Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона. Сборник материалов Четвертой Всероссийской научно-практической конференции
.pdf
Симоненко А. А.
ника. Следовательно, увязывать момент окончания преступления,
предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ, с предъявлением обвинения нелогично, так как возможность совершения этого процессуального действия не всегда зависит от воли следователя
или дознавателя.
3. Уже с момента принятия процессуального решения о признании лица обвиняемым к нему могут быть применены меры процессуального принуждения. В частности, обвиняемый, место нахождения которого неизвестно, до предъявления ему обвинения
может быть объявлен в розыск (ч. 1–2 ст. 210 УПК РФ);../../../../
Documents and Settings/Documents and Settings/СеменчеваНН/
cgi/online.cgi%3freq=query&REFDOC=207487&REFBASE=LAW
&REFPAGE=0&REFTYPE=CDLT_CHILDLESS_CONTENTS_
ITEM_MAIN_BACKREFS&ts=29133148128457729742&lst=0&R
EFDST=103339&rmark=1 при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, в отношении разыскиваемого обвиняемого
может быть избрана мера пресечения, в том числе, и заключение
под стражу (ч. 4 ст. 210 УПК РФ).
4. Процессуальное решение о признании обвиняемым заведомо
невиновного лица причиняет вред основному непосредственному
объекту рассматриваемого преступления, даже если невиновный
не был ознакомлен с этим решением. Придание заведомо невиновному лицу уголовно-процессуального статуса обвиняемого само
по себе посягает на интересы правосудия, искажает его суть, грубо нарушает нормальную деятельность органов предварительного расследования по обеспечению целей и задач правосудия, так
как с момента принятия это процессуальное решение изменяет
существующие уголовно-процессуальные отношения, направляет
их в незаконное русло. Деформирует оно и дополнительный непосредственный объект, т. е. права и свободы заведомо невиновного
лица, признанного обвиняемым, поскольку, как упоминалось ранее, признание лица обвиняемым само по себе ограничивает статус личности.
5. Отстаиваемая нами трактовка объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ, создает предпосылки
для адекватного уголовно-правового реагирования на все возможные варианты и процессуальные формы привлечения заведомо невиновного в качестве обвиняемого. Если же моментом юри-
221
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
дического окончания этого преступления считать предъявление
обвинения, то должностное лицо органа предварительного расследования может избежать уголовной ответственности по ч. 1 ст. 299
УК РФ лишь по той причине, что не ознакомило заведомо невиновное лицо с процессуальным актом о признании его обвиняемым. Показательным в этом отношении является следующее уголовное дело.
Приговором Оренбургского обл. суда от 26 июня 2007 г. старшим
дознаватель Т. оправдан по двум преступлениям, предусмотренным
ч. 1 ст. 299 УК РФ, за отсутствием в его действиях составов указанных преступлений.
В кассационном представлении государственный обвинитель просил отменить приговор, полагая, что суд необоснованно оправдал Т.
по двум преступлениям, предусмотренным ст. 299 УК РФ.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационного представления, Судебная коллегия ВС РФ указала, что выводы суда,
связанные с оправданием Т. по ст. 299 УК РФ за отсутствием в его
действиях состава преступления, мотивированы.
Суд со ссылкой на нормы закона обоснованно признал, что в соответствии со ст. 225 УПК РФ привлечение лица к уголовной ответственности
определяется обвинительным актом. При этом обвиняемый, его защитник должны быть ознакомлены с обвинительным актом и материалами
уголовного дела, о чем делается соответствующая отметка в протоколе
ознакомления с материалами дела.
В судебном заседании на основе исследованных материалов установлено, что К. и М. не были ознакомлены с обвинительными актами
и формулировками их обвинения по ч. 1 ст. 158 УК РФ. Как следует из их
показаний в суде, они не были осведомлены о вынесенных в их отношении названных процессуальных документах и о привлечении их к уголовной ответственности.
Изготовление обвинительных актов Т. суд в приговоре расценил как
приготовительные действия, ответственность за которые наступает только относительно тяжких и особо тяжких преступлений. При таких обстоятельствах судом сделан обоснованный вывод о том, что привлечение
потерпевших по данному делу лиц к уголовной ответственности фактически не имело места, поэтому в содеянном Т. отсутствуют два преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 299 УК РФ.
222
Симоненко А. А.
С учетом изложенного Судебная коллегия ВС РФ признала обоснованным вывод суда об оправдании Т. по ч. 1 ст. 299 УК РФ за отсутствием состава преступления
1
.
Оценивая этот оправдательный приговор, отметим, что в его
основу положено неверное с нашей точки зрения толкование объективной стороны состава преступления, предусмотренного ч. 1
ст. 299 УК РФ, которое не соответствует действующему уголовно-процессуальному законодательству (как минимум, положениям ч. 1 ст. 47 УПК РФ), не учитывает содержание непосредственного объекта рассматриваемого преступного деяния и механизм
причинения ему вреда. Руководствуясь ошибочным толкованием
ч. 1 ст. 299 УК РФ, суд признал, что имело место всего лишь приготовление к привлечению двух заведомо невиновных к уголовной
ответственности, т. е. приготовление к преступлению средней тяжести, которое ненаказуемо в силу предписаний ч. 2 ст. 30 УК РФ.
И это притом, что дознаватель не только умышленно создал условия для привлечения заведомо невиновных к уголовной ответственности, но и принял юридически значимое процессуальное решение, на основании которого двое невиновных лиц получили
статус обвиняемых. То обстоятельство, что обвиняемые не были
ознакомлены с обвинительными актами, не делает это преступление неоконченным. Аналогия с преступлениями против личности,
которые признаются оконченными только после причинения вреда потерпевшему, здесь неуместна, т. к. предусмотренное ч. 1 ст. 299
УК РФ преступление посягает, в первую очередь, на публичные
интересы правосудия. А им, безусловно, был причинен вред.
Вышеизложенные аргументы не оставляют сомнений в том,
что объективная сторона состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ, выражается в принятии процессуального
решения о признании заведомо невиновного лица обвиняемым,
т. е. в вынесении (составлении) постановления о привлечении
в качестве обвиняемого, обвинительного акта или обвинительного постановления. Именно с момента принятия указанного процессуального решения преступление следует считать юридически
оконченным. Дальнейшие действия, направленные на предъявле-
1
Определение ВС РФ от 13 сентября 2007 г. по делу №47-007-46.
223
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
ние обвинения (ознакомление с процессуальным актом), в котором сформулировано обвинение, находятся за рамками состава
оконченного преступления.
Скляров С. В.
профессор кафедры уголовного права
РГУП, д-р юрид. наук, профессор
Совместное совершение преступления
с лицом, не отвечающим общим условиям
уголовной ответственности
В судебной практике неоднозначно решался и решается в настоящее время вопрос о групповом совершении преступления с лицом, не отвечающим общим условиям уголовной ответственности,
т. е. с лицом, не достигшим возраста уголовной ответственности
или невменяемым.
В ранее действующих Постановлениях Пленума ВС РФ давались однозначные рекомендации по квалификации преступлений,
совершенных в соучастии с лицами, не отвечающими общим условиям уголовной ответственности.
Например, в Постановлении Пленума ВС РСФСР «О судебной
практике по делам о грабеже и разбое» было закреплено правило, в соответствии с которым действия участника разбойного нападения или грабежа, совершенные по предварительному сговору
группой лиц, подлежали квалификации соответственно по ч. 2
ст. 145, п.«а» ч. 2 ст. 146 УК РСФСР независимо от того, что остальные участники преступления в силу ст. 10 УК РСФСР или по другим предусмотренным законом основаниям не были привлечены
к уголовной ответственности1.
В Постановлении Пленума ВС РФ «О судебной практике по делам об изнасиловании» также давались рекомендации по квалификации действий участников группового изнасилования по ч. 3
ст. 117 УК РСФСР независимо от того, что остальные участники
1
Постановление Пленума ВС РСФСР от 22 марта 1966 г. №31 «О судебной
практике по делам о грабеже и разбое» // Бюллетень ВС РСФСР. 1966. №6.
224
Скляров С. В.
преступления не были привлечены к уголовной ответственности
ввиду их невменяемости, либо в силу требований ст. 10 УК РСФСР,
или по иным предусмотренным законом основаниям
1
.
В 1997 г. ВС РФ, разъясняя сферу применения ст. 35 УК РФ
в ответах на вопросы, разосланных по судам субъектов РФ указывал, что «действия участника группового преступления подлежат
квалификации по соответствующему пункту и части статьи УК РФ,
предусматривающей ответственность за совершение преступления,
совершенное группой лиц, независимо от того, что остальные участники не были привлечены к уголовной ответственности ввиду
их невменяемости, либо в силу не того, что они не достигли возраста уголовной ответственности, а также в случае выделения дела
в отдельное производство. При этом доказыванию подлежит, что
умыслом виновного охватывалось совершение преступления в группе, а не посредством использования других лиц, не подлежащих
уголовной ответственности в силу возраста или невменяемости».
Практика ВС РФ по различным видам преступлений также
следовала указанной выше позиции2. В действующих постановлениях Пленума ВС РФ вопрос о квалификации групповых преступлений с лицами, не отвечающими общим условиям уголовной
ответственности, остается нерешенным3.
В Постановлении Пленума ВС РФ «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» в первоначальной редакции рассматриваемый вопрос соучастия также не получил освещения4.
В феврале 2007 г. в указанное постановление были внесены
изменения, в соответствии с которыми действия лиц, похитивших
1
Постановление Пленума ВС РФ от 22 апреля 1992 г. №4 «О судебной пра-
ктике по делам об изнасиловании» // Бюллетень ВС РФ. 1992. №7.
2
См., например: Постановление №1048п2000пр по делу Тимиркаева и др.;
Постановление №740п99 по делу Степанова // Бюллетень ВС РФ. 2001. №8.
С. 17; Постановление Президиума ВС РФ №604П04пр по делу Прокопьева //
Бюллетень ВС РФ. 2005. №4. С. 18.
3
См., например: Постановление Пленума ВС РФ от 27 января 1999 г. №1
«О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» // Бюллетень
ВС РФ. 1999. №3; Постановление Пленума ВС РФ от 4 декабря 2014 г. №16
«О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности» // Бюллетень ВС РФ. 2015. №2.
4
Постановление Пленума ВС РФ от 27 декабря 2002 г. №29 «О судебной
практике по делам о краже, грабеже и разбое» // Бюллетень ВС РФ. 2003. №2.
225
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
чужое имущество путем кражи, грабежа или разбоя группой лиц
по предварительному сговору или организованной группой, следует квалифицировать по соответствующим пунктам ст. 158, 161
и 162 УК РФ по признакам «группа лиц по предварительному сговору» или «организованная группа», если в совершении этого преступления совместно участвовали два или более исполнителя, которые в силу ст. 19 УК РФ подлежат уголовной ответственности
за содеянное
1
.
Казалось бы, данные разъяснения должны были бы поставить
точку в многочисленных спорах и окончательно направить судебную практику в единое русло. Однако в 2010 г. данный абзац
из текста постановления был исключен2. Таким образом, на сегодняшний день официальных разъяснений о правилах квалификации
преступлений, совершенных в соучастии с лицом, не отвечающим
общим условиям уголовной ответственности, не имеется. Поэтому
необходимо рассмотреть эту проблему с позиции теории уголовного права.
В первую очередь, необходимо отметить, что сторонники не вменения квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору» при квалификации преступления, совместно
совершенного с лицом, не являющимся его субъектом в силу возраста или невменяемости, фактически встают на позицию объективного вменения, предлагая учитывать для квалификации лишь
некие объективные обстоятельства, а не то, что охватывалось умыслом виновного. А умыслом виновного в таких ситуациях как раз
и охватывается совместное совершение преступления.
Если следовать рекомендациям и не квалифицировать в таких
ситуациях содеянное как групповое преступление, будет нарушен
принцип справедливости, в соответствии с которым наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, т. е. соответствовать характеру и степени общественной
опасности преступления, обстоятельствам его совершения. Зако-
1
Постановление Пленума ВС РФ от 6 февраля 2007 г. №7 «Об изменении
и дополнении некоторых постановлений Пленума ВС РФ по уголовным делам» // Бюллетень ВС РФ. 2007. №5.
2
Постановление Пленума ВС РФ от 23 декабря 2010 г. №31 «Об изменении
и дополнении некоторых Постановлений Пленума ВС РФ по уголовным делам» // Бюллетень ВС РФ. 2011. №2.
226
Скляров С. В.
номерно возникает вопрос: если в одном случае 14-летний подросток по предварительному сговору с лицом в возрасте 13 лет
и 11 месяцев совершает хищение чужого имущества, а в другом —
тот же подросток совершает такое же хищение, но по предварительному сговору с 14-летним лицом, в чем общественная опасность
первого преступления будет значительно меньше, чем второго?
Почему наказание, назначенное 14-летнему подростку, в первом
случае будет значительно мягче, чем во втором? Представляется,
что степень общественной опасности совершенного преступления и в первом, и во втором случае будет одинаковой, поэтому
и наказание в соответствии с принципом справедливости должно
быть при прочих равных условиях одинаковым.
При выводе о невозможности вменить квалифицирующий признак «по предварительному сговору группой лиц» при совершении
преступления с лицом, не отвечающим общим условиям уголовной ответственности, акцент делается почему-то именно на соучастнике, который в силу возраста или невменяемости, не может
быть привлечен к уголовной ответственности за совершенное преступление. Хотя акцент должен быть смещен на соучастника,
являющегося субъектом преступления. Ведь невменяемое лицо
или лицо, не достигшее возраста уголовной ответственности, никто и не собирается привлекать к ответственности, а вот второй
соучастник, который совершал преступление совместно с другим
лицом, понимал это, должен нести ответственность по всей строгости закона.
С другой стороны, на практике при совершении группового преступления нередко удается задержать лишь одного соучастника.
В этом случае уголовное дело в отношении второго выделяется
в отдельное производство, в отношении первого — передается в суд.
И всегда, как следует из проведенного автором интервьюирования
судей и следователей, действия задержанного соучастника квалифицируются как групповое преступление. При этом никто не задумывается о том, что скрывшийся соучастник может быть невменяемым или не достиг возраста уголовной ответственности.
Таким образом, представляется справедливым при совершении
преступления в группе с лицом, не отвечающим общим условиям
уголовной ответственности, вменять квалифицирующие признаки «группой лиц» или «по предварительному сговору группой
227
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
лиц» при условии доказанности факта, что умыслом виновного
охватывалось совместное совершение преступления в группе с данным лицом. Если же виновный совершил преступление посредством использования другого лица, не подлежащего уголовной
ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, его действия следует квалифицировать как действия
непосредственного исполнителя преступления без вменения указанных квалифицирующих признаков.
Шарафутдинов Е. А.
горный прокурор Кемеровской области
Общественно опасные случаи нарушения
правил использования недр, не реализовавшие
потенциал уголовной репрессии
Близкие к нулевым статистические показатели судебной практики в сфере нарушений правил использования недр отнюдь не означают, что их нет в действительности. Большое число грубейших
нарушений рассматриваемых требований, причиняющих значительный ущерб, не влекут инициирование публично-правового
преследования. Нередко это объясняется «точечным пересечением
проблем базового недропользования и отношений от него производных (нормирования, налогообложения, отчетности по горной
статистике…). В качестве иллюстрации можно привести следующий пример юрисдикционной практики.
Управление федеральной налоговой службы России по Кемеровской обл. возбудило административное производство в отношении ОАО «СУЭК-Кузбасс» по факту уклонения от налогообложения
посредством занижения налогооблагаемой базы за 2008 г. — в сумме 16 341 951 руб., за 2009 г. — 11 354 301 руб., повлекшее недоплату налогов соответственно за 2008 г. — 3 922 069 руб. и за 2009 г. —
2 543 004 руб. Налогоплательщик не предоставлял компетентным
органам необходимую документацию. В соответствии с п. 18 Инструкции по расчету промышленных запасов, определению и учету потерь угля (сланца) в недрах при добыче (утв. Минтопэнерго
РФ 11 марта 1996 г.) нормативы потерь устанавливаются по опре-
228
Шарафутдинов Е. А.
деленной формуле. Но полученные показатели подлежат последующей корректировке фактически явочным порядком по инициативе пользователя недр и по данным, предоставленным им самим.
Если на момент наступления срока уплаты налога у налогоплательщика отсутствуют утвержденные нормативы потерь на очередной календарный год, применяются нормативы потерь, утвержденные ранее. ОАО «СУЭК — Кузбасс» не утверждал нормативов
на 2008, 2009, 2010, 2011 и 2012 гг. В связи с чем, на данные периоды были применены нормативы потерь, утвержденные на 2007 г.
На основании этих показателей была определена налогооблагаемая база и выявлена налоговая недоимка на многомиллионную
сумму; что и послужило основанием для возбуждения административного производства. При этом вполне логично возникает вопрос: почему компетентные органы ограничились инициированием административного производства, тогда как в рассмотренном
деянии присутствовали все признаки налогового преступления.
Но дело осложнилось тем, что налогоплательщик задним числом
добился пересмотра нормативов потерь на основе им же самим
предоставленных данных. Очевидна была сомнительность их достоверности, но поскольку все было произведено в соответствии
с установленными правилами, налоговый орган был вынужден
13 мая 2012 г. вынести решение №20 об отказе в привлечении
к ответственности за совершение налогового правонарушения
1
Недостатки нормирования обусловили и проблемы в налогообложении и производно — проблемы привлечения лиц, совершивших
указанные деликты, к административной или уголовной ответственности. Виновный остался ненаказанным, а сокрытые от взыскания несколько миллионов рублей так и не попали в бюджет
государства.
Действующее налоговое законодательство создает благоприятную почву для масштабных злоупотреблений. Так, согласно пп. 7
п. 3 ст. 333 гл. 25 НК РФ «в случае если осваиваемый участок признается налогоплательщиком бесперспективным либо продолжение его освоения признается нецелесообразным, суммы расходов,
осуществленные налогоплательщиком по освоению участка, включаются в состав прочих расходов в общем порядке». А п. 1 ст. 339
.
1
Архив УФНС РФ по Кемеровской области за 2012 г.
229
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
НК РФ устанавливает следующее правило: «Количество добытого
полезного ископаемого определяется налогоплательщиком самостоятельно» (основной показатель при начислении налога на добычу полезных ископаемых). В соответствии с п. 3 ст. 339 этот показатель уменьшается на размер нормированных потерь, которые
также устанавливаются исходя из данных, предоставляемых налогоплательщиком. П. 1 ст. 340 НК РФ содержит положение: «Оценка стоимости добытых полезных ископаемых определяется налогоплательщиком самостоятельно… исходя из сложившихся
у налогоплательщика цен…». П. 1 ст. 342 НК РФ также предписывает определять степень выработанности конкретного участка
недр налогоплательщику самостоятельно. Таким образом, практически на усмотрение налогоплательщика, без какого-либо контроля со стороны государства, предоставляется возможность произвольного манипулирования налогооблагаемой базой. Имеет место
искусственно легализованный механизм уклонения от уплаты налогов. Налогоплательщик вполне может уплачивать столько налогов, сколько сам пожелает — криминальное эльдорадо. Данное обстоятельство является одной из причин (а может быть и основной)
отсутствия судебной практики по налоговым преступлениям совершенными субъектами недропользования.
Из официальной судебно-следственной статистики применения
ст. 255 УК РФ можно сделать выводы, представляющие как научный, так и прикладной (сферы законодательства и правоприменения)
интересы. В качестве основания территориальной выборки может
служить значимость региона в использовании российских недр
в целом и значимость горно-добывающего сектора в региональной
экономике. С позиции оценки данных критериев наиболее оптимальным для исследования регионом представляется Кемеровская
область. Анализ статистических данных за период 2006–2013 гг. по данным прокуратуры можно представить в виде следующей таблицы.
Расхождение в цифрах 2006 г. еще можно объяснить тем,
что прекращались и приостанавливались ранее зарегистрированные дела. Но куда делось одно уголовное дело из двух зарегистрированных в 2008 и 2009 гг. (ведь прекращено лишь одно) непонятно. Также очевиден диссонанс между статистическими данными
прокуратуры и реальным положением дел: статистические данные
демонстрируют нулевые показатели приговоров за рассматривае-
230
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]