Земли раскрытое окно. Стихи и проза разных лет

В известной статье о Шопене, где Пастернак дает свое понимание реализма, он говорит о том, что «движущей силой художника, толкающей его на новаторство и оригинальность, является глубина биографического отпечатка. Всегда перед глазами души, – пишет он, – есть какая-то модель, к которой надо приблизиться, совершенствуясь и отбирая». Правда, для читателя едва ли важно, кто именно был этой моделью и чей «отпечаток» остался в кни­гах поэта. И «Марбург», и «Метель», и «Баллады» су­ществуют и будут существовать без связи с дале­кими тенями их героинь. Однако по мере того как сама жизнь автора превращается в легенду, стано­вятся мифами и они, его музы, и простое чувство благодарности заставляет нас вспомнить о них, расшифровать эти криптограммы, воздать долж­ное его спутницам, прекрасным «эгериям» (то есть «вдохновительницам» по-гречески).