Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам семейного права. В 2-х томах. Т.2. Настольная книга юриста (учебно-практическо
.pdf
ưǯNJǃǮǫǁǬǃǀǬÐDZƽǮdžǬǬǃǀǬÐƽǬǰǬ֬
Ф. было отказано в удовлетворении ее исковых требований со ссылкой
на то, что даже при наличии установленных статьей 141 Семейного кодекса Российской Федерации оснований для отмены удочерения положения статьи 144 данного Кодекса не позволяют удовлетворить требования
достигшей совершеннолетия истицы без согласия усыновителя.
По мнению заявительницы, статья 144 Семейного кодекса Российской Федерации не соответствует Конституции Российской Федерации,
ее статьям 2, 15, 23 и 60, поскольку закрепленное ею условие отмены
усыновления при наличии законных оснований — согласия усыновителя — по достижении ребенком совершеннолетия влечет недопустимое
в правовом государстве ограничение конституционных прав усыновленного, в отношении которого усыновителем совершено преступление.
2. В Российской Федерации как правовом государстве человек, его
права и свободы являются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита — обязанностью государства; права и свободы человека
и гражданина в Российской Федерации признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права
и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, они определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием (статьи 2, 17 и 18 Конституции Российской Федерации).
Согласно Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством (статья 21, часть 1); семья, материнство,
отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой
государства (статья 7, часть 2; статья 38, часть 1); забота о детях, их воспитание — право и обязанность родителей (статья 38, часть 2); трудоспособные дети, достигшие 18 лет, должны заботиться о нетрудоспособных
родителях (статья 38, часть 3); ограничение прав и свобод человека и гражданина возможно федеральным законом только в той мере, в какой
это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения
обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3).
Исходя из Декларации прав ребенка, предусматривающей, что ребенок ввиду его физической и умственной незрелости нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, как
до, так и после рождения, Конвенция о правах ребенка от 20 ноября
1989 года, являющаяся в силу статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской
Федерации, обязывает государства-участники обеспечить ребенку такую
защиту и заботу, которые необходимы для его благополучия (пункт 2
— 241 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
статьи 3), и принимать все необходимые законодательные, административные, социальные и просветительные меры с целью защиты ребенка
от всех форм физического или психологического насилия, оскорбления
или злоупотребления (статья 19).
Семейное законодательство, как следует из статьи 1 Семейного кодекса
Российской Федерации, исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения,
взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения
беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1); запрещаются любые формы
ограничения прав граждан при вступлении в брак и в семейных отношениях по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или
религиозной принадлежности, при этом права граждан в семье могут быть
ограничены только на основании федерального закона и только в той мере,
в какой это необходимо в целях защиты нравственности, здоровья, прав
и законных интересов других членов семьи и иных граждан (пункт 4).
Граждане по своему усмотрению распоряжаются принадлежащими
им правами, вытекающими из семейных отношений (семейными правами), в том числе правом на защиту этих прав, если иное не установлено Семейным кодексом Российской Федерации; осуществление членами
семьи своих прав и исполнение ими своих обязанностей не должны
нарушать права, свободы и законные интересы других членов семьи
и иных граждан; семейные права охраняются законом, за исключением
случаев, если они осуществляются в противоречии с назначением этих
прав (статья 7 Семейного кодекса Российской Федерации).
Анализ положений раздела VI «Формы воспитания детей, оставшихся без попечения родителей» Семейного кодекса Российской Федерации
свидетельствует о том, что усыновление (или удочерение) является приоритетной формой устройства несовершеннолетних детей, оставшихся
без попечения родителей, имеет целью обеспечение надлежащего воспитания и образования таких детей, физическое, психическое, духовное
и нравственное развитие (статья 124).
Усыновленные дети и их потомство по отношению к усыновителям и их родственникам, а усыновители и их родственники по отношению к усыновленным детям и их потомству приравниваются в личных
неимущественных и имущественных правах и обязанностях к родственникам по происхождению (пункт 1 статьи 137 Семейного кодекса
Российской Федерации).
— 242 —
ưǯNJǃǮǫǁǬǃǀǬÐDZƽǮdžǬǬǃǀǬÐƽǬǰǬ֬
Из приведенных положений Конституции Российской Федерации
и принятых в их развитие положений Семейного кодекса Российской
Федерации вытекает, что права и обязанности родителей (усыновителей)
и детей носят взаимный характер, в частности, если усыновитель надлежащим образом выполнил свои обязанности по воспитанию и защите
прав и интересов усыновленного, он вправе претендовать на реализацию своих имущественных прав, которые могут возникнуть в рамках
отношений, одной из предпосылок возникновения которых является
наличие приравненных к родственным связей усыновленных детей и их
потомства по отношению к усыновителям и их родственникам. Имущественные права усыновителей и их родственников могут возникнуть
в том числе в рамках наследственных и алиментных отношений.
3. Семейное законодательство предусматривает возможность прекращения правоотношений по усыновлению по достижении ребенком
совершеннолетия с соблюдением условий, предусмотренных статьей 144
Семейного кодекса Российской Федерации (взаимное согласие усыновителя и усыновленного ребенка, а также родителей усыновленного ребенка, если они живы, не лишены родительских прав или не признаны
судом недееспособными).
В соответствии со статьями 140 и 141 Семейного кодекса Российской Федерации отмена усыновления ребенка производится в судебном
порядке в случаях, если усыновители уклоняются от выполнения возложенных на них обязанностей родителей, злоупотребляют родительскими правами, жестоко обращаются с усыновленным ребенком, являются
больными хроническим алкоголизмом или наркоманией; суд вправе отменить усыновление ребенка и по другим основаниям исходя из интересов ребенка и с учетом мнения ребенка.
Согласно статье 142 Семейного кодекса Российской Федерации
правом требовать отмены усыновления ребенка обладают его родители,
усыновители ребенка, усыновленный ребенок, достигший возраста четырнадцати лет, орган опеки и попечительства, а также прокурор. В силу
статьи 143 Семейного кодекса Российской Федерации отмена усыновления влечет прекращение взаимных прав и обязанностей усыновленного
ребенка и усыновителей (родственников усыновителей) (пункт 1); суд
также разрешает вопрос, сохраняются ли за ребенком присвоенные ему
в связи с его усыновлением имя, отчество и фамилия (пункт 3).
Поскольку основания для отмены усыновления, предусмотренные
статьей 141 Семейного кодекса Российской Федерации, фактически сводятся к ненадлежащему исполнению усыновителем своих обязанностей
— 243 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
по воспитанию усыновленного, к нарушению его прав и законных интересов, совершение усыновителем преступления против половой неприкосновенности ребенка является очевидным основанием для отмены
усыновления по требованию усыновленного.
Оспариваемые же положения статьи 144 Семейного кодекса Российской Федерации — по буквальному их смыслу — устанавливают запрет на отмену усыновления по достижении ребенком совершеннолетия
по его обращению во всяком случае в отсутствие согласия усыновителя.
4. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской
Федерации в своих решениях, при регулировании общественных отношений федеральный законодатель связан конституционным принципом
соразмерности и вытекающими из него требованиями адекватности
и пропорциональности используемых правовых средств; в тех случаях,
когда конституционные нормы позволяют законодателю установить ограничения закрепляемых ими прав, он не может осуществлять такое
регулирование, которое посягало бы на само существо того или иного
права и приводило бы к утрате его реального содержания; даже имея
цель воспрепятствовать злоупотреблению правом, он должен использовать не чрезмерные, а только необходимые и обусловленные конституционно признаваемыми целями таких ограничений меры (Постановление
от 14 ноября 2005 года № 10-П).
По смыслу данной правовой позиции, оспариваемые гражданкой
Ф. положения Семейного кодекса Российской Федерации, подлежащие
применению в системной связи со статьями 19 и 38 Конституции Российской Федерации, а также с положениями статьи 1 и пункта 2 статьи
7 Семейного кодекса Российской Федерации, не могут рассматриваться
как препятствующие суду удовлетворить требование об отмене усыновления, заявленное усыновленным по достижении совершеннолетия,
и без согласия усыновителя, совершившего преступление против половой неприкосновенности усыновленного ребенка. Иное противоречило бы статьям 2, 18, 21, 23, 46, 55 (часть 3) Конституции Российской
Федерации.
Таким образом, положения статьи 144 Семейного кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования
не предполагают отказ — по причине несогласия усыновителя — в удовлетворении требования об отмене усыновления достигшему совершеннолетия усыновленному, в отношении которого усыновителем было
совершено преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего.
— 244 —
ưǯNJǃǮǫǁǬǃǀǬÐDZƽǮdžǬǬǃǀǬÐƽǬǰǬ֬
Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, пунктами 2
и 3 части первой статьи 43, частью четвертой статьи 71, частью первой
статьи 79 и статьей 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Положения статьи 144 Семейного кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не предполагают
отказ — по причине несогласия усыновителя — в удовлетворении требования об отмене усыновления достигшему совершеннолетия усыновленному, в отношении которого усыновителем было совершено преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего.
Конституционно-правовой смысл указанных законоположений,
выявленный Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Определении на основе правовых позиций, изложенных им в сохраняющих свою силу решениях, является общеобязательным и исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.
2. Признать жалобу гражданки Ф. не подлежащей дальнейшему
рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявительницей вопроса
не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.
3. Правоприменительные решения по делу гражданки Ф., основанные на статье 144 Семейного кодекса Российской Федерации в истолковании, расходящемся с ее конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем Определении, подлежат пересмотру в установленном
порядке.
4. Определение Конституционного Суда Российской Федерации
по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
5. Настоящее Определение подлежит опубликованию в «Вестнике
Конституционного Суда Российской Федерации».
Председатель
Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин
Судья-секретарь
Конституционного Суда Российской Федерации Ю.М. Данилов
— 245 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
˪˳˾ˈ˰ˇ˳ʿ˅˱ˇ˄˱à˦˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇ˳ˀ˳àˬ˶ˁ˰à˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹà
ˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄à˳ˈàà˓ˇʿ˰˵˓àͽàˀàà˪à
˪˳àˁ˱˅˶à˳à˴˵˳ʿ˱˵˲˱à˲˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇ˳˾ˈ˄à
˰ʾ˃˰ˊ˰àˁ˱˾˓ˈ˳ˀ˳à˴˶ˇ˲ˈ˰àà˾ˈ˰ˈː˄ààà
ˬ˱ˆ˱ֹˇ˳ˀ˳à˲˳ˁ˱˲˾˰à˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹàˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄àà
ʿà˾ʿ˓˃˄à˾à˂˰˅˳ʾ˳ֹàˀ˵˰˂ˁ˰ˇ˄ˇ˰àˬˢàˢˇ˄˲˄˱ʿ˰
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева,
М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой,
С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
с участием представителя гражданина С.А. Аникиева — адвоката
В.С. Цвиля, представителя Совета Федерации — доктора юридических
наук А.С. Саломаткина, полномочного представителя Президента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации
М.В. Кротова,
руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, частью
первой статьи 21, статьями 36, 74, 86, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности абзаца десятого пункта 1 статьи 127 Семейного кодекса Российской Федерации.
Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина
С.А. Аникиева. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции
Российской Федерации оспариваемое заявителем законоположение.
Заслушав сообщение судьи-докладчика Н.В. Селезнева, объяснения
представителей сторон, выступления приглашенных в заседание представителей: от Министерства юстиции Российской Федерации — Е.А. Борисенко, от Генерального прокурора Российской Федерации — Т.А. Васильевой, исследовав представленные документы и иные материалы,
Конституционный Суд Российской Федерации
установил:
1. Согласно пункту 1 статьи 127 Семейного кодекса Российской
Федерации усыновителями могут быть совершеннолетние лица обоего
— 246 —
ưǯNJǃǮǫǁǬǃǀǬÐDZƽǮdžǬǬǃǀǬÐƽǬǰǬ֬
пола, за исключением, в частности, лиц, имеющих или имевших судимость, подвергающихся или подвергавшихся уголовному преследованию
(за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых
прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления против
жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности (за исключением незаконного помещения в психиатрический стационар, клеветы
и оскорбления), половой неприкосновенности и половой свободы личности, против семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, а также против общественной безопасности (абзац десятый).
Конституционность названного законоположения оспаривается
гражданином С.А. Аникиевым, которому решением Коряжемского городского суда Архангельской области от 25 октября 2012 года (оставлено
без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам
Архангельского областного суда от 24 декабря 2012 года) было отказано в удовлетворении заявления об усыновлении родившегося 3 марта
2011 года ребенка — сына гражданки А., с которой заявитель с мая
2011 года проживает совместно и с 24 декабря того же года состоит
в зарегистрированном браке, на том основании, что в 2009 году за преступление, предусмотренное частью первой статьи 112 УК Российской
Федерации (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью),
он подвергался уголовному преследованию, которое было прекращено
в связи с примирением сторон (статья 25 УПК Российской Федерации).
Нарушение оспариваемым законоположением своих прав, гарантированных статьями 2, 7, 17–19, 38, 45, 46 и 49 Конституции Российской
Федерации, С.А. Аникиев усматривает в том, что оно устанавливает для
указанных в нем лиц, в том числе тех, в отношении которых начатое
уголовное преследование было прекращено по нереабилитирующему
основанию, бессрочный и безусловный запрет на усыновление, исключая при этом возможность учета личности потенциального усыновителя
и фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для дела.
Соответственно, исходя из требований статей 36, 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», абзац десятый пункта 1 статьи 127 Семейного кодекса
Российской Федерации является предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу постольку,
поскольку данное законоположение служит основанием для решения
вопроса о возможности установления усыновления лицами, имеющими или имевшими судимость, подвергающимися или подвергавшимися
— 247 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за указанные в этом законоположении преступления.
2. Провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью,
а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина — обязанностью государства, Конституция Российской Федерации
устанавливает, что Россия является демократическим правовым и социальным государством, в котором права и свободы человека и гражданина
определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются
правосудием и политика которого — исходя из ответственности перед
нынешним и будущими поколениями, стремления обеспечить их благополучие и процветание — направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (преамбула; статья
1, часть 1; статья 2; статья 7, часть 1; статьи 17 и 18).
Исходя из того что семья, материнство и детство в их традиционном, воспринятом от предков понимании представляют собой те ценности, которые гарантируют непрерывную смену поколений, выступают
условием сохранения и развития многонационального народа России,
а потому нуждаются в особой защите со стороны государства, Конституция Российской Федерации закрепляет в статье 38 (части 1 и 2), что материнство и детство, семья находятся под защитой государства, а забота
о детях, их воспитание — равное право и обязанность родителей. Соответственно, в основе правового регулирования семейных отношений
лежат принципы государственной поддержки семьи, материнства, отцовства и детства (статья 7, часть 2, Конституции Российской Федерации),
приоритета семейного воспитания детей, заботы об их благосостоянии
и развитии (статья 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
При определении законодательных мер, гарантирующих реализацию прав и законных интересов ребенка как важнейшей конституционно значимой и социальной ценности, подлежат учету и требования
международно-правовых актов, которые в силу статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации являются составной частью правовой
системы Российской Федерации. Так, Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года), признавая,
что ребенку для полного и гармоничного развития его личности необходимо расти в семейном окружении, в атмосфере счастья, любви
и понимания, обязывает подписавшие ее государства обеспечивать детям
необходимые для их благополучия защиту и заботу, принимать все надлежащие законодательные, административные и другие меры для осу-
— 248 —
ưǯNJǃǮǫǁǬǃǀǬÐDZƽǮdžǬǬǃǀǬÐƽǬǰǬ֬
ществления прав, признанных в Конвенции, признавать право каждого
ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (преамбула,
пункт 2 статьи 3, статья 4 и пункт 1 статьи 27).
Согласно ранее принятым Генеральной Ассамблеей ООН Декларации прав ребенка (Резолюция 1386 (XIV) от 20 ноября 1959 года) и Декларации о социальных и правовых принципах, касающихся защиты
и благополучия детей, особенно при передаче детей на воспитание и их
усыновлении на национальном и международном уровнях (Резолюция
41/95 от 3 декабря 1986 года), ребенок ввиду его физической и умственной незрелости нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, а наилучшее обеспечение интересов ребенка
и его потребность в любви и право на обеспеченность и постоянную
заботу должны являться главным соображением при рассмотрении всех
вопросов, связанных с передачей ребенка для заботы о нем не его собственными родителями.
Таким образом, как указывал Конституционный Суд Российской
Федерации, и Конституция Российской Федерации, и международноправовые акты исходят из того, что одно из предназначений семьи —
рождение и воспитание детей; при этом понятием «семья» — наряду
с понятиями «материнство», «детство», «отцовство» — охватывается, как
следует из сопоставления статьи 38 (часть 1) Конституции Российской Федерации с положениями ее статей 7 (часть 2), 23 (часть 1) и 72 (пункт «ж»
части 1), особая сфера жизни человека, являющаяся объектом конституционного регулирования, которое конкретизируется в нормативных
правовых актах федеральных органов государственной власти и органов
государственной власти субъектов Российской Федерации (определения
от 5 июля 2001 года № 135-О и от 16 ноября 2006 года № 496-О).
Особая роль семьи в развитии личности, удовлетворении ее духовных потребностей и обусловленная этим конституционная ценность
института семьи предопределяют необходимость уважения и защиты
со стороны государства семейных отношений, одним из принципов регулирования которых является приоритет семейного воспитания детей
и реализация которых, соответственно, предполагает не только заключение брака, но и закрепление правовой связи между родителем (лицом, его заменяющим) и ребенком. Одним из средств обеспечения этой
связи применительно к детям, оставшимся без попечения родителей,
служит возможность их передачи в семью на воспитание (усыновление
(удочерение), под опеку или попечительство, в приемную семью либо
— 249 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
в случаях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации,
в патронатную семью).
Перечисленные формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей, предусмотренные Семейным кодексом Российской Федерации (пункт 1 статьи 123), с одной стороны, имеют целью обеспечить
таким детям надлежащие, в том числе эмоционально-психологические,
условия для полноценного развития, а с другой — позволяют гражданам,
в том числе тем, для кого биологическое материнство или отцовство
исключено по медицинским показаниям, реализовать естественную потребность в осуществлении родительской заботы. Наличие возможности
передать ребенка на воспитание в семью либо, если ребенок уже воспитывается в семье, — юридического оформления фактически сложившихся,
содержательно раскрывающих понятие семьи по смыслу Конституции
Российской Федерации, отношений согласуется с общеправовым принципом гуманизма, конституционными гарантиями семьи, материнства,
отцовства и детства, а также с признанной семейным законодательством
целью укрепления семьи. Что касается ограничений такой возможности
федеральным законом, то они допустимы исключительно в целях защиты указанных конституционных ценностей, прежде всего — прав и законных интересов ребенка как наиболее уязвимой и зависимой стороны
семейных отношений.
3. Наиболее предпочтительной формой устройства детей, оставшихся без попечения родителей, является усыновление (удочерение), которое,
как следует из пунктов 1 и 2 статьи 124 Семейного кодекса Российской
Федерации, допускается в отношении несовершеннолетних детей и только в их интересах с соблюдением требований абзаца третьего пункта 1
статьи 123 данного Кодекса, обязывающего учитывать при устройстве
ребенка его этническое происхождение, принадлежность к определенной
религии и культуре, родной язык, возможность обеспечения преемственности в его воспитании и образовании, а также полноценного физического, психического, духовного и нравственного развития.
Усыновление (удочерение) как гарантия обеспечения ребенку права
на достойную жизнь распространяется не только на детей, оставшихся
без попечения обоих родителей, но и на пасынков (падчериц), которые
воспитываются в семье и усыновление (удочерение) которых не изменяет их статуса в качестве детей, имеющих родительское попечение, пусть
и в лице единственного родителя (определения Конституционного Суда
Российской Федерации от 25 января 2012 года № 6-О-О, от 22 ноября
2012 года № 2166-О и др.). Предоставление отчиму (мачехе) — при от-
— 250 —
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]