Рефлексия педагога

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 45 / 215 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 > Следующая >>>

размышление личности о самой себе, когда она вглядывается в сокровенные глубины своей внутренней духовной жизни. Не рефлексируя, человек не может полностью осознать того, что происходит в его душе, в его внутреннем духовном мире. Здесь важны постоянные подытоживания содеянного. Поскольку человек понимает себя как разумное существо, рефлексия принадлежит его природе, его социальной наполненности через механизмы коммуникации: она не может зародиться в недрах обособленной личности, вне коммуникации, вне приобщения к сокровищам цивилизации и культуры человечества. Уровни рефлексии могут быть весьма разнообразными — от элементарного самосознания до глубоких раздумий над смыслом своего бытия, его нравственным содержанием. Осмысливая собственные духовные процессы, человек нередко критически оценивает негативные стороны своего духовного мира…» [83]. Соответственно, рефлексивная активность личности есть одновременно начало, сердцевина и кульминация процесса ее саморегуляции, самокоррекции.

В работах Д.И. Дубровского разрабатывается проблематика субъективной реальности, подробно описывается многомерность биполярных отношений в структуре субъективной реальности, подчеркивается, что единство рефлексивного и арефлексивного, с одной стороны, и актуального и диспозиционального, с другой, выражает особые аспекты, особые "измерения" этой структуры [29]. Ортогональные компоненты субъективной реальности, диспозициональность и актуальность, рефлексивность и арефлексивность исследователь видит не как альтернативы либо полюса, но как разные измерения одного уровня субъективной реальности. По мнению автора, рефлексивность и арефлексивность не противопоставлены друг другу как виды субъективной реальности, но наоборот, являются необходимыми взаимодополняющими компонентами одного и того же уровня субъективной реальности, не существующими друг без друга. Более того, рефлексивность и арефлексивность как бы взаимооплодотворяют, обогащают друг друга, взятые

совместно как разные регистры субъективной реальности. «Рефлексивность означает осознанное отображение (и, следовательно, в той или иной степени - знание, понимание) "содержания" наличного явления субъективной реальности - образа, переживания, внутреннего побуждения, субъективной символики и т.д ". Арефлексивность означает "закрытость" для осознанного отображения (для понимания) данного "содержания" ……в наличном интервале, "сейчас", "Я" никогда не "обозревает" и не "знает" себя полностью, причем не только из-за многомерности своего "содержания", которое не вмещается в рефлексируемую сейчас сферу, но и в силу того, что оно исторично, направлено в будущее, несет творческие потенции, возможность "незнаемых" заранее новообразований; "Я" есть не только то, чем оно является сейчас, но и то, чем оно может стать, и его потенции не предзаданы изначально, а тоже историчны, включают новообразования. ..Рефлексивность выражает акт самоотображения и направленной активности "Я", который постоянно преодолевает границу арефлексивного…. Арефлексивность представляет собой не вид субъективной реальности, а особое ее "измерение", ее структурно-оперативный регистр. Субъективная реальность в целом и всякий наличный ее интервал включают диалектическое единство рефлексивного и арефлексивного в их многомерных взаимоотношениях и взаимопереходах» [29].

Поставив вопрос о проблеме идеального и субьективного в период, когда в идеологии довлел приоритет материального и общественного, Д.И. Дубровский предвосхищает приоритеты, которые на сегодняшний момент также еще не всем очевидны. Проблема идеального представляет центральные вопросы самопознания и демонстрирует стратегическое значение самой цели самопознания, а с ней и рефлексии - для настоящего момента развития общества. Соотношение освоенности современным человеком внешнего пространства, среды своего обитания и своего собственного внутреннего мира представляет собой удручающую картину,

когда процессы самопознания и методы самопознания и самотрансформации для большинства не являются приоритетными в жизнедеятельности. В условиях незнания своей настоящей природы, своих истинных потребностей, своего места в мире и роли в общем процессе мироздания, незнания предельных смыслов своей жизнедеятельности человек начинает жить по принципу анархии и вседозволенности. Закономерным следствием этого являются процессы экологического кризиса, экономического кризиса, нарастания социального напряжения, а с ним числа всех сопутствующих проблем - социально-стрессовых расстройств, тяжелых переживаний, негативных и кризисных состояний у огромной части населения [1].

Видный отечественный философ, разработчик проблем соотношения теоретического и эмпирического, В.И.Швырев, также подчеркивает значимость субьективной реальности, описывая рефлексивную природу самого философского знания и его проектно-конструктивной функции по отношению к эмпирически ориентированным отраслям науки и в целом к человеческой культуре. Важно принять во внимание путь, которым данный ученый пришел к этой установке. Его творческая судьба и эволюция его взглядов была связана с историей развития отечественной философии и отчасти является ее отражением, поэтому представляется уместным немного осветить этот вопрос. Кардинальный поворот в его еще складывающемся мировоззрении молодого ученого произвело появление на факультете философии МГУ молодых специалистов, отличавшихся нестандартными убеждениями, выдвигавшими идеи обновления официозной философии и обладавшими достаточной харизматичностью, чтобы вести за собой молодые умы - Э.В.Ильенкова, В.И. Коровикова, А.А.Зиновьева , Г.П.Щедровицкого, Б.А.Грушина, а впоследствии и М.К. Мамардашвили. Эти молодые ученые предлагали считать задачей философии не установление общих законов бытия, но изучение закономерностей в первую очередь теоретического мышления, и таким образом, акцент в понимании философии смещался на рассмотрение ее в первую очередь как формы теоретического, а именно рефлексивного

мышления. Тогда становится очевидной специфика философии в реализации ее мировоззренческих функций «построения моделей взаимоотношения человека и мира, построения моделей «предельных оснований» этого взаимоотношения…в рамках и на основе рационально-рефлексивного сознания» [85].

Позже эти представления автор развивает совместно с другими отечественными учеными, В.А.Лекторским, А.П.Огурцовым и Э.Г.Юдиным, разрабатывая материалы для выходящей в 1970 году «Философский энциклопедии». Характерно, что в этом сообществе молодых исследователей и их лидеров постоянно проводилась идея, что истолкование связей философии и конкретных наук возможно только при условии постулирования, утверждения и уточнения рефлексивно-методологических функций философии по отношению к конкретно-научным областям знаний. Таким образом, благодаря этим событиям происходит прорыв новых идей о специфике философского знания в отношении к эмпирическому в рамках отечественной науки. Особенно важным является положение о рефлексивном характере процесса теоретического мышления, благодаря которому в науке возможно построение теоретических моделей, способных отражать некие общие закономерности функционирования различных областей реальности, в том числе и субъективной. В частности, появляется возможность разработки моделей, отражающих процессы функционирования и самой субъективной реальности, и ее рефлексивной активности. В своем исследовании, легшим в основу докторской диссертации, В.С.Швырев обосновывает два вектора работы с понятийным аппаратом в рамках научного мышления – вектора деятельности, направленного на применение этого аппарата в виде норм, эталонов, схем, моделей для освоения внешнего по отношению к научному знанию, задаваемого в результате наблюдения и эксперимента материала (экстенсивная функция научного познания) и вектора деятельности, направленного внутрь научного знания, на сами его концептуальные формы последнего, на их формирование, совершенствование и развитие (интенсивная

функция научного познания). Наличие этих двух векторов, по мнению автора, является системообразующим признаком науки. Тонкое различение рационально – рефлексивных форм сознания и наличных нерефлексивных средств познания, их сложные взаимоотношения составляют основу процесса развития самого научного знания. «Специфической особенностью формирующегося в философии и науке рационального сознания является прежде всего рефлексия по отношению к налично данным нерефлексивно употребленным средствам познания. В рационально-рефлексивном сознании внутреннее содержание средств познания, определяющее возможное поле их применения и всегда выступающее в нерефлексивном сознании в контексте этого применения как нечто неразрывно связанное с их применением, как «мысль в мире», выделяется в качестве предмета специального исследования, что приводит к обособлению теоретического (в широком смысле, охватывающего и философию, и науку в целом с ее эмпирической «размерностью») и практического мышления. Формируется особая реальность «теоретических сущностей» или «идеальных предметов», мысль в мире превращается в мысль о мире (термины С.С.Аверинцева и М.М.Бахтина). Но эта реальность культурно-семиотически объективированных теоретических понятий и идеальных предметов в конечном счете не может быть замкнутой на самое себя, чтобы работа в ее рамках не превратилась бы в «игру в бисер», она должна иметь выход в мир независимой от человека и его культурносемиотических артефактов подлинной реальности, система теоретических «конструктов» должна иметь каналы обратной связи с этой подлинной реальностью, этими каналами являются приемы эмпирического исследования (следует отличать это понятие от понятия эмпирического познания), доставляющие информацию, препятствующую замыканию в себе концептуального аппарата науки. Информация, доставляемая эмпирическим исследованием, так или иначе должна быть ассимилирована концептуальнотеоретической системой науки, иначе эта информация не может стимулировать ее к развитию, что и порождает известную проблему «концептуально-

теоретической нагруженности» научной эмпирии. Последняя, тем самым, представляет собой достаточно сложное структурно-функциональное образование, «материя» которого (в аристотелевском смысле) задается эмпирическим исследованием, а организующая эту материю форма определяется используемыми концептуальными средствами [85].

В творчестве М.К. Мамардашвили сама задача практического применения философии состоит в том, что с помощью размышления человек способен осмыслить процесс своей собственной жизнедеятельности, но не на уровне бытовых понятий, а на уровне высоких философских категорий. «Производство» философских категорий, таким образом, для него представляет собой не цель науки, а только средство для помощи человеку в процессах самосознания и рефлексии. Сама рефлексия, размышление над своим мышлением у М.К. Мамардашвили предстает как интимный, сокровенный диалог личности со своим текущим и прошлым жизненным опытом, принятие и осознание которого есть цель обращения человека к философии и дальнейшего процесса философствования: «В том, как понимается мышление, уже изначально содержится сознание иного. Этим иным или другим миром может быть другой человек, другой мир или другой космос. Все эти вещи стоят в одном ряду и являются расшифровкой слова «иное»... это создает реальность, в которую мы можем попасть лишь через свидетельское сознание, с помощью которого мы могли бы отстраниться от мира и отстранить его. В этом свидетельском сознании содержится, во-первых, что-то, что я сознаю или думаю или чувствую. И, во-вторых, я думаю, что я думаю. Или: я чувствую, что я чувствую. И это, в принципе, может не совпадать с тем, что я действительно чувствую...Наше мышление есть всегда оперирование нашим же собственным мышлением, рефлексирование» [54].

Описанные выше подходы к пониманию рефлексии, ее сути и назначения, помогают оценить степень разработанности проблемы рефлексии в зарубежной и отечественной философии. Это позволяет исследователям иметь

методологическую основу для конкретно-психологических, а также междисциплинарных, философско-психологических исследований рефлексии. Множественность интерпретаций рефлексивной активности личности в самой философии определяет множественность ее понимания в конкретно-научных областях. Сама философия является продуктом той же рефлексии человеком своего опыта, а философское знание по отношению к эмпирическим областям знания производит рефлексивное подытоживание получаемых в них данных. На сегодня, таким образом, рефлексия в философии выступает в трех ипостасях– это и форма жизни знания, и одновременно метод его добывания, и, наконец, метод контакта и продуктивного обмена философии с другими, конкретными областями знания.

1.2. ИССЛЕДОВАНИЯ РЕФЛЕКСИИ

В ПСИХОЛОГО-ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ НАУКЕ

Ориентация системы профессионального педагогического образования на подготовку педагога как личности, имеющей высокие стандарты профессиональной рефлексии, имеет своей основой общую социокультурную модель его профессионально-личностного самоопределения в качестве субъекта труда. Проблема профессионально-личностной рефлексии в контексте профессионально-личностного самоопределения субъекта труда является междисциплинарной и располагается на стыке профессиональной психологии, психологии труда, психологии профессионального образования. Одновременно ключевая роль в решении этой проблемы остается за философией, выполняющей функцию ведущего надсистемного интегратора междисиплинарных научных исследований. В условиях кризиса экономической и идеологической жизни общества процессы, происходящие в индивидуальном и общественном сознании, отражают резкое снижение роли культурных норм и традиций, потерю и девальвацию нравственных ценностей, духовных ориентиров, подмены и искажения целей, способных системно

реализовывать смыслы человеческой жизни, и способов их достижения. Данные процессы в 21 веке имеют глобальные масштабы, и, соответственно, способность личности определять себя заново как профессионала при каждом новом витке социально-экономических изменений, оставаясь верной самой себе, и задействуя при этом профессиональную рефлексию, также должна становиться более масштабной, а изучение феномена рефлексии - более глубоким и подробным.

Поднимая вопрос о предпосылках проблематики рефлексии в области психологии и педагогики, следует обратиться к истории развития психологии сознания. При этом необходимо среди первых упомянуть знаменитые исследования представителей Вюрцбургской школы, основателем и главными идеологами которой выступили О.Кюльпе [48] и О.Зельц [94].

Идея лабораторных экспериментов Вюрцбургской школы с подачи О.Кюльпе состоит в том, что испытуемым предлагается производить самомониторинг динамики переживаемых ими состояний на каждой стадии предъявления инструкции в заданиях интеллектуального характера, таких как изучение логических суждений, ответов на вопросы, требующие умственных усилий (сегодня подобные инструкции часто даются клиентам в процессах психотерапевтических сессий, а специальные листы бумаги, которые им для этого выдаются, носят название «рефлексивных листов»). В новой версии экспериментов от испытуемых требовалось не только, например, сказать, какой из поочередно взвешиваемых предметов тяжелее (в психофизиологических опытах), или отреагировать на одно слово другим (в ассоциативном эксперименте), но и сообщить, какие именно процессы протекали в его сознании перед тем, как он выносил суждение о весе предмета, или перед тем, как он произносил требуемое слово.

О.Зельцем выдвигается новая идея механизма решения творческих задач. По его мнению, уже на первых этапах решения проблемной задачи происходят попытки, в результате которых в сознании складывается образование, названное автором идеи проблемным комплексом. Это

антиципирующая схема задачи, и в ней имеется разрыв, отвечающий искомому решению задачи. Антиципирующая схема регулирует и направляет ход мыслительных операций. В случае типовой задачи пробел в схеме заполняется актуализацией имеющихся решений. Но когда задача не решается ни одним из известных способов, она приобретает новое качество проблемности и выступает как стимулятор пробуждения творческой идеи, ведущей к открытию новых способов решения. Этот процесс также направляется антиципирующей схемой.. В силу большой предварительной работы кажущаяся «случайность» нахождения решения становится одним из факторов упорядоченной духовной деятельности. По результатам проведенных исследований выдвигаются положение о том, что мышление есть вид духовной активности субъекта и потому она может быть активной, то есть не следовать речи и логическим правилам языка, может функционировать на досознательном уровне, будучи не связанным с чувственной основой и практической деятельностью, а образы при этом появляются лишь только на заключительных стадиях всего процесса. В качестве факторов, организующих и направляющих работу сознания и мышления, в интерпретации результатов данных исследований выдвигаются особые состояния сознания и особые акты сознания. В одних случаях это установка, которую одни авторы данной школы считает принадлежащей сознанию, а другие авторы- неосознаваемым актом, третьи детерминирующей тенденцией. В других случаях на роль таких факторов выдвигается сознание правил, сознание отношений, мысли – интенции. Субъект в данных условиях понимается как находящийся в первую очередь в ситуации поиска творческого решения проблемной ситуации, поскольку данное решение сможет принести равновесие в напряженность ситуации. Таким образом, О.Зельц с вводом понятия «антиципирующая схема», чьей функцией является направлять и контролировать ход мышления ради обнаружения решения, которое сможет внести необходимую степень равновесия в проблемную ситуацию, выводит исследование мышления в новую плоскость- в область психологии сознания и постулирует необходимость

выхода за пределы психологии сознания при объяснении механизма нахождения нестандартных решений при решении проблемных задач, что подчеркивает роль именно рефлексивных механизмов в таких процессах [94] .

Казалось бы, почва для полноценного исследования рефлексии в виде упомянутых направлений исследований в психологии была в какой-то степени уже к началу 20 века подготовлена. Но, к сожалению, в это время психология стала опираться на методологию не философии, а естественных наук, и проблематика рефлексии на какое-то время оказалась отодвинутой на периферию фокуса исследовательского внимания психологов. Например, в бихевиоризме предлагается вообще отказаться от категории сознания, как таковой, и места для категории рефлексии в данной школе просто не находится. Тем не менее, другие направления психологии оказались более лояльными к рефлексии и позволили ей развиваться в своих рамках. Традиция рассматривать рефлексию как основу функционирования сознания, а процесс рефлексирования как метод исследования сознания идет в психологии, таким образом, от интроспекционизма, и, значительно трансформируясь, намного позже получает дальнейшее развитие в гештальтпсихологии и ее прикладном направлении, гештальт-терапии. Гештальт-терапия обосновывает положения о том, что для полноценного и гармоничного взаимодействия организма со средой, протекающего, как и все явления природы, циклическим образом, важно отслеживание данных циклов (циклов опыта) в виде регулярной рефлексивной практики. Другим направлением психологии, где роль рефлексии оказывается также очень значительной, является экзистенциальная психология и психотерапия, обращающая личность к предельным понятиям человеческого бытия – жизни и смерти, свободы и ответственности личности перед лицом бренности человеческой жизни.

А.Буземан в 30-х годах 20го века предлагает выделить рефлексию и самосознание как отдельный предмет для психологических исследований, понимая под рефлексией «всякое перенесение переживания с внешнего мира на самого себя» (цит. по [19]). Он описывает основные характеристики

<<< < Предыдущая 1 2 3 45 / 215 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]