Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона. Сборник материалов Четвертой Всероссийской научно-практической конференции
.pdf
Кауфман М. А.
(вопросы, решаемые судом одновременно с постановлением приговора), на которую, в подкрепление своей позиции, ссылается
как автор, так и суд, в данном случае не может послужить скольнибудь значимым аргументом. Постановку вопроса о судьбе несовершеннолетних детей осужденного к лишению свободы (ч. 1
ст. 313 УПК РФ), не следует возводить в абсолют, надобность
в этом может и не возникнуть.
Во-вторых, вопрос о применении судом положений ч. 1 ст. 313
УПК может (должен) быть поставлен при вынесении обвинительного приговора с назначением наказания, подлежащего отбыва-
нию осужденным. Если же применяется отсрочка, то его постановка исключается. Утверждать иное — все равно что «ставить телегу
впереди лошади». Сначала ставится вопрос об отсрочке и лишь
при его отрицательном решении — вопрос о судьбе детей осужденного, но не наоборот.
В-третьих, вывод о невозможности предоставления отсрочки
на стадии постановления приговора, базирующийся на том, что
в перечне, изложенном в ст. 313 УПК РФ, этот вопрос не значится,
также противоречит и закону, и логике. Статья 313 УПК РФ содержит вопросы, которые выходят за рамки содержания приговора,
и решаются они не в самом приговоре, а путем вынесения отдельных процессуальных документов — определения или постановления. Не случайно сами эти вопросы в литературе называют
«вспомогательными»
1
. Основные вопросы, которые следует разрешить в этой стадии — это вопросы, решаемые при постановлении
приговора. Их перечень изложен в ст. 299 УПК РФ и один из этих
вопросов, сформулирован следующим образом: имеются ли осно-
вания для постановления приговора без назначения наказания
или освобождения от наказания (п. 8 ч. 1 ст. 299 УПК РФ).
То, что отсрочка отбывания наказания — один из видов освобождения от него, определено структурой уголовного закона и местом, которое ст. 82 УК РФ в нем занимает. Расположение данной
нормы в гл. 12 Общей части УК РФ «Освобождение от наказания» не оставляет сомнений в том, что отсрочка отбывания
1
Качалова О. В. Функции суда в современном российском уголовном судопроизводстве // Российский судья. 2014. №1. С. 8–10; Курс уголовного процесса / Под ред. Л. В. Головко. М., 2016.
71
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
наказания «генетически» принадлежит одноименному с гл. 12
инсти туту уголовного права. Не оспаривается этот вывод и в уголовно-правовой доктрине
1
.
Что касается ст. 398 УПК РФ, то в ней регламентируются вопросы предоставления отсрочки в стадии исполнения вступившего
в законную силу приговора, т. е. в процессе отбывания наказания.
Эта норма коррелирует со ст. 177 УПК РФ «Отсрочка отбывания
наказания осужденным», в которой закреплены ее уголовно-исполнительные основания. Однако такой вариант отсрочки не является единственно возможным, вопрос о ее предоставлении вполне может быть решен и при исполнении приговора на основании
п. 8 ч. 1 ст. 299 УПК РФ. Ничто, по моему мнению, не препятствует постановке и решению этого вопроса также и в апелляционном (кассационном) порядке. С учетом изложенного, следует поддержать достаточно обширную судебную практику2, в том числе
и решения высшего судебного органа, в которых прослеживается
отход от критикуемой нами позиции.
Вот что указано в определении Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ: Доводы же апелляционного представления о необходимости отмены отсрочки отбывания наказания, примененного судом в отношении С., и ее направления для отбывания
реального наказания в виде лишения свободы в исправительную
колонию общего режима, не основаны на уголовном законе, кото-
рый, вопреки мнению государственного обвинителя, не препятст-
1
См., например: Энциклопедия уголовного права. Т. 10. Освобождение
от уголовной ответственности и наказания. СПб., 2008. С. 518–519; Курга-
нов С. И. Назначение наказания и освобождение от наказания: Курс лекций.
М., 2015. С. 107–108; Наумов А. В. Курс лекций. В 3-х т. Т. 1. Общая часть. М.,
2007. С. 623; Уголовно-правовое воздействие: Монография / Под ред. А. И. Рарога. М., 2012; Иногамова-Хегай Л. В. Концептуальные основы конкуренции
уголовно-правовых норм: Монография. М., 2015.
2
См. подробнее: Апелляционное определение Московского городского суда
от 17 марта 2016 г. по делу №10–3073/2016; Постановление Президиума Волгоградского областного суда от 25 ноября 2015 г. №44у-121/2015; Постановление Президиума суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры
от 23 ноября 2015 г. №44У-85/2015; Апелляционное определение ВС РФ
от 4 декабря 2013 г. №16-АПУ13-31сп; Кассационное определение ВС РФ
от 20 февраля 2013 г. №67-О13-10; Апелляционное определение ВС РФ от 2 апреля 2015 г. №11-АПУ15-5.
72
Кауфман М. А.
вует применению положений ч. 1 ст. 82 УК РФ на стадии назначении наказания (выд. авт. — М. К.)
1
.
Имеются коллизии и между уголовным и уголовно-исполнительным законодательством. Последнее самостоятельно устанавливает широкий комплекс предписаний, определяющих порядок и условия исполнения наказаний, применения средств
карательно-воспитательного воздействия на осужденных, защиты их прав и законных интересов и т. д. В то же время следует согласиться с тем, что по отношению к уголовно-исполнительному
законодательству уголовное право является базовым. Поэтому
содержание правоограничений, устанавливаемых для исполнения наказаний в УИК РФ, должно учитывать их специфику, особенности, соответствующие именно этим наказаниям, определенным в УК РФ. В УИК РФ рассматриваемое требование иногда
нарушается.
Так, в ст. 58 УК РФ назван лишь один вид колоний-поселений:
для лиц, осужденных за совершение неосторожных преступлений, а также для тех, кто осужден к лишению свободы за совершение умышленных преступлений небольшой и средней тяжести,
ранее не отбывавших лишение свободы. УИК РФ же ввел еще одну
разновидность колоний — поселений, предназначенную для осужденных, переведенных из исправительных колоний общего и строгого режимов (ч. 3 ст. 74 УИК РФ).
Подобная «самодеятельность» наблюдалась и в ИТК РСФСР.
Целесообразность существования таких «переходных» мест лишения свободы, в принципе, нами не оспаривается. Есть, однако,
и обоснованные опасения. Учитывая, что в исправительных колониях строгого режима отбывают наказание лица, ранее уже отбывавшие лишение свободы, то в случае перевода из исправительной
колонии строгого режима в колонию-поселение они могут оказывать отрицательное влияние на впервые осужденных. Надо признать: функции и задачи, решаемые уголовным и уголовно-исполнительным законодательством, не тождественны. Установление видов
1
См., например: Ткачевский Ю. М. Некоторые аспекты взаимоотношения
уголовного и уголовно-исполнительного законодательства // Пять лет действия УК РФ: итоги и перспективы. С. 165; Селиверстов В., Шмаров И. Уголовноисполнительный кодекс: концепция и основные положения // Законность.
1997. №5. С. 2–3.
73
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
исправительных учреждений относится к компетенции уголовного законодательства. Это признается и специалистами в области
уголовно-исполнительного права
1
. (№1)
В ст. 44 УК РФ перечисляются виды уголовных наказаний. Этот
перечень является исчерпывающим. В ст. 16 УИК РФ «Учреждения и органы, исполняющие наказания» дается перечень субъектов исполнения уголовных наказаний. Среди них названы и уголовно-исполнительные инспекции (ч. 13 ст. 16 УИК РФ), которые
осуществляют контроль за лицами, осужденными условно. Однако уголовное законодательство не относит условное осуждение
к самостоятельному виду наказания.
По вполне понятным причинам настоящая публикация не может претендовать на всестороннее и полное освещение всех вопросов, связанных с имеющимися коллизиями (противоречиями)
уголовного и иных отраслей права. Мы затронули лишь небольшую часть из них.
Тем не менее, определенные выводы напрашиваются.
1. Между некоторыми положениями действующего уголовного
закона и нормами иных отраслей права существуют противоречия
в виде коллизий, расхождений и несогласованности, создающие
значительные проблемы в процессе правоприменения.
2. Особую озабоченность вызывает коллизия между уголовным
и административным законодательством, которая не знает легального разрешения. В ее основе лежит отсутствие границы между
преступным и непреступным противоправным поведением.
3. Акты судебного толкования, разработанные высшими судебными инстанциями, следует рассматривать как важное средство
преодоления межотраслевых коллизий.
4. Действующее законодательство, в том числе уголовное, остро
нуждается в нормах, направленных на преодоление межотраслевых коллизий.
5. Межотраслевые коллизии уголовного законодательства являются одним из значимых факторов, снижающих эффективность
современной уголовной политики2.
1
(№1) Комментарий к УИК РФ / Под ред. А. И. Зубкова. М., 2001. С. 170.
2
Бабаев М. М., Пудовочкин Ю. Е. Проблемы российской уголовной полити-
ки: Монография. М., 2014. С. 281.
74
Косевич Н. Р.
Косевич Н. Р.
доцент кафедры уголовного права РГУП,
канд. юрид. наук, доцент
Предложения к проекту постановления
Пленума ВС РФ «О судебной практике по делам
о неисполнении обязанностей по воспитанию
несовершеннолетнего (ст. 156 УК РФ)»
Верховным Судом РФ был подготовлен и разослан рабочий вариант проекта постановления Пленума ВС РФ «О судебной практике по делам о неисполнении обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего (ст. 156 УК РФ)».
Как член рабочей группы от РГУП по подготовке проекта указанного постановления и в своем выступлении хотел бы привести некоторые наблюдения и предложения по проекту постановления Пленума.
21 сентября 2016 г. состоялось заседание рабочей группы, на котором наряду с государственными и общественными организациями юридического профиля, присутствовали сотрудники юридических вузов и научно-исследовательских институтов различной
ведомственной подчиненности, представители Прокуратуры РФ,
Следственного комитета РФ, адвокатуры, Аппарата Уполномоченного по правам ребенка в РФ, представители разных управлений
Министерства образования и науки РФ, Министерства здравоохранения РФ, что породило весьма оживленную беседу с подчас
диаметрально противоположными точками зрения.
В первоначально разосланном проекте постановления Пленума
ВС РФ разработчики проекта постарались решить в максимальной мере все вопросы, которые накапливались в процессе правоприменения и толкования ст. 156 УК РФ.
Основная масса проблем связана с бланкетным характером диспозиции ст. 156 УК РФ. Разъяснение тех или иных используемых терминов содержаться в разных отраслях права и различных
нормативно-правовых актах.
Так, в пункте 1 проекта были предложены 2 варианта:
«1. Основным объектом уголовно-правовой охраны в ст. 156
УК РФ является нормальное физическое, психическое и социаль-
75
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
ное развитие несовершеннолетнего, т. е. лица, не достигшего возраста восемнадцати лет, дополнительным объектом — здоровье несовершеннолетнего».
Вариант:
«1. Основным объектом уголовно-правовой охраны в ст. 156 УК
РФ является нормальное физическое, психическое и социальное
развитие несовершеннолетнего, то есть лица, не достигшего возраста восемнадцати лет, и не обладающего полной дееспособностью,
дополнительным объектом — здоровье несовершеннолетнего.
Обратить внимание судов на то, что права и обязанности родителей, предусмотренные гл. 12 СК РФ, прекращаются по достижении детьми возраста восемнадцати лет (совершеннолетия),
а также при вступлении несовершеннолетних в брак и в случаях
объявления несовершеннолетнего полностью дееспособным (эмансипация) (ч. 2 ст. 61 СК РФ, ст. 27 ГК РФ).
Несовершеннолетний не может признаваться потерпевшим
по делу о преступлении, предусмотренном ст. 156 УК РФ, если
установленные в ч. 2 ст. 61 СК РФ обстоятельства наступили
до совершения деяний, инкриминируемых родителю или иному
указанному в диспозиции этой статьи лицу».
В ч. 2 ст. 61 СК РФ говорится только о прекращении прав родителей, поэтому иные субъекты, указанные в диспозиции, не имеют
отношения к обсуждаемой норме СК РФ. В результате обсуждения
этот пункт с объектом в измененном виде переместился в преамбулу проекта постановления: «Неисполнение или ненадлежащее
исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего,
сопряженное с жестоким обращением с ним — посягательство
на условия нормального успешного формирования личности ребенка, его физического, психического и нравственного развития».
ВС ранее проблемы ст. 156 УК РФ не выносил на рассмотрение
Пленумом. Однако действовало Постановление Пленума ВС РФ
от 27 мая 1998 г. №10 (в ред. от 06.02.2007 г.) «О применении удами
законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей».
В абз. 2, 3, 4 п. 11 сказано: «Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться
в отсутствии заботы об их нравственном и физическом развитии,
обучении, подготовке к общественно полезному труду.
76
Косевич Н. Р.
Под злоупотреблением родительскими правами следует понимать использование этих прав в ущерб интересам детей, например создание препятствий в обучении, склонение к попрошайничеству, воровству, проституции, употреблению спиртных напитков
или наркотиков и т. п.
Жестокое обращение с детьми может проявляться не только
в осуществлении родителями физического или психического насилия над ними либо в покушении на их половую неприкосновенность, но и в применении недопустимых способов воспитания (в грубом, пренебрежительном, унижающем человеческое
достоинство обращении с детьми, оскорблении или эксплуатации
детей)».
Рабочая группа решила принять во внимание указанное постановление Пленума 1998г.
Много было споров по поводу того, что понимать под «обязанностями по воспитанию несовершеннолетнего» и наполнение этого термина, равно как и «невыполнение обязанностей по воспитанию», «ненадлежащее выполнение обязанностей». Неясны были
характер и объем правомочий по воспитанию несовершеннолетнего у различных субъектов, особенно у родителей.
Большие споры вызвал термин «жестокое обращение», характер и содержание жестокости. В п. 6 рабочего варианта отмечалось, что «При рассмотрении уголовного дела о преступлении,
предусмотренном статьей 156 УК РФ, судом должно быть установлено: были ли возложены законом на подсудимого обязанности
по воспитанию несовершеннолетнего и какие конкретно; какие
именно из этих обязанностей не выполнены или выполнены ненадлежащим образом; имел ли подсудимый реальную возможность (с учетом конкретной ситуации и таких факторов, как физическое и психическое состояние, опыт, уровень образования)
для исполнения или надлежащего исполнения возложенных обязанностей; носило ли обращение с несовершеннолетним характер
жестокого». Раскрытие этих вопросов также по-разному понималось присутствовавшими представителями разных министерств
и ведомств.
Ситуация усугублялась тем, что в разных законах, например
в ФЗ от 29 декабря 2012 г. №273-ФЗ (в ред. от 03.07.2016 г.)
«Об образовании в РФ», ФЗ от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ (в ред.
77
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
от 03.07.2016 г.) «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»
(с изм. и доп.), ГК РФ и ТК РФ по-разному трактуются те или иные
положения, которые использовались при подготовке рабочего проекта Пленума.
Более того, представители разных управлений Министерства
образования и науки РФ по-разному понимали используемые термины, а мнение представителя Минздрава отличалось от их мнения. Не говоря уже о том, что мнение практически всех участников
в той или иной мере расходились.
В связи с тем, что рабочая группа могла использовать только
термины, имеющиеся в действующем законодательстве и изменение их в ближайшее время не предусматривалось, то решили уйти
от спорных определений: «воспитание», «образование», «забота»,
«лечение» и других и сконцентрироваться на вопросах физического и психического насилия, их сочетания, совокупности преступлений и иных вопросах уголовно-правовой направленности.
Поэтому измененный проект Пленума, предназначенный для обсуждения членами Научно-консультативного совета при ВС РФ,
был на треть сокращен и касался в основном вопросов уголовного
права и процесса.
Так, под «обязанностями по воспитанию несовершеннолетнего» для целей ст. 156 УК РФ понимаются, в частности, обязанности заботиться о его физическом, психическом и нравственном развитии, в том числе осуществлять уход за ним в соответствии с его
возрастом, здоровьем, индивидуальными особенностями, охранять
и защищать здоровье, жизнь, достоинство, свободу, личную неприкосновенность несовершеннолетнего, обеспечивать его безопасность.
По смыслу уголовного закона под соединенным с жестоким обращением неисполнением или ненадлежащим исполнением обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего следует понимать
действия (бездействие) по отношению к несовершеннолетнему,
причиняющие ему физические и (или) нравственные страдания
или наносящие вред его жизни и здоровью либо создающие реальную
угрозу наступления такого вреда. В зависимости от обстоятельств,
установленных по уголовному делу, неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, соединенное с жестоким обращением с ним, может быть
как однократным (например, оставление ребенка в опасном для жиз-
78
Косевич Н. Р.
ни и здоровья состоянии), так и представлять собой систематически повторяющиеся деяния (например, систематическое нанесение
ему побоев за плохое поведение либо за неуспеваемость в учебе).
«Жестокое обращение» проявляется, в частности, в физическом, психическом насилии над несовершеннолетним, в пренебрежении его жизненными потребностями.
В измененном проекте постановления Пленума, также оставались вопросы, связанные с совокупностью деяний, определяющих
понятие «жестокое обращение».
Можно высказать предложение по квалификации подобных
деяний. ВС РФ, рассматривая вопросы квалификации сложных
преступлений, совершаемых посредством других преступленийспособов, положительно воспринял линию, предложенную теорией
уголовного права. Однако уточнил, что руководствоваться необходимо санкциями, предусмотренными за совершение преступлений, указав: на практике основным способом решения указанной
проблемы является сопоставление строгости конкретных санкций,
поскольку характер общественной опасности преступления, степень
важности того или иного объекта уголовно-правовой охраны, в том
числе и опасность причиненного ему вреда, формально отражены
в санкции. Квалификация сложного преступления производится
по одной статье (или части) в тех случаях, когда санкция за такое
преступление является более строгой по сравнению с санкциями
преступления, являющегося способом совершения указанного преступления
1
. В случае равенства санкций или более строгой санкции преступления-способа — квалификация по совокупности
преступлений.
Таким образом, предпочтителен вариант: «Физическое насилие выражается в применении к несовершеннолетнему любого
вида насилия.
Нанесение побоев или совершение иных насильственных
действий, причинивших физическую боль несовершеннолетнему,
но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ, либо
связанных с ограничением его свободы, а также умышленное при-
1
Обзор судебной практики ВС РФ «Обзор качества рассмотрения окружными (флотскими) военными судами уголовных дел по первой инстанции
(п. 2.1)» (утв. Постановлением Президиума ВС РФ от 26 января 2005 г.).
79
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
чинение легкого вреда здоровью охватывается объективной стороной преступления, предусмотренного ст. 156 УК РФ, и дополнительной квалификации по ст. 116, 116
1
или 115 УК РФ не требует.
Если к несовершеннолетнему применялось физическое насилие, выразившееся в истязании, умышленном причинении вреда
здоровью (средней тяжести или тяжкого), либо умышленном лишении жизни, действия виновного подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 156 и соответствующей статьей гл. 16 УК РФ.
Действия матери, совершившей убийство новорожденного ребенка, квалифицируются по ст. 106 УК РФ и дополнительной
правовой оценки по ст. 156 УК РФ не требуют».
Аналогично ранее изложенному с учетом санкций: «Под психическим насилием над несовершеннолетним следует понимать,
в частности, высказывание угроз применения к нему физического
насилия, унижение человеческого достоинства несовершеннолетнего. В этом случае угроза убийством или причинением тяжкого
вреда здоровью охватывается понятием «жестокого обращения
с несовершеннолетним» и не нуждается в дополнительной квалификации по ст. 119 УК РФ.
При этом угроза убийством или причинением тяжкого вреда
здоровью, совершенные по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какойлибо социальной группы, образуют совокупность преступлений,
предусмотренных ст. 156 и 119 УК РФ.
Если посредством жестокого обращения несовершеннолетний
был доведен до самоубийства или покушения на самоубийство,
то такие действия лица, виновного в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, образуют совокупность преступлений, предусмотренных
ст. 156 и 110 УК РФ».
Рассуждая ранее изложенным образом, можно предложить:
«Жестокое обращение с несовершеннолетним, выражающееся в пренебрежении его жизненными потребностями, характеризуется
отсутствием элементарной заботы о нем, например, оставлением
без надзора, без воды, пищи, крова ребенка, который в силу малолетнего возраста и (или) состояния здоровья лишен возможности
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]