Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Церковь и религиозное сознание в Новое и Новейшее время. Сборник обзоров и рефератов
.pdf
Что касается тематики исторической памяти и истории католичества, российские исследователи Г.С. Померанц и З.А. Миркина
в научно-популярной книге «Великие религии мира» напоминают,
что реакцией на широко развернувшуюся в Средние века «крупную
рыночную торговлю отпущениями грехов – индульгенциями с
подписью главы церкви, папы римского» стало «мощное антикатолическое
церквей (лютеранство, кальвинизм и пр.)» (8, с. 100).
ние» (Ренессанс). Гуманизм противопоставляет себя церкви. Философия и искусство вышли из материнского лона религии и стали
самостоятельными областями. И пока окаменевшая религия стояла
на одном месте – развивались вопреки ей. Только в
светское мировоззрение само оказалось в кризисе, начало заново
проступать то подлинно живое, вечное, что составляло суть
христианской культуры (8, с. 100).
ХХ в. католическая церковь и возглавлявшие ее папы все чаще обращаются в посланиях и своей практической деятельности к
дам широких масс верующих. Разрабатывается социальное учение
католической церкви. Этому посвящена переведенная на русский
язык книга польского теолога Юзефа Майки (7). Автор называет
свое исследование «лишь начальной попыткой выявить важнейшие
моменты и общие направления развития социального учения» (7,
с. 458).
рует: «Социальное учение Церкви в его
ждет еще дальнейшего исследования и анализа, ибо о некоторых
периодах его истории наши знания довольно скудны. Это объясняется главным образом тем, что исследования начались достаточно
поздно, не более ста лет назад, а их интенсивность была в разное
время и в разных католических центрах различна. Дополнительного изучения
ния: несомненно, имеются такие источники, которые детально исследованы историками теологии, права, философии, литературы,
но их социальное содержание осталось попросту незамеченным, а
потому к ним необходимо вернуться» (7, с. 458).
стремится создавать и навязывать кому бы то ни
альные модели общественного устройства. Она всегда отстаивала
движение, создавшее в Западной Европе несколько новых
Началось движение умов, получившее название «Возрожде-
ХХ в., когда
Действительно, именно в конце ХIX и на протяжении всего
нуж-
Касаясь общей разработки данной тематики, автор констати-
историческом развитии
требует и проблема документальных источников уче-
Майка утверждает, что «Церковь никогда не стремилась и не
было готовые иде-
121
свои принципы и побуждала к поиску оптимальных решений, отвергая лишь те, которые считала несовместимыми с основными
принципами морали, так как они наносили вред человеку» (7,
с. 468).
«Социальная доктрина Церкви, хотя она и ссылалась на незыблемые принципы, не была при этом доктринерской – напротив,
можно даже говорить об известном ее прагматизме
тизм не утилитаристский и не политический, а, скажем так, гуманистический, определяемый тем, что Церковь всегда выступает в
защиту человека, проявляет заботу об условиях, позволяющих человеку жить в мире, пользуясь своими естественными личными
правами и стремясь к своей высшей цели – спасению во Христе»
(7, с. 468–469).
забота о человеке заставляет Церковь всегда занимать
«Эта
непримиримую позицию по отношению к любым усилиям, направленным на ущемление прав человека, выступать против всякой политики, которая угрожала бы человеку, кто бы ее ни проводил» (7,
с. 469). Оппозиционность ее сводится к тому, что она не имеет друзей на стороне врагов человека, и
назвать моральной оппозицией.
«Социальное учение католической Церкви не является, таким
образом, ни католической теорией социального действия, ни католической моделью общественного устройства, ни католической
социальной идеологией. Это и не политическая теория, хотя в некотором смысле она является теологией общественной деятельности, поскольку указывает католику
ственному спасению и, действуя на благо ближних, создавать
условия, облегчающие спасение другим людям» (7, с. 469–470).
«Повторим еще раз: своим социальным учением Церковь не собирается ни создавать новых общественных систем, ни вставать на
сторону какой бы то ни было системы – она стоит на стороне
века», – заключает Майка (7, с. 470).
Обозначенная ранее проблематика отношения папства к обострившемуся в конце XIX в. и продолжавшему оставаться сверхактуальным на протяжении всего ХХ в. социальному вопросу, равно
как и к наиболее одиозным политическим режимам ХХ в., пытавшимся решить этот вопрос своим, особым способом, нашла отражение в
80-летие выхода энциклики папы Льва XIII «Rerum novarum»
Апостолическим письмом, адресованным кардиналу Морису Руа,
ряде папских энциклик. Так, папа Павел VI отметил
такой подход можно было бы
, как он может найти путь к соб-
. Но это прагма-
чело-
122
тогдашнему председателю Консилиума светских лиц и Папской
комиссии «Iustitia et pax». В нем отмечается, что «Rerum novarum»
«продолжает инспирировать действия в защиту социальной справедливости», стимулирует к ответу на «новые потребности изменяющегося мира» (13, с. 1). А в энциклике папы Иоанна Павла II
«Centesimus annus – Сотый год», посвященной столетию обнародования энциклики «Rerum novarum» (которая, как считают многие
исследователи, положила
ской церкви. – В.Л.), продолжается полемика папства с идеями социализма. Несомненно, на содержание этой энциклики, одной из
главных за период правления польского папы в Ватикане, оказал
влияние его личный опыт долговременного пребывания в условиях
проникнутого социалистическими идеями режима, существовавшего в послевоенной Польской Народной Республике.
«Фундаментальная ошибка социализма носит антропологический характер. Действительно, он рассматривает человека как
простой элемент, молекулу социального организма, таким образом,
что благо индивидуума всецело подчинено функционированию социально-экономического механизма. С другой стороны, социализм
считает, что благо индивидуума может быть достигнуто, оставляя в
стороне его самостоятельный выбор, его уникальное и исключительное принятие на себя ответственности перед лицом добра и
зла», – утверждает Иоанн Павел II (3, с. 29–30).
Исчезает концепция личности как независимого субъекта
нравственных решений, который посредством этих решений создает общественный порядок. Из этого проистекают искажение права,
которое определяет сферу осуществления свободы, а также оппозиция в отношении частной собственности. Человек, лишенный
того, что он может назвать «своим», а также возможностей
всего
зарабатывать на жизнь по собственной инициативе, оказывается
зависимым от тех, кто его контролирует, что осложняет признание
им своего достоинства личности и препятствует созиданию подлинной человеческой общины. Наоборот, из христианской концепции личности, по мнению Иоанна Павла II, непременно проистекает «справедливое
и всему социальному учению Церкви, общественное измерение
человека не исчерпывается в Государстве, но реализуется в различных посреднических группах, начиная с семьи и вплоть до экономических, общественных, политических и культурных групп,
которые, исходя из самой человеческой природы, обладают – не-
видение общества». «Согласно “Rerum novarum”
начало социальному учению католиче-
123
изменно в рамках общего блага – собственной самостоятельностью. Я назвал это “субъективностью” индивидуума общества, которая наряду с субъективностью индивидуума была аннулирована
“реальным социализмом”», – подчеркнул папа (3, с. 31).
Виновником этого, «первопричиной», Иоанн Павел II называет атеизм. Отрицание Бога лишает личность ее основания и, как
следствие, приводит к реорганизации общественного порядка, ото
рванной от критериев достоинства и ответственности личности.
Атеизм тесно связан с просветительским рационализмом, который
понимает гуманную и социальную реальность человека механическим образом. Из того же самого атеистического корня возникает
выбор средств, свойственных социализму, осужденных в «Rerum
novarum», в частности, там, где речь идет о классовой борьбе (3,
с. 32).
Обращаясь к более близким
чает: «Правда, что начиная с 1945 г. пушки молчат на Европейском
континенте, однако истинный мир – надо об этом помнить – никогда не является результатом военной победы, но включает в себя
преодоление причин войны и подлинное примирение между народами. Однако долгие годы в Европе и во всем
скорее ситуация отсутствия войны, чем подлинного мира. Половина континента подпала под господство коммунистической диктатуры, тогда как другая половина организовывалась для защиты от
такой опасности» (3, с. 40).
Эти мысли Иоанн Павел II развивал и в выступлении на
встрече с М.С. Горбачевым в Ватикане 1 декабря 1989 г. Напомнив
о недавнем тогда
дии, которое народы получили от своих предков и которое затем
столетиями обогащалось множеством новых религиозных и культурных сокровищ», папа повторил высказанные им незадолго
до этого положения своего апостольского послания по случаю
50-летия начала Второй мировой войны: «Не может быть мира, если презирается в
особенности тех, которые наиболее уязвимы, не уважаются» (2,
с. 383–384, 386). Собранные в этом вышедшем еще в 1992 г. сборнике, названном «Мысли о земном», высказывания польского папы
Войтылы давали российским читателям пространную информацию
об образе мышления Иоанна Павла II, его жизни, представляли его
помощников – административные структуры
праздновании 1000-летия крещения Руси, «насле-
человеке право» и «если права всех народов, в
временам, Иоанн Павел II отме-
мире господствовала
государства Ватикан.
-
124
Давая в энциклике «Centesimus annus – Сотый год» характеристику тоталитаризма, Иоанн Павел II отмечал, что «культура и
практика тоталитаризма включают в себя также отрицание Церкви». При этом государство или партия, возвышающие себя над
всеми ценностями, «не могут допустить, чтобы утверждался
объективный критерий добра и зла помимо воли правящих властей, который в
суждения об их поведении» (3, с. 102). Этим объясняется, по мнению папы, «почему тоталитаризм старается уничтожить Церковь
или по крайней мере подчинить ее, превращая в орудие своего собственного идеологического аппарата» (там же).
Тоталитарное государство имеет тенденцию поглощать нации, сообщества, семьи, религиозные общины и сами
Церковь, защищая собственную свободу, защищает человеческую
личность, которая должна прежде всего подчиняться Богу, а не людям, а также семью, различные общественные организации и народы, т.е. всех, кто пользуется собственной независимостью и суверенитетом.
Переходя далее к противопоставлению тоталитаризма и демократии, папа отмечает, что «Церковь положительно
демократическую систему в той мере, в какой она обеспечивает
участие граждан в политическом выборе и гарантирует гражданам
как возможность избирать и контролировать своих правителей, так
и смещать их мирным путем, когда это представляется уместным.
Поэтому она не может относиться положительно к формированию
ограниченных групп руководителей, которые ради собственных
интересов или
ственную власть» (3, с. 103).
Подлинная демократия возможна лишь в правовом государстве и на основе истинной концепции человеческой личности.
После краха коммунистического тоталитаризма и многих других
тоталитарных режимов и режимов «национальной безопасности» в
мире, хотя и не без контрастов, господствует демократический
идеал, связанный с заботой
необходимо, чтобы народы, преобразующие свое общественное
устройство, придали демократии прочное основание путем недвусмысленного признания этих прав.
Папа напоминает главные из этих прав: право на жизнь, неотъемлемой частью которого является право развиваться в чреве
матери после зачатия; право жить в дружной семье и в нравствен
определенных обстоятельствах мог бы служить для
личности.
оценивает
во имя идеологических целей узурпируют государ-
о правах человека. Именно поэтому
-
125
ной обстановке, благоприятствующей развитию собственной личности; право доводить до зрелости свой разум и свою свободу в
поисках и познании истины; право участвовать в трудовых процессах, чтобы оценивать в полной мере блага земли и извлекать из них
все необходимое для содержания себя и своих близких; право свободно создавать
вать детей, с ответственностью проявляя сексуальность (3, с. 106).
Но и в странах, где действуют формы демократической власти, не всегда эти права полностью уважаются, замечает Иоанн Павел II. «Здесь не имеется в виду только скандальная ситуация с
абортом, но также и различные стороны кризиса демократических
систем
ность решать вопросы в пользу общего блага. Запросы, которые
поднимаются из недр общества, порой изучаются не согласно критериям справедливости и морали, а скорее подчиняясь избирательной и финансовой силе групп, которые их поддерживают. Подобные пагубные отклонения в политических нравах со временем
порождают недоверие и равнодушие, следствием чего становится
снижение участия в политическом процессе и ослабление гражданского духа среди населения, чувствующего себя разочарованным и
обманутым» (3, с. 106–107).
щественно-экономический анализ конца XIX столетия, папа Иоанн
Павел II констатирует, что социальная доктрина сама по себе является ценным орудием евангелизации
толкование, считая, что она занимается всем: человеческими правами каждого и в особенности «пролетариата», семьей и воспитанием, обязанностями государства, устройством общества на национальном и международном уровне, экономической жизнью,
культурой, вопросами войны и мира, уважением жизни с момента
зачатия и до смерти (3, с. 121).
сматриваются в ряде недавно вышедших изданий. Так, один из авторов сборника «Второй Ватиканский собор: Взгляд из России»
Джованни Турбанти озаглавил свою работу «Проблема коммунизма на Втором Ватиканском соборе». Он отметил, что Собору предлагалось выразить формально осуждение коммунизма, но при этом
разоблачить преследования церкви в
с. 232).
, которые порой – как может показаться – утратили способ-
Считая энциклику «Rerum novarum» важным вкладом в об-
Отношения Ватикана
семью, не препятствовать рождению и воспиты-
. Он дает ей универсальное
с коммунистическими режимами рас-
коммунистических странах (2,
126
В одной из статей, опубликованных в изданных в 2003 г. материалах московской конференции 1998 г. российских и ватиканских историков «Россия и Ватикан в конце XIX – первой половине
ХХ в.», подчеркивалось, что борьба с религией стала одной из центральных задач советской власти, и православная и католическая
церкви рассматривались как очаги контрреволюции,
лежали уничтожению (9, с. 260). Годом ранее эти материалы были
опубликованы с широким справочным аппаратом на итальянском
языке в Ватикане (14). В вышедших в двух странах почти одновременно сборниках помещены доклады и тексты приветственных
выступлений директора ИВИ РАН, академика А.О. Чубарьяна,
профессоров В. Заксера и В. Пери, представляющих Папский
комитет
ский тайный архив, историков О.В. Серовой, З.П. Яхимович,
В.П. Любина, В.П. Гайдука, Р. Толомео, С.Г. Яковенко, Ю.Е. Карлова, Дж. Петракки, Е.С. Токаревой.
переговоров к разрыву 1922–1929
261) отмечается, что 12 марта 1922 г. был подписан договор между
Святым престолом и правительством большевистской России, он
касался посылки миссии Ватикана для оказания помощи голодающим. Но далее в 20-е годы борьба с религией, и в частности с католицизмом, становилась в СССР все более ожесточенной. После заключения в 1929
фашистским правительством Италии по стране прошла пропагандистская кампания, «разоблачавшая» связи католической церкви с
«мировой буржуазией». «Итак, свершилось! – писалось в одной из
такого рода пропагандистских статей, – папа подал руку Муссолини. Попы слились в одном порыве с фашистами» (9, с. 319).
тарными режимами не раз поднимались в работах Иоанна Павла II.
Положения энциклик, с которыми он выступал в годы своего понтификата, находят прямое отражение в его книге «Память и идентичность» (4). На русском языке книга издана в 2007 г. с введением, написанным новым папой – Бенедиктом XVI (род. в 1927 г.).
Эта книга – духовное
ращенное ко всему человечеству и представляющее собой размышление над событиями истории и над тайной зла, существующего в мире и получившего в ХХ в. отражение в тоталитарных
системах, отмечается в краткой издательской аннотации. Важней-
исторических наук, монсеньора Дж. М. Кроче – Ватикан-
В статье Е.С. Токаревой «Отношения СССР и Ватикана: От
гг.» (9, c. 260–320; 14, с. 199–
г. Латеранских соглашений между Ватиканом и
Вопросы взаимоотношений католической церкви с
завещание Иоанна Павла II (1920–2005), об-
которые под-
тотали-
127
шее место в книге занимает проблематика исторической памяти,
сосуществования добра и зла, идеологии зла, искупления как Божественного предела, положенного злу, победы, данной человеку.
Папа переосмысливает такие важнейшие понятия, как «свобода»,
«любовь», «милосердие», «патриотизм», «народ», «отчизна», «история», «культура», «современная демократия».
Кардинал Й. Ратцингер – многолетний сподвижник Иоанна
Павла II (он с
Конгрегацию по вопросам вероучения, созданную еще в 1542 г.
папой Павлом III как Священная конгрегация Римской и вселенской инквизиции, а также Библейскую и Богословскую комиссии)
и его преемник на престоле Св. Петра, отмечает во введении к книге, что его предшественник часто обращался к конституции
го Ватиканского собора «Gaudiam et spes». Ключевым словом всех
размышлений Иоанна Павла II является «Искупление». Его первая
программная энциклика начинается с многозначительных слов
«Redemptor hominis». Об этой энциклике папа говорит в своей книге: «Все, что в ней содержится, я привез из Польши» (4, с. 9).
«Это, можно сказать, Сумма его богословского и антропологического видения, – продолжает
в мысли Святого Отца богословие, христианство и антропология
сливаются воедино. Человек есть путь Церкви, – говорит эта энциклика. Папа принимает антропологические изменения современной эпохи, но в христологическом ключе; это значит, что образцовым человеком, носителем побеждающего добра в истории,
прогрессе и необходимом изменении мира является
Христе Бог и гуманизм соединяются, и так рождается истинный
гуманизм, настоящий антропологический переворот» (4, с. 9–10).
Бенедикт XVI рассматривает также толкование Иоанном
Павлом II понятий нации и патриотизма и пишет: «Основная ценность отечества и нации состоит – согласно Папе – именно в том,
что отечество и нация являются пространством памяти». Именно
память прошлых поколений
хи, опыт, приобретенный в различных исторических контекстах,
основные жизненные ценности, – создает общество, показывая людям пути жизни. Без памяти, без корней не может жить ни общество, ни человек. Память дает нам корни, от которых мы получаем
«смысл» жизни.
«Абстрактная цивилизация, основанная только
нальной и контролируемой очевидности, не может выжить, потому
1979 г. возглавлял Конгрегацию доктрины веры или
Второ-
Бенедикт XVI. – Здесь видно, как
Христос. Во
– их страдания и поражения, их успе-
на рацио-
128
что не имеет фундаментальных жизненных критериев. Ценности,
которые не идут далее простой рациональности, утрачиваются, и
тогда человеком легко манипулировать. Там, где не знают своего
прошлого, теряется и будущее вследствие пустого настоящего. Поэтому нация как пространство памяти необходима для человека»
(4, с. 14).
Работая над этой книгой, говорится в издательском предисловии
двумя польскими философами Юзефом Тишнером и Кшиштофом
Михальским, которая состоялась в летней резиденции пап – Кастель Гандольфо в 1993 г. Речь шла о сосуществовании добра и зла,
идеологии зла, пределе, положенному злу в истории Европы, искуплении и тайне искупления, свободе и ответственности,
вейшей истории, тайне милосердия, размышлениях об отчизне –
нации – государстве, патриотизме, понятии «народ», истории,
культуре, Польше, Европе, миссии церкви, отношению церкви к
государству, современной демократии, вертикальном измерении
истории Европы. Именно так называются разделы книги, в них
растолковываются эти понятия, дается папская интерпретация
важнейших вопросов современности.
дающей Церковь во всех поколениях на протяжении истории, выражается особым образом в памяти Девы Марии… Церковь хранит
память об истории человека с самого начала: память о его сотворении, призвании, возвышении и падении. И в эти основные границы
заключена история человека, которая является историей искупления. Церковь – мать
рию, сохраняя в сердце все человеческие проблемы» (4, с. 224,
227). Эта истина, по мнению Иоанна Павла II, была обозначена в
ходе Великого юбилея 2000 года. Церковь переживала его как
юбилей Рождества Христова, и в то же время как юбилей начала
человека, появления человека во вселенной, его возвышения и
признания. Празднование 2000 года стало важным событием не
только для христианства, но и для всего рода человеческого. Можно сказать, что этот великий юбилей был одновременно юбилеем
Рождества Христова, и ответа на вопрос о смысле и значении человечества. И это связано именно с памятью. «Память Марии и Церкви
рел собственную идентичность», – заключает Иоанн Павел II (4,
с. 228–229).
, Иоанн Павел II вернулся к важнейшим темам беседы с
уроке но-
«Единство памяти, – отмечал Иоанн
, которая, подобно Марии, хранит всю исто-
служат человеку, чтобы на рубеже тысячелетий он еще раз об-
Павел II, – сопровож-
его
129
Список литературы
1. Второй Ватиканский собор: Взгляд из России / Пер. с итал., франц.
В.П. Гайдука, В.П. Любина, Е.С. Токаревой, С.В. Файн; Отв. редакторы
Дж. Альбериго, А.О. Чубарьян. – М.: ИВИ РАН, 1997. – 360 с.
2. Иоанн Павел II. Мысли о земном / Пер. с пол. и итал. – М.: Новости, 1992. –
421 с.
3. Иоанн
4. Иоанн Павел II. Память и идентичность: Memoria e identità. – М.: Изд-во
5. История римских пап от св. Феликса II до Пелагия II. – М.: Колледж католи-
6. Ковальский Я.В. Папы и папство
7. Майка Ю. Социальное учение католической церкви. – Рим; Люблин: Изд-во
8. Померанц Г., Миркина З. Великие религии мира. – М.: Университетская кни-
9. Россия и Ватикан в конце XIX – первой трети ХХ в. / Под ред. Е.С. Токаре-
10. Шейнман М.М. От Пия XI до Павла VI. – М.: Наука, 1979. – 176 с.
11. Gelmi J. Die Päpste in Kurzbiografien: Von Petrus bis Benedikt XVI. – Kevelaer:
12. Lill R. Die Macht der Päpste. – Kevelaer: Topos Plus, 2006. – 237 S.
13. Paolo VI. Lettera apostolica di Sua Santitа Paolo VI al Signor Cardinale Maurice
14. Santa Sede e Russia da Leone XIII a Pio XI. – Città del Vaticano: Libreria Еditrice
Павел II. Окружное послание Centesimus Annus – Сотый год. – Вати-
кан: Град Ватикан, б.д. [1991]. – 135 с.
францисканцев, 2007. – 255 с.
ческой теологии им. Фомы Аквинского, 1996. – Т. 1. – 346 с.; Т. 2. – 198 с.
. – М.: Политиздат, 1991. – 236 с.
Святого Креста, 1994. – 480 с.
га, 2001. – 279 с.
вой, А.В. Юдина. – СПб.:
Topos Plus, 2005. – 192 S.
Roy in occasione dell 80 anniversario dell’enciclica «Rerum novarum». – Città del
Vaticano: Tipografia poliglotta vaticana, 1971. – 76 p.
Vaticana, 2002. – 316 p.
Алетейя, 2003. – 322 с.
130
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]