуникаций, творческого и критического анализа;
– переход на уровневое образование, принятие сопоставимых
и ясных степеней с точки зрения структуры квалификации европейского пространства высшего образования бакалавр / магистр / доктор, переход на принципы Болонской декларации;
– освоение компетентностного подхода как проявление новой
студенто-центрированной ориентации образовательного процесса.
Эффективная включенность специалиста в деятельность в современных условиях требует нового типа образовательного результата,
не сводящегося к простой комбинации сведений и навыков, а ориентированного на решение реальных задач в целом. В современных условиях именно компетентностный подход является определяющим
методологическим основанием для разработки образовательных
стандартов нового поколения;
– неудовлетворенность работодателей качеством профессио-
нального образования. При создании стандартов нового поколения
учитывались суждения работодателей в сфере образования о квалификационных требованиях к профессиональной деятельности специалистов образования;
– несогласованность с международными документами, что при-
водит к неузнаваемости наших стандартов. В условиях глобализации, объединения ресурсов (включая человеческие) и организации
их свободного движения между странами требуется согласованное
введение и принятие единой системы оценки профессиональной
184

компетентности, взаимозачетов по образовательным циклам, нострификации дипломов и др. Это требует введения инструмента
прозрачности и сопоставимости результатов высшего профессионального образования в виде стандарта, содержащего требования
к результатам освоения основной образовательной программы.
Также при разработке образовательных стандартов нового поколения учитывали следующие аспекты: опыт разработки первого
и второго поколений государственных образовательных стандартов;
опыт реализации уровневого педагогического образования в России,
результаты опытно-экспериментальной работы по переходу вузов
на принципы Болонской декларации; зарубежный опыт по аттестации (академической и профессиональной) выпускников университетов и работающих специалистов; научные разработки (компетентностный подход, модульный подход в образовательном процессе
и кредитно-балльная система оценивания его результатов, различные варианты взаимодействия субъектов в уровневом образовании,
гуманитарные технологии в социальной сфере и др.).
Выпускник вуза должен быть подготовлен к успешному включению во все виды профессиональной деятельности. Одно из направлений в поиске ориентиров построения профессиональной подготовки
в вузе для достижения главной цели – развития профессиональной
компетентности – разработка и внедрение образовательных стандартов, соответствующих вышеперечисленным тенденциям.
Восприятие демонологии
в современном обществе и культуре
Р. Н. Энверов –
аспирант кафедры философии
и социально-гуманитарных дисциплин
Омского государственного института сервиса
Если сравнить мировоззрение различных традиционных, в частности средневековых, обществ, то между ними можно легко найти, пожалуй, больше общего, чем различий. Несмотря на сложности, с которыми сталкиваются современные исследователи,
185

пытаясь воссоздать картины мира в культурах прошлого, историки единогласно признают ряд очевидных фактов, являющихся показательными для этих картин. Одним из таких фактов является
вера в наличие между Богом и людьми особого промежуточного
мира, находящегося вне пределов нашей видимой, осязаемой действительности. Как считалось, эти миры принадлежат особым
духовным существам – ангелам и демонам, хотя в некоторых религиозных традициях к ним добавляются и некоторые иные виды
сущностей данного порядка.
На средневековом Западе, так же как и на Востоке, мир духов
понимался как неотъемлемый аспект реальности, с которым человек
мог вступать в добровольное или вынужденное взаимодействие, например, идти на сделку с дьяволом или становиться жертвой колдовства. Причем известно, что в отдельные исторические периоды боязнь демонов проявлялась особенно сильно. Так, в Европе наиболее
масштабным, едва ли не всеобъемлющим, приступом демономании,
бесспорно, являлся период с конца XVI до второй половины XVII в.,
печально знаменитый многочисленными инквизиционными процессами против колдунов и ведьм.
Стоит отметить, что демонология также служила предметом на-
пряженного анализа и дискуссий среди ведущих интеллектуалов
того времени, многие из которых тоже были охвачены всеобщим
страхом перед духами зла1. Тем не менее «почтенный возраст» демонологических верований не стал препятствием для их радикального переосмысления, начало которому было положено мыслителями, стоявшими у истоков научной революции. Итогом восхождения
научного разума стало безоговорочное отрицание этой неоспоримой
прежде составляющей европейской картины мира.
Но вот уже в наше время – эпоху нарастающей разочарованно-
сти в сциентизме – волна исследований в сфере философии науки
и интеллектуальной истории на Западе побудила интеллектуалов
пересмотреть основания данной трансформации. Надо отметить,
что середина XX столетия стала вехой, переломной для развития исследований в области истории и философии науки. Она ознаменовалась переходом от господства позитивизма к новому – антипозити-
1
Февр Л. Бои за историю. М., 1991. С. 497–498.
186

вистскому пониманию сущности, механизмов и динамики научного
знания. Работы, в которых воплотилось это понимание, выявили неправомочность идеализаций научного познания, предложенных позитивистской философией.
В качестве альтернативного подхода возник ряд направлений
и школ, которые обычно обобщенно именуют постпозитивистской,
неклассической и/или постнеклассической эпистемологией1. Представителей этого интеллектуального течения (Т. Кун, И. Лакатос,
П. Фейерабенд, Дж. Холтон, К. Хюбнер и т. д.) объединило убеждение в том, что философия науки должна учитывать обусловленность
научного знания со стороны различных культурных, социальных
и психологических факторов2 и что нельзя абсолютизировать какоелибо отдельное мировоззрение в качестве единственно нормативного. Таким образом, данная позиция, несомненно, более терпима
и открыта в отношении таких феноменов, которые были заклеймены
в Новое время как плоды суеверия и невежества донаучных эпох.
То важное, что вытекает из этой позиции, – это идея о необходимости рассматривать факты других культур не с некоей единственной
точки зрения, но, прежде всего, насколько это возможно, глазами
тех, кто принадлежал этой культуре.
Если сопоставить современную эпоху со временем научной революции, мы обретем убедительные доказательства актуальности
такого рода исследований, основанных на постпозитивистской неклассической методологии. Дело в том, что параллельно с пересмотром культурно-интеллектуального статуса демонологии (назовем
этот процесс ревизией сверху) во 2-й половине прошлого века началось переосмысление демонологии на уровне обыденного сознания – скажем так, ревизия снизу. Нетрудно заметить, что радикальный духовный сдвиг, происходивший в XVII в., был во многом
противоположен тому, что совершается в наше время. Если тогда
происходил подъем научного разума и угасание прежде влиятельного и респектабельного ренессансного оккультизма, то сейчас мы
наблюдаем обратный процесс. «Наука все решительнее эзотериру-
1
Лебедев С. А. Основные направления эпистемологии и философии науки //
Вопр. философии. 2014. № 1. С. 72–82.
2
Хюбнер К. Критика научного разума. М., 1994. С. 7–8.
187

ется, делаясь достоянием ультрамалых групп узких специалистов,
тем самым смещаясь на периферию культуры, в то время как магия
и оккультизм превращаются во влиятельный и распространенный
тип мировоззрения»1.
Специфика сегодняшней ситуации вокруг демонологии вполне
объяснима: до того момента, пока на смену традиционно-средневековому мировоззрению не пришло научно-рационалистическое, духи, колдовство и все, что связано с этими явлениями, понимались в соответствии с традиционной церковно-христианской
доктриной. Последняя же предостерегала своих последователей
от желания самовольного «приобщения» к этим явлениям, нисколько не отрицая их реальность. Позже идеология Просвещения
совершенно упразднила эти ограничения, так как существование
демонов и их воздействие на мир были полностью отвергнуты,
соответствующие феномены перенесены из онтологической плоскости в область психического, толкуемые как проявления душевного расстройства, и потому сделались предметом «заботы»
психиатров.
По мере ослабевания веры в абсолютность научного разума
и прогрессирующей дискредитации учрежденных им институтов огромное число современных людей утратило цельность
мировоззрения, ибо вернуться к традиционной модели миропонимания смогли и могут далеко не все наши современники.
Идеологический плюрализм, «рыхлость» и обрывочность, присущие картине мира современного общества, не создают препятствий для усвоения самых разных оккультистских или религиозных убеждений.
В истории нашей страны показательным является период конца
80-х – начала 90-х гг. XX в., когда, подобно нашествию Гога и Магога, отовсюду хлынули сотни медиумов и экстрасенсов, целителей
и колдунов, которых с энтузиазмом встречали вчерашние материалисты. Достаточно вспомнить известные документальные кадры,
на которых обыкновенные деревенские старушки стекаются к телевизору, ожидая снисхождения «чудотворных» энергий на расстав-
1
Карабыков А. В. История языкознания в свете трансформации образа языка
в культуре (подступы к ревизии основ) // Язык и культура. 2014. № 4. С. 7.
188

ленные перед экраном банки с водой, или сеансы, где в прямом эфире люди впадали в транс и подвергались другим видам магического
воздействия.
Безусловно, вышеназванные события, если оценивать их с позиции традиционно-религиозного мировоззрения, являются не чем
иным, как демоническими влияниями и не являются приемлемыми и одобряемыми. Об этом, в частности, недвусмысленно свидетельствуют многочисленные суждения представителей Русской
православной церкви, а также других традиционных конфессий.
Во всех них звучит призыв не участвовать в делах духов зла1.
При этом можно с полной уверенностью констатировать, что
по прошествии двух десятилетий интерес к феноменам оккультизма значительно увеличился. С развитием средств массовой информации количество телепередач об экстрасенсах из года в год
продолжает расти, а с появлением социальных сетей данная тематика заняла обширную нишу в виртуальной среде, где тысячи
пользователей сети Интернет являются активными участниками
сообществ, посвященных магии, спиритизму и прочим эзотерическим практикам.
В заключение отметим, что, уже став феноменом современной
жизни, демонология заслуживает самого пристального внимания
со стороны религиоведов, культурологов и иных представителей
гуманитарной науки и не может рассматриваться только как реликт
давно прошедших культурных эпох. Ее изучение может помочь сегодня адекватно определить и осмыслить изменения, которые происходят в мировосприятии все более широких кругов современного общества. Для этого необходимо осуществить исследование
культурно-исторических корней тех связанных с демонологией
явлений, которые долгие годы были вычеркнуты из единственно
нормальной прежде картины мира, продолжающей распадаться
на наших глазах.
1
Шевкунов Г. Не участвуйте в делах тьмы // Журн. Моск. патриархии. 1989.
№ 12. С. 44.
189

Самоорганизация человека и группы
в ситуации неопределенности
Светозар Ясный (В. В. Заславский) –
консультант-методолог
консалтинговой компании ООО «Союзник» (г. Омск)
Обоснование темы. В настоящее время люди все чаще оказыва-
ются в ситуациях неопределенности, в которых не понимают, что
происходит, и не знают, что делать. В таких случаях возникает необходимость самостоятельного поиска и создания новых форм организованности, то есть необходимость самоорганизации как отдельного
человека, так и группы людей. Обеспечение эффективной самоорганизации делает актуальным ее концептуальное описание.
Неопределенности. Неопределенность появляется, когда изме-
няются условия и обстоятельства, необходимые для осуществления
привычных и стандартных способов жизнедеятельности. Э. Морен
называет три типа неопределенностей: неопределенность реального, неопределенность познания, неопределенность экологии действия1. Эти неопределенности существуют всегда, но проживаются
и осознаются в ситуациях, в которых люди не могут действовать как
обычно и не видят возможности действовать по-другому.
Стратегии в ситуациях неопределенности. Можно выделить
три типа стратегий в ситуациях неопределенности: решение проблемы, постановка новой цели, движение без цели. Традиционное понимание цели – идеальный образ желаемого или предполагаемого
результата деятельности. Проблема – ситуация несоответствия поставленной цели и получаемого или уже ожидаемого результата при
неизвестном способе устранения этого соответствия2.
Решение проблемы заключается в поиске, создании и реализации
нового способа достижения поставленной цели. Постановка новой
1
Морен Э. Образование в будущем: семь неотложных задач // Синергет. пара-
дигма. Синергетика образования. М. : Прогресс-Традиция, 2007. С. 72–74.
2
Заславский В. В. Организация процесса решения потока проблем // Пути повы-
шения эффективности науч.-техн. творчества : тез. докл. науч.-практ. конф. Омск :
Ом. обл. совет НТО ; ОмПИ, 1986. С. 88.
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
