Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам семейного права. В 2-х томах. Т.1. Настольная книга юриста (учебно-практическо

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
ƭǪǭǮǃǃNJ֬ÐǬƾǀǂÐǀǂDZLjǬǯǰǫǪÐǯDZDZƼǮǫ
абзаца первого пункта 3 статьи 38, согласно которому в случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке;
пункта 7 статьи 38, в соответствии с которым к требованиям су­пругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.
По мнению заявителя, его права, гарантированные Конституцией Российской Федерации, в частности, ее статьями 17, 18, 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (часть 2), а также статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, пункт 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации нарушает, поскольку по смыслу, придаваемому ему правоприменитель­ной практикой, относит к общему имуществу супругов любое нажитое в период брака имущество, независимо от того, на имя кого из супру­гов оно приобретено, в том числе в случае приобретения этого имуще­ства в кредит одним из супругов на свое имя; абзац первый пункта 3 статьи 38 того же Кодекса — поскольку в нем отсутствует положение, исключающее раздел общего имущества супругов в судебном порядке при наличии спора об исполнении брачного договора или соглашения о разделе общего имущества; пункт 7 статьи 38 того же Кодекса — по­скольку с учетом пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» срок исковой давности по названным в данной норме требованиям ис­числяется не с момента расторжения брака, а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представ­ленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Пункт 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации не содержит исчерпывающего перечня общего имущества супругов, а лишь устанавливает критерии, которые в системе действующего семей­но-правового регулирования (в частности, статья 36 «Имущество каждо­го из супругов» и статья 37 «Признание имущества каждого из супругов их совместной собственностью» того же Кодекса) позволяют опреде­лить, какое имущество является совместной собственностью супругов. К таким критериям относятся момент приобретения имущества (до или в период брака) и источник доходов, за счет которых приобрета­лось имущество (общие доходы супругов или доходы одного из них).
— 211 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
Оспариваемое законоположение, имеющее общий характер, не содер­жит неопределенности с точки зрения установленных в нем критериев отнесения имущества к общему имуществу супругов, не препятствует при определении принадлежности того или иного имущества учету всех юридически значимых для дела обстоятельств, направлено на защиту имущественных прав супругов и не может рассматриваться как нару­шающее какие-либо конституционные права (определения Конституци­онного Суда Российской Федерации от 27 января 2011 года № 10-О-О, от 1 марта 2011 года № 352-О-О, от 20 октября 2011 года № 1353-О-О, от 11 мая 2012 года № 733-О и др.), равно как и направленный на защи­ту имущественных прав граждан пункт 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно ука­зывал, что регулирование сроков для обращения в суд, включая их изме­нение и отмену, относится к компетенции законодателя и что установле­ние этих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность правоотношений и не может расцениваться как нарушение права на су­дебную защиту (определения от 14 декабря 1999 года № 220-О, от 15 но­ября 2007 года № 796-О-О, от 17 ноября 2011 года № 1495-О-О и др.). Данный вывод в полной мере распространяется и на гражданско-пра­вовой институт исковой давности (определения от 24 июня 2008 года № 364-О-О, от 19 февраля 2009 года № 96-О-О, от 23 сентября 2010 года № 1154-О-О и др.) и, в частности, на определение законодателем момен­та начала ее течения (определения от 20 ноября 2008 года № 823-О-О, от 16 февраля 2012 года № 313-О-О и др.). Таким образом, положение пункта 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации в системе норм, регулирующих вопросы применения исковой давности, в том числе во взаимосвязи с пунктом 2 статьи 9 того же Кодекса и пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом разъяснения, содержащегося в пункте 19 постановления Пленума Вер­ховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года № 15, также само по себе не может рассматриваться как нарушающее конституцион­ные права граждан (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21 октября 2008 года № 651-О-О).
Проверка же законности и обоснованности принятых по делу зая­вителя судебных постановлений не относится к компетенции Конститу­ционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конститу­ционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».
— 212 —
ƭǪǭǮǃǃNJ֬ÐǬƾǀǂÐǀǂDZLjǬǯǰǫǪÐǯDZDZƼǮǫ
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального кон­ституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федера­ции», Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Чере­панова Андрея Владимировича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Рос­сийской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституци­онный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин
— 213 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
˩˴˵˱ˁ˱˅˱ˇ˄˱à˦˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇ˳ˀ˳àˬ˶ˁ˰à˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹà
ˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄à˳ˈàà˓ˇʿ˰˵˓àͽàˀàà˩à
˩ʾà˳ˈ˲˰˃˱àʿà˴˵˄ˇ˓ˈ˄˄à˲à˵˰˾˾ˆ˳ˈ˵˱ˇ˄˒à˂˰˅˳ʾˏà
ˀ˵˰˂ˁ˰ˇ˲˄àʲ˱ʾ˱ˁ˱ʿ˳ֹà˥˅˱ˇˏàˢ˅˱˲˾˰ˇˁ˵˳ʿˇˏà
ˇ˰àˇ˰˵˶ˌ˱ˇ˄˱à˱˱à˲˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇˏ˷à˴˵˰ʿà
˴˶ˇ˲ˈ˳ˆàà˾ˈ˰ˈː˄àà˴˶ˇ˲ˈ˳ˆàà˾ˈ˰ˈː˄àà˄à˴˶ˇ˲ˈ˳ˆàà
˾ˈ˰ˈː˄ààˬ˱ˆ˱ֹˇ˳ˀ˳à˲˳ˁ˱˲˾˰à˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹàˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председа­теля В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Ка­занцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчи­ковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
заслушав заключение судьи Г.А. Жилина, проводившего на основа­нии статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституци­онном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданки Е.А. Лебедевой,
установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка Е.А. Лебедева оспаривает конституционность пункта 2 статьи 34, пункта 3 статьи 39 и пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Рос­сийской Федерации, устанавливающих критерии отнесения имущества к совместной собственности супругов, правила распределения между супругами их общих долгов при разделе общего имущества и особенно­сти обращения взыскания на общее имущество супругов.
Как следует из представленных материалов, решением Завьяловско­го районного суда Удмуртской Республики от 16 марта 2011 года был произведен раздел общего имущества ранее расторгнувших брак супру­гов Лебедевых. Решением того же суда от 15 февраля 2012 года, остав­ленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 2 июля 2012 года, частично удовлетворены исковые требования Е.А. Ле­бедевой к бывшему супругу о распределении долгов по заключенным ею договорам займа в размере 4 184 270 рублей. При этом долг в разме­ре 1 658 000 рублей распределен пропорционально присужденным при разделе имущества долям, а в остальной части иска отказано, поскольку
— 214 —
ƭǪǭǮǃǃNJ֬ÐǬƾǀǂÐǀǂDZLjǬǯǰǫǪÐǯDZDZƼǮǫ
суд не счел установленным, что денежные средства, полученные истицей у физических лиц в период брака с ответчиком, были использованы на нужды семьи. Кроме того, суд признал, что один из договоров займа был заключен Е.А. Лебедевой уже в период раздельного проживания супругов.
По мнению заявительницы, применение судом в деле с ее участием оспариваемых нормативных положений привело к нарушению ее прав, гарантированных статьями 2, 7 (часть 1), 17, 18, 19, 35 (части 1–3), 38 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, посколь­ку распределение возникших в период брака общих долгов супругов они ставят в зависимость от наличия доказательств факта использования на нужды семьи всего полученного по обязательствам одним из супру­гов, притом что обязанность по доказыванию данного факта возлагается на супруга, по обязательствам которого возник долг.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представ­ленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Пункт 2 статьи 34 и пункт 3 статьи 39 Семейного кодекса Россий­ской Федерации предусматривают, что к общему имуществу супругов относится любое нажитое супругами в период брака имущество — не­зависимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства; общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным долям. Данные нор­мативные положения направлены на защиту имущественных прав су­пругов и как сами по себе, так и в системной связи с другими нормами семейного законодательства не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права граждан, на что неоднократно указывал Консти­туционный Суд Российской Федерации в своих решениях (определения от 17 ноября 2009 года № 1501-О-О, от 26 января 2010 года № 10-О-О, от 1 марта 2011 года № 352-О-О, от 20 октября 2011 года № 1354-О-О, от 11 мая 2012 года № 733-О-О, от 24 сентября 2012 года № 1568-О и др.).
Пункт 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, со­гласно которому взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательст­вам одним из супругов, было использовано на нужды семьи, находится в системной связи с ее пунктом 1, согласно которому по обязательствам
— 215 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущест­во этого супруга. Данная норма конкретизирует применительно к семей­ным правоотношениям положения Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми по обязательствам одного из су­пругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находяще­еся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супру­гов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества (пункт 3 статьи 256); ответственность перед кредитором в силу обязательства несет должник (пункт 1 статьи 307); обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (пункт 3 статьи 308).
Следовательно, пункт 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации в исключение из общего правила об ответственности по обя­зательству лишь самого должника предусматривает возможность — при установлении судом указанных в нем обстоятельств — обращения взы­скания на общее имущество супругов. Соответственно, он направлен на защиту имущественных интересов супруга-должника по обязательст­вам с другими лицами и также не может рассматриваться как наруша­ющий конституционные права граждан.
Как следует из жалобы, Е.А. Лебедева усматривает нарушение вза­имосвязанными положениями пункта 2 статьи 34, пункта 3 статьи 39 и пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации своих конституционных прав также в том, что при разрешении спора по ее иску суд возложил на нее обязанность по доказыванию использования на нужды семьи всего полученного по заключенным ею договорам зай­ма. Тем самым, как она полагает, суд поставил ее как сторону граждан­ского процесса в неравное с другой стороной положение, что привело к неблагоприятному для нее результату разрешения спора.
Между тем исковые дела по спорам, возникающим из семейных правоотношений, рассматриваются и разрешаются судами в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве (пункт 1 статьи 8 Семейного кодекса Российской Федерации, статья 1 и пункт 1 части 1 статьи 22 ГПК Российской Федерации). В соответст­вии со статьей 56 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федераль­ным законом (часть первая); суд определяет, какие обстоятельства име­ют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть вторая). При этом оспариваемые заявительницей
— 216 —
ƭǪǭǮǃǃNJ֬ÐǬƾǀǂÐǀǂDZLjǬǯǰǫǪÐǯDZDZƼǮǫ
положения Семейного кодекса Российской Федерации не предусматри­вают иного по сравнению с общими правилами порядка распределения обязанностей по доказыванию по данной категории споров.
По существу, Е.А. Лебедева в своей жалобе выражает несогласие с установлением и оценкой судом фактических обстоятельств по ее делу, послуживших основанием для частичного удовлетворения ее исковых требований о распределении долга по заключенным ею договорам зай­ма. Между тем разрешение подобных вопросов, равно как и проверка законности и обоснованности правоприменительных решений не вхо­дят в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, определенную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».
Таким образом, поскольку оспариваемые законоположения какой­либо неопределенности не содержат и конституционные права заявитель­ницы в указанном ею аспекте не нарушают, ее жалоба, как не соответ­ствующая требованиям допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, установленным статьями 96 и 97 Федераль­ного конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята им к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституци­онный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Лебе­девой Елены Александровны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Рос­сийской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституци­онный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин
— 217 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
˩˴˵˱ˁ˱˅˱ˇ˄˱à˦˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇ˳ˀ˳àˬ˶ˁ˰à˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹà
ˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄à˳ˈààˉ˱ʿ˵˰˅˓àͽàˀàà˩à
˩ʾà˳ˈ˲˰˃˱àʿà˴˵˄ˇ˓ˈ˄˄à˲à˵˰˾˾ˆ˳ˈ˵˱ˇ˄˒à˂˰˅˳ʾˏà
ˀ˵˰˂ˁ˰ˇ˄ˇ˰à˫˳ˆ˰ˇ˳ʿ˰à˥ʿˀ˱ˇ˄˓à˪˱ˈ˵˳ʿ˄ˋ˰à
ˇ˰àˇ˰˵˶ˌ˱ˇ˄˱à˱ˀ˳à˲˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇˏ˷à˴˵˰ʿà
˾ˈ˰ˈː˱ֹààˬ˱ˆ˱ֹˇ˳ˀ˳à˲˳ˁ˱˲˾˰àà
˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹàˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄à˄àˋ˰˾ˈː˒àʿˈ˳˵˳ֹà˾ˈ˰ˈː˄àà
ˤ˵˰˂ˁ˰ˇ˾˲˳ˀ˳à˴˵˳ˊ˱˾˾˶˰˅ːˇ˳ˀ˳à˲˳ˁ˱˲˾˰àà
˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹàˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председа­теля В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Ка­занцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчи­ковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Е.П. Романова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Е.П. Романов оспаривает конституционность примененных судами в деле с его участием статьи 37 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которой имущество каждого из супругов может быть признано их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (ка­питальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие), и части второй статьи 61 ГПК Российской Федерации, в соответствии с которой обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда; указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспари­ванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
По мнению заявителя, данные законоположения противоречат ста­тьям 17 (часть 1), 18, 35 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку допускают произвольное применение их судами.
— 218 —
ƭǪǭǮǃǃNJ֬ÐǬƾǀǂÐǀǂDZLjǬǯǰǫǪÐǯDZDZƼǮǫ
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представ­ленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Статья 37 Семейного кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса имущественных интересов супругов в случае уве­личения стоимости имущества каждого из супругов за счет общего иму­щества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов и сама по себе не может рассматриваться как нарушающая конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.
Часть вторая статьи 61 ГПК Российской Федерации конкретизиру­ет общие положения процессуального законодательства об обязательно­сти вступивших в законную силу судебных постановлений судов общей юрисдикции (определения Конституционного Суда Российской Федера­ции от 19 июня 2012 года № 1207-О, от 17 июля 2012 года № 1424-О и др.) и также не может расцениваться как нарушающая конституцион­ные права заявителя.
Проверка же законности и обоснованности принятых по конкрет­ному делу судебных постановлений, на чем, по существу, настаивает заявитель, не относится к компетенции Конституционного Суда Рос­сийской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Рос­сийской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального кон­ституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федера­ции», Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Ро­манова Евгения Петровича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конститу­ционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин
— 219 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
˩˴˵˱ˁ˱˅˱ˇ˄˱à˦˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇ˳ˀ˳àˬ˶ˁ˰à˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹà
ˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄à˳ˈààˉ˱ʿ˵˰˅˓àͽàˀààͽ˩à
˩ʾà˳ˈ˲˰˃˱àʿà˴˵˄ˇ˓ˈ˄˄à˲à˵˰˾˾ˆ˳ˈ˵˱ˇ˄˒à˂˰˅˳ʾˏà
ˀ˵˰˂ˁ˰ˇ˄ˇ˰àʶ˄˅˄ˇ˰àˣ˄˲ˈ˳˵˰àʱ˅ː˄ˋ˰à
ˇ˰àˇ˰˵˶ˌ˱ˇ˄˱à˱ˀ˳à˲˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇˏ˷à˴˵˰ʿà
˴˶ˇ˲ˈ˳ˆàà˾ˈ˰ˈː˄ààˬ˱ˆ˱ֹˇ˳ˀ˳à˲˳ˁ˱˲˾˰àà
˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹàˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄à˾ˈ˰ˈː˱ֹàà˄à˴˶ˇ˲ˈ˳ˆààà
˾ˈ˰ˈː˄ààˤ˵˰˂ˁ˰ˇ˾˲˳ˀ˳à˲˳ˁ˱˲˾˰àà
˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹàˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председа­теля В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Ка­занцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчи­ковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.И. Шилина к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Рос­сийской Федерации,
установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин В.И. Шилин оспаривает конституционность примененных судом в деле с его участием пункта 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которому имущество, нажитое супру­гами во время брака, является их совместной собственностью, статьи 168 ГК Российской Федерации о том, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения, а также пункта 1 статьи 256 того же Ко­декса, устанавливающего, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.
По мнению заявителя, оспариваемые законоположения нарушают его права, гарантированные статьями 2, 8 (часть 2), 17 (часть 3), 18, 19 (часть 1), 35 (части 1–3), 45 и 46 (часть 1) Конституции Российской Феде­рации, поскольку в них, в частности, не определены законы и иные пра­вовые акты, несоответствие которым влечет признание сделки недейст-
— 220 —
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]