Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовые гарантии в сфере алиментирования. Монография.pdf
§ 1. Правовые гарантии возникновения и осуществления алиментных прав
лицам, но никак не ребенка1. Такой вывод следует из того, что в семейном праве права родителей, как правило, одновременно являются их
обязанностями. В целях разграничения возможного (дозволительного)
и должного начал для определения, где имеет место ненадлежащее
осуществление семейных прав, а где – ненадлежащее исполнение
обязанности, в основу закладывается тезис о том, что права родители
осуществляют по отношению друг к другу, но исполняют обязанности по отношению к ребенку. Такой подход однозначно имеет право
на существование, но он не имеет прямого отношения к институту
алиментирования, так как между родителями ребенка правоотношения
отсутствуют. Алиментные обязательства возникают исключительно
между обязанным родителем и управомоченным ребенком. В них исполнение обязанности родителем влечет прежде всего не одновременное осуществление одноименного права родителем, но осуществление
алиментных прав ребенка. Поэтому исключение причинения вреда
интересам ребенка, о котором говорится в определении злоупотребления родительскими правами Верховного Суда Российской Федерации,
не представляется возможным.
Сложность в разграничении ненадлежащего осуществления семейных прав и ненадлежащего исполнения обязанностей действительно
существует, поскольку грань между ними весьма тонка. В данном
контексте следует обратить внимание на содержание п. 1 ст. 7 СК РФ,
согласно которому необходимо соблюдение не только пределов осуществления прав, но и пределов исполнения обязанностей. При этом
ничего подобного в ст. 10 ГК РФ не содержится, в ней говорится только
о выходе за пределы осуществления гражданских прав. Такая специфическая черта семейного права как раз объясняется характерностью
для него юридической конструкции «право – обязанность», особенно
явно проявляющейся в детско-родительских правоотношениях. Нарушение пределов исполнения обязанностей членов семьи («злоупотребление обязанностями»2) выражается в таком их исполнении, ненадлежащем исполнении или неисполнении, которое влечет нарушение
прав, свобод и интересов как другой стороны в правоотношении, так
и третьих лиц. Именно по этой причине злоупотребление родительскими правами включает в себя примеры ненадлежащего исполне-
1
Матанцев Д.А. Категория злоупотребления правом в гражданском и семейном
законодательстве и доктрине Российской Федерации: автореф. дис. … канд. юрид. наук.
М., 2012. С. 9–10.
2
См.: Волков А.В. Злоупотребление гражданскими правами: проблемы теории и прак-
тики: дис. … д-ра юрид. наук. М., 2010. С. 77.
131
Глава 2. Правовые гарантии в контексте стадий алиментного правоотношения
ния обязанностей, квалифицируется как семейное правонарушение1
и влечет применение мер семейно-правовой ответственности в виде
лишения родительских прав (ст. 69 СК РФ) или отмены усыновления
(ст. 141 СК РФ).
Несмотря на то, что алиментообязанное лицо не осуществляет никаких прав в рамках обязательств по уплате алиментов, но исполняет
обязанность, оно может злоупотреблять правами в правоотношениях
с третьими лицами, но во вред алиментоуправомоченному лицу. Например, лицо может расторгнуть брак для обоснованности формализации алиментного обязательства, в силу которого будут выплачиваться
алименты на несовершеннолетних детей, рожденных в этом браке,
посредством обращения в суд или заключения алиментного соглашения в целях снижения размера алиментов, выплачиваемых на ребенка,
рожденного в предыдущем браке. Представляется, что данные действия
могут быть квалифицированы в качестве злоупотребления правом,
поскольку право осуществляется исключительно с намерением причинить вред другому лицу.
Однако семейное законодательство может предусматривать правовые последствия таких действий алиментообязанного лица лишь
в том случае, если речь идет о недобросовестном осуществлении
семейных прав. Последний вывод имеет отношение также к злоупотреблению правами получателем алиментов. В качестве примера
можно назвать недостойное поведение алиментоуправомоченного
лица (п. 2 ст. 119 СК РФ), представляющее собой злоупотребление
как алиментными, так и иными семейными правами. Правовым
последствием в данном случае является освобождение обязанного
лица от предоставления содержания, т.е. отказ в защите права на получение содержания2.
О.А. Поротикова указывает, что злоупотреблять правами может
лишь управомоченное лицо и только путем активных действий, так
как осуществление права посредством бездействия есть отказ от осуществления права, которое не может причинить вред3. Но специфика
1
См.: Антокольская М.В. Семейное право: учебник. С. 230.
2
См.: Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / отв. ред.
А.М. Нечаева. С. 358. Автор комментария – А.М. Рабец; Матанцев Д.А. Категория
злоупотребления правом в гражданском и семейном законодательстве и доктрине Российской Федерации: автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 10.
3
Поротикова О.А. Проблема злоупотребления субъективным гражданским правом:
дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2002. С. 10-11. См. также: Дерюгина Т.В. Пределы
осуществления гражданских прав: монография. М.: Зерцало-М, 2010. С. 119, 121.
132
§ 1. Правовые гарантии возникновения и осуществления алиментных прав
алиментных правоотношений, выражающаяся в «замещающей» роли
законного представителя алиментоуправомоченного лица, говорит
об ином. В качестве примера злоупотребления родительскими правами в сфере алиментирования может служить неосуществление права
несовершеннолетнего ребенка на получение содержания ввиду бездействия его законного представителя, поскольку это противоречит
существу алиментирования, не отвечает интересам ребенка, а также
причиняет им вред1. Законный представитель, не являясь стороной
алиментного правоотношения, по существу, принимает решение об отказе от осуществления соответствующего права ребенка, что не может
быть расценено положительно. Именно по этой причине законодатель предусматривает такую правовую гарантию осуществления права
на получение содержания, как право органа опеки и попечительства
обратиться в такой ситуации в суд с иском о взыскании алиментов
(п. 3 ст. 80 СК РФ).
Соглашение об уплате алиментов может выступать в качестве так
называемого злоупотребительного соглашения, что обусловливается
злоупотреблением свободами заключать или не заключать соглашение, выбора вида заключаемого соглашения, определения условий
соглашения2 (вместе с тем в данном случае необходимо учитывать
ограниченное действие принципа свободы договора в семейном
праве). Так, соглашение об уплате алиментов может быть совершено для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые
последствия, но для целей, в частности, уменьшения размера сумм,
выплачиваемых должником по решению суда (мнимая сделка, ст. 170
ГК РФ)3.
Кроме того, заключение соглашения об уплате алиментов на содержание ребенка до возбуждения дела о банкротстве расценивается
судами в качестве злоупотребления правом, если имело место недоб-
1
Позволим себе не согласиться с мнением Д.А. Матанцева о том, что одним из обязательных признаков любого злоупотребления правом является прямая цель (намерение)
причинения вреда (См.: Матанцев Д.А. Категория злоупотребления правом в гражданском и семейном законодательстве и доктрине Российской Федерации: автореф. дис. …
канд. юрид. наук. С. 8), так как это характерно исключительно для шиканы как одной
из форм злоупотребления правом (См. подр.: Андреев Ю.Н. Ограничения в гражданском
праве России. СПб.: Юридический центр Пресс, 2011. С. 345; Поротикова О.А. Проблема
злоупотребление субъективным гражданским правом. М.: Волтерс Клувер, 2008. С. 257).
2
См. подр.: Кратенко М.В. Злоупотребление свободой договора: частноправовые
и публично-правовые аспекты: монография. М.: Волтерс Клувер, 2010. С. 27–29.
3
См., напр.: апелляционное определение Новосибирского областного суда от 12 мая
2016 г. по делу № 33-3796/2016 // СПС «КонсультантПлюс».
133
Глава 2. Правовые гарантии в контексте стадий алиментного правоотношения
росовестное поведение, направленное на искусственное увеличение
кредиторской задолженности должника и получение приоритетного
права на погашение требований отдельным кредитором1. Согласно
п. 2 ст. 10 ГК РФ суд с учетом характера и последствий допущенного
злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права
полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом и обеспечивающие защиту интересов добросовестной
стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой
стороны2. В качестве такой меры может выступать признание сделки
недействительной полностью или частично. Именно указанная мера
применяется судами при рассмотрении споров, связанных с включением в реестр требований кредиторов задолженности, взыскиваемой
на основании соглашения об уплате алиментов, которое квалифицируется как подозрительная сделка по правилам ст. 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности
(банкротстве)»3.
Представленный общий анализ особенностей пределов осуществления семейных прав и исполнения обязанностей позволяет сделать вывод о том, что действие принципа добросовестного осуществления семейных прав подразумевает недопустимость злоупотребления семейными правами, осуществление семейных прав в соответствии с их назначением и без нарушения прав, свобод и интересов
других лиц.
Правовые льготы как правовые гарантии в сфере алиментирования.
Правовые льготы являются правовыми гарантиями, посредством
которых осуществляется позитивное обеспечение. Будучи особыми
правовыми средствами, они выполняют гарантирующую функцию,
подразумевающую улучшение фактического положения субъекта путем
предоставления ему дополнительных прав (преимуществ) или освобождения от обязанностей, следствием чего является более полное
удовлетворение его интересов и потребностей4. Ввиду того, что система
правовых гарантий обладает межотраслевым характером, в данном
1
См., напр.: постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 ноября
2014 г. по делу № А41-27844/12 // СПС «КонсультантПлюс».
2
См.: п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Бюллетень Верховного
Суда РФ. 2015. № 8.
3
Собрание законодательства РФ. 2002. № 43. Ст. 4190.
4
См.: Матузов Н.И., Малько А.В. Теория государства и права: учебник. С. 512.
134
§ 1. Правовые гарантии возникновения и осуществления алиментных прав
случае речь идет о правах и обязанностях различной отраслевой природы, не только семейно-правовой.
Примерами правовых льгот, предоставляемых сторонам алиментного правоотношения, являются взыскание алиментов за прошедший
период, предшествующий предъявлению иска о взыскании алиментов
(п. 2 ст. 107 СК РФ), взыскание алиментов до разрешения спора судом
(ст. 108 СК РФ), альтернативная подсудность для исков о взыскании
алиментов (ч. 3 ст. 29 ГПК РФ), первая очередь удовлетворения требований о взыскании алиментов в случае недостаточности имущества
алиментообязанного лица (ч. 1 ст. 111 Закона об исполнительном
производстве), освобождение от налогообложения алиментов (п. 5
ст. 217 НК РФ), освобождение от уплаты задолженности по алиментам
при наличии уважительных причин (п. 2 ст. 114 СК РФ), установление
перечня имущества, принадлежащего гражданину-должнику на праве
собственности, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам (ст. 446 ГПК РФ)1, и др.
Итак, в качестве выводов можно обозначить следующие положения.
1. Юридические факты являются не только правовыми гарантиями
возникновения и осуществления семейных прав и исполнения обязанностей, но и так называемыми гарантиями гарантий, поскольку от них
зависит реализация всей системы правовых гарантий в сфере алиментирования. Дифференциация оснований возникновения и прекращения
алиментных обязательств в зависимости от способа их формализации
является нецелесообразной, так как соглашение об уплате алиментов
и решение суда не обладают правопорождаюшим свойством.
2. Отсутствие легальных дефиниций таких оснований алиментирования, как нетрудоспособность и нуждаемость, в значительной
степени снижает степень правовой гарантированности алиментных
обязательств. Потребности, неспособность самостоятельного удовлетворения которых влечет нуждаемость лица в материальной помощи, должны отвечать двум критериям – разумности и жизненной
необходимости.
1
В судебной практике отмечается, что нормы ст. 446 ГПК РФ устанавливают имущественный иммунитет в отношении принадлежащего гражданину-должнику имущества, в частности, на продукты питания и деньги на общую сумму не менее установленной
величины прожиточного минимума самого гражданина-должника и лиц, находящихся
на его иждивении, и это не предполагает ее применение к случаям алиментных обязательств, направленных на жизнеобеспечение несовершеннолетнего ребенка. См.: решение Верховного Суда Российской Федерации от 7 июня 2017 г. по делу № АКПИ17- 235 //
СПС «КонсультантПлюс».
135
Глава 2. Правовые гарантии в контексте стадий алиментного правоотношения
3. Новация алиментных обязательств противоречит их существу
и создает условия для обхода правовых норм, устанавливающих правовые гарантии в сфере алиментирования.
4. Нарушение пределов осуществления семейных прав и исполнения обязанностей, как правило, квалифицируется в семейном праве в качестве семейного правонарушения и влечет применение мер
ответственности.
5. Правовые льготы предполагают предоставление сторонам алиментного правоотношения дополнительных прав или освобождение
их от обязанностей различной отраслевой природы.
§ 2. Формализация алиментного обязательства как правовая гарантия
Правовой гарантией является также формализация алиментного обязательства, которая включает в себя конкретизацию алиментных прав
и обязанностей, а также формы их осуществления и исполнения. Алиментные права и обязанности конкретизируются и реализуются в рамках
той или иной формы, что содействует приданию им свойства реальности,
проявлению правовых норм, регулирующих отношения по поводу уплаты
алиментов, в действительности1. Более того, при формализации алиментных правоотношений конкретизацию получают и правовые гарантии,
которые будут обеспечивать права и интересы сторон алиментирования.
Иначе говоря, посредством формализации алиментного правоотношения
осуществляется индивидуализация установленной законодательством
модели правового гарантирования. Это позволяет говорить о том, что
каждому алиментному обязательству присуща собственная, исключительная и неповторимая система правовых гарантий.
Законодательство предусматривает различные средства формализации алиментных правоотношений. Избираемым стороной или
1
См.: Залоило М.В. Понятие и формы конкретизации юридических норм: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2011. С. 8. Нами разделяется мнение М.В. Залоило
о необходимости выделения не только правореализационной, но и правотворческой
и правоинтерпретационной формы конкретизации правовых норм. Данные формы
также обладают обеспечительным значением, которое проявляется вследствие правотворческой или правоинтерпретационной конкретизации правовых норм в виде
конкретизации содержащихся в них правовых гарантий. Вместе с тем в контексте формализации алиментных правоотношений преимущественный интерес представляет
правореализационная форма конкретизации правовых норм, а потому именно ей будет
уделено существенное внимание.
136
§ 2. Формализация алиментного обязательства как правовая гарантия
сторонами средством формализации обязательств по предоставлению
содержания определяется объем предоставляемых правовых гарантий,
степень правовой гарантированности алиментных прав и обязанностей. Обозначенное позволяет выделить основные и факультативные
средства формализации алиментных обязательств между членами семьи. Основные средства являются универсальными и характеризуются
тем, что они закреплены в нормах СК РФ, предполагают развитую
систему правовых гарантий прав и интересов сторон алиментирования,
могут быть избраны любыми субъектами алиментирования, направлены на регулирование отношений по уплате алиментов в целом. К ним
относятся соглашение об уплате алиментов (гл. 16 СК РФ) и судебное
решение о взыскании алиментов.
Факультативные средства формализации алиментных правоотношений, как правило, не обладают такой универсальностью, для них
не характерны те или иные признаки, присущие основным средствам
формализации. Иными словами, в СК РФ может отсутствовать указание на них, поскольку они предусматриваются иными нормативными
правовыми актами, они не всегда обладают необходимой и эффективной системой правовых гарантий, обеспечивающих алиментные права
и обязанности, могут иметь ограничения по субъектному составу, регулировать отдельные виды алиментных отношений. В качестве таковых
выступают судебный приказ (ст. 122 ГПК РФ), мировое соглашение
(ст. 39 ГПК РФ), медиативное соглашение (ст. 12 Закона о медиации),
брачный договор, включающий условие о взаимном содержании между
супругами (ст. 42 СК РФ), соглашение об участии в несении дополнительных расходов (ст. 86, 88 СК РФ), соглашение о порядке выплаты
и размере средств на содержание (ст. 24 СКРФ) и др.
Так, судебный приказ, мировое соглашение и медиативное соглашение ни коим образом не упоминаются в нормах СК РФ1. В отношении медиативного соглашения, брачного договора и соглашения
об участии в несении дополнительных расходов приходится констатировать недостаточность правового гарантирования прав и интересов
сторон алиментного правоотношения. Судебный приказ, брачный
1
Несмотря на отсутствие в СК РФ какого-либо упоминания о судебном приказе,
статистические данные свидетельствуют о том, в 2014 г. было удовлетворено 315 250
заявлений о взыскании алиментов на детей, из которых по 231 182 выдан судебный
приказ, что составляет более 73%. См.: Обзор судебной практики по делам, связанным
со взысканием алиментов на несовершеннолетних детей, а также на нетрудоспособных
совершеннолетних детей (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации
13 мая 2015 г.) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2015. № 7.
137
Глава 2. Правовые гарантии в контексте стадий алиментного правоотношения
договор и соглашение о порядке выплаты и размере средств на содержание характеризуются наличием ограничений субъектного состава.
Судебный приказ подлежит выдаче лишь в случаях взыскания алиментов на несовершеннолетних детей при отсутствии споров, связанных
с установлением отцовства, оспариванием отцовства (материнства),
необходимости привлечения других заинтересованных лиц. В свою
очередь, брачный договор регулирует лишь отношения по предоставлению содержания между супругами, а соглашение о порядке выплаты
и размере средств на содержание – отношения по алиментированию
несовершеннолетних детей и нетрудоспособного нуждающегося супруга. Соглашение об участии в несении дополнительных расходов
предназначено для регулирования алиментных отношений, носящих
дополнительный, вспомогательный характер. Несмотря на отсутствие
признака универсальности, судебный приказ и утверждаемое судом
мировое соглашение исполняют роль судебного решения; приказное
производство является альтернативным по отношению к исковому
производству. Отсюда они значительно ближе к основным средствам
формализации алиментных правоотношений, нежели иные обозначенные договорные конструкции.
Средства формализации алиментных обязательств, не являясь
основаниями их возникновения, обладают процедурной, организационной природой. Как справедливо отмечал К.Н. Анненков, суд
понуждает исполнять обязанность по предоставлению содержания,
но никак ее не устанавливает1. Аналогичного мнения придерживается
А.А. Павлов, который квалифицирует иск о взыскании алиментов как
иск о присуждении, что позволяет ему прийти к разделяемому нами
выводу о правоподтверждающем (но не правопорождающем) значении судебного решения и процедурной роли соглашения об уплате
алиментов2. Кроме того, выше нами обосновывался тезис о существовании не только имущественных, но и организационных алиментных
правоотношений, которые «встроены» в первые, направлены на их
упорядочение, организацию, обеспечение и возникают вследствие
заключения соглашения об уплате алиментов, вынесения судебного
решения или выдачи судебного приказа. Можно резюмировать, что
соглашению об уплате алиментов присущи черты организационных
договоров, ибо оно не порождает или прекращает права и обязанности
1
Анненков К.Н. Система русскаго гражданскаго права. Том V. Права семейныя
и опека. СПб.: Типографiя М.М. Стасюлевича, 1905. С. 171.
2
См.: Гражданское право: учебник: в 3 т. / под ред. А.П. Сергеева. Т. 3. С. 546, 556.
Автор параграфа – А.А. Павлов.
138
§ 2. Формализация алиментного обязательства как правовая гарантия
членов семьи по поводу алиментирования, но формализует их посредством определения порядка исполнения алиментной обязанности.
Несмотря на наличие различных договорных конструкций, в качестве правопрепятствующего факта для обращения в суд с требованием о взыскании алиментов согласно ст. 106 СК РФ выступает
исключительно заключение соглашения об уплате алиментов, что
обусловливается достаточно высокой степенью правовой гарантированности прав и интересов сторон алиментирования. Однако правопрепятствующее значение будут иметь также мировое соглашение
и медиативное соглашение, утвержденное судом в качестве мирового
соглашения (ч. 3 ст. 12 Закона о медиации), так как в данном случае
отсутствует необходимость повторной формализации алиментного
правоотношения ввиду достаточности правового гарантирования,
что тем не менее не исключает возможности изменения алиментных
правоотношений в судебном порядке. Напротив, брачный договор, соглашение об участии в несении дополнительных расходов, внесудебное
медиативное соглашение не препятствуют обращению в суд с требованием о взыскании алиментов. Это в определенной степени решает
проблему отсутствия специальных правовых гарантий, направленных
на обеспечение их принудительного исполнения, подобных тем, что
действуют в отношении алиментного соглашения.
Как видно, действующее семейное законодательство придает весомое значение договорному регулированию семейных отношений.
Договор, выходя за пределы гражданско-правового регулирования, становится инструментом, все в большей мере характерным и для других
отраслей права и законодательства, получает межотраслевое значение1.
Вместе с тем в рамках той или иной отрасли права он приобретает
специфические черты, обусловленные особенностями регулируемых
общественных отношений2. Семейное право не стало исключением
и обогатило себя таким правовым явлением, как семейно-правовой
договор.
1
См.: Халфина Р.О. Общее учение о правоотношении. С. 292–293; Калабеков Ш.В.
Договор как универсальная правовая конструкция: автореф. дис. … канд. юрид. наук.
М., 2004. С. 7; Кашанина Т.В. Структура права: монография. С. 520, 522. В наши дни
исследователи обращают пристальное внимание и на роль, правовую природу договоров в публичных отраслях права. См., напр. Елисеев Н.Г. Процессуальный договор. М.:
Статут, 2015. С. 30–39.
2
См.: Калабеков Ш.В. О понимании конструкции «договор» // Юрист. 2002. № 11.
С. 14; Низамиева О.Н. К вопросу о перспективах развития договорного регулирования
семейных отношений // Ученые записки Казан. ун-та. Серия «Гуманитарные науки».
2011. Т. 153. Кн. 4. С. 100–101.
139
Глава 2. Правовые гарантии в контексте стадий алиментного правоотношения
Соглашение об уплате алиментов представляет собой яркий пример
семейно-правового договора1, отличающегося от гражданско-правовых договоров, опосредующих предоставление содержания, к которым можно отнести договоры ренты2, дарения и безвозмездного
пользования (ссуды). К их основным отличительным особенностям
относятся субъектный состав и основания возникновения правоотношений по предоставлению содержания. Другие отличия проявляются
при сопоставлении алиментного соглашения с каждой из гражданскоправовых договорных конструкций.
Рентные правоотношения характеризуются двусторонне обязывающим характером, возмездностью, что противоречит существу алиментирования. Договор дарения отличает целевой признак, заключающийся в обогащении одаряемого путем, в частности, передачи ему
имущества в дар, который расходуется по его же усмотрению3. Договор
безвозмездного пользования (ссуды) отличается от соглашения об уплате алиментов путем предоставления имущества в пользование (п. 2
ст. 104 СК РФ) своей целью (основанием), так как для него характерно
извлечение выгоды в результате получения имущества в безвозмездное
пользование, а также предметом договора, в качестве которого могут выступать земельные участки и другие обособленные природные
1
О семейно-правовой природе соглашения об уплате алиментов см.: Беспалов Ю.Ф.
Семейно-правовое положение ребенка в Российской Федерации: монография. С. 44;
Богданова Г.В. Проблемы правового регулирования личных и имущественных отношений между родителями и детьми: дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 1999. С. 135, 138;
Казанцева А.Е., Титаренко Е.П. Правовая природа семейного соглашения // Вестник
Алтайской академии экономики и права. 2009. № 13. С. 105–107; Капитова О.В. Правовая природа механизма алиментирования в семейном праве Российской Федерации:
монография. С. 55; Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / отв.
ред. А.М. Нечаева. С. 310. Автор комментария – А.М. Рабец; Лушников А.М., Лушни-
кова М.В., Тарусина Н.Н. Договоры в сфере семьи, труда и социального обеспечения:
учеб. пособие. М.: Проспект, 2010. С. 37. Автор главы – Н.Н. Тарусина; Низамиева О.Н.
Договорное регулирование имущественных отношений в семье. С. 161; Чашкова С.Ю.
Система договорных обязательств в российском семейном праве: дис. … канд. юрид.
наук. С. 128–129; Чефранова Е.А. Имущественные отношения супругов: науч.-практ.
пособие. С. 239; Семейное право: учебник для бакалавров / под ред. Е.А. Чефрановой.
С. 238. Автор параграфа – Н.В. Тригубович; Сiмейне право Украïни: пiдручник / за заг.
ред. В.I. Борисовоï та I.В. Жилiнковоï. Х.: Право, 2012. С. 55; и др.
2
В свое время особенности договора пожизненного содержания с иждивением
позволили М.И. Бару использовать по отношению к нему термин «алиментирование».
См.: Советское гражданское право: в 2 ч. / под ред. В.Ф. Маслова, А.А. Пушкина. Ч. 2.
Киев: Высшая школа, 1978. С. 343.
3
Подробнее о соотношении соглашения об уплате алиментов и договоров ренты
и дарения см.: Косова О.Ю. Алиментирование и гражданско-правовые формы предоставления содержания // Академический юридический журнал. 2004. № 3. С. 39–45.
140