Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Политические проблемы современной глобалистики. Учебное пособие
.pdf
ООН в ее системе управления накопились различные проблемы, такие как поглощение большого объема ресурсов,
недостаток прозрачности и подотчетности, громоздкость,
дублирование функций различных комиссий, комитетов и
агентств.
Вследствие глобализационных процессов в XXI в. международный мир и безопасность столкнулись с новыми вызовами и угрозами.
Все эти общемировые проблемы, требуют новых решений и скоординированных действий всего международного
сообщества.
За последние годы все же были осуществлены определенные практические мероприятия по реформированию
организации. Активно участвуя в деятельности ООН, Республика Беларусь и Российская Федерация отмечают, что
ООН в XXI в. призвана выступать главным центром регулирования международных отношений, и они будут решительно противодействовать попыткам принизить роль
ООН и Совета Безопасности в мировых делах. Постоянно
подчеркивается, что республики будут добиваться формирования многополярной системы международных отношений, реально отражающей многоликость современного
мира с разнообразием его интересов. Министр иностранных дел Республики Беларусь В. Макей убежден: «Реализация этих знаковых инициатив призвана самым серьезным
образом трансформировать жизнь всех стран и народов,
обеспечить справедливую глобализацию, в которой не
было бы проигравших, искоренить нищету, сохранить планету для будущих поколений».
Подводя итог деятельности и проблемам реформирования ООН, надо иметь ввиду, что это межгосударственная
организация, где каждый участник отстаивает свои нацио-
нальные интересы и это обстоятельство негативно влияет на решение глобальных проблем. Некоторые субъекты
глобализации могут только опосредованно влиять на деятельность ООН.
К сожалению, в мире нет другой такой структуры, каковой является ООН, где обсуждаются проблемы и делаются
попытки найти механизмы их решения. Совершенно справедливо Генеральный секретарь ООН А. Гутьерреш отмечал,
что организация «...не может самостоятельно решить ни одну
141
из указанных проблем. Они затрагивают все международное сообщество и требуют, чтобы все мы внесли свой вклад.
Однако без мощной и эффективной Организации решение
этих проблем станет для народов мира неизмеримо более
сложной задачей. Будут ли народы мира располагать такой
организацией, зависит сегодня от приверженности их правительств такой организации».
Обратимся к такому субъекту глобализация, как цивили-
зации. Долгое время в политической науке как на Западе,
так и на Востоке этот субъект лишь упоминался. Говорилось о земной цивилизации в целом. Российский философ
А. Чумаков отмечает что «...причиной этого был значительный разброс мнений, поскольку не были установлены критерии того, что считать цивилизацией. Есть точка зрения,
что всемирная история представляет собой не целостный
процесс социальных изменений, поэтапно разворачивающихся во времени, а отдельные, независимые друг от друга
социально-политические и территориально ограниченные
образования, которые и есть цивилизации».
Ситуацию «взорвал» в 1994 г. политолог США С. Хантингтон, опубликовавший статью «Столкновение цивилизаций». По Хантингтону столкновение цивилизаций
неизбежно: во-первых, потому, что различия между цивилизациями не просто реальны, они наиболее существенны;
во-вторых, потому, что «мир становится все более тесным»;
в-третьих, «процессы экономической модернизации» и
социальных изменений во всем мире размывают традиционную идентификацию людей с их местом жительства,
одновременно ослабевает и роль нации-государства как
источника идентификации; в-четвертых, господство Запада вызывает «рост цивилизационного самосознания» в
незападных странах, «у которых достаточно стремления,
воли, ресурсов, чтобы придать миру незападный облик»;
в-пятых, потому что «культурные особенности и различия
менее подвержены изменениям, чем экономические и политические, и вследствие этого их сложнее разрешить либо
свести к компромиссу». От себя добавим об отсутствии всеобщих моральных и правовых регуляторов.
Смысл теории Хантингтона сводился к следующему. Отказ от идеологии «коммунизма» и сдвиги в структуре традиционных государств (распад одних образований, появле-
142
ние других и т.д.) не привели к автоматическому равнению
всего человечества на «универсальную» систему атлантических ценностей, но, напротив, сделали вновь актуальными
более глубокие культурные пласты, освобожденные от поверхностных идеологических клише. А. Чумаков справедливо пишет о том, что «за пределами западного мира трактуемые на западный манер общечеловеческие ценности
мало что означают… трактуются совсем иначе, по своему, с
позиций собственных культур, верований, традиций».
Например, незападные культуры никогда не ставили
цель преобразовать мир, обеспечить власть человека над
природой. Именно западная техногенная цивилизация поро-
дила глобальные проблемы.
Хантингтон утверждал, что наряду с западной (атлантистской) цивилизацией, включающей в себя Северную Америку и Западную Европу, можно предвидеть геополитическую
фиксацию еще семи потенциальных цивилизаций: 1) славяно-православная, 2) конфуцианская, 3) японская, 4) исламская, 5) индуистская, 6) латиноамериканская, 7) африканская. Автор данного пособия соединил бы в одну цивилизацию конфуцианскую и японскую, назвав бы ее восточноазиатской и выделил бы отдельно негроидную, поскольку Север
Африки относится к мусульманской цивилизации.
Конечно, эти потенциальные цивилизации отнюдь не
равнозначны. Но все они едины в том, что вектор их развития и становления ориентирован в направлении, отличном
от траектории атлантизма и цивилизации Запада. Так, Запад снова оказался в ситуации противостояния. Хантингтон считал, что это практически неизбежно и что уже сейчас, несмотря на эйфорию мондиалистских кругов, надо
принять за основу реалистическую формулу: «The West and
The Rest» («Запад и все остальные»).
По мнению С. Хантингтона, в нарождающемся мире источниками конфликтов стали уже не идеология и не экономика, а важнейшие границы, разделяющие человечество,
т.е. сегодня преобладающие источники конфликтов определяются культурой.
Означает ли это, что нация-государство перестанет быть
главным субъектом глобализации? Нет, Хантингтон так не
считал. Но, по его словам, наиболее значимые конфликты
глобальной политики будут разворачиваться между нациями
143
и группами, принадлежащими к разным цивилизациям. Столкновение цивилизаций станет доминирующим фактором мировой политики. «Линии разлома между цивилизациями, –
считал Хантингтон, – это и есть линии будущих фронтов».
Идентичность на уровне цивилизации, по мнению Хантингтона, будет становиться все более важной и облик мира
будет в значительной мере формироваться в ходе взаимодействия семи-восьми крупных цивилизаций.
Как уже говорилось, различия между цивилизациями
не просто реальны, они наиболее существенны. Цивилиза-
ции несхожи по своей истории, языку, культуре, традициям и религии. Люди разных цивилизаций по-разному смотрят на отношения между Богом и человеком, индивидом
и обществом, гражданином и государством, родителями и
детьми, мужем и женой, имеют разные представления о соотносительной значимости прав и обязанностей, свободы
и принуждения, равенства и иерархии. Они более фундаментальны, чем различия между политическими идеологиями и политическим режимом. Конечно, различия не
обязательно предполагают конфликт, а конфликт не обязательно предполагает насилие. Однако в течении веков самые затяжные и кровопролитные конфликты порождались
именно различиями между цивилизациями.
Процессы экономической модернизации и политических изменений во всем мире размывают традиционную
идентификацию людей с местом жительства, одновременно
ослабевает и роль нации-государства как источника идентификации. Государства, образовавшиеся в результате лакуны
по большей части заполняются религией, нередко в форме
фундаменталистских движений. Подобные движения сложились не только в исламе, но и в западном христианстве,
иудаизме, буддизме, индуизме. В большинстве стран и конфессий фундаментализм поддерживают образованные молодые люди, высококвалифицированные специалисты из
средних классов, лига свободных профессий, бизнесмены.
Рост цивилизационного самосознания диктуется раздвоением роли Запада. С одной стороны, Запад пока находится на вершине своего могущества, а с другой (у других субъектов) – происходит возврат к собственным корням. Все чаще приходится слышать о «возврате Японии в
Азию», о конце влияния идей Неру и «индуизации Индии»,
144
о провале западных идей социализма и национализма и
«реисламизации» Ближнего Востока. На вершине своего
могущества Запад сталкивается с незападными странами,
у которых достаточно стремления, воли и ресурсов, чтобы
придать миру незападный облик. Хантингтон критиковал
Запад за его высокомерие и стремление подчинить весь мир
своим интересам: «Выражение “мировое сообщество” превратилось в эвфемизм, заменивший выражение “свободный мир”. Оно призвано придать общемировую легитимность действиям, отражающим интересы США и других
стран, но по сути дела Запад использует международные
организации, военную мощь и финансовые ресурсы для
того, чтобы править миром, утверждая свое превосходство,
защищая западные интересы и утверждая западные политические и экономические ценности»
1
.
Культурные особенности и различия менее подвержены
изменениям, чем экономические и политические, и вследствие этого, противоречия, основанные на них, сложнее
разрешить или свести к компромиссу. В бывшем Советском
Союзе коммунисты могли стать демократами, богатые превратиться в бедных, а бедняки – в богачей, но русские при
всем желании не смогут стать эстонцами, а азербайджанцы – армянами.
В рамках данного пособия попытаемся вкратце дать характеристику основных современных цивилизаций, с учетом того, что им посвящена многочисленная литература.
Западная цивилизация, возникнув как «равная среди равных», в последующем потеснила, а потом и способствовала гибели или упадку цивилизаций Южной и Центральной
Америки, Мексики. Развитие крупнейших и древнейших
цивилизаций Азии и Африки – Индостана, Персии, Аравии, Магриба, Эфиопии, Южной Африки было заторможено, а потом надолго вошло в полосу стагнации и мучительного приспособления к североамериканцам и западноевропейцам. В связи с этим история международных отношений
не случайно почти до XXI в. воспринималась как история
экспансии западной цивилизации, все проблемы как бы
вертелись вокруг США и стран Западной Европы. Пик их
прямого контроля над остальным миром был достигнут в
1
Хантингтон, С. Кто мы? Вызовы американской национальной иден-
тичности / С. Хантингтон. М., 2018.
145
1920 г. – 25,5 млн миль2 (из 52,5 млн миль2 общей земной
поверхности). В XXI в. зона контроля уменьшилась до 12,7
2
млн миль
(Западная Европа, Северная Америка, Израиль,
Австралия и Новая Зеландия) с населением 11% мирового
в 2005 г. и 10% – в 2025 г. (меньше численности китайской,
индуистской, исламской цивилизаций). Вершина промышленного производства пришлась на 1928 г. – 84,2% мирового (64,1% – в 1950 г., 48,8% – на рубеже тысячелетий).
К 2020 г. доля Запада в мировом валовом продукте составила примерно 30%. В 1900 г. Запад командовал 44% военнослужащих мира, а в 2018 г. – 21%.
До XXI в. судьбы мира вершились исключительно внутри западного ареала. Его цивилизация в силу явного технологического превосходства над остальными народами
фактически навязала им свое представление об образе
существования. Никакие национальные или культурные
особенности в расчет при этом не принимались. Католико-протестантские ценности, которые, кстати, постоянно
игнорируются и на Западе, считались единственно достойными для организации всего мирового сообщества.
Демократия, понимаемая как приоритет личности над государством, являлась сутью социального мироустройства,
а товарная экономика – способом достижения всеобщего
благополучия. Но, как считал один из идеологов антиглобалистов К. Маркос: «...этот самый образ разлагает величайшие культуры Африки, Европы и Латинской Америки:
уничтожаются целые народы, превращаясь в пресную копию американского стандарта, обезличивающего нации».
Почему так произошло? Российский аналитик В. Шейнис
отмечает: «...дело не только в количестве, но и в качестве
этого наплыва, размывается однородность… европейского
цивилизационного социума у себя дома, сдвигается баланс между разными культурными сообществами. Причем
мигранты поселяются преимущественно в маргинальной
среде европейских городов, их молодежь по своим представлениям и устремлениям – благодатная среда для восприятия квазимарксистских, исламистских и иных агрессивных верований». Усиливается энергозависимость Запада от других цивилизаций. Ведь только США тратят 35%
мировой энергии, которую забирают у других стран и народов. Невозможно себе представить, что произошло бы с
146
жителями Западной Европы и США, если бы вдруг прекратилась подача энергии в их страны. Они стали заложниками собственной системы ценностей. Чтобы избежать этого
коллапса военные США разместились в 120 странах мира.
Их и союзников интересуют не права человека и свободы
личности, ими владеет прагматическая цель – пользуясь
политическим и военным преимуществом, заполучить эти
энергетические территории до конца XXI в. Это видно на
примере поведения США и Европы в Сирии, Ираке и Афганистане.
Любопытное суждение на этот счет высказал бывший
посол США в Республике Беларусь Дж. Крол: «Большинство американцев не выезжает за пределы своей страны. У них складывается ограниченный взгляд на мир….
В США существует тенденция воспринимать весь мир
как свое отражение, ожидать, что другие люди будут безоговорочно принимать их взгляд на положение вещей в
мире. Хотя на самом деле он, безусловно, отличен, ведь на
Земле множество культур. И это способствует возникновению глубокого недопонимания, которое потенциально
может обернуться серьезными сложностями». Западная
цивилизация имеет колоссальную слабость перед другими:
в западноевропейской и североамериканской культурах
традиционно высока ценность человеческой жизни. Запад
панически боится людских потерь и старается избегать их
всеми средствами. Гибель одного солдата при проведении
миротворческой операции вызывает бурю общественного
негодования, а за судьбой нескольких рядовых, попавших
в плен в свое время на территории Ирака, с напряженным
вниманием следили в США.
Опасность ситуации в том, что для западного мира слишком велик соблазн увидеть в происходящем свидетельство
его недостаточной твердости, отстаивания своих ценностей.
Тот же С. Хантингтон в красноречивой статье «Запад уникален, но не универсален», говоря о разрыве моральных принципов с практикой Запада, указывает, что «...лицемерие и
двойные стандарты служат платой за универсалистские претензии… Вера в то, что незападные народы должны принять
западные ценности, институты и культуру, если говорить всерьез, аморальна по своим последствиям». В противовес Западу появились новые суперэтносы: китайский, исламский,
147
индуистский и другие, заявившие о своем намерении участвовать в решении глобальных проблем современности.
У них собственные представления о человеческих ценностях
жизни, и они вовсе не собираются от них отказываться. Прежде всего это касается восточноазиатской цивилизации, где
роль Китая очень велика.
По мнению А. Чумакова, китайцы «...теперь не борются
с культурой и техническими достижениями западной цивилизации и общечеловеческими ценностями, а принимая их
и используя по существу западную либеральную риторику,
вкладывают в нее свой смысл, согласующийся с их культурой, традициями и ценностями, которые принципиально
отличаются от западных. Китайцы – народ не религиозный. Даосизм и тем более конфуцианство – это не столько
религии, сколько философия, идеология, мировоззрения и
образ жизни».
К середине XVIII в. на страны этой цивилизации приходилась примерно половина мирового ВВП. Ведь до промышленной революции производительность труда в разных
странах была примерно одинаковой. Затем страны Запада
ушли «в отрыв». В 1950 г. на Китай и Японию приходилось
только 3,3% мирового ВВП, к концу ХХ в. – более 18%, а
к 2020 г. цивилизация Востока, включающая кроме КНР и
Японии государства Юго-Восточной Азии, стала лидирующей экономической зоной мира. Не случайно один из
ведущих политиков Израиля, бывший президент страны
Ш. Перес еще в конце ХХ в. сделал прогноз о том, что наступающая эпоха будет во все большей мере характеризоваться
азиатской моделью государственной политики, базирующейся на экономических ценностях, которые предполагают
в качестве основного принципа использование знаний для
получения максимальной выгоды. К этому можно добавить,
что знания на Востоке Азии формируются не только на основе материального познания мира, освоения западных технологий и институтов экономики. Мир восточно азиатской
цивилизации всегда был очень тесно связан с природой.
Мир изначально совершенен, гармония внутренне присуща
ему, поэтому его не нужно переделывать, но следует глубоко изучать. Нужно самоустраниться, уподобиться природе,
чтобы не мешать осуществлению гармонии. Изначально
природе присуще пять совершенств: человечность (жень),
148
чувство долга (и), благопристойность (ли), искренность
(синь) и мудрость (чжи).
Необходимо отметить, что одна из особенностей восточной культуры заключается в том, что новое там никогда
не стремилось к ниспровержению старого, предпочитая сосуществование с ним. Это характерно и для учения Конфуция. Ни одна из его новаций не привела к уничтожению
предшествовавшего. Государство оставалось сакральным,
усиливались только светские элементы. Как отмечалось
выше, государство определяется как большая семья, где у
каждого есть строго отведенное место, соответственно которому следует себя вести. Стержнем, на котором держится
все государство, являются преданность и покорность. Преданность и покорность должны пронизывать всю жизнь
общества «сверху донизу». Если перевести эти принципы
на человеческие отношения, то отец должен относиться
к сыну доброжелательно, а сыновья к отцу – с сыновьей почтительностью; старший брат должен относиться
к младшему с добротой, а младший брат к старшему – с
уважением; муж должен относиться к жене справедливо,
а жена к мужу – услужливо; правитель должен относиться
к подданным – благожелательно, а подданные к правителю – с верностью. Для каждой роли существует свой долг.
Принцип большой семьи подразумевает и предельную ответственность власти («родителей») перед народом. Только
тогда в государстве («семье») будет царить взаимное доверие, без которого немыслимо стабильное существование.
Белорусский исследователь Л. Семенова пишет, что если
человек нарушал на Востоке эти правила, он «терял лицо»,
поскольку лицо человека – это его личное достоинство,
связанное с социальным статусом. Чиновники, ученые, богатые имеют более важное лицо, чем люди, занятые физическим трудом. Но все имеют свое лицо, потерять которое
очень страшно. Эти принципы положены в основу жизнедеятельности японцев, китайцев, корейцев, сингапурцев,
малайцев и других народов региона. Они позволили указанным нациям совершить исторический рывок в своем
развитии, который на Западе пытаются объяснить только
технологическими заимствованиями. Угроза конфуцианской цивилизации для Запада лежит не в экономической, а
в духовно-демографической сфере. В частности, Китай уже
149
сознательно «выбрасывает из себя» десятки миллионов людей. В индустриальную эпоху они размещались в соседних
с Китаем странах. В эпоху глобализации китайцы создают
анклавы в США, Канаде, Латинской Америке, Европе,
странах СНГ. Они не попадают в «плавильный котел», как
это было 30–50 лет тому назад, а создают свой мир, поддерживая самые тесные отношения со своей родиной. Проблема заключается не в том, что в недалеком будущем данная
цивилизация будет представлять военную угрозу для Запада, хотя уже сегодня Китай прочно утвердился на второй
позиции в мире по расходам на вооружение, а также успешно осваивает космическое пространство. Интрига состоит
в том, что человеческому сообществу предлагается иная
модель общественного развития, основанная на коллективистских принципах. Китай хорошо изучил советский опыт
и сделал соответствующие выводы. Сегодня Китай решает
проблему, как сохранять политическую власть в руках компартии и одновременно развивать формы собственности.
Индуистская, или южноазиатская, цивилизация, охватывающая Южную Азию, привлекает все больше внимания
аналитиков. Процесс глобализации затронул и эту, долгие
десятилетия относительно закрытую, подсистему. Выяснилось, что основное звено цивилизации (Индия) через 15 лет
будет самой населенной страной планеты, а в 2025 г. окажется на третьей позиции по размерам ВВП после Китая
и США. Стратегическая цель этой цивилизации – превратиться в одного из основных субъектов южноазиатской
цивилизации, сохраняя при этом основы индуизма как
смысла жизни человека, а не только религии (как это принято считать на Западе). Стоит согласиться с выводом российского политолога В. Дергачева, что основополагающим
принципом индийской цивилизации является «единство
через плюрализм». Единство в многообразии способствует самоидентификации народа на цивилизационной, а не
на национальной основе». Вот почему Индия в отличие от
КНР демонстрирует пример формирования гражданского
общества. Это самая большая демократия в мире, которая
трансформировала английский парламентаризм на своей
почве. При этом понятия жизни, смерти, демократии, счастья тесно увязываются с законами воздействия за добродетельное или дурное поведение. Важнейшими принципами
150
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]