Третейское разбирательство в Российской Федерации. Учебное пособие

Недействительность, незаключенность и неисполнимость третейского соглашения

Дополнительно сторонами могут быть согласованы порядок и условия участия представителей в третейском разбирательстве, правила доказывания (допустимые доказательства, порядок их исследования), порядок и условия применения третейским судом обеспечительных мер, условия и сроки добровольного исполнения решения.

Согласование условия о проведении внутреннего третейского разбирательства на языке, отличном от государственного языка Российской Федерации, представляется по общему правилу нецелесообразным. Это связано с возможным рассмотрением в компетентном государственном суде дел по заявлению об отмене третейского решения и по заявлению о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

При заключении третейского соглашения о передаче спора на разрешение третейского суда ad hoc рекомендуется дополнительно указать порядок направления просьбы об арбитраже и ответа на нее.

При заключении третейского соглашения о передаче спора на разрешение международного коммерческого арбитража необходимо указать право, подлежащее применению к существу спора, а также к процедурным вопросам, язык арбитражного разбирательства, допустимость вынесения «частичного» решения. При заключении арбитражных соглашений с государственными органами или организациями необходимо включать положения об отказе от государственного иммунитета.

Настоятельно не рекомендуется вносить изменения в типовые третейские (арбитражные) соглашения постоянно действующих третейских судов. Практика показывает, что стремление сторон их улучшить часто приводит к появлению патологических — неисполнимых третейских соглашений.

Недействительность, незаключенность и неисполнимость третейского соглашения

Недействительность третейского соглашения становится следствием нарушения сторонами при его заключении установленных законодательством требований. Условия действительности арбитражного (третейского) соглашения определяются нормами Закона о третейских судах, гражданского законодательства (ГК РФ), гражданского и арбитражного процессуального законодательства (ГПК РФ и АПК РФ), а в ряде случаев — иного законодательства.

133

Глава 6. Третейское соглашение

Специальное законодательство, регулирующее отношения в сфере третейского разбирательства, формирует круг дел, в отношении которых стороны могут заключить третейское соглашение (п. 2 ст. 1, п. 2 ст. 5 Закона о третейских судах); определяет момент, до которого может быть заключено третейское соглашение (п. 4 ст. 5 Закона о третейских судах), требования к форме и содержанию такого соглашения, а также судьбу арбитражной оговорки, включенной в текст основного договора (принцип автономности третейского соглашения).

Гражданское законодательство (§ 2 гл. 9 ГК РФ) содержит условия действительности третейского соглашения как сделки, производные от:

•связи субъектов (сторон третейского соглашения) с основным спорным материальным правоотношением;

•их способности своими действиями создавать для себя права и обязанности;

•меры свободы в формировании своей воли и свободы в ее изъявлении (в части, касающейся передачи спора на рассмотрение иного юрисдикционного органа — третейского суда).

Допустимость применения норм гражданского законодательства для оценки действительности третейского соглашения была санкционирована государственными судами.

Например, Федеральный арбитражный суд Поволжского округа в одном из постановлений указал, что соглашение сторон о передаче спора, связанного с приватизацией муниципального имущества, недействительно в силу ст. 168 ГК РФ1.

Гражданское и арбитражное процессуальное законодательство

конкретизируют перечень споров, допустимых к передаче на рассмотрение в третейские суды и международные коммерческие арбитражи, путем формирования круга дел, находящихся в исключительной подведомственности государственных судов.

К иным источникам, содержащим нормы о действительности арбитражного соглашения, можно отнести федеральные законы, устанавливающие порядок разрешения споров в тех или иных сферах (в том числе с «публичным элементом») альтернативно третейски-

1См.: Постановление ФАС Поволжского округа от 27 июля 2006 г. по делу № А06- 3026/2-9/05.

134

Патологические третейские (арбитражные) соглашения

ми судами, либо прямо запрещающие передачу определенных категорий споров на разрешение в третейские суды.

Сегодня в Российской Федерации не могут быть переданы на рассмотрение третейских судов некоторые категории дел, имеющие «публичный эффект»:

•споры в сфере антимонопольного регулирования (ст. 39 Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции»);

•споры, возникающие на рынке ценных бумаг (кроме указанных в ст. 15 Федерального закона от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг»);

•споры, связанные с защитой патентных прав (ст. 1406 ГК РФ);

•дела о банкротстве (п. 3 ст. 33 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Таким образом, в Российской Федерации недействительность третейского соглашения является следствием нарушения установленных Законом о третейских судах, гражданским законодательством, гражданским и арбитражным процессуальным законодательством, а также иным законодательством требований.

Третейское соглашение должно рассматриваться как незаключенное в случаях, если сторонами не была соблюдена обязательная письменная форма (п. 1 ст. 7 Закона о третейских судах), а равно не были согласованы существенные условия третейского соглашения. Как уже было отмечено, единственным существенным условием является условие о предмете.

Третейское соглашение является неисполнимым в результате его неопределенности или неполноты, а равно наступления обстоятельств, при которых ранее достигнутое соглашение не может быть фактически исполнено. Например, постоянно действующий третейский суд (институционный арбитраж) в который стороны решили передать спор, прекратил свое существование, либо этот суд в силу специального характера своей компетенции, определенной положением, не может рассматривать дела определенной категории и т.д.

Патологические третейские (арбитражные) соглашения

Третейские соглашения, которые имеют существенные недостатки, принято считать патологическими. Недостатки могут быть следствием неопределенности или неполноты соглашения. К ним относятся:

135

Глава 6. Третейское соглашение

•неправильное наименование постоянно действующего третейского суда, указание нескольких третейских судов на альтернативной основе, передача спора на рассмотрение несуществующего третейского суда или организации, которая не оказывает услуг по рассмотрению и разрешению споров;

•недостатки при определении предмета спора, передаваемого на рассмотрение третейского суда;

•совмещение нескольких исключающих друг друга способов разрешения споров (чаще всего третейского разбирательства и разрешения споров в государственном суде);

•дефекты процедуры формирования состава третейского суда.

Расторжение третейского соглашения

Как и любое другое соглашение, третейское соглашение может быть расторгнуто сторонами по взаимному согласию. Причинами этого часто становятся неисполнимость третейского соглашения либо большие затраты на третейское разбирательство, обнаружившаяся некомпетентность третейских судей, утрата доверия к ним сторон и т.д. Вместе с тем одностороннее расторжение третейского соглашения, в том числе в судебном порядке, действующим российским законодательством не предусмотрено.

Сторона, не желающая передавать спор на рассмотрение третейского суда при наличии третейского соглашения, может обратиться с исковым заявлением в государственный суд. В этом случае суд принимает его к производству и рассматривает при условии, что другая сторона не позднее дня представления своего первого заявления по существу спора в арбитражном суде не заявит по этому основанию возражение в отношении рассмотрения дела в арбитражном суде, за исключением случаев, если арбитражный суд установит, что это соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено.

Альтернативные третейские соглашения

Альтернативными являются третейские соглашения, которые предоставляют сторонам (чаще истцу) возможность выбора среди нескольких ранее оговоренных постоянно действующих третейских судов. Заключение такого рода третейских соглашений преследует целью

создание более удобных условий в будущем для рассмотрения спора (передача спора в постоянно действующий третейский суд, который

136

Правовые последствия заключения третейского соглашения

сможет обеспечить наиболее квалифицированное разрешение дела, территориально приближен к сторонам, месту исполнения обязательств и т.д.), либо сохранение действия третейского соглашения на случай, если указанный в нем третейский суд прекращает свое действие.

Практика российских судов свидетельствует о том, что указание в третейском соглашении нескольких третейских судов на альтернативной основе в качестве органа, уполномоченного на рассмотрение спора, является основанием для признания третейского соглашения незаключенным1. Такого рода соглашения считаются патологическими. В то же время сами третейские суды рассматривают такие оговорки как альтернативные и принимают к рассмотрению дела по спорам, в отношении которых такие соглашения заключаются2.

Иногда заключаются соглашения, предусматривающие передачу спора в третейский суд или в государственный (чаще — арбитражный) суд. Такие соглашения нельзя рассматривать как альтернативные третейские соглашения, они не приобретают юридической силы и могут рассматриваться исключительно как стремление сторон в случае возникновения спора продолжить переговоры о выборе способа защиты своих прав.

Правовые последствия заключения третейского соглашения

Правовые последствия заключения третейского соглашения традиционно рассматриваются путем разграничения его позитивного и негативного эффекта.

Позитивный эффект включает в себя два основных элемента. Во-первых, третейское соглашение порождает обязательство сто-

рон по передаче возникшего между ними спора на рассмотрение третейского суда. Само обязательство сторон по передаче споров является материально-правовым по своей природе и логически следует из применения принципа pacta sunt servanda. Однако его существование утрачивало бы всякий смысл в случаях, если бы не было законодательно закрепленной возможности требовать его реального испол-

1См., например: Постановление Президиума ВАС РФ от 27 февраля 1996 г. № 5278/95.

2См., например: Решение МКАС при ТПП РФ от 29 октября 1996 г. по делу № 441/1996.

137

Глава 6. Третейское соглашение

нения. Неисполнение стороной своих обязательств может выражаться в необоснованном отказе от принятия предложения по передаче дела в третейский суд, указанный в соглашении, отказе от назначения арбитров для разрешения спора, несвоевременном назначении арбитров, неисполнении обязанности по внесению залога на покрытие расходов третейского суда на проведение процессуальных действий (в случаях, когда такая обязанность предусмотрена соглашением сторон или регламентом постоянно действующего третейского суда) и т.д. При этом недобросовестная сторона часто препятствует и возбуждению дела в государственном суде, стремясь затянуть разрешение спора. Для обеспечения прав добросовестной стороны в таких случаях в некоторых странах, например в Швеции, введено правило об утрате недобросовестной стороной права ссылаться на арбитражное соглашение как на обстоятельство, препятствующее рассмотрению спора государственным судом, т.е. основание для одностороннего расторжения третейского соглашения.

Во-вторых, положительный эффект третейского соглашения проявляется в том, что это соглашение является основой для осуществления третейским судом своих полномочий по рассмотрению и разрешению спора сторон. Второй элемент позитивного эффекта арбитражного соглашения проявляется в регулировании вопросов о пределах компетенции третейского суда в отношении переданного сторонами спора и допустимости для самого третейского суда рассмотрения вопроса о своей компетенции (принцип «компетенции компетенции»).

Негативный эффект третейского соглашения находит проявление в лишении государственного суда юрисдикции на рассмотрение спора сторон, запрещении государственным судам принимать к рассмотрению и разрешать по существу дела по спорам, в отношении которых имеется действительное третейское соглашение. Это свойство третейского соглашения именуется также дерогационным эффектом. Так, в соответствии со ст. 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что:

•имеется соглашение сторон о рассмотрении данного спора третейским судом (при условии, что любая из сторон не позднее дня представления своего первого заявления по существу спора в арбитражном суде первой инстанции заявит по этому основанию возражение в отношении рассмотрения дела в арбитражном суде), за исключе-

138

Толкование арбитражного соглашения

нием случаев, если арбитражный суд установит, что это соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено;

•стороны заключили соглашение о передаче спора на разрешение третейского суда во время судебного разбирательства до принятия судебного акта, которым завершается рассмотрение дела по существу, если любая из сторон заявит по этому основанию возражение в отношении рассмотрения дела в арбитражном суде, за исключением случаев, если арбитражный суд установит, что это соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено.

Толкование арбитражного соглашения

Оценка действительности третейского соглашения, определение его объема (пределов) часто требуют толкования для уяснения истинных намерений сторон. Третейские суды постоянно сталкиваются с необходимостью корректной интерпретации третейских соглашений, особенно в части отнесения спора, в отношении которого они заключены, к своей компетенции.

Толкование третейского соглашения имеет свои особенности, связанные с особенностями самой его природы. По этой причине в практике выработаны определенные подходы в толковании третейских соглашений. В российской судебной практике за основу принята позиция, в соответствии с которой третейскую оговорку следует толковать буквально1, а полномочия третейского суда ограничены третейским соглашением, которое не должно трактоваться расширительно2.

Богатая мировая практика третейского разбирательства стала основой для выработки особого подхода в толковании третейских соглашений, в рамках которого зарубежными авторами были выделены некоторые принципы толкования3.

Принцип добросовестности проявляется в том, что действительная воля (намерение) стороны всегда должна обладать приоритетом по отношению к воле, выраженной вовне в случаях, когда воля и во-

1См., например: постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 8 января 2003 г. по делу № 86/2001-С1/02 — Ф02-3818/02-С2, ФАС Уральского округа от 16 марта 2004 г. по делу № Ф09-594/04.

2См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 24 апреля 2002 г. № 12331/01.

3См.: Fouchard P., Gaillard E., Goldman B. On International Commercial Arbitration. P. 256−260.

139

Глава 6. Третейское соглашение

леизъявление не совпадают. Воля сторон должна оцениваться в контексте существующих между ними отношений, а не изолированно. При толковании третейского соглашения и установлении истинных намерений сторон также необходимо учитывать отношения и поведение сторон с момента подписания договора до момента возникновения спора. Это правило иногда называют «практическим и квазиаутентичным толкованием», оно широко применяется в практике международного коммерческого арбитража. Данное правило нашло свое применение и у российских судов1.

Третейское соглашение должно толковаться в совокупности, как единое целое. Истинное содержание арбитражного соглашения можно установить только тогда, когда все его части оцениваются в совокупности и взаимообязательности. Этот способ толкования чрезвычайно необходим для установления содержания третейского соглашения, содержащегося в нескольких связанных между собой контрактах, что далеко не редкость. Например, стороны смогут заключить основное третейское соглашение, а впоследствии путем отсылки к нему положений других контрактов расширять его объем.

Принцип эффективного толкования состоит в том, что в случаях, когда третейское соглашение может быть интерпретировано в двух различных направлениях, толкование, обосновывающее действительность соглашения, имеет приоритет по отношению к толкованию, влекущему его недействительность. Принцип толкования contra proferentem заключается в том, что формулировки, содержащиеся в третейском соглашении, должны толковаться против стороны, заявившей спор в отношении содержания третейского соглашения.

1См.: Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 8 января 2003 г. по делу № 86/2001-С1/02 — Ф02-3818/02-С2.

140

Глава 7

Особенности производства по делу в третейском суде

Как и любая деятельность по разрешению споров, в том числе и судопроизводство, третейское разбирательство подчиняется определенным закономерностям и происходит в соответствии с особой процедурой. Яркой особенностью регулирования процедуры третейского разбирательства является превалирование частных способов регулирования (в регламенте третейского суда и в соглашении сторон) над законодательным регулированием. То обстоятельство, что третейский суд не входит в судебную систему России, а правоприменение осуществляется частным порядком без участия государства, обусловило значительные отличия третейского разбирательства от государственного судопроизводства.

Первым существенным отличием третейского разбирательства от гражданского процесса выступает иной статус самого третейского суда и усеченный состав участников третейского разбирательства. Общее правило состоит в том, что участниками третейского разбирательства являются его стороны. Участие иных лиц должно быть обосновано прямым указанием в законе или соглашением сторон. Такие участники судебного процесса, как: заявители и иные заинтересованные лица в делах об установлении фактов, имеющих юридическое значение, о несостоятельности (банкротстве); прокурор; государственные органы; органы местного самоуправления; иные органы, имеющие право обращаться с иском в защиту государственных и общественных интересов, — в третейском разбирательстве от-

141

Глава 7. Особенности производства по делу в третейском суде

сутствуют. Невозможность участия этих лиц в третейском разбирательстве вполне естественна, поскольку такие категории дел неподведомственны третейскому суду, или эти субъекты не могут быть участниками третейского разбирательства в связи с отсутствием третейского соглашения.

Субъектами третейского разбирательства могут быть:

•третейские судьи (состав суда);

•стороны и третьи лица, при определенных условиях;

•свидетели, эксперты, переводчики.

Сходство состава участников третейского процесса с составом участников гражданского процесса не означает тождества их правового положения и характера их отношений. Влияние соглашения сторон на третейское разбирательство является настолько определяющим, что это делает невозможным участие в нем так называемых процессуальных истцов и лиц, выступающих в чужих интересах. Сторонами по делу всегда будут лишь лица, заключившие третейское соглашение. Участие иных лиц допустимо лишь при условии, если они, так же как и стороны, будут связаны третейским соглашением. Множественность участников на стороне истца или ответчика в третейском разбирательстве зависит не столько от характера существующего между ними правоотношения, сколько от наличия между ними третейского соглашения.

Взаимоотношения субъектов третейского разбирательства можно разделить на взаимоотношения:

•сторон между собой;

•сторон с другими участниками третейского разбирательства;

•участников процесса и суда.

На характер взаимоотношений субъектов третейского разбирательства важное влияние оказывает природа происхождения полномочий третейского суда. Определяющим фактором возникновения компетенции третейского суда является воля сторон. Государство определяет лишь рамки, в которых может проявляться эта воля. Для регулирования этих отношений государство использует как общее дозволение, допускающее возможность передачи спора в третейский суд, так и запрет на передачу некоторых категорий споров третейскому суду. Эти отношения относятся к сфере публичного права, поэтому там, где такое дозволение государства отсутствует, третейский суд не обладает компетенцией для разрешения возникшего спора даже при наличии воли сторон на передачу спора в третейский суд.

142