Психология и методология

В результате психология, в том числе и отечественная, перешла на новую траекторию развития, предопределенную не столько внут ренними потребностями самой науки, как это было раньше, сколько социальным заказом и логикой рынка. Ключевыми признаками этой траектории служат акцент не на производстве, а на коммерциализа ции знания, куда больший интерес к прикладным технологиям и ноу хау, нежели к фундаментальным исследованиям, забвение теорий и методологии ради тестов, Тгрупп, ассессмента и т.п. А два научно исследовательских института, приходящиеся в нашей стране на более чем 30 тыс. психологовпрактиков, адекватно отражают нынешнее соотношение интереса к фундаментальным и прикладным проблемам психологии (не менее адекватно его выражает соотношение доходов академических и практических психологов), причем большинство академических психологов, как принято говорить, «в свободное от основной работы время» (сотрудники наших НИИ хорошо знают, что на самом деле означает эта формулировка) вовсю занимаются прак тикой. В результате рокировка в формуле «нет ничего практичнее хорошей теории», произведенная одним известным отечественным психологом (кстати, тоже перешедшим из академической психологии в практическую), после которой эта фраза стала звучать как «нет ничего теоретичнее хорошей практики» (Василюк, 2003), очень точ но выразила перераспределение приоритетов психологии. Если в подобных идеологемах (которые было бы правильнее назвать мето дологемами, то есть достаточно четкими и отрефлексированными представлениями о методологических ориентирах науки) искать скрытый смысл, который сами психологи обычно ищут в мыслях и действиях своих пациентов, то его можно было бы эскплицировать следующим образом: «на теории и методологии сейчас много не за работаешь, поэтому надо заниматься практикой, за которую платят гораздо больше, а теории и методологии уделять внимание по оста точному принципу».