Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона. Сборник материалов Четвертой Всероссийской научно-практической конференции
.pdf
Решетников А. Ю.
Подпадает ли под действие ст. 2912 УК РФ посредничество
во взяточничестве, если размер взятки не превышает 10 тыс. руб.?
Отрицательный ответ на этот вопрос вытекает не только из буквального толкования данной нормы, но также из простой логики:
раз посредничество уголовно не наказуемо при незначительном
размере взятки, то тем более — при ее мелком размере. Тоже самое
касается посредничества в коммерческом подкупе и подкупа деятелей от спорта и шоубизнеса.
Подразумевается ли в ст. 204
или пассивный тоже? Поскольку понятием коммерческого подкупа охватываются и получение, и передача незаконного вознаграждения, значит, оба эти деяния при мелком размере подкупа
должны квалифицироваться по ст. 2042 УК РФ. К этому же ответу приводит и аналогия со ст. ст. 2912 УК РФ.
Касаются ли примечания к ст. 2042 и 2922 УК РФ только лиц,
передающих предмет подкупа или взятку, либо подразумевают и их
получателей? Буквальное толкование обоих примечаний приводит к отрицательному ответу на поставленный вопрос. Но если
учесть, что с точки зрения законодателя и получатель и вручитель
предмета преступления обладают одинаковой степенью общественной опасности, то равными должно быть и основания освобождения от ответственности, тем более что на практике вручитель
вполне может оказаться более активной фигурой.
Для практики более полезными были бы не теоретические рассуждения, а уточнение текста самого закона.
2
УК РФ только активный подкуп,
Решетников А. Ю.
ст. научный сотрудник отдела уголовноправовых исследований РГУП, канд. юрид.
наук, доцент
Стадии совершения преступления или неоконченное
преступление: интерпретация содержания
гл. 6 УК РФ в уголовно-правовой доктрине
В действующем уголовном законодательстве вопросам неоконченного преступления уделено особое место. В УК РФ норма-
101
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
тивные предписания об ответственности за неоконченное преступление впервые выделены в отдельную главу (гл. 6 УК РФ
«Неоконченное преступление).
Между тем уголовный закон не содержит понятия «неоконченное преступление». Законодатель ограничился лишь описанием
«оконченного преступления» (ч. 1 ст. 29 УК РФ) и его видов (ч. 2
ст. 29 УК РФ; ч. 1, 3 ст. 30 УК РФ). Представленное в гл. 6 УК РФ
законодательное решение оживило давнюю научную дискуссию
по вопросу об уголовно-правовом значении стадий совершения
преступления и их соотношении с неоконченным преступлением.
Совершение преступления как осознанного поведенческого акта
традиционно рассматривается в уголовном праве в виде процесса,
проходящего определенные этапы в своем развитии. Так, у лица,
которое планирует совершить преступление, для начала должен
родиться умысел, сформироваться осознанная потребность в конкретных действиях. Для совершения большинства преступлений,
помимо осознания, желания и решимости действовать, как правило, необходимо произвести некоторые подготовительные действия, изготовить орудия, найти соучастников и т. п. Лишь после этого лицо приступает к выполнению намеченного и достигает или нет
поставленной цели. Важно оговориться, что описанный алгоритм
характеризует большую часть прямоумышленных преступлений.
Подобное понимание процесса совершения преступления привело многих исследователей к выводу о том, что в своем развитии
преступление проходит несколько последовательно сменяющих
друг друга этапов (стадий): возникновения умысла, его обнаружения, подготовки преступления, начала его совершения и окончания. Так, в уголовно-правовой науке родилась «концепция стадий
совершения преступления», имеющая большое число сторонников (А. А МГерцензон, Н. Д. Дурманов, В. Д. Иванов, А. П. Козлов,
А. В. Наумов, И. С. Тишкевич и др.)
1
.
1
Именно эта концепция ввиду ее популярности и сложившихся в уголовноправовой науке традиций представлена в учебной литературе по уголовному
праву, изданной после принятия УК РФ 1996 г. при изложении материала
о неоконченном преступлении. См., например: Уголовное право. Общая часть.
Особенная часть / Под ред. Н. Г. Кадникова. М., 2013. С. 149–160; Уголовное
право. Общая часть / Под ред. А. И. Рарога. М., 2009. С. 177–196; Уголовное право России. Общая часть. Т. 1. / Под. ред. О. С. Капинус. М., 2015. С. 182–198;
102
Решетников А. Ю.
Следует отметить, что концепция стадий совершения преступления понимается ее представителями по-разному. Различия в ее
содержании в основном заключаются в количестве выделяемых
авторами этапов, которые проходит в своем развитии преступление. Так, например, А. А. Герцензон предлагал рассматривать в качестве стадий совершения преступления возникновение умысла,
подготовку преступного деяния, само преступное деяние и его результат
1
. А. А. Пионтковский выделял стадии обнаружения умысла, приготовления к преступлению, покушения на преступление
и оконченного преступления2. И. С. Тишкевич признавал стадиями
совершения преступления лишь приготовление к преступлению
и покушение на преступление3.
Современные авторы относят к стадиями совершения преступления приготовление к преступлению, покушение на преступление и оконченное преступление4.
Значение выделения стадий совершения преступления, как указывает Н. Д. Дурманов, заключается в том, что оно позволяет
определить те этапы, которые проходят оконченные преступления, и установить особенности ответственности за преступное деяние в зависимости от этапа, на котором было прекращено совершение преступления5.
Таким образом, в основу современной концепции стадий совершения преступления заложена идея о наказуемости тех этапов
Уголовное право России. Части Общая и Особенная / Под ред. А. В. Бриллиантова. М., 2015. С. 143–160 и др.
1
Герцензон А. А. Уголовное право. Часть Общая. М., 1948. С. 346
2
Курс советского уголовного права. Часть Общая / Под ред. А. А. Пионтков-
ского: В 6-ти т. Т. 2. М., 1970. С. 403.
3
Тишкевич И. С. Приготовление и покушение по советскому уголовному
праву (понятие и наказуемость). М., 1958. С. 25. Аналогичной точки зрения
придерживается П. Н. Панченко (См.: Панченко П. Н. Стадии совершения пре-
ступления: Лекция. Н. Новгород, 1995. С. 7).
4
См., например: Иванов В. Д. Предупреждение и пресечение преступлений
на различных стадиях их проявления. Ростов н/Д, 2000. С. 11–15; Нау-
мов А. В. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 1. Общая часть. М., 2004.
С. 268; Уголовное право. Общая часть: Учебник / Под ред. И. Э. Звечаровского.
М., 2010. С. 259 и др.
5
Дурманов Н. Д. Стадии совершения преступления по советскому уголовному праву. М., 1955. С. 11.
103
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
в развитии преступления, которые обладают наиболее высоким уровнем общественной опасности, представляют собой выраженное во вне
деяние, способное причинить ущерб объекту уголовно-правовой
охраны. К таковым, согласно уголовно-правовым предписаниям,
относятся: действия по приготовлению к тяжким и особо тяжким
преступлениям, покушение на преступление и оконченное преступление. Степень «общественной опасности» различных стадий совершения преступления учтена законодателем посредством детальной
регламентации правил об обязательном снижении максимальных
границ наказания (не более ½ максимального срока или размера наказания, предусмотренного за оконченное преступление, при назначении наказания за приготовление к преступлению, и не более ¾
за покушение на преступление) и невозможности назначения пожизненного лишения свободы и смертной казни за приготовление к преступлению и за покушение на преступление (ч. 2–4 ст. 66 УК РФ).
Представленные в литературе вариативные подходы к определению количества стадий совершения преступления свидетельствуют о том, что многие представители рассматриваемой концепции отождествляют стадии развития преступной деятельности
с видами неоконченного преступления. «Подобное двойственное
употребление в нашей литературе понятия «стадии преступления» — в собственном смысле слова, как этапов процесса преступной деятельности и как неоконченного преступления (приготовления и покушения), — пишет Н. Ф. Кузнецова, — ничем не оправдано
и способно лишь внести путаницу»
1
. По этой причине, указывает
автор, целесообразно различать стадии развития преступной деятельности — совершение приготовительных действий и исполнение преступления, и виды неоконченного преступления: приготовление к преступлению и покушение на преступление2. Эта идея,
высказанная Н. Ф. Кузнецовой более полувека назад, легла в основу формирования концепции видов неоконченного преступления,
получившей активное развитие после принятия УК РФ 1996 г.
3
1
Кузнецова Н. Ф. Ответственность за приготовление к преступлению и по-
кушение на преступление по советскому уголовному праву. М., 1958. С. 40–41.
2
Там же. С. 41.
3
В литературе представлены различные наименования этой концепции:
«концепция преступлений по степени их завершенности» (М. П. Редин), «концепция внестадийных деликтов» (А. И. Ситникова) и др.
104
Решетников А. Ю.
Апологеты учения о неоконченном преступлении критикуют
сторонников концепции стадий совершения преступления по ряду
оснований. Как указывает Г. В. Назаренко: «во-первых, в оконченном преступлении выделение стадий не имеет уголовно-правового
значения, поскольку квалификация совершенного преступления
осуществляется без ссылок на ст. 30 УК РФ; во-вторых многие
умышленные преступления не проходят никаких стадий; в-третьих, считать оконченное преступление завершающей стадией преступной деятельности не имеет смысла, т. к. оконченное преступление представляет собой завершенное преступление, т. е. единый
конгломерат»
1
. Теоретически выделение стадий совершения преступления возможно в том случае, подчеркивает А. И. Ситникова,
если такие преступления проходят определенные этапы развития.
Однако на практике в этом случае они признаются оконченными,
а потому так называемые стадии преступления не выделяются
и не имеют уголовно-правового значения2. Сторонники концепции
неоконченного преступления отмечают, что уголовный закон устанавливает уголовную ответственность за конкретные виды неоконченных преступлений — приготовление к преступлению и покушение на преступление. С этими же видами неоконченного
преступления имеет дело практика. Незавершенность преступлений законодатель связывает с объективными обстоятельствами,
находящимися вне воли виновного лица. Следовательно, незавершенное преступление не может развиваться дальше и переходить
из одной стадии в другую (приготовление к преступлению перерасти в покушение на преступление, а покушение на преступление стать оконченным преступлением). Таким образом, понимание приготовления к преступлению и покушения на преступление
в качестве этапов (стадий) развития преступления не соответствует букве закона3.
Вместе с тем отрицание стадийности преступлений сторонниками концепции неоконченного преступления (равно как и буквальное восприятие уголовно-правовых предписаний гл. 6 УК РФ)
1
Назаренко Г. В. Русское уголовное право. Общая часть: Курс лекций. М.,
2000. С. 116–117.
2
Назаренко Г. В., Ситникова А. И. Неоконченное преступление и его виды.
М., 2003. С. 91.
3
Там же.
105
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
должно приводить выводу о возможности квалификации приготовительных действий по совокупности с покушением на преступление.
Порой подобное понимание неоконченного преступления можно заметить и в отдельных решениях правоприменителей, с чем
справедливо не соглашается высшая судебная инстанция, сохраняя традиционное представление о стадийности в развитии преступной деятельности.
Так, например, по приговору Самарского областного суда М. был
признан виновным в совершении ряда преступлений, в том числе в приготовлении и в покушении на квалифицированное убийство.
Из материалов уголовного дела следует, что преступления М. были
совершены при следующих обстоятельствах.
М. совместно с К. и С. разработали план убийства Б. путем нападения
на него и сопровождавших его лиц в аэропорту. В запланированное
время Б. не прибыл в аэропорт, в связи с чем К., М. и С. не смогли осуществить задуманное. На другой день вооруженные К., М. и С. приехали в аэропорт. Дождавшись, когда автомобиль с Б. и сопровождавшими
его лицами приблизился, К. стал стрелять по автомобилю, затем стрельбу продолжил М. В результате указанных действий находившийся в машине Н. скончался, а потерпевший Б. скрылся с места преступления.
Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ оставила приговор
без изменения.
Президиум ВС РФ рассмотрел дело по надзорной жалобе осужденного М. и изменил судебные решения по следующим основаниям.
Как видно из материалов дела и приговора суда, М., вооруженный автоматом, трижды приезжал к месту предполагаемого убийства Б.
и сопровождавших его лиц, однако совершить преступление не смог,
т. к. Б. в аэропорт не прибыл.
Эти действия М. суд квалифицировал ка приготовление к убийству.
Вместе с тем в другой день, реализуя то же самое преступное намерение тем же способом, получив сигнал о приближении автомашин,
в которых находились Б. и сопровождавшие его лица, он открыл по ним
стрельбу из автомата. При этом был убит Н.
Умысел на убийство всех потерпевших осужденный не довел до конца
по независящим от его воли обстоятельствам. Таким образом, действия
М. в отношении одного и того же потерпевшего, направленные на достижение единого преступного результата, совершенные в короткий про-
106
Решетников А. Ю.
межуток времени и связанные с теми же целями и мотивами, следует
рассматривать как одно преступление, не требующее дополнительной
квалификации содеянного М., предшествовавшего достижению преступ-
1
ного результата, как приготовление к преступлению
.
Приведенная выдержка из постановления ВС РФ указывает
на следующие важные моменты: 1) развитие преступления в представлениях высшей судебной инстанции осуществляется стадийно; 2) границы преступного посягательства связываются с тем,
как была реализована «преступная» воля лица. В связи с этим формулируется правило квалификации неоконченных преступлений,
которое выражается следующим образом: действия лица в отношении одного и того же потерпевшего, направленные на достижение
единого результата, совершенные в короткий промежуток времени и объединенные одними и теми же целями и мотивами, не требуют самостоятельной квалификации как приготовление к преступлению, содеянное в данном случае полностью охватывается
ч. 3 ст. 30 УК РФ.
Следует отметить, что каждая из представленных концепций
обладает рядом преимуществ, которые еще предстоит полностью
уяснить отечественной уголовно-правовой науке. Как отмечают
специалисты по этому поводу, в современных условиях требуется
создать систему понятий и правил, наиболее полно отвечающих
строгим требованиям принципа законности и ставящих заслон
на пути неоправданного расширения сферы приложения уголовной репрессии; при этом необходимо разработать такую уголовноправовую концепцию, которая могла бы служить теоретическим
и нормативным основанием проведения ранних индивидуальнопрофилактических мероприятий, позволяющих пресечь преступную деятельность на самих ранних этапах ее проявления2. Решение подобных вопросов, как верно указывает Т. Г. Понятовская,
возможно только на концептуальном уровне3. Именно поэтому создание теории неоконченного преступления можно отнести
1
Постановление Президиума ВС РФ от 12 марта 2008 г. №33-П08 // Бюл-
летень ВС РФ. 2008. №10.
2
Пудовочкин Ю. Е. Учение о преступлении: Избранные лекции. М., 2010. С. 153.
3
Понятовская Т. Г. Концептуальные основы системы понятий и институ-
тов уголовного и уголовно-процессуального права. Ижевск, 1996. С. 153.
107
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
к разряду тех социально-правовых проблем, решение которых еще
предстоит найти отечественной науке. Неудивительно, что незавершенность научного поиска по обозначенной проблеме и наличие полярных взглядов на сущность и юридическое описание неоконченного преступления являют собой естественное препятствие
на пути уголовно-правового реформирования. Это проявляется
в том, что за двадцатилетие действия и активной корректировки
нормативных предписаний уголовного законодательства (пусть
и не всегда удачной, а порой явно ненужной) в главу о неоконченном преступлении не было внесено ни одного изменения.
Обращение к зарубежному опыту по вопросу нормативного описания стадий совершения преступления (развития преступления)
также не позволяет внести ясности, поскольку проблема неоконченного преступления в других странах ввиду различных предпосылок и подходов к пониманию сущности преступления решена
неодинаково. Ввиду этого обстоятельства зарубежная уголовноправая доктрина не содержит универсальной концепции неоконченного преступления, а законодатель оперирует различными терминами («стадии развития преступления», «неоконченное и оконченное
преступление», «стадии развития преступной деятельности», «приготовление и покушение») и вариативно определяет пределы криминализации и наказуемости неоконченных преступлений и т. п.
1
Вместе с тем нельзя не сказать, что определенные стремления
выстроить новую уголовно-правовую «концепцию неоконченного
преступления» в отечественной уголовно-правовой науке все же
предпринимаются. Такая попытка определить некую «золотую середину» между концепциями стадий преступления и видов неоконченного преступления была предпринята А. П. Козловым. В своем
обстоятельном исследовании он показал особенности поэтапного
1
См., подробнее: Зубкова В. И. Уголовное законодательство европейских
стран: сравнительно-правовое исследование. М., 2013. С. 121–147; Есаков Г. А.
Покушение как разновидность неоконченного преступления в английском
уголовном праве // Lex Russica. Научные труды МГЮА. 2005. №2. С. 375–393;
Тарасова И. А., Тарасова Н. В. Институт неоконченного преступления в российском и зарубежном уголовном праве // Право: история, теория, практика:
Сб. статей и материалов. Вып. 20. Брянск, 2016. С. 172–179; Флетчер Д.,
Наумов А. В. Основные концепции современного уголовного права. М., 1998.
С. 412–439 и др.
108
Решетников А. Ю.
(стадийного) развития преступной деятельности во времени и пространстве и особенности их уголовно-правовой оценки сквозь призму уголовно-правовых предписаний о неоконченном преступлении. Автор отмечает, что любое преступление в развитии проходит
ряд стадий (от момента возникновения соответствующего психического отношения к деянию и результатам своего поведения
до наступления преступного последствия или прерывания преступной деятельности). Именно поэтому количество этапов в каж дом
преступлении может разниться
1
. Если преступная деятельность
лица не прерывалась и результат, к которому стремился виновный, наступил, тогда мы имеем дело с оконченным преступлением.
В том же случае, если преступная деятельность прерывается на той
или иной стадии ее развития, следует говорить о неоконченном преступлении. При этом вопрос об уголовно-правовой оценке содеянного, по мнению А. П. Козлова, следует решать в зависимости
от конкретной стадии развития преступной деятельности, на которой она была прервана. Если она была пресечена на этапе формирования умысла лица, то уголовно-правовые последствия исключены.
Эту стадию предлагается учитывать для решения криминологических задач. В ситуациях, когда преступная деятельность прерывается на стадиях приготовления к преступлению или покушения
на преступление, то она имеет вполне определенные уголовно-правовые последствия2.
Как представляется, «усредненная» концепция понимания неоконченного преступления в виде учтенных законодателем стадий
развития преступной деятельности, предложенная А. П. Козловым,
на сегодняшний день может быть признана наиболее удачной, хотя
и не лишенной отдельных слабых сторон. Представляется, что
с помощью положений этой концепции непросто решить вопросы об общественной опасности стадий совершения преступления
и об основаниях уголовной ответственности за неоконченное преступление, провести дифференциацию стадий и сформулировать правила
квалификации содеянного при наличии признаков неоконченного
преступления и др. В связи с чем следует еще раз указать на необходимость дальнейшего исследования обозначенной проблематики.
1
Козлов А. П. Учение о стадиях преступления. СПб., 2002. С. 40–41.
2
Там же. С. 192–194.
109
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
Сказанное позволяет заключить, что современные доктринальные представления о стадиях развития преступной деятельности
в своей совокупности пока еще не позволяют составить концептуально новую, основанную на закрепленных в уголовном законодательстве принципах и соответствующую потребностям правоприменительной практики и уголовно-правовой превенции, теорию
неоконченного преступления. Что, в свою очередь, не позволяет
по-новому изложить уголовно-правовые предписания о неоконченной преступной деятельности в тексте закона и «примирить» социальную действительность с ее отражением в норме права.
Толкаченко А. А.
гл. научный сотрудник РГУП, заслуженный
юрист РФ, д-р юрид. наук, профессор
Современные перспективы развития
сферы уголовной юстиции
Осень 2016 г. знаменует собой политико-правовую «перезагрузку», время подведения определенных законотворческих итогов
и осмысления новых перспектив. ГосДума ФС РФ предыдущего созыва «побила рекорды» законодательной деятельности, в том
числе и в криминалистической сфере, но больше всего в области
административного регулирования. Принято более 3 тыс. законов
(по 300–350 в сессию). В целом за 6 созыв внесено более 6 тысяч
законопроектов (примерно по 13 на каждого депутата, в том числе
и в части ответственности), но более 2/3 проектов отклонено (в стране более 700 субъектов законодательной инициативы).
Больше всего внесено и принято правительственных законопроектов, что в целом объяснимо и понятно. Такой же нормотворческой активностью отличалась исполнительная власть на подзаконном уровне. При том, что среднесрочная федеральная программа
«Стратегия роста» предусматривает уменьшение избыточного
администрирования, в том числе по таким социально значимым
направлениям, как налоговое, таможенное, правоохранительное,
судебное регулирование. 1 апреля 2016 г. Правительством РФ
утвержден план мероприятий (очередная «дорожная карта») по со-
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]