Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Методологические и теоретические основы понимающей психотерапии детей и подростков
.pdf
201
Особенности формирования ценностной системы ребенка состоят втом, что чем младше ребенок, тем более шаткой, размытой
будет сама структура ценностей иубеждений. Вработе склиентом
раннего возраста психолог скорее встретится ссистемой ценностей
родителей, транслируемой малышу. Это может быть как иподспорьем вработе, так ивступать вценностный конфликт спредставлениями психолога. Яркий и, ксожалению, нередко встречающийся
пример, когда родитель считает, что физическое насилие— это,
несомненно, плохо, но сильно отшлепать ребенка, если он значительно провинился, вполне естественно. Такое поведение родителя
может входить вразрез спредставлениями психолога оненасилии
над ребенком. Родительские встречи спсихологом становятся тем
необходимым пространством для прояснения как самих установок
иубеждений, так иреального способа взаимодействия сребенком.
При этом уже ктрем годам нормы иправила, представления отом,
что такое хорошо, ачто такое плохо, становятся первыми кирпичиками формирующейся ценностной системы малыша. Говорить
при помощи использования инструмента майевтики отом, что для
ребенка верно, ачто нет, что хорошо, ачто не очень,— действенный
способ выводить на уровень осознавания норм иправил, представлений иубеждений ребенка, создавая зону ближайшего развития
для способности крефлексии.
Работа сполюсами психосемиотического тетраэдра —одна из
техник понимающей психотерапии, призванная оцельнять, обогащать уголки сознания. Для работы вданном ключе взята модель
сознания по Алексею Николаевичу Леонтьеву, дополненная интегрирующим звеном, обозначим его «тело». Как мы помним, согласно
А.Н.Леонтьеву, сознание человека имеет многоуровневую струк-
туру. Внем различают чувственную ткань, поле значений (слово
или знак), предметное содержание образа, атакже его культурное
значение, иполе личностных смыслов. Федор Ефимович Василюк говорит об интегрирующей функции тела, которое неразрывно инепосредственно связано через чувственную ткань со всеми элементами

Методологические и теоретические основы понимающей психотерапии…202
сознания. Обозначим на схеме этот центральный элемент тетраэдра
иназовем его «тело». Модель сознания теперь можно представить
вследующем виде.
Модель сознания по А.Н.Леонтьеву— Ф.Е.Василюку
Задача психолога по выстраиванию, восполнению всех уровней
сознания вработе сребенком может брать начало сцентральной
точки— тела. Телесный симптом ребенка нередко бывает если не
причиной обращения кпсихологу, то чем-то, что явственно выражено исопровождает общую картину неблагополучия маленького
клиента. Выявив телесный симптом, дальнейшая задача психолога
состоит втом, чтобы сопорой на эту центральную точку телесного
переживания восполнить каждую из вершин модели сознания. Приведем пример для иллюстрации такого способа работы.
Втерапию попадает ребенок лет. Назовем его Борис. Умаль-
чика трудностисосном. Ребенок плохо засыпает вечерами, трево-
жно спит поночам. Вдетском саду демонстративно отказывается
ото сна. Уребенка очень тревожная мама, которая постоянно беспокоится заздоровье ребенка. Две госпитализации (приступ ложного

203
крупа) усилили тревогу мамы, сделав ее гиперопекающей. Мама
приводит сына кпсихологу.
.Этап. Выявление телесного симптома.
Вданном случае симптомом является трудное засыпание иотсут-
ствие дневного сна. Кратко его можно обозначить как бессонницу.
.Этап. Создание гипотезы.
Анализируя информацию, получаемую отматери иребенка, психолог может связать симптом ссемейной ситуацией илиповедением
значимого взрослого, вданном случае матери.
Гипотеза психолога — сверхконтроль мамы бессознательно
транслирует идею— «тебя надо контролировать, иначе ты умрешь».
.Этап. Работа сполюсами тетраэдра.
Данный этап предполагает проработку каждого полюса всвязи
ссимптомом ивозможной гипотезой.
.Полюс тела.
Психолог обозначает телесный симптом. Чтопроисходит стелом
приэтом симптоме. Работа наданном полюсе предполагает интерпретативный формат. Интерпретируя симптом, психолог связывает
причину иследствие. Симптом (невозможность заснуть) становится
следствием, родительское поведение (материнская тревога, транслируемая ребенку) — причиной.
.Полюс предмета.
Предметное содержание образа. На этом полюсе психолог обозначает симптом уже не как телесное состояние, акак самостоятельную предметную единицу. Предмет имеет какие-то качества, он
как-то устроен, как-то функционирует, как-то выглядит, обладает
какими-то качествами иособенностями. Работая на данном полюсе,
психолог может обозначить то, счем он будет работать, ипо возможности описать это.
.Полюс значения.
Здесь указывается некая культурная норма илиобщепринятое
значение. Происходит расширение предмета дообщекультурного
уровня. Наэтом уровне могут фигурировать некие суждения, представления опредмете.

Методологические и теоретические основы понимающей психотерапии…204
.Полюс слова.
Здесь играет роль то, какданное слово звучит, каконо произно-
сится. Звучание слова может порождать новые образы иассоциации.
.Личностный смысл.
Наданном полюсе психолог работает спредставлением отом,
какую роль данный предмет играет вжизни клиента. Чтоможет
длянего обозначать? Какможет переживаться? Каким опытом может быть наполнен?
Попробуем предложить возможные варианты реплик психолога,
относящиеся ккаждому изполюсов тетраэдра, иллюстрирующие
представленный случай.
Полюс
Тело
Соматическая,
телесная реакция.
Описание симптома
«бессонница»
Невозможность
расслабиться иуснуть.
Реплика психолога
Ты неможешь
расслабиться, ведь
может казаться,
что если сильно
расслабишься,
томожешь умереть.
Предмет
Чтоэто? Какое оно?
Какэто происходит?
Каконо устроено?
Бессонница.
Она выматывающая.
Отбирает силы.
Боретсясосном.
Бессонница
выматывает, асон
дарит новые силы.
Нобессонница будто
непускает его.
Значение
Культурная норма,
общепринятое
значение.
Вообще-товсе дети
поночам должны
спать.
Похоже, твою маму
очень беспокоит, что
ты неспишь, ведь
обычно дети поночам
крепко спят.
Слово
Звучание,
семантическая
ассоциация.
Наиболее полно фундаментальные исследования этой вершины тетраэдра
представлены втрудах Дмитрия Алексеевича Леонтьева (Леонтьев, 2007б).
Бессонница звучит
как«конница».
Шумная, звонкая,
бодрящая.
Бессонница словно
конница. Нападает
неожиданно, звонко
стучит копытами.

205
Полюс
Личностный смысл
Чтоможет это
означать конкретно
дляданного ребенка?
Описание симптома
«бессонница»
«Сон» звучит почти
что как«слон».
Слон большой
исильный. Он могбы
позаботиться осне.
Боря, возможно,
пугается сна
ипредпочитает
бессонницу.
Реплика психолога
Сон… Он такой
большой, прямо
какслон…
Слон очень мудрое
животное. Он умеет
заботиться одругих.
Иохранять тех,
ктокрепко спит.
Длятебя, возможно,
сон— это что-то
большое ипугающее.
Подобная работа направлена на проработку иуглубление всех
уровней сознания, что обладает проясняющей исвязывающей функцией. Далеко невсегда получается коснуться всех полюсов врамках одной сессии. Иногда, какэто часто случается внедирективной
работе сребенком, психолог возвращается кранее поднятой теме
вновь ивновь, восполняя пробелы втемпе, накоторый способен
данный клиент.
Работа впространстве символов— важная часть консультирования детей иподростков. Для углубления вэтот вопрос для начала
обратимся ктому, каким образом символическое наполнение происходит впроцессе консультирования взрослых клиентов. Федор
Ефимович Василюк так описывает процесс символизации полу-
ченного смысла.
Наглубине «вдоха» акта вникания, всамый момент смыслового прилива, смысл кажется так надежно данным сам собою, что
любой ярлычок представляется вполне достаточным дляего сим
волизации. Ноизвлеченный изродной стихии, смысл начинает задыхаться иблекнуть. Поэтому символ должен быть смыслу домом,
-

Методологические и теоретические основы понимающей психотерапии…206
просторным иродным. Больше— символ должен стать живым телом смысла (Василюк 2021).
Порождаемый впроцессе психотерапии смысл трудно удержать
всознании вовсей его глубине имногогранности, исимвол сможет стать темконтейнером, что вместит всебя весь спектр мыслей
ичувств. Нослучается ипойти отобратного, отсамого символа.
Нередко клиенты приносят втерапевтический процесс регулярно
повторяющиеся снысосхожим сюжетом. Им важно наконец разобраться ипонять, какой смысл может стоять заподобными снами.
Итогда процесс осмысления отталкивается отсимвола. Ивэтом
случае уже существующий символический образ наполняется переживанием клиента, встречается ссопереживанием психолога,
ивэтом диалогическом «вопрошании ксмыслу» открывается подлинный личностный смысл, способный собой наполнить уже существующий символ.
Впсихотерапии детей иподростков путь «от символа ксмыслу»— наиболее частый способ осмысления происходящего склиентом. Символическое поле вработе сдошкольником огромно. Одним из сформированных символов, который нередко приносят как
повод для начала психотерапевтической работы, является сомати-
ческий симптом. Ребенок, страдающий энурезом при нормативных
показателях угинеколога или уролога— весьма частая картина. Тело
сформировало симптом, имеющий выраженную психосоматическую
природу, иэто уже сам по себе символ, который просит вместить
всебя смысловое наполнение. Кроме соматической симптоматики терапия детей наполнена сюжетами игр, рисунками, поделками,
самыми разными результатами творческой иигровой активности.
Вэтой ситуации символ становится наиболее часто используемым
языком переживания ребенка. Один из основателей детской игровой терапии Гарри Лэндрет говорит: «…игрушки для детей— слова,
аигра— речь» (Лэндрет ). Возможность сложить слова вместе,
прочесть ипонять зашифрованное вних сообщение иесть способность психолога угадать смысл, способный наполнить собой этот
богатый символический ряд. Психотерапевтическая работа сподростками также нередко наполнена символизмом. Богатый игровой,

207
музыкальный, художественный (книги, фильмы, сериалы, рисунки, татуировки) контент, сопровождающий подростковую жизнь,
создает широкое символическое поле для работы. Дональд Вудс
Винникотт, являющийся одной из наиболее широко известных фигур детского психоанализа, высказывает мысль отом, что «развитие (ребенка.— Л.А.) идет непосредственно от феномена перехода
кигре, затем ксовместной (разделенной между индивидами) игре
идалее кпереживаниям, связанным скультурой» (Винникотт ).
Именно этот переход процессов переживания вширокий культурный контекст мы наблюдаем вработе сподростком, помогая отыскивать актуальное переживание, вплетенное влюбимую книгули,
песнюли, сериал, чтобы совместно наполнить их новыми личностными смыслами.
Феномен символа может иметь иобратное действие. Мы не
только способны наполнить тот или иной символ своим личностным смыслом, но исам символ может дополнять наше переживание. Клиент может присваивать те или иные особенности ичерты
символического образа, если тот достаточно содержателен. Вка-
честве примера приведем случай, когда образ Мастера из широко
известного романа «Мастер иМаргарита» для одного из клиентов
стал личностно осмысленным ииндивидуально присвоенным. Этот
образ метафорически вобрал всебя жизненную историю клиента,
отозвался вдуше глубинными связями. Вромане Мастер любит
красные розы. Для клиента эти цветы также стали значимы илюбимы. Иименно образ героя романа Михаила Булгакова добавил
новую грань впереживание клиента. Такой эффект является ресурсом впсихотерапевтической работе. Работая вполе метафоры,
клиент может не только помещать свои смыслы всуществующий
культурный образ, но ичерпать из него необходимые на данный
момент качества иресурсы. Вработе склиентом десяти лет мы касались повести, ставшей его любимой. Книга Николая Внукова «Один»
повествует об отважном четырнадцатилетнем подростке, выброшенном на необитаемый остров. Смекалка имужество позволили
герою выжить впредельно тяжелых условиях идождаться помощи.
Образ Саши Бараша был близок итем, что клиент иногда ощущал
себя одиноким, «будто на необитаемом острове». Но этотже образ

Методологические и теоретические основы понимающей психотерапии…208
придавал уверенности всобственных силах, когда мы смальчиком
отмечали, что он, как Саша Бараш, смог справиться струдной ситуацией самостоятельно, не привлекая взрослых.
Завершая параграф, посвященный символическому полю вработе сдетьми, хочется отметить, что символ может быть лишь абстрактной единицей, нокогда он наполняется личностным смыслом, тоявляет собой нечто гораздо большее: «…символ непросто
обозначает смысловую реальность, аполновесно являет ее собой»
(Василюк ).
Впредыдущих параграфах мы рассмотрели базовые техники детской понимающей психотерапии, психотехнический алфавит, работу
всимволическом поле. Но естьли что-то еще, способное стать связующим звеном, превращая набор инструментов вединый метод?
Мы уже неоднократно говорили отом, что сопереживание— это
диалогический процесс переживанию клиента. Ичтобы понять это
переживание, надо его услышать. Услышать не только конкретные
слова ижалобу клиента, но иуметь распознать всловах или игре
клиента вопрошание как экзистенциальный запрос на понимание.
Для иллюстрации приведем пример, представленный Федором Ефимовичем Василюком втруде «Переживание имолитва». Описывая
фазу вопрошания вмолитвенной практике, Федор Ефимович ухватывает нерв этого акта через яркую зарисовку.
Двухгодовалый мальчик влез на скамейку и, раскачивая ее,
что-то кричит. Неподалеку сидят его родители. Вдруг скамейка
теряет равновесие ивот-вот упадет. Лицо малыша рывком обра
щается кматери иискажается гримасой страха, но вэтом страхе
явно читается изумление, недоумение: «Что случилось?! Мир ру
шится, какже так?!» Страх не ведет кпопытке спастись или за-
крыть глаза, замереть, ни ккаким потенциально адаптивным или
защитным реакциям, он обращается ввопрос. Мама, мгновенно
оказавшаяся рядом, берет малыша на руки иотсюда, из надежной
ибезопасной позиции дает ему рассмотреть скамейку, на которой
он стоял, что-то успокоительно-разъяснительное говорит. Вся эта
ситуация— живой символ фазы вопрошания. Вопрошание— это
-
-

209
не любопытство, не исследование, это обращенное кдругому
фундаментальное, глубинное, экзистенциальное недоумение
перед иным. Имать это интуитивно чувствует: она не утешает,
не защищает, не наказывает, а— объясняет, понимая, конечно,
что на интеллектуальном уровне ребенок не поймет всего объяс
нения, но сама объясняющая интонация передаст ему спокойное
отношение кслучившемуся итем поможет включить неведомое
вкартину жизни (Василюк 2021).
Уметь услышать то самое фундаментальное, глубинное, экзистенциальное недоумение— важное умение не только психолога,
но икаждого родителя. Нередко, когда родители не слышат этого
вопроса, недоумения, не почитают за труд разъяснять ту или иную
ситуацию, ребенок кэтому привыкает. Он теряет вопрошание. Но
когда тебе не дают ответов, анеустойчивые скамейки постоянно
встречаются вжизни втом или ином виде, ребенок обрастает защитами, такой формой поведения, которая минимизирует боль от
падения, непонимания, неслышания. Именно таких детей нередко
приводят втерапию. Изадача психолога первостепенно состоит
втом, чтобы своим сопереживанием, возможностью слышать, доверием себе, клиенту ипроцессу бережно снять эти защиты, чтобы
уребенка наконец мог возникнуть вопрос. Вопрос, на который совместно спсихологом можно былобы найти ответ. Услышать вопрошание, распознать его. Уловить его из глубины переживания, из
недр критической ситуации. Дать пространство для вопрошания.
Пространство для сопереживания. Пространство для смысла. Быть
неуслышанным — это не просто невозможность высказаться. «Понимание не „роскошь человеческого общения“, оно— „хлеб насущный“, конститутивный элемент самой экзистенции. Непонимание—
не просто досадное недоразумение, это покушение на самоценное
личностное бытие, отрицание его» (Василюк ).
-
Водном изсвоих выступлений Федор Ефимович Василюк, описывая понимающую психотерапию, отозвался оней какоподходе,

Методологические и теоретические основы понимающей психотерапии…210
который находится напересечении двух мощных традиций: кдереву культурно-исторической психологии прививается плодотворная ветка роджерианской (иличеловекоцентрированной) психотерапии. Вэтой работе мы уже неоднократно обращались кстволу
дерева, аименно культурно-исторической традиции. Темважнее
сейчас обратиться кпривитой веточке ипроследить родственные
связи сроджерианским подходом, дабы, снимая спредставленного дерева плод, мы смогли различить оттенки вкуса откаждого
изпрародителей.
Роджерианский подход стоит на трех столпах необходимых
идостаточных условий психотерапии: эмпатия, конгруэнтность
ибезу словное, позитивное, безоценочное принятие клиента. Вчеловекоцентрированном подходе эмпатия — понятие более широкое, чем просто психотерапевтическая техника. Оно вмещает всебя
умение испособность терапевта ксопереживанию, вчувствованию
вэмоциональное состояние клиента. Впонимающей психотерапии
эмпатия рассматривается как одна из психотехник подхода, однако
категория сопереживания, возможность погружения впереживание клиента, также как идля роджерианского терапевта, является
базовой иосновополагающей. Второе важное условие— это конгруэнтность терапевта. Конгруэнтность означает соответствие того, что
терапевт ощущает идумает, тому, что он выражает вовне. Это некая
честность, откровенность, прозрачность роджерианского психо-
лога вмомент контакта склиентом. Установка на открытость, конгруэнтность всобственном сопереживании переживанию клиента
заложена ивпонимающей психотерапии. Безусловное, позитивное,
безоценочное принятие роджерианским терапевтом клиента независимо от его возраста, статуса или знаний исходит из представления отом, что мы принимаем как данность психологическую природу другого человека, не пытаясь выставлять ей оценки, выносить
оценочные суждения, хвалить или поощрять, принимаем иценим
занее саму. Такой уход от оценочного мышления оклиенте взят за
основу ивпонимающей психотерапии. Клиент, который обращается за помощью кконсультанту, как правило, переживает трудную
жизненную ситуацию, не имеющую ясного однозначного смысла.
Эту ситуацию обычно можно трактовать по-разному, придавая
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
