Третейское разбирательство в Российской Федерации. Учебное пособие

Общие условия допустимости передачи споров на рассмотрение третейского суда

трабельность1. Институт арбитрабельности был заимствован из иностранного права, регулирующего отношения, возникающие при рассмотрении споров в международном коммерческом арбитраже.

Выделяется арбитрабельность в широком и узком смыслах слова. В узком смысле этим термином обозначают категории споров, которые могут быть переданы на рассмотрение третейского суда (арбитража). Арбитрабельность в широком смысле охватывает вопросы, связанные с существованием и действительностью арбитражного соглашения. Концепция широкого смысла понятия арбитрабельности в настоящее время не находит большого числа сторонников среди правоведов и подвергается критике.

Принято различать объективную и субъективную арбитрабельность. Объективная арбитрабельность связана со свойством дела (характером спора), определяет допустимость рассмотрения в третейском суде определенных категорий дел. Субъективная арбитрабельность определяет возможность заключения арбитражного соглашения некоторыми субъектами гражданских правоотношений.

F Арбитрабельность является составным элементом критериев характера спорного правоотношения (объективная арбитрабельность) и субъектного состава спора (субъективная арбитрабельность) при определении подведомственности дела.

В этом смысле арбитрабельность — это свойство юридического

дела, связанное с допустимостью его передачи для рассмотрения в третейский суд. Арбитрабельность определяет условия действительности третейского соглашения в правопорядке государства.

Общие условия допустимости передачи споров на рассмотрение третейского суда

Круг дел, допустимых к рассмотрению и разрешению третейскими судами, определен Законом о третейских судах. Пунктом 2 ст. 1 этого Закона предусмотрено, что в третейский суд по соглашению сторон

1«Фактически эта категория является русской калькой с английского понятия «arbitrability». Использование российскими правоведами термина «арбитрабельность» пока еще не устоялось. В литературе, посвященной арбитражу и третейскому разбирательству, можно обнаружить как словоформу «арбитрабельность», так и «арбитрабельность». В целях единообразия в тексте настоящей книги мы будем использовать термин «арбитрабельность».

103

Глава 5. Компетенция третейского суда и арбитрабельность споров

может передаваться любой спор, вытекающий из гражданских правоотношений. В этих целях гражданско-правовыми в соответствии с п. 1 ст. 2 ГК РФ считаются отношения, связанные с определением правового положения участников гражданского оборота, основаниями возникновения и порядком осуществления права собственности и других вещных прав, исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности (интеллектуальной собственности), договорные и иные обязательственные отношения, имущественные и связанные с ними личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников.

Вместе с тем в судебной практике было отмечено, что термин «гражданские правоотношения» в контексте ст. 1 Закона о третейских судах следует понимать как отношения частного (коммерческого, торгового) характера1.

Следует иметь в виду, что нормы о судебном контроле за третейским разбирательством содержатся не только в АПК РФ, но в ГПК РФ. По мнению О.Ю. Скворцова под гражданско-правовыми отношениями, которые могут быть предметом третейского разбирательства, следует понимать частные отношения или, иными словами, гражданскоправовые отношения в широком смысле2.

Общий круг дел, допустимых к рассмотрению и разрешению третейскими судами и международными коммерческими арбитражами, конкретизирован рядом федеральных законов.

F В настоящее время рассмотрение третейского суда может быть передано:

1)споры между участниками торгов на фондовой бирже, участниками торгов на фондовой бирже и их клиентами (ст. 15 Федерального закона от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг»);

2)земельные споры (ст. 64 Земельного кодекса РФ от 25 апреля 2001 г. № 136-ФЗ). Как справедливо замечает О.Ю. Сквор-

1 См.: Постановление ФАС Центрального округа от 28 апреля 2006 г. по делу № А35-12915/05-С17.

2См.: Скворцов О.Ю. Третейское разбирательство предпринимательских споров. С. 433.

104

Общие условия допустимости передачи споров на рассмотрение третейского суда

цов, «при толковании категории „земельный спор“ как основания отнесения дел, связанных с их разрешением, к подведомственности третейского суда следует исходить из того, что земельные споры могут рассматриваться третейским судом только в том случае, если они по своему характеру являются гражданско-правовыми»1).

3)имущественные споры, связанные с пользованием недрами

(ст. 50 Закона РФ от 21 февраля 1992 г. № 2395-1 «О недрах»);

4)споры о достоверности величины рыночной или иной стоимости объекта оценки, установленной в отчете, в том числе и в связи с имеющимся иным отчетом об оценке этого же объекта (ст. 13 Федерального закона от 29 июля 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации»,);

5)споры между государством и инвестором, связанные с ис-

полнением, прекращением и недействительностью соглашений о разделе продукции (ст. 22 Федерального закона от 30 декабря 1995 г. № 225-ФЗ «О соглашениях о разделе продукции»).

6)споры, возникшие между товаропроизводителями (поставщиками) и потребителями (покупателями), определенными государственным заказчиком, при заключении, изменении,

расторжении и исполнении государственных контрактов на закупку и поставку сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия для государственных нужд, в том числе споры о возмещении причиненных убытков (ч. 5 ст. 8 Федерального закона от 2 декабря 1994 г. № 53-ФЗ «О закупках и поставках сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия для государственных нужд»);

7)экономические споры между организациями, являющимися юридическими лицами, и гражданами — предпринимателями

в области использования и охраны природных лечебных ресурсов, лечебно-оздоровительных местностей и курортов, а также имущественные споры, связанные с возмещением вреда, причиненного природным лечебным ресурсам, лечебно-оздоровительным местностям и курортам (ст. 17 Федерального закона от 23 февраля 1995 г. № 26-ФЗ «О природных лечебных ресурсах, лечебно-оздоровительных местностях и курортах»);

1Скворцов О.Ю. Третейское разбирательство предпринимательских споров. С. 98.

105

Глава 5. Компетенция третейского суда и арбитрабельность споров

8)споры, возникающие из торгового мореплавания, в том числе в связи с плаванием морских судов и судов внутреннего плавания по международным рекам, в указанных случаях, а также споры, связанные с осуществлением судами внутреннего плавания заграничных перевозок (п. 2 Положения о Морской арбитражной комиссии при Торгово-промышленной палате Российской Федерации; ст. 81, 342, 343, 352, 388 Кодекса торгового мореплавания РФ от 30 апреля 1999 г. № 81-ФЗ; ст. 129, 138 Кодекса внутреннего водного транспорта РФ от 7 марта 2001 г. № 24-ФЗ).

Тенденции изменения круга дел, допустимых к рассмотрению третейскими судами

Критерии подведомственности дел выступают ориентирами для правоприменителя, позволяющими распределить гражданские дела между различными юрисдикционными органами. Однако они лишь оформляют сложившуюся правовую концепцию, отражающую взгляды на место и роль третейского разбирательства. Что же должно служить ориентиром для формирования круга дел, подведомственных третейским судам?

Круг дел, относимых к ведению третейских судов, определяется с учетом ряда факторов политического и правового характера. Среди политических факторов детерминирующим является субъективное отношение основных групп влияния к самому институту третейского разбирательства. Нельзя оставлять без внимания при формировании политики делегирования третейским судам полномочий по разрешению тех или иных категорий дел и обстоятельства, отражающие эффективность функционирования существующей в государстве системы разрешения правовых конфликтов. Это и загруженность государственных судов, и степень развитости альтернативных методов разрешения правовых конфликтов, а также состояние системы принудительного исполнения. Решение вопроса о расширении или сужении круга дел, подведомственных третейским судам, нельзя осуществлять без учета правовых традиций в области разрешения конфликтов, степени распространенности латентных (в том числе криминальных) способов урегулирования споров.

Существование правовых факторов обусловлено системностью правового регулирования. В связи с этим при определении круга дел, подведомственных третейским судам, принимается во внимание

106

Тенденции изменения круга дел, допустимых к рассмотрению третейскими судами

степень свободы распоряжения материальными и процессуальными правами, допускаемая законом диспозитивность. Вместе с тем должен быть учтен общественный и государственный интерес к разрешению некоторых категорий споров. Одним из основных правовых факторов, оказывающих влияние на решение вопросов распределения дел, являются принятые государством международные обязательства. Именно они становятся на пути сужения сферы применения арбитража к коммерческим отношениям.

Помимо приведенных факторов, О.Ю. Скворцовым справедливо предлагается рассматривать и факторы экономического (социальноэкономического) характера. Он отмечает, что регулирование содержания арбитрабельности (установление категорий споров, которые могут рассматриваться третейским судом) обусловлено, с одной стороны, усмотрением законодателя, но, с другой стороны, диктуется объективными потребностями гражданского оборота, в рамках которого развиваются гражданско-правовые отношения, требующие соответствующих правовых форм их защиты и обеспечения1.

Важнейшее место в рамках рассматриваемого вопроса занимает проблема расширения подведомственности дел третейским судам.

Сфера применения арбитражного порядка разрешения споров в национальном праве России и зарубежных стран постоянно меняется. Данный процесс имеет объективный характер, отражает состояние государственной судебной системы, уровень развития правовой культуры. Можно выявить лишь определенные тенденции в изменении круга дел, подведомственных третейским судам (арбитражам). Известный исследователь проблем третейского разбирательства Питер Сандерс отмечал, что национальный законодатель постепенно будет расширять сферу применения арбитража, и, по его мнению, это будет осуществляться двумя основными способами2. Прежде всего расширение подведомственности дел арбитражам может быть произведено путем включения в национальное арбитражное законодательство соответствующих норм. В качестве ориентира для такого нормотворчества предлагается использовать критерий свободы распоряжения правами, которые нарушены или оспариваются, о чем сказано выше.

107

Глава 5. Компетенция третейского суда и арбитрабельность споров

Вторым способом расширения сферы применения арбитражного (третейского) порядка разрешения споров является изменение национального процессуального законодательства, особенно в части изменения объема исключительной подведомственности споров государственным судам, которым отводится большая роль при расширении круга дел, подведомственных третейским судам (арбитражам). Эта роль должна, по мнению П. Сандерса, проявляться в применении категории публичного порядка при рассмотрении ими вопросов подведомственности. Однако институт публичного порядка является лишь инструментом для решения вопроса о подведомственности дел, существование которого обусловлено указанными выше политическими и правовыми факторами.

Применение рассмотренных факторов не может осуществляться изолированно: только на системной основе возможно изменение законодательства, регулирующего деятельность третейских и государственных судов, направленное на изменение подведомственности дел.

Допустимость рассмотрения третейскими судами споров с публичным элементом

По общему правилу в третейский суд по соглашению сторон может передаваться любой спор, вытекающий из гражданских правоотношений. Вместе с тем в последнее время все более актуальными в Российской Федерации становятся вопросы допустимости передачи на рассмотрение третейских судов и международных коммерческих арбитражей споров, имеющих «публично-правовой» эффект, и, прежде всего, о правах на недвижимое имущество. Судебная практика последовательно исключает дела, содержащие публичный элемент, из сферы арбитражного разбирательства.

Ограничение круга споров, допустимых к рассмотрению третейскими судами, осуществляется федеральными законами. Несмотря на имеющиеся в литературе точки зрения о том, что ни в одном действующем нормативном акте не содержит прямых запретов на рассмотрение в третейских судах каких-либо видов спорных правоотношений1, необходимо выделить категории дел, имеющие «публичный

1См.: Зайцев А.И. Проблемные аспекты третейского судопроизводства в России. Саратов, 2007. С. 162−163.

108

Допустимость рассмотрения третейскими судами споров с публичным элементом

эффект», которые в соответствии с федеральными законами не могут быть переданы на рассмотрение третейских судов:

1)споры в сфере антимонопольного регулирования (ст. 39 Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции»);

2)споры, возникающие на рынке ценных бумаг (кроме указанных в ст. 15 Федерального закона от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг»);

3)споры, связанные с защитой патентных прав (ст. 1406 ГК РФ);

4)дела о банкротстве (п. 3 ст. 33 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Кроме того, в судебной практике сформировался подход, в соответствии с которым не подлежат рассмотрению в третейском суде споры, вытекающие из отношений публичного характера, в том числе касающихся приватизации государственного и муниципального имущества. Приведенная позиция арбитражных судов поддержана в доктрине О.Ю. Скворцовым, признавшим неправомерной практику третейских судов, разрешавших споры по сделкам, заключаемым публичными властями и частными субъектами, при помощи которых оформляется процесс приватизации. По его мнению, в компетенцию третейского суда не входит рассмотрение споров публичноправового характера (а в приватизационной сделке превалируют публично-правовые начала, хотя завершающий этап приватизации оформляется в виде договора купли-продажи, который по своей природе имеет гражданско-правовой характер), и, следовательно, эта практика должна быть прекращена1.

Ограничение круга арбитрабельных споров обусловлено особенностями правовой природы отношений, лежащих в их основе, наличием в них публичного (государственного) интереса. Так, Е.В. Кудрявцева считает недопустимым рассмотрение в третейском порядке дел по спорам из правоотношений, регулирование которых наше государство в существующей юридической, социальной, экономической обстановке не может исключить из сферы своего контроля (сделки по поводу изъятых из оборота предметов, лицензирование предпринимательской деятельности, защита интересов недееспо-

1См.: Скворцов О.Ю. Третейское разбирательство предпринимательских споров. C. 93.

109

Глава 5. Компетенция третейского суда и арбитрабельность споров

собных и т.п.)1. Как справедливо отмечает В.Ф. Попондопуло, правоотношения, связанные с государственным регулированием в соответствующих сферах (земельной, жилищной, семейной и.т.д.) являются публичными, и споры из таких отношений не могут быть переданы на разрешение третейского суда2. Не допускаются к рассмотрению в третейском суде, по мнению А. Нестеренко, публичноправовые споры в узком смысле слова (споры по поводу реализации публично-властными органами их законодательно установленной компетенции), за исключением случаев, когда возможность передачи дела в третейский суд прямо предусмотрена нормативным актом, либо когда таким нормативным актом предусмотрены полномочия органа государственной власти или местного самоуправления по заключению юрисдикционных (третейских) соглашений. При этом сам факт участия органа государственной власти или местного самоуправления в арбитражном соглашении не делает арбитражное соглашение недействительным, при условии отсутствия в федеральном законе запрета на передачу конкретных споров на рассмотрение третейского суда дело подлежит передаче на рассмотрение в предусмотренный сторонами третейский суд или международный коммерческий арбитраж3.

Допустимость рассмотрения третейскими судами споров о правах на недвижимое имущество

Проблема допустимости рассмотрения третейскими судами споров о правах на недвижимое имущество в последние годы широко обсуждается в юридической литературе4. Весь спектр мнений по этому во-

1См.: Кудрявцева Е.В. Оспаривание решений третейских судов // Заметки о современном гражданском и арбитражном процессуальном праве / под ред. М.К. Треушникова. М., 2004. С. 177.

2См.: Попондопуло В.Ф. Регулирование компетенции третейских судов в России // Третейский суд. 2007. № 6. С. 11.

3См.: Нестеренко А. Критерии арбитрабельности споров по законодательству Российской Федерации // Арбитражный и гражданский процесс. 2005. № 8.

4См.: Абова Т.Е. Признание третейскими судами права собственности или иных вещных прав на недвижимое имущество // Избранные труды. Гражданский и арбитражный процесс. Гражданское и хозяйственное право. М., 2007; Алгазин А.М., Дуйко Л.В., Пащенко К.А. К вопросу о неоднородности правоприменительной практики по делам о признании права собственности на недвижимое

110

Допустимость рассмотрения третейскими судами споров о правах на имущество

просу О.Ю. Скворцов1 с некоторой долей условности сводит к четырем концепциям.

Суть консервативной концепции состоит в том, что споры о правах на недвижимость в соответствии с ч. 1 ст. 38 АПК РФ относятся к исключительной подсудности государственных арбитражных судов. Как отмечает О.Ю. Скворцов, последовательное проведение этого подхода приводит к неизбежному выводу о том, что рассмотрение споров о правах на недвижимое имущество третейскими судами недопустимо. С точки зрения сторонников такого подхода, эта категория споров относится к ведению государственных судов. Обоснование подобного положения возможно за счет аргументов о наличии публичного начала в сделках с недвижимостью. Государство не может оставаться в стороне от контроля за подобного рода сделками. А если это так, то частные субъекты, в том числе и третейские суды, не вправе осуществлять юрисдикционную деятельность применительно к спорным отношениям по поводу недвижимого имущества2.

Обязательственно-правовая доктрина заключается в том, что третейские суды вправе рассматривать иски о правах на недвижимость, вытекающие из обязательственно-правовых отношений, и не имеют права рассматривать иски о вещных правах на недвижимость. В качестве аргумента сторонников этой концепции приводится позиция, высказанная М.А. Козловым: «Третейский суд как орган, разрешающий спор между конкретными лицами и принимающий решения, обязательные только для этих лиц, не вправе принимать решения о признании права собственности, которые обязательны для неопределенного круга лиц». И далее: «Компетенция

имущество // Третейский суд. 2005. № 6; Мусин В.А. Рассмотрение споров о праве собственности на недвижимость третейскими судами // Арбитражные споры. 2005. № 3; Тарасов В.Н. Еще раз о признании права собственности в третейских судах // Третейский суд. 2003. № 2; Севастьянов Г.В. Подведомственность третейскому суду споров о недвижимом имуществе: современное состояние проблемы // Закон. 2008. № 1; и др.

1Обзор концепций см.: Скворцов О.Ю. Рассмотрение третейскими судами споров о правах на недвижимость: правовая политика и юридическая практика // Вестник ВАС РФ. 2007. № 1.

2Скворцов О.Ю. Рассмотрение третейскими судами споров о правах на недвижимость: правовая политика и юридическая практика.

111

Глава 5. Компетенция третейского суда и арбитрабельность споров

третейских судов ограничена пределами обязательственного права, в котором точно известны стороны правоотношения. Рассматривать же споры, регулируемые вещным правом, третейский суд не может»1.

Последователи либеральной теории, по мнению О.Ю. Скворцова, полагают, что третейские суды вправе рассматривать все гражданско-правовые споры о правах на недвижимость. При этом решение третейского суда рассматривается в качестве основания для того, чтобы регистрирующие органы произвели государственную регистрацию прав на недвижимость. Так же как и решения государственных судов не подлежат пересмотру или проверке со стороны регистрационной службы, так и решение третейского суда остается вне ее контроля2.

При помощи процессуальных теорий пределы компетенции третейских судов при рассмотрении споров о правах на недвижимое имущество обосновываются путем апелляции к процессуальной характеристике исков и соответствующих им судебных решений. Логика этих концепций пытается искать водораздел между публичным и частным в степени воздействия принимаемого юрисдикционным органом решения на спорные правоотношения. Основная идея заключается в том, что если посредством судебного акта происходит преобразование спорного правоотношения, то такой судебный акт имеет публично-правовой эффект. В том же случае, если судебным актом не производится изменений в спорном правоотношении, этот акт влечет сугубо частноправовые последствия3.

О.Ю. Скворцов суть этой теории вкратце сводит к следующему: о степени публичности решения третейского суда допустимо судить на основе соответствующего правового эффекта, который производится таким решением. Если решение преобразует спорное правоотношение, то оно обладает эффектом публичности. Если же решение лишь констатирует то или иное правовое состояние, то оно не обладает эффектом публичности. Эта идея может быть положена в осно-

1Козлов М.А. Проблемы компетенции третейских судов // Вестник ВАС РФ. 2005. № 9. С. 152−153, 154.

2См.: Скворцов О.Ю. Рассмотрение третейскими судами споров о правах на недвижимость: правовая политика и юридическая практика.

3Там же.

112