Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам семейного права. В 2-х томах. Т.1. Настольная книга юриста (учебно-практическо
.pdf
ƭǪǭǮǃǃNJ֬ÐǬƾǀǂÐǀǂDZLjǬǯǰǫǪÐǯDZDZƼǮǫ
˩˴˵˱ˁ˱˅˱ˇ˄˱à˦˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇ˳ˀ˳àˬ˶ˁ˰à˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹà
ˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄à˳ˈàà˄˒ˇ˓àͽàˀààͽ˩à
˩ʾà˳ˈ˲˰˃˱àʿà˴˵˄ˇ˓ˈ˄˄à˲à˵˰˾˾ˆ˳ˈ˵˱ˇ˄˒à˂˰˅˳ʾˏà
ˀ˵˰˂ˁ˰ˇ˄ˇ˰àˬ˰ˈˁ˄ˇ˳ʿ˰à˫˰ʿ˄˅˓àʶ˰ˆ˄˅˱ʿ˄ˋ˰à
ˇ˰àˇ˰˵˶ˌ˱ˇ˄˱à˱ˀ˳à˲˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇˏ˷à˴˵˰ʿà
˴˶ˇ˲ˈ˳ˆàà˾ˈ˰ˈː˄ààˬ˱ˆ˱ֹˇ˳ˀ˳à˲˳ˁ˱˲˾˰àà
˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹàˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря,
Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, С.П. Маврина,
Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина
Р.Ш. Сатдинова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда
Российской Федерации,
установил:
1. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения
судами вышестоящих инстанций, в удовлетворении исковых требований
гражданина Р.Ш. Сатдинова о признании договора купли-продажи квартиры недействительным было отказано, в том числе в связи с пропуском
срока исковой давности; встречные исковые требования о признании
добросовестным приобретателем были удовлетворены. Кроме того, отказывая в удовлетворении требований Р.Ш. Сатдинова, суды исходили из того, что положения статьи 35 Семейного кодекса Российской
Федерации распространяются только на отношения, возникшие между
супругами; к отношениям по распоряжению имуществом, находящимся в совместной собственности бывших супругов, должна применяться
статья 253 ГК Российской Федерации.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации
Р.Ш. Сатдинов оспаривает конституционность примененного в деле
с его участием пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которому для заключения одним из супругов сделки
по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной
государственной регистрации, необходимо получить нотариально удо-
— 321 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
стоверенное согласие другого супруга; супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено,
вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.
По мнению заявителя, оспариваемые законоположения противоречат статьям 4 (часть 2), 15 (части 1 и 2), 19 (часть 1), 35 (части 1 и 2)
и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку не обеспечивают защиту имущественных прав бывшего супруга при оспаривании сделки по распоряжению недвижимостью или сделки, требующей
нотариального удостоверения и (или) государственной регистрации, совершенной одним бывшим супругом без получения согласия другого
бывшего супруга.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы
к рассмотрению.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской
Федерации в своих решениях, пункт 3 статьи 35 Семейного кодекса
Российской Федерации, регламентирующий, в частности, распоряжение
находящимся в совместной собственности супругов имуществом и устанавливающий среди прочего требование о необходимости получения
для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью нотариально удостоверенного согласия другого супруга, направлен на конкретизацию положений статьи 35 (части 1 и 2) Конституции
Российской Федерации, обеспечение баланса имущественных интересов
как членов семьи, так и иных участников гражданского оборота и на
определение правового режима имущества, приобретенного супругами
в браке (определения от 23 апреля 2013 года № 639-О, от 24 декабря
2013 года № 2076-О, от 15 сентября 2015 года № 1830-О и др.), и, таким
образом, не может рассматриваться как нарушающий конституционные
права заявителя в указанном в его жалобе аспекте.
Установление же и исследование фактических обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела, равно как и разрешение вопроса
о выборе нормы закона, подлежащей применению в деле заявителя,
на что фактически направлены его требования, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125
Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
не относится.
— 322 —
ƭǪǭǮǃǃNJ֬ÐǬƾǀǂÐǀǂDZLjǬǯǰǫǪÐǯDZDZƼǮǫ
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43,
частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Сатдинова Равиля Шамилевича, поскольку она не отвечает требованиям
Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации
по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин
— 323 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
˩˴˵˱ˁ˱˅˱ˇ˄˱à˦˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇ˳ˀ˳àˬ˶ˁ˰à˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹà
ˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄à˳ˈàà˄˒˅˓àͽàˀàà˩à
˩ʾà˳ˈ˲˰˃˱àʿà˴˵˄ˇ˓ˈ˄˄à˲à˵˰˾˾ˆ˳ˈ˵˱ˇ˄˒à˂˰˅˳ʾˏà
ˀ˵˰˂ˁ˰ˇ˄ˇ˰àʮ˳˲˄ˇ˰àʼ˵˄˓àˣ˄˲ˈ˳˵˳ʿ˄ˋ˰à
ˇ˰àˇ˰˵˶ˌ˱ˇ˄˱à˱ˀ˳à˲˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇˏ˷à˴˵˰ʿà
˴˶ˇ˲ˈ˳ˆàà˾ˈ˰ˈː˄ààˬ˱ˆ˱ֹˇ˳ˀ˳à˲˳ˁ˱˲˾˰àà
˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹàˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя
В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина,
Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина
Ю.В. Докина к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения
определением суда апелляционной инстанции, в удовлетворении требований гражданина Ю.В. Докина о взыскании с бывшей супруги неосновательного обогащения в связи с исполнением им солидарной обязанности
по возврату кредита было отказано. Суд апелляционной инстанции указал, что ответчица не приобретала и не сберегала имущество за счет истца
и что в соответствии с брачным договором жилое помещение, приобретенное с использованием кредитных средств, поступало в собственность
истца, а это в силу положений семейного законодательства исключало выделение доли ответчицы в этом имуществе и, соответственно, возложение
на нее обязанности по несению общих долгов. В передаче кассационной
жалобы на данные судебные постановления для рассмотрения в судебном
заседании суда кассационной инстанции было отказано.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации
Ю.В. Докин оспаривает конституционность примененного в деле с его
участием пункта 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации,
согласно которому общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям.
По мнению заявителя, оспариваемое законоположение противоречит статьям 35 (части 1–3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Феде-
— 324 —
ƭǪǭǮǃǃNJ֬ÐǬƾǀǂÐǀǂDZLjǬǯǰǫǪÐǯDZDZƼǮǫ
рации, поскольку ограничивает право должника, исполнившего солидарную обязанность, на предъявление регрессного требования к бывшему
супругу в порядке статьи 325 ГК Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы
к рассмотрению.
Пункт 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации, устанавливающий правило распределения между супругами их общих долгов
при разделе общего имущества, направлен на защиту имущественных
прав граждан (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 марта 2014 года № 544-О, от 16 июля 2015 года № 1687-О
и др.) и не может расцениваться как нарушающий в обозначенном
в жалобе аспекте конституционные права заявителя, в деле с участием
которого судами указано, что им предъявлены требования о взыскании
неосновательного обогащения на основании статьи 1102 ГК Российской
Федерации, в то время как ответчица не приобретала и не сберегала
имущество за счет истца, и что отношения между сторонами не предполагали возникновения регрессного требования к другому должнику при
исполнении солидарного обязательства.
Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела к компетенции Конституционного Суда Российской
Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской
Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43,
частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Докина Юрия Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской
Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный
Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации
по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин
— 325 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
˩˴˵˱ˁ˱˅˱ˇ˄˱à˦˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇ˳ˀ˳àˬ˶ˁ˰à˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹà
ˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄à˳ˈàà˾˱ˇˈ˓ʾ˵˓àͽàˀààͽ˩à
˩ʾà˳ˈ˲˰˃˱àʿà˴˵˄ˇ˓ˈ˄˄à˲à˵˰˾˾ˆ˳ˈ˵˱ˇ˄˒à˂˰˅˳ʾˏà
ˀ˵˰˂ˁ˰ˇ˲˄àʽ˲˶ˇ˄à˨˰ˈ˰˅ː˄à˧˄˷˰ֹ˅˳ʿˇˏà
ˇ˰àˇ˰˵˶ˌ˱ˇ˄˱à˱˱à˲˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇˏ˷à˴˵˰ʿà
˴˶ˇ˲ˈ˳ˆàà˾ˈ˰ˈː˄àà˄à˾ˈ˰ˈː˱ֹààˬ˱ˆ˱ֹˇ˳ˀ˳à˲˳ˁ˱˲˾˰à
˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹàˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина,
Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев по требованию гражданки Н.М. Якуни вопрос о возможности принятия ее жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Решением суда общей юрисдикции исковые требования к гражданке Н.М. Якуне о разделе совместно нажитого имущества супругов
были удовлетворены частично. Апелляционным определением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих
инстанций, указанное решение было изменено: суды, отнеся спорную
квартиру к общей совместной собственности супругов ввиду отсутствия
доказательств того, что денежные средства на ее приобретение были
переданы родителями ответчицы в ее личную собственность, произвели
раздел квартиры.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации
Н.М. Якуня оспаривает конституционность следующих положений Семейного кодекса Российской Федерации:
пункта 2 статьи 34, согласно которому к имуществу, нажитому
супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся
доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности,
полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты,
не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной
помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой
трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья,
— 326 —
ƭǪǭǮǃǃNJ֬ÐǬƾǀǂÐǀǂDZLjǬǯǰǫǪÐǯDZDZƼǮǫ
и др.); общим имуществом супругов являются также приобретенные
за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные
бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое
супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого
из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов
внесены денежные средства;
статьи 36, согласно которой имущество, принадлежавшее каждому
из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним
из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным
безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его
собственностью (пункт 1); вещи индивидуального пользования (одежда,
обувь и др.), за исключением драгоценностей и других предметов роскоши, хотя и приобретенные в период брака за счет общих средств
супругов, признаются собственностью того супруга, который ими пользовался (пункт 2); исключительное право на результат интеллектуальной
деятельности, созданный одним из супругов, принадлежит автору такого
результата (пункт 3).
По мнению заявительницы, оспариваемые законоположения в той
части, в какой по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, они допускают возможность признания имущества, приобретенного одним из супругов во время брака на безвозмездно предоставленные
ему денежные средства, общей совместной собственностью супругов
ввиду отсутствия доказательств дарения таких денежных средств одному
из супругов, а не семье в целом, противоречат статьям 2, 7 (часть 1), 8,
15 (часть 4), 17 (части 1 и 3), 18, 19 (части 1 и 2), 35 (части 1–3), 36, 40
(части 1 и 2), 45 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской
Федерации, а также статье 1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав
человека и основных свобод.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы
к рассмотрению.
Пункт 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации,
устанавливающий критерии отнесения имущества к совместной собственности супругов, рассматриваемый в системе действующего семейно-правового регулирования, в частности во взаимосвязи со статьей
36 данного Кодекса, устанавливающей критерии отнесения имущества
к собственности каждого из супругов, позволяют определить, какое имущество является совместной собственностью супругов, не препятствуют
— 327 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
при определении принадлежности того или иного имущества учету всех
юридически значимых для дела обстоятельств и направлены на защиту
имущественных прав супругов (определения Конституционного Суда
Российской Федерации от 27 января 2011 года № 10-О-О, от 1 марта
2011 года № 352-О-О, от 20 октября 2011 года № 1353-О-О, от 11 мая
2012 года № 733-О, от 18 октября 2012 года № 1836-О, от 24 декабря
2012 года № 2405-О, от 23 декабря 2014 года № 2907-О и др.).
Таким образом, оспариваемые законоположения не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы, указанные в жалобе.
Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40,
пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Якуни
Натальи Михайловны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской
Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный
Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации
по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин
— 328 —
ƭǪǭǮǃǃNJ֬ÐǬƾǀǂÐǀǂDZLjǬǯǰǫǪÐǯDZDZƼǮǫ
˩˴˵˱ˁ˱˅˱ˇ˄˱à˦˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇ˳ˀ˳àˬ˶ˁ˰à˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹà
ˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄à˳ˈàà˾˱ˇˈ˓ʾ˵˓àͽàˀààͽͽ˩à
˩ʾà˳ˈ˲˰˃˱àʿà˴˵˄ˇ˓ˈ˄˄à˲à˵˰˾˾ˆ˳ˈ˵˱ˇ˄˒à˂˰˅˳ʾˏà
ˀ˵˰˂ˁ˰ˇ˲˄àˬ˰˅˄˲˳ʿ˳ֹàʲ˄ˁ˄˄àʱˌ˲˶˃˳ʿˇˏà
ˇ˰àˇ˰˵˶ˌ˱ˇ˄˱à˱˱à˲˳ˇ˾ˈ˄ˈ˶ˊ˄˳ˇˇˏ˷à˴˵˰ʿà
˴˶ˇ˲ˈ˳ˆàà˾ˈ˰ˈː˄ààˬ˱ˆ˱ֹˇ˳ˀ˳à˲˳ˁ˱˲˾˰àà
˫˳˾˾˄ֹ˾˲˳ֹàˮ˱ˁ˱˵˰ˊ˄˄
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина,
Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки
Л.И. Саликовой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда
Российской Федерации,
установил:
1. Решением суда общей юрисдикции в удовлетворении исковых
требований гражданки Л.И. Саликовой о выделе супружеской доли из наследственной массы и признании за нею права собственности на недвижимое имущество было отказано и удовлетворены встречные исковые
требования — о признании спорного имущества общей совместной собственностью супругов, выделе в нем супружеской доли и о признании
права собственности в порядке наследования за гражданкой А. Апелляционным определением данное решение в части отказа в удовлетворении исковых требований Л.И. Саликовой оставлено без изменения.
При этом суды исходили из того, что Л.И. Саликова обратилась в суд
с пропуском срока исковой давности, доказательств же уважительности
пропуска ею не представлено.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации
Л.И. Саликова оспаривает конституционность пункта 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которому к требованиям
супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.
По мнению заявительницы, оспариваемая норма противоречит
статьям 15 (части 1, 2 и 4), 17 (часть 1), 18, 19 (часть 2), 35 (части 1
и 2), 40 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 1–3) Конституции Российской
— 329 —
ǤǪǫǮǫNJǬÐǮƿǀDžǀǀÐǠǮǃǯǰǀǰDZDžǀǮǃǃǮƼǮÐǯDZƽǪÐǥǨÐǮÐǫǮǮǯǪǂÐǯǬǂǬ֬ǃǮƼǮÐǪǫǪÐǧǮǂÐ
Федерации, поскольку она допускает произвольное исчисление срока
исковой давности по делам о разделе общего имущества супругов и ее
дискриминационное применение.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы
к рассмотрению.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что регулирование сроков для обращения в суд, включая их изменение и отмену, относится к компетенции законодателя и что установление этих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность
правоотношений и не может расцениваться как нарушение права
на судебную защиту (определения от 14 декабря 1999 года № 220-О,
от 15 ноября 2007 года № 796-О-О, от 17 ноября 2011 года № 1495-О-О,
от 24 декабря 2012 года № 2407-О и др.). Данный вывод в полной мере
распространяется и на гражданско-правовой институт исковой давности
(определения от 24 июня 2008 года № 364-О-О, от 19 февраля 2009
года № 96-О-О, от 23 сентября 2010 года № 1154-О-О и др.), в частности на определение законодателем момента начала течения указанного
срока (определения от 20 ноября 2008 года № 823-О-О, от 16 февраля
2012 года № 313-О-О и др.).
Таким образом, положение пункта 7 статьи 38 Семейного кодекса
Российской Федерации — в системе норм, регулирующих вопросы применения исковой давности, в том числе во взаимосвязи с пунктом 2
статьи 9 того же Кодекса и пунктом 1 статьи 200 ГК Российской Федерации, с учетом разъяснения, содержащегося в пункте 19 постановления
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998
года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении
дел о расторжении брака», согласно которому срок исковой давности
по названным в пункте 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации требованиям исчисляется не с момента расторжения брака, а со
дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего
права, — не может рассматриваться как нарушающее конституционные
права граждан (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 октября 2008 года № 651-О-О, от 24 декабря 2012 года
№ 2407-О, от 23 декабря 2014 года № 2907-О и от 21 мая 2015 года
№ 1199-О). Определение же конкретного момента, с которого судам
надлежало исчислять течение срока исковой давности по заявленному
Л.И. Саликовой требованию, к компетенции Конституционного Суда
Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции
— 330 —
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]