Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психология человеческой жизни. Учебное пособие для вузов и ссузов
.pdf
стоящий учитель, человек, который воплощает в себе
жизненное назначение.
Марии легко с теми чужими людьми, которые принимают ее натуру как целостность, не стремясь ее изменить или использовать, а заботливо — истинно подружески — оберегают в ней ее индивидуальность.
Марии труднее с близкими: она знает, что любит
их, но не может
реализовать свою любовь в построении совместной жизни. Близкие чувствуют себя обделенными любовью, такую же обделенность чувствует
и она сама.
Мне кажется, что в жизни Марии остро представлена ситуация любви к жизни, которая не находит
соответствующих ей форм проявления. Сделать это
сложно (по крайней мере в описываемый момент
жизни), так как из ее жизни как потенциально целостного предмета исключено одно из его важнейших качеств — духовная связь с Творцом.
Ее душа и тело как дар Творца не укрепились в
единстве духа, поэтому не могут помогать осуществлять Я-усилия в творчестве жизни.
Вспомните, Мария говорит, например, о том
, что
после болезни, следуя советам врачей, стала опасаться усилий тела, перестала ему доверять. Тело и
душа дарованы ей свыше, и не врачам определять
формы их существования.
Мария ищет обоснования своей жизни, событий,
которые происходили или, возможно произойдут;
она находит их в гороскопе, в выбранной профессии, в окружающих людях,
в собственных качествах.
Она — материалистка не по принципу принадлежности к какому-то учению, а по философии жизни.
Она ищет источники творчества жизни в их материальном воплощении как в цели, ради которой стоить
проявлять Я-усилия, тратить энергию. Она не умеет
ощущать дарованную ей силу творчества как источник своей
жизни, источник радости. Можно сказать,
что она даже боится ее, а когда она пробивается в
251
ее индивидуальном творчестве, Мария пробует обесценить ее. В то же время творчество необходимо ей
(тетрадку со стихами она возит с собой). Оно предназначено другим людям (стихи были опубликованы), и
ей важно, что стихи нравятся им (друзья отпечатали
их на машинке).
Она знает радость творчества в работе, знает о
существовании в себе силы Я («Я думала, что все
могу»). Но в жизни наступает такой момент, такое событие, когда человеку для осуществления его жизни
надо ответить на вопрос о ее смысле, ответить самому себе перед лицом испытаний, посланных Творцом,
без духовной связи с которым ответить на этот вопрос
не представляется возможным. Оставленная без
духа душа может исчерпать свои силы, опустошить
себя, так как лишена связи с вечным и беспредельным, порождающим и дарующим.
Мне думается, что это можно увидеть в жизни
Марии как не закончившийся поиск обоснования своей души.
Большая часть ее жизни, если не вся жизнь,
была устремлена на правильное ее осуществление.
Однако правильное и праведное как рациональное
и духовное неизбежно придут в противоречие, если
критерии правильности, которые, естественно, задают сами люди, изменятся ими же. Тогда Я-усилия
лишатся основания и жизнь повиснет в пустоте, которая присуща психической реальности как пространственному бытию.
Эта пустота
может образоваться тогда, когда человек лишится внешней или внутренней организации
жизни. У Марии это произошло с ее выходом на пенсию, когда исчезла внешняя организация жизни.
Переживание пустоты жизни, потери жизненной
опоры возникает потому, что человек лишен возможности проявлять естественные религиозные чувства,
у него нет форм их проявления.
Сами эти чувства как
проявление натуральных естественных свойств пси-
252
хической реальности не могут исчезнуть, но проявляются в неестественной, превращенной форме, что у
человека с биофильной ориентацией неизбежно вызывает душевную боль.
У Марии это произошло. Ее душа, дарованная
ей сила творчества жизни под властью смятенных
чувств, не нашедших своей формы — молитвы, благоговения, благодати, — мучается в поисках ее.
Мария
пишет стихи о душе, принимая ее таинство
как тайну существования, но не творения. Она надеется на встречу с кем-то, кто придаст таинству души
воплощенность в тех проявлениях, которые потенциально доступны ее душе — в проявлениях благодати.
Она не знает этого слова, не знает о том, что в
благодатных
дарованиях проявляется сила Божья,
что благодать изливается на человека как дар Божий,
она многого не знает, но ее душа ищет благодати, молитвы, благоговения.
Все дарованные ей свойства души — бессмертие,
разумность, свобода, дар слова — заговорили о себе,
когда были убраны внешние опоры Марии (работа
прежде всего), и Мария заново встретилась с
дан-
ность своей души.
Она стала писать (речь не идет о литературных
достоинствах или недостатках ее текстов), но это —
путь обретения данности свойств своей души. Мария
еще не свободна, ее слово не наполнено смыслом —
оно еще только рождается как живое, только обретает связь с вечностью и творением.
Разумность ее
души еще не обрела жажды стремления к истине, еще наполнена рационализмом заданной правильности, но истина уже дает о себе
знать стремлением к творчеству.
Стихи Марии, как и весь текст ее интервью, который вы могли прочитать, содержит мало красок, в
нем почти нет метафор. Натура, данность человеческой души
— сильной и страстной — не одухотворе-
на, обделена высшей радостью жизни и сегодня лишь
253
догадывается о ней, предчувствует ее существование, ищет благодати, своей сопряженности с Богом.
Есть множество жизненных ситуаций, когда человеку кажутся неочевидными благодатные дарования, в виде безусловной ценности существующие в
его психической реальности. Тогда он обесценивает
любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, веру, кротость, воздержание и заменяет их
сексом
, удовольствием, агрессией, реактивностью,
манипулированием, расчетом, беспощадностью, пресыщением. Причин такой подмены много, но главная из них — подавление естественных религиозных
чувств, отказ от духовной связи с Создателем.
Человек, выросший в атмосфере подавления таких чувств, что было в жизни Марии, встретившийся с нечеловеческими проявлениями во время войны, проходит
свой путь обретения духовности через
страдания, жизненные стрессы, когда каждое переживание возвращает жизни ее целостность как проявление помысла Божия.
Дарованные душе Марии свойства обретают в
этих переживаниях другие основания. Мне кажется,
Мария всей своей жизнью показывает, что в психической реальности человека есть свойства души, которыми он должен
уметь распорядиться. В этом смысле
он становится творцом самого себя, проходит свой
жизненный путь. Он может это сделать тогда, когда открытыми естественными чувствами обращен к
дарующему, к Создателю, Творцу, когда благоговейно относится к своей Богом дарованной душе. Этому
человек учится, обретая формы своих чувств в той
культуре, в
которой он живет.
Культура — искусственное образование, в ней
присутствует проявление как божественных, так и
демонических сил. Современная цивилизация с ее
стремлением к звездным войнам доказывает это каждый день с предельной очевидностью.
254
В культуре как в искусственном образовании, где
много строится по принципу подобия (цветы, похожие на настоящие, механизмы, напоминающие животных или человека, и т. п.), человеку бывает трудно различить дающего и дарующего. Дающего пищу,
кров, работу, комфорт, уверенность, развлечение и
т. п. и дарующего творчество, свободу, слово, разумность
, а с ними ответственность за их осуществление,
за возможность проявления.
Дающий близок физически и требует отношения
к себе, на проявление отношения к нему требуются усилия во времени и пространстве жизни. Смысл
этих отношений может быть различным (подчинение,
служение, следование, подражание и т. п.), но в нем
всегда есть общее
содержание — зависимость, несвобода, причинно-следственная связь. Дающий — это
всегда человек, конкретный человек, в чем бы он ни
воплощался, — персона, «ум, честь и совесть эпохи»,
групповые интересы и т. д.
Причинно-следственная связь в отношениях дающего и принимающего опосредуется множеством знаков, а часто и множеством знаковых систем, которые
привносят
в эту связь свое превращенное строение.
Это не только делает отношения опосредованными,
но и заполняет психологическое пространство человека искусственными знаковыми образованиями.
Последнее может осуществиться таким образом, что
потеряет свойства бесконечности. Пример — знаки
долженствования, выраженные так: «Как женщина я
должна», «Как мать я должна», «Как учительница я
должна», «Как жена
я должна» и т. п. Знак профессионального долженствования можно ярко увидеть в
жизни Марии.
Знак в его заданном содержании задан дающим, в
нашем случае дающим профессию.
Когда знак не соответствует дарованным свойствам души, он сопротивляется. Надо заметить, что
душа Марии сопротивлялась знаковому содержанию
255
выбранной ею профессии — наша героиня хотела поменять факультет, но не сделала этого.
Дарованные свойства души игнорировались в
принятии решений, в общении с другими людьми,
конкретным человеком: сестрой, директором школы,
матерью, подругой... Мария идентифицировала себя
с другим человеком, но не с собой, с дарованной ей
душой. Она не верила в нее
, не могла верить, так как
естественная религиозность, необходимая для веры
в ценность дарованной души, была подавлена. Я бы
сказала, что процесс ее идентификации был ориентирован на причинно-следственную логику человеческих отношений взаимозависимости, поэтому и отношения оценивались как служение кому-то. Жизнь
казалась независимой от собственных усилий.
Отношения
с дарующим не могут быть построены
на логике причинно-следственных отношений. Дар —
всегда неизвестное для человека, это тайна, которую
Творец дает ему вместе с душой. Путь к этой тайне — путь к Творцу, в котором человек обретает себя
в Боге.
Возможно, это та идентификация с собой прошлым
и будущим в настоящем
времени жизни, которая осуществляется человеком в моменты переживания им
дарованной благодати целостного восприятия жизни.
Она осуществляется по логике дарования в виде становления духовной сопряженности с Создателем. Ее
можно описать в категориях вечности, веры, служения, принятия дара, благоговения, обретения себя и
смысла, жизни по совести. В современной психологии среди известных мне понятий логику отношений
человека с Создателем, с дарующим описать очень
сложно. Но ее безусловное существование доказывается наличием душевной боли и муки, когда душа человека не находит воплощения дарованного ей, когда человек теряет свой дар. Это доказывается также
существованием вопросов о предельном смысле человеческой
жизни и неизбежности смерти.
256
Мне думается, что обусловленность жизни человека содержанием его духовности как качества,
реализуемого в отношении с даром души, позволяет говорить об особой зависимости души человека и
Творца, которая реализуется в идее Богочеловека.
Это зависимость идущего жизненным путем от определяющего этот Путь как путь на Голгофу.
Всем известны слова о
том, что каждый человек
несет свой жизненный крест, что надо найти свой
путь и тогда обретешь дарованное тебе. На этом пути
нет причинно-следственных обусловленностей, есть
логика проявления данности, снисхождения благодати Святого Духа. Человеку надо только знать формы реализации их. Эти формы даны ему свойствами
тела, способностью быть
подобным всему, в том чис-
ле и самому себе.
В естественном религиозном чувстве человека эта
данность переживается как всемогущество, бесстрашие, готовность к новому, точность восприятия — у
ребенка. У взрослого она существует как мудрость,
стойкость, терпение, совестливость и другие благодатные проявления. Главное среди них — любовь.
Мария чувствует в себе наличие
дара любви и в
то же время для нее существуют трудности в реализации этого дара. Она сама расценивает это как собственную замкнутость и скрытность. Мне думается,
что это можно связать с недостатком духовного опыта, который она сама ощущает как свою «культурную
ущербность» (желание читать, знакомиться с произведениями искусства, поиск новой информации).
Духовный опыт человек приобретает в общении с
другим человеком, обладающим этим опытом. В жизни Марии такого человека пока не было. Были другие
люди, есть другие люди, которые своей жизнью как
примером показывают возможность осуществления
любви (подруга, сестра). Мне представляется важным остановить на этом внимание
читателя.
257
Идентификация человека с самим собой, со своей собственной, дарованной ему Богом, душой происходит через опыт духовного общения с другими
людьми. В этом опыте естественные, натуральные
религиозные чувства человека, говоря языком культурно-исторической теории, воплощаются в знаках, в
целостном предмете жизни, где главным обоснованием существования этого целостного предмета
являет-
ся принятие Бога.
В жизни с Богом страдание, жизненный стресс
приобретают смысл крестного пути, начертанного человеку замыслом Божьим.
Сегодня многие психологи, работающие с разными видами боли человека (душевной и физической),
отмечают необходимость духовного общения для переживания, преодоления страдания. В нашей культуре существуют такие формы общения,
доступные
каждому человеку, ищущему свой путь; они связаны
с церковными обрядами и традициями, приобщающими человека к таинству творения его души.
Отсутствие или недостаток духовного опыта человек не может компенсировать ничем. Качества, которые встречаются в этом опыте, востребуются в нем,
делают его сознание организованным в бесконечности, а Я
-усилия — ориентированными на безусловное
творчество жизни, на проявление и осуществление
той любви к ней, которая позволяет человеку воспринять дарованное Творцом.
Мне хотелось бы вернуть читателей к замыслу
этой книги. Она написана как попытка ответить на
вопрос о том, что дает человеку силы прожить жизнь
с любовью к ней. Жизнь
Марии — это жизнь человека,
знавшего и знающего радость жизни, радость реализации своих Я-усилий по правилам человеческих отношений. Но эти правила обладают той конечностью,
которая свойственна любой форме, воплощенной в
знаковую систему. В этом смысле можно сказать, что
знак сам по себе уже потенциально мертв. Живым он
258
становится в момент рождения смысла, когда сама
знаковая система обретает свойства текста (см. подробно: Лотман Ю. М. Внутри мыслящих миров. — М. ,
1996).
Текст, включенный в контекст Творения, стано-
вится бесконечным.
В жизни Марии радость от соответствия внешне
заданным нормам знака не переросла, не могла перерасти в безусловную любовь к
Творению, так как
все знаковые системы, которым она соответствовала,
не были объединены безусловным контекстом бытия.
Говоря иначе, без высшего смысла смысл каждой
знаковой системы исчерпывает себя в момент соответствия самому себе.
Бесконечности творения в них не было, они были
только подобием конечному предельному предмету — знаку, созданному людьми. Человек
создан по
образу и подобию Божию, и все другие виды подобия
не приносят ему благодати, радости жизни, а создают переживания, которые можно назвать экзистенциальной тоской.
В жизни Марии — это уподобление внешнему, заданному системой культурных знаков. Боль от противоречия в этом уподоблении свойств дарованной ей
души и свойств
знаков привлекает внимание к проблеме экстериоризации и интериоризации, которая
существует в современной психологии. Эта проблема
сформулирована в русле рациональной философии
и, по существу, утверждает идею формирования нового человека за счет изменения внешних условий
его жизни.
Сегодня, когда миллионы людей в нашей стране
стоят перед лицом нищеты, порожденной объективными условиями жизни, когда внешние культурные,
знаковые образования приобретают безусловное
значение, трудно не согласиться с идеей о том, что
внутреннее, психическое определяется внешними
знаковыми образованиями. Эта идея отказывает че-
259
ловеку в дарованных ему свойствах души, отвергает
явно или неявно сам факт существования дарованности этих качеств. Мне остается еще раз напомнить, что психологи анализируют наличие данности
свойств психической реальности теми способами,
которые соответствуют их научным идеалам (см.:
Фромм Э. Душа человека. — М. , 1992).
Я думаю, что идея экстериоризации и интериори
-
зации, лишая человека опоры на голос Бога в психической реальности (голос совести), разрушает основания для творчества жизни, для проявления в этом
творчестве любви к Творцу.
Идея экстериоризации и интериоризации делает
человека потенциально зависимым от подобия внешнему знаковому пространству его жизни, и дарованная его душе свобода растворяется
в усилиях по достижению подобия. Таким образом, я попробовала
сформулировать основные возможные предельные
опасности, которые содержит идея формирования
человека, идея экстериоризации и интериоризации.
С помощью внешних воздействий можно заглушить в человеке проявление дарованных ему свойств
души, принудить его жить не своей жизнью, идти не
своим путем. Но в его
душе всегда будет, словно чтото забытое, то приобщение к тайне бытия, к тайне
творения, которое связано с существованием его собственной души. Оно будет давать о себе знать в разных формах душевного страдания, душевной боли,
свойствах его психической реальности, доступных
только живой душе.
Живая душа ищет своего воплощения,
а не уподобления чему-то. Этот ее поиск нельзя отождествлять
с экстериоризацией, внешнее (в любой форме) —
только символ пути, который привел к появлению
этого внешнего. Путь же предопределен Творцом, он
и реализуется человеком.
Я долго не могла найти слов, чтобы выразить
впечатление от облика Марии, предметов, которые
260
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]