Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Земли раскрытое окно. Стихи и проза разных лет
.pdf
Мне тревожно, когда не тревожно,
Я как дома в кромешном аду.
Видно, жизнь за очерченным кругом
Стала путаным сном наяву,
Если самым испытанным другом
Стал нам летчик, бомбивший Москву.
Если смуту во вражеском стане
Неотступно по миру трубя,
Сумасбродный издатель в Милане
Стал судьбой для меня и тебя.
* * *
Все. Вот тут обрывается пленка,
Мы куда-то летим в темноту...
Ты – в могиле, и счастьем ребенка
Я плачу за шальную мечту.
В полумгле расплываются лица,
Уж никто нам не в силах помочь.
Это матери знать, что в темнице,
Где-то рядом за стенкою – дочь.
Я всегда рассуждала «по-детски» –
Хорошо бы заткнуть себе рот!
Мне мерещится летчик немецкий
В переделкинской тьме у ворот,
51
И ему обвиненье готово,
И такая кругом круговерть,
Что нечаянно сказанным словом
Я его посылаю на смерть...
Ну и что ж! Оправданий не надо,
Но в тревоге мирской суеты
Не дано мне рыдать у ограды,
За которой скрываешься ты.
ЧЕРНОВИК ЖАЛОБЫ
В ВЕРХОВНЫЙ СОВЕТ РСФСР
(Тайшет, март 1961 г.)
...Я совершила тяжкий проступок, я очень виновата... Прошу Вас рассмотреть мое дело и снять
обвинения с меня и с моей дочери... Верните
меня и мою дочь к жизни, я обещаю прожить ее
хорошо для своей страны...
На обратной стороне страницы:
Видно, строки еще не сложились,
И не вынести мне до конца
Этой памяти. Верили, жили,
Отпирали замок у крыльца,
Даже в гости чужих принимали,
52
Но всегда, как припомню теперь,
Эти гости нам только мешали,
И сегодня мешают, поверь (зачеркнуто)
И сейчас бы мешали, поверь.
Нам глядеть друг на друга – все мало,
Как часы, промелькнули года...
(не окончено)
«БЛОКОВСКИЙ ЦИКЛ»
Из страны блаженной,
незнакомой, дальной
Слышно пенье петуха...
Александр Блок
Не то что я здесь одинока –
Я, можно сказать, умерла.
Я столько жила здесь без Блока,
Без боли, без страсти жила.
Ты думал, что горе по дому
Все чувства отводит, глуша...
О нет! Мне самой незнакома
Моя неживая душа.
Брела от обеда к обеду,
А в сны и тебя не звала,
53
Как будто все страсти, все беды
Трясина в себя забрала.
Но что там библейские даты
И громы архангельских труб?
Художник, умерший когда-то,
Легко воскресил полутруп.
И вот – мановение жезла –
В слепом обаяньи измен
Молчат театральные кресла,
А мимо проходит Кармен.
Из снежной ночи Петербурга,
В ущелье Дарьяла, сквозь стих,
Несется, окутанный буркой,
Наивный Тамарин жених.
И я просыпаюсь влюбленной,
Вновь сад соловьиный звенит,
На крыльях, мечтой опаленных,
Вновь Демон взмывает в зенит.
И снова в ответном пожаре
Пылает Кавказский хребет,
Вновь Демон в мечте о Тамаре,
Как я, без конца, о тебе.
54
Так в ночи притихшей и странной,
В неверном оттенке луны
Спит сном неживым донна Анна
И видит нездешние сны.
<...>
Повиликой средь нив золотых
Завилась я на том берегу...
Александр Блок
Чуть движется конь твой усталый,
Ты бродишь в загробной ночи.
А я – повиликою стала,
Огнем поминальной свечи.
Живым мы подарим величье,
Живым – ревновать и грустить.
А мне – я меняю обличья,
Тебя бы на след навести!
А может, и сбудется чудо,
Сойдемся в пути роковом,
Спеши же – недолго я буду
Дрожать на стебле восковом!
Сейчас меня ветер затушит,
Растопчет копыто коня.
55
Мой милый, возьми мою душу,
Узнай непременно меня!
<...>
Я сделаю все, повелитель,
Я буду дышать за двоих,
Бессонный свидетель и зритель
Бессмертных видений твоих.
В волнах отдаленных хоралов
Бессмертье в лицо узнаешь.
Я тысячу раз умирала,
Но ты до конца не даешь.
И вот она, сила искусства:
От эха божественных слов
Встают притупленные чувства
С своих первозданных основ.
И кажется символом века
Твоя петербургская гарь.
Мотор пролетевший, аптека,
И матово-тусклый фонарь.
Стирая реального грани,
Мечта отвлеченно проста.
И стоит отдать за герани
Страдальческий подвиг Христа.
56
<...>
Время близится к полдню и зною,
И полдневный двенадцатый час
Белым солнцем встает надо мною,
Обнажая весь мир без прикрас.
В свете полдня всегда безотрадны
Груды красных кирпичных громад.
Но шумит за стеною прохладный
Зачарованный блоковский сад.
* * *
Тянуться к солнцу? Но оно
Само собой рассадник тленья,
Тяжелый плотский дух земной
С ускоренным сердцебиеньем.
Мы пить хотим... Но напоен
Весь воздух зноем и гниеньем.
Нам хоть под сень чужих знамен
Укрыться, лежа без движенья.
Теперь мы – люди без имен.
Что ж, струпья ран срывать не надо.
На солнце в ранах затаен
Все тот же элемент распада.
57
И поражений, и побед
Есть в пыли солнечной бациллы.
Все это – солнце, жар и бред,
Все связано с твоей могилой.
* * *
Не развернулся портулак,
Дождь шпарил во весь дух.
Он под дождем раскис, размяк,
Стал склизлым и распух.
Он думал: это только ночь,
Не вечно будет так.
И я обманута точь-в-точь
Как бедный портулак.
ИЗ ПОЭМЫ «БЕССМЕРТИЕ»
(отрывки)
<...>
Что ветер судьбы переменной,
Графы нормативов и мер?
Вот Млечным Путем по вселенной
Опальный идет офицер.
Погонами путая тучи,
У круч роковых Машука,
58
Идет легендарный поручик
Из ссылки кавказской – в века.
Убитый, он жив и поныне,
Он нам рассказал навсегда,
Как жаждет в небесной пустыне
С звездою общаться звезда.
И кто теперь скажет, что нем он,
Раз, духом его одержим,
Бессмертный скитается Демон,
Из ада исторгнутый им.
<...>
И вечно шумит Лукоморье,
И дуб существует, и кот...
Все детское счастье и горе
Идет от великих щедрот.
Гора не сойдется с горою,
Но с будущим гений на ты.
Вошли в наши судьбы герои
Его повседневной мечты.
Готовят набег печенеги,
Русалочка манит к Днепру,
Дружина скорбит об Олеге,
Войска салютуют Петру.
59
В томлении страсти нелепой,
Нельзя заглушить, хоть убей,
Идет на свиданье Мазепа,
И пишет донос Кочубей.
<...>
А этот? Эпоха жестоко
Сомненьям его обрекла.
Но связана с именем Блока
С тех пор петербургская мгла.
Шатался он сам без опоры,
Безумный, продажный, ничей.
Но слышится шаг Командора.
По городу белых ночей...
И вечно встает из тумана
И вновь исчезает впотьмах
Трагический лик Дон Жуана,
Впервые познавшего страх.
<...>
В далеком ловлю отголоске
Шагов непомерных размах –
Идет молодой Маяковский,
Ему по себе в облаках.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]