Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Церковь и Советская власть на Дону (церковно-государственные отношения на территории Донской (Ростовской) области (1920–1943 годы)). Монография
.pdf
311
Заключение
по документам практически не прослеживается. Скорее всего, как
и в других районах Донской области, значительная часть прихожан
отошла от Церкви в связи с антирелигиозной политикой государства, а основная масса оставшихся в стенах церкви верующих была
индифферентна к происходившим в среде духовенства расколам.
Обновленчество донского духовенства было номинальным. Несмотря на единичные случаи брачного епископата («епископ» Филипп Власов и «митрополит» Василий Кожин), консервативность
донского духовенства обусловила тот факт, что в донских храмах,
кроме нового стиля, не предпринимались попытки введения радикальных обновленческих реформ. Как и в случае насаждения раскола, выход из него не был личной инициативой священнослужителей. После освобождения патриарха Тихона из-под ареста и епископской хиротонии новочеркасского протоиерея Захарии Лобова,
возглавившего оппозицию обновленчеству, священники в составе
целых благочиний начали возвращаться из раскола.
Протестное движение в среде духовенства и активных мирян
Ростова-на-Дону связано с именем священника А. Трифильева, организовавшего объединение «Единая Святая Соборная Апостольская Церковь» (ЕССАЦ), а также с несколькими новочеркасскими
священнослужителями, выступавшими против церковных реформ
в любом виде. Однако решающим этапом в борьбе с обновленчеством на Дону стала деятельность епископа Захарии (Лобова).
Григорианский раскол, как и обновленческий, был инициирован
и внедрен в церковную среду представителями советской власти.
Распространенность и популярность донского григорианства связана, помимо действий заинтересованной в расколе советской власти,
с именами двух почитаемых донских пастырей: Митрофана (Симашкевича) и Иннокентия (Бусыгина). По мере ухода из жизни лидеров
донского григорианства прекращался и раскол в епархии. Окончательно преодолен он был в годы Великой Отечественной войны.
Борьба с «пережитками прошлого» стала одним из наиболее заметных направлений антирелигиозной деятельности государства в
первой половине 1920-х гг. После кампании по изъятию церковных
ценностей и организации обновленческого раскола органы власти
организуют в 1923 г. серию антирелигиозных акций – массовое
312
Заключение
глумление в виде карнавальных шествий, сжигание икон и первую
попытку отмены или перенесения воскресенья. Ставка делалась
на молодежь и, как следствие, на занимательность и красочность
форм пропаганды. Подчеркивалась общая антирелигиозная направленность акции – против протестантов, католиков, мусульман
и иудеев, хотя наибольший удар наносился по православию как доминирующей религии. «Комсомольские акции» на Дону проходили
с глумлением над чувствами верующих, тем не менее противодействия ошеломленного населения они не вызвали. Но наибольший
идеологический удар в то время власти нанесли по быту созданием «красной обрядности» − популяризацией всевозможных «октябрин», «гражданских похорон» и «красных свадеб». В Донском регионе данные ритуалы возникли в 1923 г. Наибольшую популярность
получили «октябрины», наименьшую – «гражданские похороны».
Наиболее динамично эти процессы захватили город, в меньшей
степени – село. В то время как в целом по стране в 1925 г. общественный интерес к «красной обрядности» достиг пика, в Донской
области он угасал.
Первая «колокольная война» на Дону также приходится на
1923−1924 гг., однако на данном этапе снятие колоколов еще не
носило массового характера, снимались преимущественно колокола с закрытых церквей. Поводом для снятия колоколов с функционирующих храмов в обход действующего законодательства, по
инициативе местных властей, послужила кампания пожертвования колокольной меди в помощь Воздухофлоту. Наиболее активно
антиколокольная кампания осуществлялась в Таганрогском округе.
Логическим итогом антицерковных акций 1923 г. было закрытие
церквей, наиболее активно проходившее в Таганрогском и Шахтинском округах.
Третий период церковно-государственных отношений на Дону
начался с 1929 г. – переломного года в церковно-государственных
отношениях в СССР, когда было принято печально знаменитое постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 8 апреля 1929 г. «О религиозных объединениях», ставшее основой законодательной политики советской власти на длительный период, – и продолжался до
1941 г., до начала Великой Отечественной войны. В данный период
313
Заключение
советская власть в условиях строительства социализма и форсированной индустриализации и коллективизации отказывалась от
планов постепенного выдавливания Церкви из социальной жизни
страны и брала курс на ее тотальное уничтожение путем массового
закрытия храмов и репрессий священнослужителей и мирян. Судьбу Русской православной церкви разделили все остальные конфессии, находившиеся на предыдущем этапе под негласным покровительством советской власти.
Процесс закрытия церквей в Донской области в 1920−1930-х гг.
делится на три периода: с 1920 по 1922 г. – эпизодические закрытия домовых храмов и церквей при тюрьмах, учебных заведениях
и рудниках; с 1923 по 1928 г. – период закрытия наиболее крупных
храмов в городах, станицах и слободах; с 1929 по 1941 г. – время
массового закрытия церквей и молитвенных зданий. Некоторое отступление от намеченного курса в первой половине 1930 г. связано с неудачами в начинающейся коллективизации, однако в дальнейшем курс на массовое закрытие храмов жестко выдерживался.
Местные власти проявляли большую активность в деле по закрытию церквей в ущерб законности, и центральная власть исправляла их наиболее одиозные решения, но курс на закрытие храмов в
1930-х гг. выдерживался постоянно. Проведение подготовительных
к закрытию акций, как и само закрытие, проходило так же, как и по
всей России. Особенное внимание уделялось вынесению решений о
закрытии «общественным мнением», для чего среди населения проводилась соответствующая агитация и пропаганда. В данной политике усматривается некоторая противоречивость: с одной стороны,
государственная власть все время настаивает на «правильном» закрытии, без оскорбления чувств верующих, с другой – закрытие
церквей отдано на откуп местным органам власти, менее грамотным
и подготовленным, которые в подавляющем большинстве проводили закрытия с оскорблением верующих и святотатством. Власти
в редком случае оставляли пустовать здания упраздненных церквей, предпочитая их использовать не по назначению, чтобы (как и
в случае с колоколами) показать «необходимость» этих зданий для
Советской республики. Чаще всего здания храмов превращались в
зернохранилища, но встречалось и кощунственное использование
314
Заключение
помещений с намеренным оскорблением чувств верующих. Пик
закрытий по Донской области пришелся на 1938 г., последнее закрытие датировано 1941 г. В результате богоборческой политики
советских властей к началу Великой Отечественной войны на территории Ростовской области остался, по официальной статистике,
один действующий храм в хут. Обуховка Азовского района. По неофициальным данным, до 1941 г. не были закрыты еще пять церквей.
Закрытие храмов сопровождалось антиколокольной кампанией.
Если в первый период антиколокольной кампании в 1923−1924гг.
снятие колоколов не носило массового характера, снимались преимущественно колокола с закрытых церквей, то в 1929 − 1930-х гг.
кампания по снятию колоколов приняла массовый характер. Помимо колоколов с закрытых и закрываемых церквей, снимались
частично поврежденные колокола с действующих храмов. Обе
кампании по снятию колоколов совпали с кампаниями массового
закрытия церквей в области. Случаев массового сопротивления
населения антиколокольной кампании на Дону архивными документами на сегодняшний день не выявлено. В закрытии храмов и
организации снятия колоколов активную роль играл донской Союз
воинствующих безбожников, несмотря на то, что, будучи общественной организацией, официально такими полномочиями не обладал.
Первые документы, касающиеся деятельности донского Союза
безбожников, датированы 1923–1924 гг. На 1925 г., как и в целом по
стране, приходится организационное оформление донской организации, фактическое создание относится к середине 1924 г. Несмотря на количественный рост членов Союза безбожников во второй
половине 1920-х гг., можно говорить о неудовлетворительном состоянии антирелигиозной работы в крае в данный период. Вконце
1920-х – 1930-х гг. СВБ на Дону играл активную роль в кампаниях
по закрытию храмов, по организации антирождественских и антипасхальных кампаний, однако его главным направлением было
проведение антирелигиозной агитации и пропаганды. Период особенно бурного роста членства в донском СВБ приходится на 1929 –
начало 1930-х гг. С 1932–1933 гг. фиксируется упадок в его деятельности, несмотря на официально заявленную большую численность.
315
Заключение
С началом Великой Отечественной войны донской СВБ переключается на борьбу с фашизмом и практически исчезает.
Выявлено несколько волн репрессий против донского духовенства: Гражданская война, когда убивали без суда и следствия;
кампании по изъятию церковных ценностей и внедрению обновленческого раскола, преследовавшие цель расколоть и скомпрометировать духовенство; период коллективизации и индустриализации конца 1920-х − начала 1930-х гг. и появления первых «массовых
контрреволюционных» церковных организаций; «большой террор»
конца 1930-х гг. Отличительной особенностью репрессивной политики 1930-х гг. в отношении донских священнослужителей является то, что следственные органы перестают интересовать отдельные
личности, упор делается на «разоблачение» массовых фиктивных
контрреволюционных церковных организаций. Если в 1920-х гг.
донскими чекистами было выявлено два таких «антисоветских очага», то в 1930-х гг. − 24 «церковно-монархических» организации.
На 1937−1938 гг. пришлось наибольшее количество подобных разоблачений – «выявлены» и «обезврежены» 13 донских контрреволюционных церковных организаций. Некоторые такие организации
были довольно масштабны и охватывали несколько регионов. Особое внимание в анкетах следственных дел уделялось социальному
происхождению арестованных. Казачье происхождение априори
связывалось с контрреволюционными взглядами. Яркой особенностью донских следственных дел 1930-х гг. является их фальсификация, что было характерным явлением в рассматриваемое время для
страны в целом. Осуждено было минимум 10 % от дореволюционного количества донского духовенства.
Четвертый период церковно-государственных отношений на
Дону начался в 1941 г. с началом Великой Отечественной войны,
а если точнее − с началом немецкой оккупации Ростовской области осенью 1941 г., и продолжался до 1943 г. – года юридического
оформления изменений в церковно-государственных отношениях
(выборы патриарха, массовое открытие храмов, допущение Церкви к сбору пожертвований в помощь фронту и т. д.). В период оккупации Ростовской области выявлены два центра епархиальной
жизни – Ростов-на-Дону и Таганрог, руководство в которых при-
316
Заключение
надлежало соответственно архиепископу Николаю (Амассийскому)
и епископу Иосифу (Чернову). В период оккупации на местах массово открывались храмы. Всего во время Великой Отечественной
войны в Ростовской области было открыто 240 церквей. Подавляющее число открытий – около 220 храмов, что составляет более
85 %, – пришлось на период оккупации. Ранее всего активизировалась церковная жизнь в Таганроге, где первая церковь была открыта в декабре 1941 г. Немецкие власти пытались использовать начавшееся религиозное возрождение в своих целях, для чего проводили соответствующую агитацию и пропаганду. Первоначальный
процесс открытия храмов и возрождения религиозной жизни был
массовым и стихийным, однако нельзя сказать, что немцы были
индифферентны к начавшемуся религиозному возрождению, – они
его планировали и контролировали для решения собственных задач
и интересов. В связи с этим церковная верхушка была ими скомпрометирована, понесла наказание, однако впоследствии была реабилитирована. Подавляющего большинства священнослужителей,
начавших службу во время оккупации, последующие репрессии не
коснулись. Большинство получило регистрацию у местного уполномоченного по делам Русской православной церкви и продолжило
свою деятельность. После окончания оккупации донские священнослужители по инициативе Московской патриархии оказывали
фронту разнообразную патриотическую помощь: сбор денежных
пожертвований, снабжение раненых и больных в госпиталях продуктами, организация подарков для раненых бойцов, организация
духовных концертов, сборы от которых шли в пользу Красной Армии, и даже построение специального танка имени «Православных
Дона». Итоговая сумма пожертвований, сделанных к концу 1944 г.
духовенством Ростовской и Таганрогской епархии, составила более
3 млн рублей.
ЛИТЕРАТУРА
Архивные источники
1. Архив УФСБ РФ по РО (Архив управления Федеральной службы безопасности по Ростовской области РФ). Арх.-след. д. П-224.
2. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-1452.
3. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-3198.
4. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-4870.
5. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-4934.
6. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-5003.
7. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-5491.
8. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-5841.
9. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-6372.
10. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-9595.
11. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-10152.
12. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-10153.
13. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-10154.
14. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-10155.
15. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-10156.
16. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-10180.
17. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-11506.
18. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-14053.
19. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-14367.
20. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-14452.
21. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-15249.
22. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-15250.
23. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-16052.
24. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-16673.
25. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-16936.
26. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-17006.
27. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-19991.
28. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-20440.
29. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-21177.
30. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-23470.
31. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-28333.
32. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-28507.
318
Литература
33. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-30600.
34. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-35346.
35. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-36076.
36. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-37965.
37. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-38242.
38. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-38243.
39. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-38258.
40. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-38494.
41. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-38503.
42. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-38862.
43. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-39733.
44. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-40041.
45. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-41368.
46. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-41369.
47. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-41430.
48. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-41866.
49. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-42262.
50. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-42616.
51. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-42999.
52. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-43005.
53. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-43008.
54. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-43018.
55. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-43019.
56. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-43286.
57. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-44813.
58. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-45866.
59. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-45870.
60. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-45899.
61. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-46999.
62. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-47489.
63. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-47816.
64. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-48003.
65. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-49273.
66. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-50466.
67. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-53110.
68. Архив УФСБ РФ по РО. Арх.-след. д. П-61276.
69. ГАРО (Государственный архив Ростовской области). Ф. Р-97. Оп. 1 Д. 49.
70. ГАРО. Ф. Р-97. Оп. 1. Д. 51.
71. ГАРО. Ф. Р-97. Оп. 1. Д. 52.
319
Литература
72. ГАРО. Ф. Р-97. Оп. 1. Д. 54.
73. ГАРО. Ф. Р-97. Оп. 1. Д. 60.
74. ГАРО. Ф. Р-97. Оп. 1. Д. 679.
75. ГАРО. Ф. Р-97. Оп. 1. Д. 804.
76. ГАРО. Ф. Р-1013. Оп. 1. Д. 45.
77. ГАРО. Ф. Р-1485. Оп. 1. Д. 572.
78. ГАРО. Ф. Р-1485. Оп. 8. Д. 59.
79. ГАРО. Ф. Р-1485. Оп. 8. Д. 76.
80. ГАРО. Ф. Р-1798. Оп. 1. Д. 97.
81. ГАРО. Ф. Р-1798. Оп. 1. Д. 104.
82. ГАРО. Ф. Р-1798. Оп. 1. Д. 105.
83. ГАРО. Ф. Р-1798. Оп. 1. Д. 106.
84. ГАРО. Ф. Р-1798. Оп. 1. Д. 111.
85. ГАРО. Ф. Р-1798. Оп. 1. Д. 113.
86. ГАРО. Ф. Р-1798. Оп. 1. Д. 132.
87. ГАРО. Ф. Р-1798. Оп. 1. Д. 749.
88. ГАРО. Ф. Р-1798. Оп. 1. Д. 1077.
89. ГАРО. Ф. Р-1798. Оп. 3. Д. 34.
90. ГАРО. Ф. Р-1798. Оп. 3. Д. 57.
91. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 7.
92. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 72.
93. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 73.
94. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 75.
95. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 76.
96. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 86.
97. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 88.
98. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 91.
99. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 93.
100. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 139.
101. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 163.
102. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 169.
103. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 188.
104. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 200.
105. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 210.
106. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 214.
107. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 216.
108. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 237.
109. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 255.
110. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 260.
320
Литература
111. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 286.
112. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 298.
113. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 300.
114. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 321.
115. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 329.
116. ГАРО. Ф. Р-3737. Оп. 2. Д. 963.
117. ГАРО. Ф. Р-3758. Оп. 1. Д. 314.
118. ГАРО. Ф. Р-3758. Оп. 3. Д. 32.
119. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 59.
120. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 60.
121. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 61.
122. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 62.
123. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 63.
124. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 68.
125. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 74.
126. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 78.
127. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 79.
128. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 89.
129. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 92.
130. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 93.
131. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 94.
132. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 111.
133. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 123.
134. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 124.
135. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 127.
136. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 128.
137. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 181.
138. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 182.
139. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 183.
140. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 184.
141. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 185.
142. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 196.
143. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 238.
144. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 241.
145. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 242.
146. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 243.
147. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 244.
148. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 245.
149. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 246.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]