Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона. Сборник материалов Четвертой Всероссийской научно-практической конференции
.pdf
Рахманова Е. Н.
вом-участником судебное решение в целях задержания и передачи
другим государством-участником разыскиваемого лица для осуществления уголовного преследования либо для исполнения наказания или меры безопасности, связанных с лишением свободы (ст. 1
Рамочного решения)
1
. Формально основанием для выдачи ордера
могут быть любые виды преступлений. В связи с этим Европейская комиссия призвала национальные суды при вынесении решений о выдаче европейского ордера обеспечивать соблюдение
принципа пропорциональности: решение о выдаче европейского
ордера на арест должно соответствовать тяжести совершенного преступления и степени его общественной опасности2.
С 2005 г. до 2009 г. количество ежегодно выдаваемых единых
ордеров возросло с 7 тыс. почти до 16 тыс., а число успешно произведенных по этим ордерам арестов — с 836 до 443143. Но следует
подчеркнуть, что отношение к данному документу неоднозначно.
В частности, это касается проблемы «двойного вменения», когда
деяния, к которым применяется выдача, должны быть наказуемы
по законодательству, как запрашивающего, так и запрашиваемого
государства. Показательным в этом смысле является дело «Advocaten
voor de Wereld», некоммерческой бельгийской ассоциации, которая подала в арбитражный суд Бельгии иск об аннулировании национального закона о европейском ордере на арест на том основании, что рамочное решение нелегитимно. Ассоциация подвергла
сомнению правомерность отмены принципа «двойной преступности» относительно тяжких преступлений, подчеркнув, что 32
преступления перечислены в списке без гармонизации соответствующих национальных законодательств, что ведет к нарушению
1
Рамочное решение Совета от 13 июня 2002 г. «О европейском ордере на арест
и процедурах передачи лиц между государствами-членами» (2002/584/JAI).
URL:http://eulaw.edu.ru/documents/legislation/law_defence/euro_order.htm#_ftnref1.
2
Отчет Комиссии для Европейского Парламента и Совета «О реализации
Рамочного решения от 13 июня 2002 г. о европейском ордере на арест и процедурах передачи лиц между государствами-членами» от 11 апреля 2011 г.:
URL: // http://eur-lex.europa.eu.
3
Report on the implementation since 2007 of the Council Framework Decision
of 13 June 2002 on the European arrest warrant and the surrender procedures
between Member States. European Commission, COM(2011) 175 final, 11.04.2011:
URL:// http://ec.europa.eu/justice/criminal/files/.
271
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
принципа законности, равенства прав и к дискриминации граждан.
Но Суд ЕС посчитал, что данное Рамочное решение не нарушает
законности и прав человека
1
.
Таким образом, современное европейское уголовное право представляет собой смешение принципов, исходящих от общей традиции государств-членов, которые стоят сегодня на перекрестке
между общим и континентальным правом.
Но европейское уголовное право не только находится под влиянием национального уголовного права, оно влияет на него и способствует его дальнейшему развитию. Это проявляется и в уголовной политике ЕС, и в развитии законодательства и в судебной
интерпретации через прецедентное право.
Европейская уголовная политика несправедливо недооценивается специалистами. Действительно, до 90-х гг. XX в. она носила неофициальный характер. Но после Лиссабонской реформы
«Европейский совет определяет стратегические ориентиры для составления программ законодательной и оперативной деятельности в сфере пространства свободы, безопасности и правосудия»
(ст. 68 ДФЕС). Кроме того, «Союз старается обеспечить высокий
уровень безопасности с помощью мер, направленных на предотвращение преступности, расизма, ксенофобии и на борьбу с ними,
мер по обеспечению координации и сотрудничества полицейских,
судебных и других компетентных органов, а также путем взаимного признания судебных решений по уголовным делам и, если
необходимо, посредством сближения уголовных законодательств»
(ст. 67. (3) ДФЕС)2.
ЕС были приняты несколько программ в области свободы,
безопасности и правосудия. Первая программа принята в Тампере
(Финляндия) на внеочередном саммите ЕС, который состоялся
15–16 октября 1999 г.3 Согласно «Плану Тампере» были выделены
1
Потемкина О. Проблемы применения европейского ордера на арест госу-
дарствами-членами ЕС. URL: //http://www.alleuropa.mgimo.ru/.
2
Договор о функционировании Европейского Союза (Рим, 25 марта 1957 г.)
(в ред. Лиссабонского договора 2007 г.): URL: // http://dokipedia.ru/document/
5191708.
3
Area of Freedom, Security and Justice: Assessment of the Tampere programme
and future orientations {SEC(2004)680 et SEC(2004)693}, COM/2004/0401 final:
URL:http://eur-lex.europa.eu/legal-content.
272
Рахманова Е. Н.
три приоритетные сферы деятельности Союза. Первая — иммиграционная политика и предоставление политического убежища.
Вторая — формирование европейского правового пространства,
в том числе, разработка принципов взаимного признания судебных решений в сфере семейного законодательства и в деле защиты
евро от подделок и обеспечения финансовых интересов Сообщества. Третья — борьба с организованной преступностью. С этой
целью Совет ЕС постановил создать специальное ведомство Евроюст (EUROJUST).
В ноябре 2004 г. на саммите в Гааге (Нидерланды) была утверждена следующая программа и план действий по дальнейшему
углублению сотрудничества в сфере внутренних дел и правосудия.
Гаагская программа (2005–2009) содержит ряд приоритетных направлений, в том числе: противодействие терроризму (усиление информационного обмена, борьба с системами найма террористов и финансирования террористических организаций); защита
информации при должном обеспечении ее сохранности; облегчение доступа граждан к правосудию и т. д.
1
Положения Гаагской программы продолжены в Стокгольмской
программе «Открытая и безопасная Европа на службе и на защите граждан»2, в которой выделен специальный раздел «Уголовное
право» (п. 3.3.1). В нем подчеркивается, что «преступное поведение в области особо тяжких преступлений с трансграничным измерением, являющееся результатом природы или воздействия
таких преступлений, и особая необходимость борьбы с ними
на общих основаниях должны стать предметом общих определений уголовных преступлений и общих минимальных уровней
максимальных санкций… Одним из вопросов может быть необходимость и возможность приближения или определения уголовного преступления, за которое не применяется двойная уголовная ответственность…» И, кроме того, «минимальные правила,
1
Communication from the Commission to the Council, the European Parliament,
the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions —
Justice, freedom and security in Europe since 2005: an evaluation of The Hague
programme and action plan {SEC (2009) 765 final} {SEC (2009) 766 final} {SEC
(2009) 767 final URL: // http://eur-lex.europa.eu/.
2
The Stockholm Programme — An open and secure Europe serving and protecting
citizens. Council of the EU 17024/09, 2.12.2009: URL: // https://ec.europa.eu/.
273
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
касающиеся определения уголовных преступлений и санкций, также могут быть установлены, если сближение уголовного законодательства и нормативных актов государств-членов ЕС является
существенным для обеспечения эффективной имплементации политики Союза, которая стала предметом мер по гармонизации.…»
1
Таким образом, основная задача уголовной политики ЕС состо-
ит в том, чтобы определить направления развития уголовного
права, достичь политический компромисс и, в конечном счете,
разработать и принять законодательные предложения, которые
должны быть имплементированы либо гармонизированы национальным уголовным законодательством.
Основными законодательными инструментами европейско-
го уголовного права являются рамочные решения и директивы.
Цель рамочных решений, прежде всего, реализация международно-правовых (конвенционных) обязательств государств-членов
ЕС, которые обязывают вводить уголовные санкции, если это необходимо для осуществления уголовной политики ЕС2.
В свою очередь директивы ЕС также являются средством гар-
монизации законодательных, исполнительных и административных предписаний государств-участников в сфере уголовного
права. Их задачей является возможное сближение уголовноправовых норм для установления минимальных стандартов, касающихся признаков составов преступлений, указанных в ст. 83
ДФЕС и соответственно наказаний за них. По существу, они
сходны с рамочными решениями. Директивы обязательны для исполнения, при этом государства-члены для их выполнения могут применять свои методы. Именно посредством директив
обеспечивается гармонизация уголовного законодательства, иначе говоря, обеспечивается взаимное соответствие уголовно-правых норм3.
.
1
Там же // https://ec.europa.eu.
2
Рерихт А. А. Европеизация уголовного права в свете европейской конституции и иных нормативных актов европейского союза (Реферативный обзор) //
Современное уголовное право и криминология: Сб. научных трудов. М.:
Изд-во ИНИОН РАН, 2007. С. 175–177.
3
Чиркин В. Е. Наднациональное право — новое явление современности:
Сб. научных статей «Типы право-понимания и вызовы меняющегося мира.
СПб, Астерион, 2016. С. 358.
274
Рахманова Е. Н.
Отличие рамочных решений от директив заключается в том,
что они не имеют прямого действия и их правовой статус еще
до конца неясен. В связи с этим некоторые специалисты рассматривают возможность применения национальными судами аналогии «(между директивами и рамочными решениями) на основе
принципа лояльности при применении ими национального права — если это позволяют содержание и цели европейских актов»
1
Что же касается прецедентного права Суда ЕС, который правомочен выносить решения в преюдициальном порядке о: а) толковании Договоров; b) действительности и толковании актов
институтов, органов или учреждений Союза» (ст. 267 ДФЕС),
то говорить о его прямом влиянии на развитие уголовного права
пока нет оснований. Хотя в определенной степени, оно проявляется в воздействии решений Суда ЕС на национального законодателя и правоприменителя, т. к. в его решениях содержатся правовые позиции, которым должны следовать суды в ЕС.
Различие между формами правовой интеграции в ЕС является, вероятно, тем основным правовым инструментом, который
наиболее тесно связан с оценкой взаимодействия европейского
уголовного права и национального. Оно достигается посредством
минимальной и полной гармонизации законодательства. Именно
объем национального усмотрения является ключевым фактором,
определяющим разницу между формами правовой интеграции.
Правовые акты ЕС, основанные на минимальной гармонизации,
указывают, что государства-члены могут сохранять или вводить
более строгие правила. В противоположность этому, в случае
полной гармонизации государства-члены теряют право отступать
от положений правового акта ЕС, кроме случаев, прямо указанных в нем. Полная гармонизация законодательства происходит
посредством имплементации европейских актов в свое законодательство. Так, например, Чехия имплементировала в свое законодательство более 100 актов ЕС, ни слова не изменяя в них2.
Таким образом, на первый взгляд метод гармонизации законодательства является основным правовым инструментом законодательного воздействия ЕС на государства-члены. Но термин
.
1
Там же.
2
Чиркин В. Е. Указ. соч. С. 358.
275
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
«гармонизация» до сих пор не получил нормативного определения, а потому интерпретируется он по-разному. Так, одними
исследователями «гармонизация» определяется как устранение
различий между системами уголовного права и рассматривается
как «реализация улучшения и гармония смысловых различий»
1
Другие ученые полагают, что законодатель, гармонизируя законодательство, не столько стремится устранить противоречия,
сколько удалить пробелы в праве2. Вероятно это в полной мере
можно отнести к уголовному праву, которому в силу специфики
его задач все-таки необходима определенная степень автономии. Но чаще всего под «гармонизацией» понимается унификация или сближение уголовного права на европейском уровне3.
Условия гармонизации законодательства государств-членов
содержатся в гл. 1 раздела V («Общие положения») и гл. 4 («Судебное сотрудничество по уголовным делам») ДФЕС. Ст. 67 (3)
ДФЕС помогает определить место гармонизации среди всех мер,
предназначенных «обеспечить высокий уровень безопасности»
Союза. К ним относятся меры по координации и сотрудничеству
полицейских, судебных и других компетентных органов, а также взаимное признание судебных решений по уголовным делам
и, если необходимо, посредством сближения уголовных законодательств. В ст. 82 (1) ДФЕС подчеркивается, что «судебное сотрудничество по уголовным делам основано в Союзе на принципе
взаимного признания приговоров и судебных решений и включает в себя сближение законодательных и регламентарных положений государств-членов».
Кроме того, в Договоре разъясняются вопросы объема и предмета гармонизации. Гармонизация уголовного права либо связана
.
1
Tadić F. M. How harmonious can harmonization be? A theoretical approach
towards harmonization of (criminal) law, [in:] Harmonization and harmonizing
measures in criminal law, eds. Klip A., van der Wilt H., Amsterdam 2002. P. 8–9.
2
Calderoni F. Organized Crime Legislation in the European Union. Harmoni zation
and Approximation of Crimi-nal Law, National Legislations and the EU Framework
Decision on the Fight Against Organized Crime, Berlin — Heidelberg 2010. Р. 4.
3
Рерихт А. А. Европеизация уголовного права в свете европейской конституции и иных нормативных актов европейского союза (Реферативный обзор) // Современное уголовное право и криминология: Сб. научных трудов.
М.: Изд-во ИНИОН РАН, 2007. С. 167.
276
Рахманова Е. Н.
с развитием взаимного признания в области уголовного судопроизводства (ст. 82 (2) ДФЕС), либо ограничена определенными
составами преступления (ст. 83 (1) ДФЕС). Причем Европейский
парламент и Совет, постановляя посредством директив в соответствии с обычной законодательной процедурой, как указывалось
выше, могут устанавливать только минимальные правила.
Таким образом, задача гармонизации уголовного права в ЕС
избежать создания безопасных зон для преступников в пределах
ЕС. Кроме того, она облегчает межгосударственное сотрудничество в этой сфере. При этом государство-член наделено правом
передать вопрос на рассмотрение Европейского совета, если, по его
мнению, предусмотренный в параграфах 1 или 2 ст. 83 проект директивы способен нанести ущерб основополагающим аспектам
национальной системы уголовного правосудия (т. 83 (3) ДФЕС).
Несомненно, наличие такого «аварийного тормоза» привлекательно для государств-членов ЕС. В связи с чем высказывается мнение, что данная процедура позволяет слишком часто блокировать
принятие того или иного документа
1
.
«Гармонизация» обладает также дополнительными или автономными функциями, которые означают, что гармонизация уголовного права государств-членов ЕС — средство для создания
области свободы, безопасности и правосудия2. В этом смысле
гармонизация предусматривает равную защиту в пределах ЕС
и помогает бороться с преступностью тем, что, как указывалось
выше, преступники лишены возможности пользоваться различиями в санкциях.
В настоящее время многие проблемы и вопросы, связанные
с гармонизацией уголовного законодательства в ЕС, нельзя
признать решенными: до сих пор многие рамочные решения еще
не внедрены в национальное уголовное право; пока отсутствуют
эффективные механизмы контроля их внедрения государствамичленами; возникают все новые виды преступного поведения, требующие криминализации и т. п. Несмотря на это гармонизация
1
Grzelak A. The European Union on the way towards the Area of Freedom,
Security and Justice, Warszawa 2009. P. 149.
2
Weyembergh A. N. Approximation of Criminal Laws, the Constitutional Treaty and
the Hague Programme // Common Market Law Review 2005. Vol. 42. P. 1582–1584.
277
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
уголовного права помогает преодолеть главную слабость рамочных решений — отсутствие эффективных санкций.
Сравнительно недавно Европейская Комиссия осуществила оценку вклада и роли ЕС в развитие уголовного права. В докладе было
отмечено, что уголовное право ЕС способствует уверенности граждан ЕС в эффективной борьбе с преступностью, а общие правила
усиливают взаимное доверие судебных властей. Кроме того, было
подчеркнуто, что согласованное уголовное право помогает санкционировать совместное противостояние наиболее серьезным преступлениям в ЕС
1
.
Несомненно, эти аргументы правильны, но нельзя забывать, что
на практике гармонизация уголовного закона зависит, в общем
и целом, от готовности государств действовать вместе, чтобы достичь
общей цели создания единого европейского уголовного права.
Русанов Г. А.
докторант Туринского университета,
канд. юрид. наук
Nature of criminal responsibility
for economic crimes in Russia and Italy
Comparative research of the features of the criminal responsibility
for economic crimes is not possible without the research of questions
of the nature of the legal responsibility for these crimes. This question must be considered in the aspect of relations with other types
of the legal responsibility and limits of the criminal responsibility.
According to current the Russian legislation, the responsibility
for violations in the sphere of economy is possible not only in the framework of the criminal responsibility, but also through other types of
the legal responsibility. In particular, we are speaking about administrative, civil, tax, land-legal responsibility.
1
Communication from the Commission to the European Parliament, the Council,
the European Economic and Social Committee and the Committee of Regions:
Towards an EU Criminal Policy: Ensuring effective implementation of EU policies
through criminal law, Brussels, 20.09.2011, COM (2011) 573 final: URL: http://
ec.europa.eu/justice/criminal/files/act_en.pdf.
278
Русанов Г. А.
Let’s consider the ratio of the criminal responsibility for economic
crimes with other kinds of the legal responsibility in Russia. All these
branches of the law should be divided into two groups: regulatory
and protective. Regulatory branches of the law such as civil law,
tax law, land law set out the rights and responsibilities in economic relations. The criminal and administrative laws in Russia are conside red
to be protective branches of the law because they establish responsibility
for damage to the existing economic relations.
The ratio rule of the civil and criminal law is more consistently considered in Russia. A. E. Zhalinsky
1
and I. Kamynin2 in their studies examine the relation of Art. 179 of the Criminal Code (coercion to commit
the transaction or refusal of its fulfillment) and art. 179 of the Civil
Code (the invalidity of the deal made under the influence of fraud, violence, threats, malicious agreement of the representative of one side
of the deal or exceptional circumstances). Both norms are aimed at protecting the same group of relations.
As a consequence, the authors conclude that in this case there is
a competition of criminal and civil laws. I. V. Shishko does not agree with
the above position. She believes that a specific nature of the civil liability creates the possibility to use civil responsibility and criminal responsibility. This eliminates the competition of civil and criminal laws3.
It seems that the competition of civil liability and criminal liability
is not possible in view of the fact that a competition generally precludes
the usage of other types of liability except one. However, there is a potential possibility of simultaneous existence of both criminal and civil
liabilities for the same offense. For example, the perpetrator is subjected to the criminal liability for coercion to commit the transaction
or refusal of its fulfillment, and at the same time the deal is recognized
as null and void.
1
Zhalinsky A. E. On the relation between criminal and civil law in the sphere
of economy // State and law. 1999. №12 [Жалинский А. Э. О соотношении уго-
ловного и гражданского права в сфере экономики // Государство и право.
1999. №12].
2
Kamynin I. Correlation rules of civil and criminal legislation // Criminal Law.
2002. № 2 [Камынин И. Соотношение норм гражданского и уголовного законодательства // Уголовное право. 2002. №2].
3
Shishko I. V. Economic offenses. Saint-Petersburg, 2004. pp. 166–183 [Шишко И. В. Экономические правона-рушения. С. 166–183.]
279
Актуальные проблемы теории и практики применения уголовного закона
Thus, the ratio of criminal and civil liability in the field of protection
of economic relations can be formulated as follows: in the case when
the civil liability is inadequate because of the danger of the offense,
the simultaneous existence of the criminal and civil liability is possible.
The Tax law is another regulatory branch of the law in Russia. Tax
responsibility is exercised by three branches of the law, such as: tax,
administrative and criminal. The responsibility for tax offenses is established in Chapter 16 of Tax Code. Thus, the tax law, as well as other
regulatory branches of the law contains a mechanism of responsibility
for offenses in the sphere of taxes.
The responsibility for tax violations may also be administrative
and criminal. In particular, the Criminal Code establishes criminal
responsibility for the four types of tax crimes: evasion of taxes and duties of a physical person; evasion of taxes and duties of a legal person;
violation of the duty of a tax agent; concealment of funds or property
of the organization or an individual entrepreneur, at the expense of which
collection of taxes and (or) duties should be made. The Administrative
Code establishes liability for tax offenses in Chapter 15.
Meanwhile the following options for the ratio of different types
of the legal liability for tax offenses are possible:
a) Establishment of the tax liability for the offense in a smaller
amount, and the criminal liability if the offense committed in a larger
amount (such a relation exists in the case of evasion of taxes and duties). In this case, there are certain features for the liability for individuals and organizations. Based on the current legislation, the simultaneous criminal and administrative liability of a physical person is not
possible, i. e. in this case there is a competition between the tax liability
and the criminal liability. In the case of the tax liability of an organization, the head of the organization can be also prosecuted according
to the criminal legislation. Thus, the tax liability of a legal person does not
exclude the criminal liability of physical persons for the same offense
1
.
b) Establishment of the administrative and tax liability for tax offenses. In particular, we are speakig about art. 15.6 of the Administrative Code (failure to provide for the information required for the tax
1
Kinsburskaya V. A. Responsibility for violation of tax legislation. Moscow, 2013.
[Кинсбурская В. А. Ответственность за нарушение законодательства о налогах
и сборах. М., 2013].
280
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]