Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Философия – культура – социум. Аспекты взаимодействия. Выпуск 2. Сборник научных материалов студентов и аспирантов
.pdf
201
тетрадь, производя литературную обработку текста. Эти дневники (всего семь
книжек) хранятся в семейном архиве моей семьи.
Дневники дают возможность познакомиться с матросской жизнью того
времени. Например, особое место в них уделяется особенностям
взаимоотношений внутри матросского коллектива. В лице балтийских
матросов Савватеев открыл для себя совершенно новых людей. Обращало на
себя внимание пренебрежение моряков к начальству, что было для него
странным. В среде матросов привычка тянуться перед командирами
презиралась и считалась особенностью сухопутных солдат.
Отношение к начальству проявлялось и в речевых оборотах, которые
использовались как своеобразный сленг среди матросов. Для обозначения
городовых использовалось слово «акулы», для обозначения офицеров –
«петухи», дежурных – очерёдные, а для штрафованных, то есть
провинившихся матросов – «шпана».
Матросы не упускали возможности и пошутить друг над другом:
«Иной матрос подходил к дежурному при кладывал руку к голове и говорил.
Господин дежурный разрешите за ворота. Оба смеялись. Иди. Уходящий
грозил пальцом любиш что бы тянулись перед тобой. Дежурный отвечал
проваливай, проваливай» [1].
Интересен факт, что в матросской среде 1890-х годов всё ещё
сохранялись телесные наказания в виде порки. Молодым поясняли, что чаще
всего наказаниям подвергаются матросы, попавшие в разряд штрафованных.
В этот разряд они попадали после отбытия наказания в дисциплинарном
батальоне в основном за воровство и пьянство.
Интересным вопросом также является проведение досуга балтийских
матросов. Савватеев пишет: «Свободные от вахты и другого уходили в
город. Оставшиися дома кто предавался сну на крывшись шинелью, кто
писал, читал, разговаривал, кто шил на машине переделывал фанелевки,
брюки, бушлаты. Это портные за колачивали себе копеечьку. Так же сидели
кое где сапожники. Все это по своему желанию на чистую монету. Вечером
зажигали газ. Матросы кучьками сидели на койках вели разговоры шутили
смеялись. Кто выпивали. Пели, играли на гармониях и струнных
инструментах» [2].
Внешнему виду на флоте также придавалось первостепенное значение.
Старший офицер с вахтенным начальником осматривали построенную
команду, причем молодых матросов – особенно тщательно. Заметят
неряшливость в одежде – заставят раз 15–20 лезть на марс и обратно.
Причем босыми и на время. Одновременно 3 матроса карабкались по
просмоленным веревочным лестницам. К концу испытания каждый из них
еле передвигал ноги. Ступни были напрочь смозолены, так что даже
передвижение по палубе вызывало адскую боль.
Не лучше было и тем, кого находили неумытым. Тут же следовала
команда: «Оставить грязь и быть чистым!», и 4 матроса уводили неумытого
«под умывальник». Полностью раздевшись, он ложился и матросы, смочив
202
его тело водой и посыпав песком, начинали усиленно тереть парусиною. По
приказанию «мыльцев» умываемый ворочался с боку на бок.
Стирка белья происходила одновременно на всех кораблях отряда по
сигналу отрядного (флагмана). Вся команда сходилась на верхней палубе.
Сняв обувь, закатав рукава, брюки и кальсоны, все вставали на четвереньки
и принимались усиленно тереть свое белье. Каждый получал по ведру
пресной воды; соленая же, из пожарного рукава, лилась без ограничения.
Едва завидев, что на флагманском судне уже начинают натягивать белье,
боцман командовал: «Окончить мытье белья!» Ему вторила дудка: «Коечные
и бельевые леера обтянуть!» Если матросы не успевали повесить своё бельё
до того, как верёвки были натянуты высоко, то чаще всего досушивали у
машинистов по ночам.
Интересен и распорядок дня матросов. После присяги, 28 марта
1898 года, Савватеев был переведён в 8-й флотский экипаж. Начало
кампании 1898 года запомнилось Николаю торжественным построением на
палубе. После поднятия флага и вымпела командир коротко обрисовал
предстоящее плавание и приказал разойтись. Тут же дудка просвистала:
«Вино достать! Пробу!» Одетый в чистый белый фартук и чепчик кок
подошел к командиру с подносом, но котором стояла миска с супом для
пробы. Попробовав суп и вытерев губы салфеткой, командир проговорил:
«Обед хорош». В 11.00 дудка свистала: «Вино наверх!», а вахтенный отдавал
команду: «К вину и обедать!» Баталер выкрикивал номера, и каждый
подходил к нему за положенной чаркой водки.
Дежурные выносили суп в медных луженых баках. Матросы получали
свой бак – один на десятерых. Вслед за ним несли мясные порции, которые
каждый «стол» резал и ссыпал в бак. Сначала ели жидкость. К мясу
(«крошенке») приступали по общему согласию, лишь после того, как
кто-нибудь говорил: «Весла на валёк!», и все показывали свои ложки, держа
их над баком. Обед кончался кашей.
После обеда шкипер выдавал спальные принадлежности. Парусиновые
койки, подушки, простыни, одеяла. Следовало их зашнуровать и сдать в
коечные ростры на мостике. Для новичков это оказалось делом не простым:
ползая на коленях, молодежь перевязывала свои койки по нескольку раз.
В шесть начинался ужин. За полчаса до этого дудка свистала: «На
палубе прибраться, палубу подмести, вино достать!» А после удара
шестичасовых склянок: «Выпить! Выпить! Выпить!» После ужина
оставалось только дожидаться захода солнца. Команда вновь выстраивалась
повахтенно, происходила церемония спускания флага и гюйса. Все стояли с
обнаженными головами, а разводящий вполголоса читал «Отче наш».
Перед сном барабаны били «на молитву», по окончании которой
вахтенный начальник командовал: «На кройс. Койки брать». И тут
начиналось. Как ошпаренные, матросы неслись к рострам. Оттуда сверху,
выкрикивались номера и летели койки. Схватив их, матросы неслись вниз, в
жилую палубу. Койки быстро расправлялись, фиксировались распорками,
закреплялись веревками за «бимцы» и подтягивались под потолок. Там, под
203
потолком, как в люльке, матросы и спали, пока утренняя дудка не засвистит:
«Вставай, довольно спать. Койки вязать!» И тогда снова начиналась беготня.
Важно, что палубу корабля мыли («скачивали») ежедневно. И об этом
пишет Николай Макарович. «Впереди шли пипки пожарных рукавов –
поливали палубу. За скачиванием шли [другие] в присядку – терли голиками
[вениками]. За ними снова поливали палубу, [и снова] сгоняли воду голиками.
За голиками идут матросы с узенькими деревянными лопатками – лопатят
палубу. За лопатками идут швабры… Временами палубу трут камнями,
смочив ее, посыпают морским песком. Вставая на колени рядами, камнями
трут по песку, подвигаясь вперед. За камнями идут голики, за голиками –
скачивание. За скачиванием – лопаты. За лопатами – швабры. И – конец
палубе». Палубой дело не заканчивалось. Свистала дудка: «чистить медь и
железо по расписаниям» [3]. В 8 утра следовало построение с
торжественным подъемом флага и гюйса. Весь день моряков проходил в
суете, спешке и труде.
Анализ дневниковых записей – это не только возможность
познакомиться с фактами повседневной жизни матросов, но способ выявить
как ее традиционность, так и специфику. Можно предположить, что общим
для жизни всего русского флота 1890-х годов была обязательная
регламентированность и упорядоченность каждодневных событий.
Оригинальность этой жизни проявлялась в непосредственном общении
матросов того или иного флота, их быте и нравах.
Примечания
1. Савватеев Н. М. Дневники. Кн. № 1. С. 67–68 (Рукопись 1930-х гг.). Орфография
и пунктуация оригинала сохранены.
2. Там же. С. 68.
3. Там же. С. 72–74.
Д. Максимова,
студентка I курса ВятГГУ
(науч. рук. – канд. культурологии, доц. Н. В. Клементьева)
ВВЕДЕНСКАЯ ЦЕРКОВЬ С. КОРЛЯКИ САНЧУРСКОГО РАЙОНА:
ИСТОРИКО-АРХИТЕКТУРНЫЙ АНАЛИЗ
Вятская земля известна своими храмами, многие из которых были
уничтожены в советское время. Введенская церковь с. Корляки Санчурского
района сохранилась в хорошем состоянии. Отчасти это случилось благодаря
ее поздней постройке, отчасти отдаленности от центра. Также можно сказать,
что из-за этой удаленности храм остался без должного внимания со стороны
местных ученых. Данная статья является первой попыткой озвучить факты,
связанные с историей строительства и дальнейшего поновления храма.
204
За основу каменной церкви взяли план церкви с. Зашижемье
Советского района. Это подтверждает обращение к Преосвященному
Аполлосу священнослужителей села Кундыш с прошением: «Указом
консистории за 1 декабря 1873 года за № 9760 предписано нам церковному
старосте озаботиться составлением плана через опытного архитектора, на
постройку при нашем селе нового каменного храма <…> наши прихожане
приговорили своим <…> приговором пожелания строить храм по чертежу
церкви села Зашижемского Орловскокого уезда» [1]. Но эти две церкви не
похожи: есть отличия в своде летней церкви. Изменения в архитектуре
летнего храма, возможно, были связаны с тем, что при строительстве храм
рухнул и позже его возводил другой архитектор.
В 1875 г. каменный храм был заложен. В 1879 г. состоялось освящение
правого придела теплой церкви во имя Введения во храм Пресвятой
Богородицы. 18 декабря 1880 г. был освящён левый придел в честь Сретения
Господня. В июле 1884 г. холодный храм был заложен артелью каменщиков
во главе с Д. Е. Белоноговым. 16 июня 1889 г. работа по постройке храма
вчерне была закончена, но 21 июня 1889 г. храм рухнул. Губернский
архитектор В. М. Дружинин, осмотрев развалины, составил акт, в котором
говорилось, что храм рухнул вследствие небрежной кладки и несовпадении
проекта с натурой. Прихожане решили не останавливаться и отстроить храм
снова, постройку нового храма сдали подряснику Ф. А. Макарову [2]. Работа
шла быстро 15 августа 1891 г. губернский инженер А. С. Андреев осмотрел
храм и составил акт, в котором говорилось, что все работы, исключая только
средней главы, окончены, а кладка стен и сводов произведена правильно,
чисто и прочно. А 24 декабря 1892 г. он же составил акт, в котором
говорилось, что кровельные работы произведены надлежащим образом [3].
Освящение храма состоялось только через 14 лет – 11 сентября 1906 г. в
честь Святой Троицы. Таким образом, от закладки храма до освещения
последнего придела прошел 31 год, что для того периода немалый срок.
Что касается архитектуры храма, то это типичная для Вятки церковь,
построенная в форме корабля, вмещающая 300 человек. Колокольня храма
имеет высоту 55 м. Храм трехнефный, бесстолпный, трехчастный: летний
храм пятикупольный, колокольня двухъярусная со шпилем, имеется крытая
паперть и две палатки, расположенные с севера и с юга. Вместе с палатками
зимний храм имеет 7 пар окон. Между алтарями зимнего храма устроен
проход в летний храм, для чего в иконостасе находятся двустворчатые
двери. Храм в зимнее время отапливается 4 большими печами, стоящими в
начале и конце храма у стен. Палатки также имеют свои печи.
Летний храм имеет в первом ряду 7 окон, 3 в алтаре; во втором ряду
6 окон. Кроме правого и левого клироса летний храм имеет хоры,
устроенные в виде балкона с подъёмом на них из зимнего храма. Летний
храм имеет северный и южный выходы, с открытыми папертями, северная
паперть отчасти сохранилась. Храм имеет подвал. Ранее храм отапливался из
подвала, где была кочегарка, нагревавшая пол.
205
Опись 1924 г. дает нам представление о том, каким имуществом ведала
церковь, в том числе описываются и иконостасы. «В теплой церкви два
одинаковых иконостаса в 2 яруса по 7 икон в каждом иконостасе, причем
иконы в нижнем ярусе большого размера, а во 2 ярусе среднего размера.
Между алтарями иконостас с 12 иконами большого размера, за исключением
трех икон малого размера» [4]. Кроме того, деревянный иконостас украшен
позолоченной резьбой в виде растительных орнаментов. Он создает пышное
и торжественное настроение в церкви. Он выполнен в барочном стиле. «В
холодной церкви (иконостас) с 48 иконами в 5 ярусах, из них большего
размера – 31, среднего – 7, малого – 10 икон» [5]. Он выполнен в русском
стиле, и также украшен позолоченной резьбой.
Внутри и снаружи на стенах мы можем видеть сюжеты. Росписи
проводились с 1 мая 1927 г. по 20 сентября 1928 г. живописцами М. П.
Корниловым и М. А. Корниловым [6]. Отсюда сразу возникает вопрос, как
во время борьбы советской власти и церкви была возможна роспись храма.
Тем более, что с 1928 г. храм был закрыт. Это наводит на мысль о
неточности даты. Живопись зимнего храма поновлялась, а в летнем
сохранилась без поновлений. При поновлении могли быть не сохранены
подлинные цвета первоначальной живописи, так как цветовая гамма зимнего
храма отличается.
Сюжеты росписей – традиционные, библейско-евангельского цикла.
На сводах изображены сюжеты из жизни Иисуса Христа, на стенах между
окнами попарно апостолы, но самые западные сюжеты – с юга Кирилл и
Мефодий, с севера – Трифон Вятский и Прокопий. Изображение местных
святых говорит нам о том, что в данном приходе были хорошо знакомы со
святыми и почитали их.
В летнем храме изображения плохо сохранились. По углам
просматриваются изображения евангелистов, на западной стене список
васнецовской Богоматери из Владимирского собора в Киеве. Роспись этого
храма в целом подражает стилю В. М. Васнецова.
Фасады церкви тоже расписаны. Это выделяет данный храм среди
большинства сельских храмов Вятской епархии. В основном изображения
находятся на стенах летнего храма. На восточной стене, над алтарем по
форме свода находится сюжет, изображающий Троицу Новозаветную. Он
имеет незначительные утраты красочного слоя. На северной и южной стенах
расположены в три яруса изображения святых. Сюжеты северной стены в
достаточно хорошем состоянии. На западной стене летнего храма в
полукруге находится ростовое изображение Богородицы с предстоящими
(иконографический тип «Всех скорбящих радость с грошиками»). На Вятке с
этой иконой связано несколько чудес. Возможно именно поэтому выбран
был данный сюжет, встречающийся не так часто во внешнем убранстве
храма. На зимнем храме есть всего лишь два небольших изображения.
Внешние росписи храмов не встречаются в храмах Санчурского благочиния,
тем более что они выполнены на достаточно высоком техническом уровне.
206
В процессе написания работы обозначилось несколько вопросов,
связанных с историей церкви. Почему долго не могли освятить построенный
храм и почему росписи велись в напряженный для церкви период? Также
возникает вопрос, почему был изменен проект церкви. Кто и по какому
принципу выбирал сюжеты для росписей церкви? Кого приглашали
поновлять храм и были ли изменены сюжеты в ходе реставрации? На все эти
вопросы можно ответить лишь после более глубокого исследования.
Примечания
1. Егошин В. Введенская церковь села Кундыш (Корляки) и некоторые
подробности ее строительства // Санчурский вестник. 1999. 10 марта.
2. Там же.
3. Там же.
4. ГАКО. Ф. Р1258. Оп. 1. Д. 1278. Л. 5.
5. Там же.
6. Егошин В. Указ. соч.
А. Левчакова,
ученица МОУ ДОД «ДХШ»
(науч. рук. – пр. МОУ ДОД «ДХШ» С. А. Черезова)
ЗАГАДКА ДЖОКОНДЫ: МИФ И РЕАЛЬНОСТЬ
Великий Леонардо, как его называют искусствоведы, за всю свою
жизнь создал не более 20 живописных работ, часть из которых осталась
незавершенной. И только с портретом «Моны Лизы» все обстояло иначе: с
момента написания и до конца своих дней Леонардо будет неразлучен с ней,
как с самым драгоценным сокровищем.
О «Моне Лизе» пишут критики, писатели, поэты, снимают
документальные фильмы, ее копируют и пародируют художники. Картины
«Девушка с единорогом» Рафаэля, Автопортрет Сальвадора Дали в образе
Моны Лизы и «Портрет Авдулиной» Кипренского чем-то напоминают
«Мону Лизу». Возможно, именно «Джоконда» стала тем образцом, к
которому обращались художники для написания этих портретов.
«Джоконда» – это тайна из тайн, породившая множество мифов и
загадок. Но что же из них является реальными фактами? Возникают
вопросы: Кто был моделью? Кто поручил Леонардо работу над картиной?
Многие исследователи, искусствоведы стремились ответить на эти вопросы.
Кандидатами в героини полотна в разное время становились: Изабелла
д’Эсте; Бьянка Джованна Сфорца; Пачифика Брандано; Герцогиня
Констанца д’Авалос. Некоторые исследователи считают, что никакой
модели и вовсе не было и Леонардо создал собирательный образ идеальной
женщины. Возможно, это юноша в женском одеянии (например, Салаи,
возлюбленный Леонардо). З. Фрейд предполагает, что это мать художника
Катерина. Но, по одной из самых распространенных версий, считается, что
207
это автопортрет самого Леонардо да Винчи. Недавнее сравнение на
компьютере анатомических особенностей лица Джоконды и Леонардо да
Винчи (по автопортрету художника, сделанному красным карандашом)
показало, что геометрически они идеально совпадают. Таким образом,
Джоконду можно назвать женской ипостасью гения.
На вопрос, кто поручил Леонардо работу над картиной, дал ответ
Дж. Вазари, который писал: «Взялся Леонардо выполнить для Франческо
дель Джоконде портрет моны Лизы, жены его, и, потрудившись над ним
четыре года, оставил его недовершенным. Это произведение находится ныне
у французского короля в Фонтенебло». Но Вазари, родившийся в 1511 году,
никак не мог видеть Джоконду своими глазами и был вынужден сослаться на
информацию, данную анонимным автором первой биографии Леонардо.
Версия Вазари вызывает сомнение еще и потому, что, если существовал
заказчик, почему Леонардо не отдал ему работу? Почему портрет жены
Франческо дель Джокондо остался у него на руках и был увезен им во
Францию? Кто на этом портрете? Может, это и не Джоконда?
В 2005 году окончательно подтвердилось, что на картине изображена
жена флорентийского торговца Франческо дель Джокондо – Лиза
Герардини. Учёные из Гейдельбергского университета изучили заметки на
полях фолианта, владельцем которого был флорентийский чиновник,
личный знакомый художника Агостино Веспуччи. В записках на полях
книги он отмечает, что «сейчас да Винчи работает над тремя картинами,
одна из которых – портрет Лизы Герардини». Эта версия и считается
общепринятой.
Но кем бы ни была эта женщина, ее улыбка является одной из главных
загадок. «Ускользающий характер улыбки Моны Лизы можно объяснить
тем, что она почти вся расположена в низкочастотном диапазоне света и
хорошо воспринимается только периферическим зрением», – заявила
Маргарет Ливингстон.
Ученые высказывают мнение, что да Винчи запечатлел улыбку
счастливой женщины, которая совсем недавно дала жизнь новому человеку.
Эксперты уточняют даже, что Мона Лиза, чей образ обессмертил великий
итальянец, изображена на знаменитой картине вскоре после того, как она
подарила своему супругу, флорентийскому купцу Франческо дель
Джокондо, второго ребенка или носила его под сердцем. Этот факт
подтверждается «находкой», сделанной исследователями с помощью
новейшей технологии сканирования трехмерного изображения. Ученые
обнаружили на прелестной даме едва заметную, тончайшую и прозрачную
газовую вуаль. Такие в Италии XVI века могли носить беременные женщины
или же те, кто только что родил ребенка.
В этой картине Леонардо стремился передать гармонию человека и
природы. Художник раскрывает ее через композиционный строй и
выразительные средства.
208
Главным выразительным средством становится совершенная техника
исполнения – леонардовское сфумато. Ни в одной другой картине Леонардо
глубина и дымка атмосферы не переданы с таким совершенством, как в
«Моне Лизе». Леонардо трудился над картиной несколько лет, добиваясь
того, чтобы в ней не осталось ни одного резкого мазка, ни одного угловатого
контура; и хотя края предметов в ней ясно ощутимы, все они растворяются в
тончайших переходах от полутеней к полусветам. «Мона Лиза» выдержана в
золотисто-коричневых и рыжеватых тонах первого плана и изумрудно-зелёных тонах дали.
О композиции М. Алпатов говорил, что «Джоконда превосходно
вписана в строго пропорциональный четырехугольник, полуфигура ее
образует нечто целое, сложенные руки придают ее образу завершенность. Во
всем этом Леонардо проявляет свое умение творить согласно законам ритма
и гармонии». В своей работе Леонардо перенёс главный центр тяжести на
лицо портретируемой. Одновременно использовал и руки как мощное
средство психологической характеристики.
Карла Глори утверждает, что за спиной Моны Лизы изображены
окрестности североитальянского городка Боббио. К таким выводам она
пришла после того, как Сильвано Винчети сообщил, что обнаружил под
аркой моста, расположенного по левую руку от Джоконды, цифры «72». По
ее мнению, это указание на 1472 год, когда протекающая мимо Боббио речка
Треббия вышла из берегов, снесла старый мост и вынудила властвовавшее в
тех краях семейство Висконти возвести новый.
Кроме того, Леонардо оставил нам еще один тайный код. Благодаря
компьютерным технологиям выяснилось, что в глазах Джоконды оказались
прорисованными мельчайшие символы, которые трудно заметить
невооруженным глазом, однако с помощью увеличительного стекла, они
становятся различимыми. Согласно официальным данным, в правом зрачке
Моны Лизы можно рассмотреть латинские буквы “LV”. Есть мнение, что это
инициалы самого Леонардо да Винчи. В левом глазу буквы читаются с
трудом, по словам специалистов, это либо СE, либо В. Правда, скептически
настроенные специалисты утверждают, что буквы, обнаруженные в зрачках
Моны Лизы, не более чем трещины, образовавшиеся на полотне с течением
веков.
Судя по этим находкам, мы можем с уверенностью говорить, что
загадки до сих пор не разгаданы. Мы можем снова и снова возвращаться к
этому полотну и открывать все новые и новые тайны.
209
210
РАЗДЕЛ V. ПРОСТРАНСТВО ОБРАЗОВАНИЯ –
ПРОСТРАНСТВО КУЛЬТУРЫ
Ю. Кайгородцева,
студентка IV курса ВятГГУ,
Л. Н. Зорина,
канд. культурологии, доц.
ДИСКУССИОННЫЙ МОЛОДЁЖНЫЙ КЛУБ
КАК ФОРМА КУЛЬТУРНОГО ДИАЛОГА
Культурный диалог, по определению литературоведа Бахтина, – «это
возникновение особой диалогической ситуации, складывающейся в
практической сфере, познании и в общении людей» [1]. Диалоги отличаются
особым складом субъектно-субъектных отношений. Культурные диалоги
возникают тогда, когда требуется решение критической ситуации,
обнаруживается потребность людей в общении друг с другом, одного
поколения с другим для рассмотрения разных точек зрения.
Сегодня часто можно встретить, как со стороны подростков исходит
жестокость по отношению к родителям, к учителям, к животным, к природе, к
самому себе. А у молодых людей, только начинающих жить, уровень
нравственности основывается только на материальных возможностях и на
том, как бы извлечь выгоду самому себе. Конечно же, такой жизненный
принцип противоречит нормальному укладу жизни. Для решения таких
проблем можно создать молодёжный дискуссионный клуб как форму
культурного диалога, в котором каждый участник дискуссии сможет
высказать своё мнение.
В дискуссионном молодёжном клубе используются такие формы
клубной работы, как групповой диспут.
«Диспут – это целенаправленное обсуждение небольшой группой
участников сложной противоречивой или сложной проблемы. Цель диспута
– совместными усилиями найти пути разрешения обсуждаемой проблемы»
[2]. Этот вид дискуссии является наиболее распространённым видом
коммуникативной деятельности. Во время групповых диспутов собираются,
как правило, две стороны, мнения которых для каждой очень важны и
неприкосновенны. У современной молодёжи диспут как форма нравственной
беседы занимает низкое положение. Молодые люди рады вести диалог
между собой о чём угодно, лишь бы не о нравственных проблемах с
опытным педагогом. Именно поэтому молодёжь необходимо привлекать в
дискуссионный клуб для разрешения сложных жизненных ситуаций.
Обращение к мнению молодёжи служит непременной смысловой
составляющей диалога по нравственным проблемам.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]