Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Разговорный стиль и культура речи в переводных текстах. Монография
.pdf
языке, осмысление слов (гулять, уважать, признать, обставиться), а
также размытость значения слов.
Просторечие-2, занимая промежуточное положение между
групповыми и профессиональными жаргонами, с одной стороны, и
литератруным языком – с другой, играет роль проводника, через
который в литературную речь попадают различные иносистемные
элементы – профессиональные, жаргонные, арготические. Например,
слова жаргонного происхождения беспредел, возникать, отморозок,
оттянуться, придурок, прокол, (всё) путем, разборка, фразеологизмы
надо же!, как этот (эта, эти), без разницы, типа того, что, формы
обращения папаша, мамамша, мать, отец, парень, друг, шеф, хозяин,
командир и т.п. [Крысин 2003: 67].
Русская просторечная лексика характеризуется повышенной
конкретностью или, наоборот, размытостью значения, ситуативностью
семантики, семантическим максимализмом, пристрастностью
номинации, специфической образной основой. Иногда говорят об
анормативности просторечия: в нем может быть представлено все,
что допускается системой данного языка, его словарными и
грамматическими возможностями. Это не совсем так. Действительно,
в просторечии нет нормы в узком понимании термина норма,
поскольку данную подсистему языка никто не кодифицирует. Но
просторечию, как и другим некодифицированным подсистемам языка,
присуща определенная традиция использования языковых средств
[Беликов, Крысин 2001: 54].
Просторечие занимает промежуточное положение между
литературным языком и диалектом. С одной стороны, просторечие
непосредственно смыкается с разговорным вариантом литературного
языка, поэтому в некоторых концепциях оно рассматривается как
разговорный вариант литературной нормы и как общенародный язык,
его обиходно-разговорная речь, на которую опирается язык
художественной литературы. С другой стороны, просторечие
непосредственно связано с городским койне и интердиалектами,
совокупность которых образует народно-разговорную речь данного
языка. Таким образом, функционально-стилевая структура языка
зависит от уровня исторического развития общества и социальных
типов языка [Кодухов 1974: 179].
51
Профессиональная речь
В лингвистической литературе наряду с термином
«профессиональная речь» можно встретить целую серию составных
терминологических наименований, в которых определение
«профессиональный» соотносит ряд лингвистических понятий,
имеющих достаточно точно очерченный объем, с понятием
профессиональной деятельности людей – «профессиональный язык»,
«профессиональный подъязык», «профессиональная разговорная
речь», «профессиональный диалект», «профессиональный жаргон»,
«профессиональное арго» и т.п. Следует признать, что некоторые из
приведенных выше терминов называют одно и то же понятие и в
сущности являются синонимами [Гарбовский 1988: 18].
Под профессиональными диалектами Ш. Балли подразумевает
совокупность специальных терминов, созданных ремесленниками,
художниками, артистами. Они нимало не похожи на терминологию
чистой науки; чаще всего они создаются людьми, которые ни по
своему образованию, ни по складу ума не склонны заимствовать слова
из древнегреческого языка или латыни. Ремесленники и художники
обозначают вещи, относящиеся к их деятельности, словами общего
языка, метафорически переосмысляя их, причем метафоры эти часто
бывают достаточно смелыми. Профессиональные диалекты
противостоят общему языку не столько по форме, сколько по
значению слов; от этого их социальная окраска только усиливается.
Профессиональный термин никогда не похож на «ученое» слово; в
нем почти всегда есть некоторая живописность, образность [Балли
1961: 277].
Наиболее отчетливо прослеживается граница между двумя
классами профессионально окрашенных единиц лексикофразеологического уровня, а именно между специальной
терминологией и некодифицированными единицами языка,
возникающими и функционирующими, главным образом, в
разговорной речи специалистов на профессиональные темы в условиях
неофициального общения. Эти последние единицы обычно носят
название профессионализмов. Как профессиональные термины, так и
профессионализмы социально маркированы как специальные
наименования, обозначающие понятия той или иной отрасли
профессиональной деятельности человека. Специальная номинация
(термины) и неспециальная (профессионализмы), – обе эти системы, –
52
существуют не оторванно друг от друга, а постоянно коррелируют,
отмечает Н.К. Гарбовский [Гарбовский 1988: 19].
Если профессиональный термин – это первое, основное
наименование понятия из области профессиональной деятельности
человека, характеризующийся непосредственной предметнопонятийной соотнесенностью, называет понятия, объем которых точно
регламентирован дефинициями, то основное онтологическое отличие
профессионализмов от профессиональных терминов, заключается в
том, что профессионализмы являются повторными наименованиями.
Основываясь на свойстве профессионализмов как вторичных форм
выражения, Н.К. Гарбовский выделяет внутри всего класса два вида
форм, различающихся характером первичных, замещаемых, единиц.
Первый вид составляют профессионализмы, представляющие собой
дублеты специальных терминов. Например: бочка «времянка для
строителей, по форме напоминающая бочку», кузов «единица счета
грузовых автомашин». К профессионализмам первого вида относятся
только единицы лексико-фразеологического уровня, а также
стилистически сниженные жаргонные выражения, обозначающие не
только специальные понятия, но и общие, например: дембельнуться
«демобилизоваться», дембель «демобилизация», шрапнель «перловая
каша», разводящий «разливная ложка» и т.п. Второй вид включает в
себя профессионально маркированные варианты отдельных форм
выражения общего литературного языка. Ко второму виду
профессионализмов относятся измененные формы, варианты
произношения, акцентуации, словоизменения, расцениваемые в общем
литературном языке как ненормативные, например: компáс вместо
кóмпас, мичманá вместо мичманы и т.п. Кроме этих двух видов
профессионально маркированных некодифицированных средств
выражения можно выделить еще один, который можно определить как
контекстуальные профессионализмы. Речь идет о тех речевых
ситуациях, когда какие-либо языковые формы, не являющиеся по
своему характеру профессионализмами, приобретают в речи свойства
профессионализмов, т.е. воспринимаются слушающим (читающим)
как профессионализмы [Гарбовский 1988: 24].
Различна и стилистическая характеристика профессиональных
терминов и профессионализмов. Следует подчеркнуть, что
стилистическая сниженность профессионализмов имеет не
абсолютный, а относительный характер: весь класс
53
профессионализмов в целом может расцениваться как стилистически
сниженный только по отношению к терминам как единицам книжной
речи. Внутри класса профессионализмов стилистическая окраска
языковых единиц варьирует от разговорной до просторечной.
Профессионализмы отличаются от терминов эмоционально-оценочной
коннотацией. Термин эмоционально нейтрален. Профессионализмы
же нередко имеют эмоционально-оценочное значение, а так как
отношение к обозначаемому явлению может быть либо
положительным (мелиоративным), либо отрицательным
(пейоративным), то и профессионализмы могут формировать
оппозиции, компоненты которых при аналогичном денотативном
содержании различаются оценочной коннотацией [Гарбовский 1988:
31].
Профессионализмы употребляются, главным образом, в
разговорной речи специалистов в коммуникации на специальные
профессиональные темы и служат для коммуникантов своеобразным
ориентиром в отношении профессиональной принадлежности
собеседника, в его оценке «свой – чужой». Профессионализмы наряду
с коммуникативной и другими функциями, свойственными языковым
средствам выражения, выполняют еще и идентифицирующую
функцию.
1.4. Особенности разговорной речи французского языка
Функциональные разновидности современного французского
языка, так же как и социопрофессиональные, различаются по
отношению к нейтральному регистру (уровню). Они располагаются
следующим образом: книжная речь – нейтральный уровень –
разговорная речь – просторечие – арго. Профессиональная речь может
быть как литературной, так и арготической. Жаргоны могут
образовываться как от арго, так и от литературной речи. Диалекты
также находятся ниже нормативной речи [Гак 1986: 128].
Особенности французской разговорной речи начал изучать
швейцарский ученый Ш. Балли. На разграничение книжного стиля
(langue écrite) от разговорного (langue familière) указывает и Ю.
Сепанов, отмечая, что нейтральный стиль речи (l’écrit-parlé)
оказывается на стыке этих двух стилей, захватывая частично оба и
будучи сдвинутым в отдельных случаях то больше в сторону одного,
54
то больше в сторону другого [Степанов 1965: 224]. В разговорном
стиле французского языка выделяется нейтральная часть, входящая в
основной нейтральный стиль языка, употребляемый одинаково как в
устной, так и в письменной форме общения, и фамильярная часть,
приближающаяся к просторечию. Фамильярный стиль во французском
языке сложнее и гораздо подвижнее по лексическому составу, чем в
русском, так как постоянно пополняется словами арго, которые вслед
затем быстро теряют свою арготическую окраску, обесцвечиваются. В
арго же на место ушедших в общий фамильярный стиль
«рассекретившихся» слов вливаются вновь образованные секретные
слова.
На разграничение литературно-разговорной и фамильярноразговорной разновидностей в разговорном стиле французского языка
указывают М.К. Морен и Н.Н. Тетеревникова. Для литературноразговорной речи, полностью соответствующей литературной норме
языка, характерна упорядоченность; она не содержит грамматических
неправильностей, очищена от элементов просторечия, жаргонизмов,
диалектизмов. Для фамильярно-разговорной речи характерна
непринужденность, в ней особенно отчетливо выступает
эмоциональный характер разговорной речи, влияющий и на
синтаксическое построение ее, и на отбор лексики, и на фонетическую
характеристику [Морен, Тетеревникова 1960:23].
Между арго и фамильярным стилем располагается langue
populaire, только приблизительно соответствующий русскому
просторечию. Langue populaire – это парижское просторечие, но за
исключением нескольких второстепенных черт – это и просторечие
городской Франции. Крестьянские диалекты стоят особо. Таким
образом, langue populaire, с одной стороны, незаметно переходит в
арго, а с другой – в фамильярный стиль литературно-правильной речи
[Степанов 1965: 224]. В отличие от просторечия, разговорная речь
входит в норму языка, но ситуативно она не всегда уместна, подобно
тому, как не всегда уместна и сугубо книжная речь [Гак 1986: 128]. Во
французском языке фамильярная речь гораздо теснее связана с арго,
чем в русском, и если там она почти совершенно исключена из речи
нейтральной, то в русском, напротив, часто включается в нейтральную
речь, указывает Ю. Степанов [Степанов 1965: 234]. J.P. Vinay и
J. Darbelnet выделяют в национальном языке bon usage (правильную
55
речь) и langue vulgaire (просторечие, народную, грамматически
National Language
Bon usage (correct
speech)
Poetic language
Language of
‘imaginative
literature’
The bookish style
Langue vulgaire (common
parlance, popular,
‘ungrammatical’ speech)
Common parlance
Popular speech
Argot
Jargon
неправильную речь) [Vinay, Darbelnet 1958].
Классификация стилей современного французского языка
Основной слой лексики, употребляемый в разговорном стиле,
составляют слова нейтрально-литературные, то есть слова,
признанные литературной нормой и не имеющие особой
стилистической окраски. К нейтрально-литературным относятся, в
частности, и слова, обозначающие предметы и явления бытового
обихода и именно поэтому используемые преимущественно в
разговорном стиле (ср. слова типа balai m, casserole f, plumier m, sac à
main m, s’amuser, danser, se laver, se promener). В разговорном стиле
представлены также общеупотребительные слова в особом значении,
например: gosse ( = enfant), type ( = homme), une copine ( = une amie), un
pote ( = un camarade), etc. В разговорной речи много междометий,
частиц: voyez-vous, dis, eh bien, tiens, tu penses!, ça y est, etc. В ней
получают широкое использование некоторые приемы
словообразования, сокращения и др. [Гак 1986: 130].
В разговорном стиле используется не только бытовая лексика,
но и слова, обозначающие чрезвычайно разнообразные предметы и
явления, относящиеся к политике, искусству, спорту, профессии
говорящего и т.п. Кроме нейтрально-литературной лексики, в
разговорном стиле можно выделить также лексику стилистически
окрашенную, разговорную. Разговорная стилистическая окраска этого
слоя лексики обусловлена преимущественным использованием ее в
данном речевом стиле. К стилистически окрашенным разговорным
(по J.P. Vinay и J. Darbelnet)
56
элементам относится так называемая фамильярно-разговорная и
просторечная лексика. Фамильярно-разговорной называется лексика,
не нарушающая литературную норму языка, но употребляемая
преимущественно в рамках фамильярной разновидности разговорного
стиля, просторечной – лексика, нарушающая в той или иной мере
литературную норму [Морен, Тетеревникова 1960: 53].
В словарях французского языка слова разговорной речи
(коллоквиализмы) сопровождаются часто пометой fam., просторечные
pop., арготические arg. Более того, даже разные словари, изданные
одновременно, по-разному характеризуют одни и те же слова: fam. или
pop., pop. или arg. Это свидетельствует об изменении норм и о
нежесткости их границ. Внутри каждая разновидность речи
неоднородна. Так, разговорная речь может сближаться с книжной
речью и, с другой стороны, приближаться к просторечию и арго [Гак
1986: 128].
В течение трех веков французская разговорная речь
значительно отличалась от книжной. Это объяснялось условиями
нормализации книжного языка в XVII веке. После революции 1789–
1794 гг., особенно в XIX веке, благодаря деятельности писателей
романтического, реалистического и натуралистического направлений,
в художественной литературе стали широко отражаться другие формы
речи. В. Гюго описывал арго, у Ж. Санд и Г. Мопассана отображалась
диалектная речь, О. Бальзак и Э. Золя широко использовали
профессиональную лексику, а некоторые романы Э. Золя дают яркие
образы не только разговорной речи, но и просторечия и арго того
времени. Тем не менее известный лингвист Ж. Вандриес писал в 1921
г.: «У французов язык письменный и язык устный так далеки друг от
друга, что можно сказать: по-французски никогда не говорят так, как
пишут, и редко пишут так, как говорят». За последние десятилетия не
только разговорная речь, но и просторечие и арго стали широко
использоваться в художественной литературе. Французская
разговорная речь сближается с арго, просторечием [Гак 1986: 130].
Разговорная речь, основываясь на общем языке, почти всегда
отличается от него одним особым качеством, которое Ш. Балли
обозначает термином «фамильярность». (Общий язык – эта та норма,
при сопоставлении с которой выявляется социальная окраска, точно
так же как понятийный язык является критерием для определения
собственной эмоциональной окраски) [Балли 1961: 247]. Итак, в
57
отличие от нейтральной лексики, лексика всех трех нижних ярусов
НОРМАТИВНЫЕ
Возвышенные
Книжные
Специализированные
(административные,
научные и т.п.)
Нейтральные
НЕНОРМАТИВНЫЕ
Фамильярные
Просторечные
Диалектные и прочие
специализированные
Арготические
Жаргонные
может быть расценена как фамильярная (в широком, социальнопсихологическом смысле этого слова), поскольку, с точки зрения
носителя нормы, она характерна для фамильярной речи. С этой точки
зрения просторечие и арго отличаются от собственно фамильярного
яруса лишь большей фамильярностью [Долинин 1978: 321].
Классификация единиц языка по социально-жанровому
компоненту их языкового стилистического значения
(по К.А. Долинину)
Фамильярная лексика – лексика разрешенная, т.е. практически
употребительная во всех слоях общества; она входит в литературную
норму, составляя самый нижний ее ярус. Фамильярное слово – это
такое слово, которое интеллигентный человек может позволить себе
употребить, в общем не дискредитируя себя и не рискуя
подвергнуться осуждению лиц своего круга.
В отличие от фамильярной лексики, просторечный словарь,
вообще просторечие – это совокупность таких языковых реализаций,
которые считаются типичными для необразованной или недостаточно
образованной части общества и, в той мере, в какой они не совпадают
с речевым узусом образованных людей, рассматриваются как
нарушающие литературную норму. На двойственность
стилистического значения просторечной лексики указывает
К.А. Долинин: с одной стороны, в плане интраперсональной
вариативности, просторечные слова и выражения фамильярны –
реализуясь в речи людей, владеющих литературной нормой, они
свидетельствуют об определенном отношении к адресату; с другой
58
стороны, в плане интерперсональной вариативности, они просторечны
– реализуясь в речи людей, для которых эти выражения более обычны,
чем литературно-нормативные, они характеризуют субъекта речи как
члена определенной социальной и (или) территориальной группы
[Долинин 1978: 323]. Предполагают, что это просторечие представляет
собой развитие того диалекта Иль-де-Франса, который лег в основу
французского литературного языка и охватывает явления, не
вошедшие в литературную норму. О парижском просторечии
высказываются разнообразные суждения. Одни ученые видели в нем
выражение новейших тенденций, свойственных французскому языку
(так называемый le français avancé или le néo-français), которые стали
бы новой нормой, если бы развитие французского языка не
сковывалось книжной нормализацией (R. Queneau 1965), другие,
напротив, полагают, что с развитием образования эта форма должна
исчезнуть. По-разному относились к просторечию и писатели. Одни
его третировали, другие, описывая жизнь парижского люда,
злоупотребляли им.
В области лексики отмечается большее употребление
арготизмов, диалектизмов, появляются новые выразительные
суффиксы и формы слов: valoche (= valise), marida (= marié),
распространены образования с –asse, ouille и др.; усеченные слова
(apéro, convalo), многие слова меняют значения. Особенности
просторечия разнородны: некоторые из них носят качественный
характер, они находятся вне нормы и немыслимы в разговорной речи
культурных людей, если только говорящие не имитируют просторечие
сознательно (например, вопросительное -ti, употребление союза que ...
(son) вместо dont и др.). Другие различия между двумя регистрами
речи – количественного характера: они встречаются и в разговорной
речи, но реже (например, опущение ne). То же можно сказать и о
лексике: одни слова выступают только как вульгаризмы
(свойственные просторечию), и как коллоквиализмы (свойственные
просторечию и разговорной речи) [Гак 1986: 130-132].
Жаргоны и арго
Проблема французского арго находит свое отражение в
работах отечественных и зарубежных лингвистов Ш. Балли (1961),
В.Г. Гака (1986), Ю.С. Степанова (1965), К.А. Долинина (1978),
Э.М. Береговской (1975, 1997), F. Gadet (1997), L.-J. Calvet (1999),
P. Guiraud (1956), J. Jouvenot (1995), A. Sauvageot (1972), D. François-
59
Geiger (1991). Считается, что арго возникает в начале XIII века. Оно
связывается с возникновением на севере Франции феодальных
городов с их разнообразными ремеслами и резкими социальными
противоречиями. Зародившись на исходе старофранцузского периода,
арго бурно развивается в XIV – XV веках. Этому особенно
способствует Столетняя война. К XV веку относятся первые
достоверные сведения об арго. Первому письменному памятнику
французского арго, словарю воровского жаргона, который дошел до
нашего времени в актах судебного процесса банды кокильяров в
Дижоне, посвящена работа М. Швоба «Le jargon des Coquillards en
1455 » (M. Schwob, 1890) [Береговская 1975: 5].
Термин argot первоначально означал только язык или, точнее,
лексический репертуар деклассированных элементов. Постепенно, с
появлением различных профессиональных и социальных жаргонов,
объем термина расширился, под «арго» стали понимать устный язык,
который состоит из более или менее произвольно выбираемых,
видоизменяемых и сочетаемых элементов одного или нескольких
естественных языков и применяется отдельной социальной группой с
целью языкового обособления от остальной части данной языковой
общности. Теряя свою профессиональную замкнутость, во второй
половине XIX века арго начинает смешиваться с просторечием.
Начало углубленного изучения арго связано с именем Фр.
Мишеля, который заложил основы сравнительного изучения
социальных диалектов (F. Michel, 1856). Что касается секретности
арго, то исследователи сходятся на том, что если она и присуща арго в
какой-то мере, во всяком случае, она не является определяющей
чертой [Береговская 1975: 6]. Арго – это совсем иное, это не тайный
язык замкнутого круга людей, отмечает Ш. Балли; арго должно быть
абсолютно понятно всем, и некоторые даже считают, что оно слишком
понятно, – иначе оно перестает быть самим собой. Арго также
понимается как крайняя форма фамильярной речи, отличающаяся от
последней лишь большей яркостью социальной окраски, а также тем,
что находится в обществе под запретом; запрет немало способствует
повышению выразительности этой формы речи. Говорить на арго – это
вовсе не значит употреблять слова, непонятные даже для парижанина
[Балли 1961: 278].
Арго в собственном смысле слова – это профессиональный
жаргон воровского мира во Франции, – отмечает Ю. Степанов
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]