Третейское разбирательство в Российской Федерации. Учебное пособие

Глава 2. Третейское разбирательство в системе отечественного права

база для становления концепции третейского разбирательства как самостоятельной формы защиты прав. Его возможность дорасти до оформившейся отрасли законодательства вполне вероятна уже в самом ближайшем будущем, поскольку условия для такой эволюции уже сложились.

Как уже было показано, третейское разбирательство является особой формой защиты прав, но можно ли считать эту деятельность судопроизводственной, а само третейское разбирательство — «частным правосудием»? В соответствии со ст. 118 Конституции РФ правосудие в России осуществляется только судом посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. Законодательство исчерпывающим образом определяет, в чьи полномочия входит отправление правосудия. Конституция РФ и Федеральный конституционный закон от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» предусматривают включение в судебную систему Конституционного Суда РФ, федеральных судов общей юрисдикции, арбитражных судов. Третейские суды не входят в судебную систему России, на что было указано Конституционным Судом РФ1.

Этот вывод опирается на действующее законодательство и признанное определение понятия правосудия: рассмотрение споров и осуществление судебной власти в особом порядке от имени государства и вынесение общеобязательных государственно-властных предписаний. Целью правосудия является защита нарушенных или оспоренных прав. Правосудие выступает высшей, но не единственной формой защиты гражданских прав. Понятие «правосудие» более узкое, чем защита гражданских прав, и является высшей формой защиты гражданских прав, осуществляемой исключительно государством и в особом порядке. Как отмечала крупнейший специалист по системе арбитража в США Е.И. Носырева, в американской доктрине заложено сосуществование арбитража и правосудия, поскольку судебная форма защиты прав — не единственно возможная, а лишь процедура, гарантированная конституцией2.

1Определение Конституционного Суда РФ от 13 апреля 2000 г. № 45-О // СПС «КонсультантПлюс».

2См.: Носырева Е.И. Альтернативное разрешение гражданско-правовых споров в США: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Воронеж, 2001. С. 8.

33

Глава 2. Третейское разбирательство в системе отечественного права

Таким образом, существующим понятием правосудия третейское разбирательство не охватывается. Хотя в последнее время не раз высказывались мнения о том, что понятием правосудия деятельность третейского суда должна охватываться, но они не получили широкого распространения. Третейский суд вполне органично вписывается

всистему защиты прав. Он выносит свои решения не именем государства, но в порядке, им предусмотренном и обеспечивающим возможность принудительного исполнения государством принятых третейским судом решений.

Невозможность осуществления правосудия не означает отсутствие правовой базы для третейского разбирательства. Деятельность третейских судов базируется на закрепленном в ст. 34 Конституции РФ праве граждан на ведение экономической деятельности. Этому праву корреспондирует право, закрепленное в ч. 2 ст. 45 Конституции РФ, «защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом». Статья 11 ГК РФ прямо указывает на третейский суд как на орган защиты гражданских прав. Задача государства для обеспечения этих положений Конституции РФ — сформировать соответствующее законодательство, регулирующее данную деятельность.

Несмотря на все различия, третейские и государственные суды

вравной степени признаются государством инструментами защиты гражданских прав, реализуя одну и ту же функцию. Субъекту права важно не то, какой именно орган выполнил эту функцию, а то, чтобы произошла защита права в порядке, санкционированном государством. Третейский суд лишен возможности непосредственно применить государственное принуждение, но с помощью определенного механизма это принуждение будет обеспечено, если решение третейского суда будет отвечать установленным государством критериям. Поэтому третейский суд следует считать особой формой защиты прав, порождающей последствия, близкие по своим свойствам к решению государственного суда.

Третейское разбирательство является формой защиты права. В то же время третейское разбирательство часто называют способом защиты права. Думается, что нет оснований считать третейское разбирательство способом защиты, так как способы защиты указаны в ст. 12 ГК РФ, и легко можно заметить, что там указаны меры, с помощью которых происходит защита права, а не формы, в которых

34

Глава 2. Третейское разбирательство в системе отечественного права

она реализуется. Именно поэтому не указана самая очевидная форма — судебная защита.

Государство обладает монопольным правом на отправление правосудия как высшей формы защиты прав, но оно не может запретить использовать иные формы защиты. Следовательно, выполнение третейским судом публичных функций, характерных для государства, вполне укладывается в общую концепцию развития общества, когда часть государственных функций передается в частные руки, но под контролем государства.

После принятия Конституции РФ российское государство взяло курс на отмену норм, включенных в законы, преграждающие возможность судебной защиты. Эффективность этого достигается не путем декларирования прав, а через установление процедуры их реализации путем издания государством специальных законов. Действующими такими законами являются Закон о международном коммерческом арбитраже и Закон о третейских судах. Их наличие обусловило полноценное регулирование третейского разбирательства как в сфере международного арбитража, так и внутри страны. По логике законодателя, третейский суд — не преграда для защиты гражданских прав, а предусмотренная законом форма их реализации. При защите прав, возникающих по воле частных субъектов права, логично было бы предположить, что эти субъекты имеют право и на выбор формы, в которой будет происходить защита этих прав. Эту функцию выполняет законодательство о третейском разбирательстве, которое вводит в правовое поле частную инициативу сторон на выбор формы защиты прав.

Третейское разбирательство не является правосудием. Насколько правомерно использование терминов «судопроизводство» и «правоприменение» применительно к нему? Оба этих термина в правовых науках исторически используются лишь в отношении государственных судов. Возможность их применения в отношении третейского суда неизбежно сталкивается с необходимостью выявления признаков, позволяющих отнести третейское разбирательство к судопроизводству и к его праву осуществлять правоприменение.

Вопрос, является ли третейское разбирательство судопроизводством, в последнее десятилетие был исследован рядом правоведов. Позиции исследователей по этому вопросу разделились на две прямо противоположных группы. Одна группа исследователей исходит из постулата, что судопроизводство, как и правосудие, — это исключи-

35

Глава 2. Третейское разбирательство в системе отечественного права

тельная прерогатива государства, а термин «судопроизводство» неразрывно связан с понятием «судебной власти», которая может только государственной. Исходя из этой посылки, третейский суд является судом лишь благодаря своему историческому названию, но он таковым не является, а значит, не может заниматься судопроизводством, поскольку не входит в судебную систему государства.

Другая группа исследователей указывает на сущностные признаки судопроизводства как деятельности по защите прав и законных интересов, произведенной в установленном законом порядке, и не связывает понятие судопроизводства со статусом органа, который производит защиту прав. Следовательно, третейский суд осуществляет судопроизводственную деятельность, когда производит защиту прав в порядке, предусмотренном законом.

Сущность судопроизводства с достаточной ясностью вытекает из самого понятия. Подвергнув анализу понятие судопроизводства, трудно не увидеть отличий между государственным судопроизводством и третейским разбирательством. Очевидно, что эти отличия вызваны различной правовой природой указанных органов, а сходство определяется единством задачи, стоящей перед государственными и третейскими судами. Развитие третейского разбирательства свидетельствует, что третейский суд исторически рассматривался как альтернатива государственному судопроизводству, выполняющему те же функции. Между тем основная задача судопроизводства — разрешение правовых споров и защита прав посредством деятельности уполномоченного органа, не зависящего от сторон спора. Нетрудно заметить, что третейское разбирательство выполняет те же задачи. При этом разрешение спора происходит посредством особой процедуры, которую государство признает как надлежащую для решения поставленной правовой задачи. Встав на формальную позицию, что судопроизводство — лишь продукт деятельности государственного суда, отрицательный ответ на поставленный вопрос очевиден. Однако в этом случае придется специально вводить новый термин для обозначения деятельности третейского суда, которая является идентичной судопроизводству и различающейся по субъекту. Поскольку третейское разбирательство обладает основными признаками судопроизводства, имея отличие в субъекте правоприменения, ее следует рассматривать как судопроизводство, осуществляющееся в особой форме.

36

Глава 2. Третейское разбирательство в системе отечественного права

Судопроизводство — одна из форм правоприменения. Признание деятельности третейского суда правоприменением зависит от его признаков. Применение права — это властная деятельность компетентных органов и лиц по подготовке и принятию индивидуального решения по юридическому делу на основе юридических фактов и конкретных правовых норм. Правоприменение осуществляется органами или должностными лицами, наделенными функциями государственной власти; имеет индивидуальный характер; направлено на установление субъективных прав, обязанностей, ответственности; реализуется в специально предусмотренных процессуальных формах; завершается вынесением индивидуального юридического решения.

Правоприменение представляет собой одну из форм реализации права, но с использованием государственного механизма. Однако еще Г.Ф. Шершеневич указывал, что применение права производится всеми агентами государственной власти, которые выполняют задачу управления на основании действующего права, но с наибольшей яркостью процесс применения права раскрывается в деятельности суда. С той же позицией много позже выступили Ю.Х. Калмыков и Ю.К. Осипов, считая, что субъектом правоприменение — могут быть не только государственные органы, но все лица, в том числе и граждане, поскольку правоприменение — это претворение в жизнь нормативных предписаний, а его субъект не важен. Правоприменение характеризуется не столько властным характером, сколько активными действиями, направленными на урегулирование общественных отношений, а потому государство может привлекать негосударственные органы к правоприменению в той мере, в какой это считает необходимым на данном этапе развития общества1.

Третейскому разбирательству присущи все признаки правоприменения, за исключением того, что это функция органа государственной власти. В то же время указанную функцию третейский суд осуществляет, поскольку он законом наделен правом разрешения спора. Третейский суд занимает в процессе правоприменения вполне

1См.: Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Т. 3−4. М., 1910. С. 67; Калмыков Ю.Х. Избранные труды, статьи, выступления. М., 1998. С. 49; Осипов Ю.К. Подведомственность юридических дел: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Свердловск, 1974. С. 26.

37

Глава 2. Третейское разбирательство в системе отечественного права

органичное место, когда принимает обязательный для сторон правовой акт, который может быть приведен в принудительное исполнение после его легитимизации в государственном суде. Последнее замечание представляется весьма важным ввиду того, что применение права предполагает осуществление государственного принуждения. Принимая решение, третейский суд не осуществляет непосредственно государственное принуждение, а создает необходимые предпосылки для осуществления принуждения через соответствующий механизм. Более того, третейский суд осуществляет правоприменение не только в силу того, что уполномочен на это законом, но в силу своей природы. Если развить мысль о возможности осуществления правоприменения гражданами, то очевидно, что несколько граждан, выразивших соответствующее волеизъявление в форме и в порядке, установленных государством, могут осуществлять правоприменение посредством третейского суда. Представляется логичным, что государство может делегировать самим гражданам функцию правоприменения, осуществляемую через особую процедуру. Такой вывод подкрепляется тем, что возможность осуществлять правоприменение государство получает от своих граждан, а потому было бы нелогично, чтобы оно лишало их возможности осуществить правоприменение через специально созданный правовой механизм, пусть и не входящий в государственную систему.

Третейское разбирательство как наука сравнительно молодо, несмотря на то, что третейское разбирательство существует многие века. В дореволюционный период третейский суд имел свои взлеты и падения, соответственно, и внимание правоведов к этому явлению так же было подвержено колебанию. Наиболее полно третейское разбирательство как правовое явление было проанализировано в двух фундаментальных работах того времени: А.И. Вицына «Третейский суд по русскому праву» и А.Ф. Волкова «Торговые третейские суды»1. Значение этих работ для развития отечественной науки третейского разбирательства трудно переоценить, поскольку именно в них и были заложены доктринальные подходы, сформированы фундамен-

1См.: Волков А.Ф. Торговые третейские суды. С.-Петербургъ: Типография ре-

дакции периодических изданий Министерства Финансов. 1913; Вицын А.И. Третейский суд по русскому праву // Третейский суд. 1999. № 2/3. С. 77−89; 2000. № 1. С. 62−77; № 2. С. 63−85; № 3. С. 65−80.

38

Глава 2. Третейское разбирательство в системе отечественного права

тальные принципы, на которых базируется третейское разбирательство. Хотя в указанных работах отмечается, что значительное число правовых положений и научных выводов восприняты российским правом из европейского права (прежде всего германского), где арбитраж был предметом правового анализа.

Как уже указывалось, в России третейское разбирательство воспринималось как своеобразная часть гражданского процесса в его широком понимании, а потому и третейское разбирательство как наука и как учебная дисциплина изучалось в рамках гражданского или арбитражного процесса. При этом в зависимости от научных воззрений ученых-правоведов на предмет гражданского процессуального права (широкий или узкий) различается и степень обособления третейского разбирательства в учебных курсах. Например, такие учебники и учебные пособия, как «Арбитражный процесс» под редакцией В.В. Яркова, «Арбитражный процесс» под редакцией М.И. Клеандрова, «Гражданский процесс» С.Ф. Афанасьева и А.И. Зайцева, выделяют третейское разбирательство в качестве самостоятельной дисциплины, которая тесно связана с гражданским и арбитражным процессами. В то же время в учебнике «Гражданский процесс» под редакцией Г.Л. Осокиной отмечается, что третейское разбирательство охватывается гражданским процессом в его широком понимании и является его своеобразной частью, которая имеет некоторые особенности в регулировании.

Указанное место отведено третейскому разбирательству вовсе не случайно, поскольку вышеуказанные исторические школы взглядов на гражданский процесс были достаточно широко представлены в советское время, и каждая из них имела своих многочисленных сторонников. Нетрудно заметить, что главное внимание ученых было сконцентрировано на проблемах гражданского процесса как базовой отрасли права и соответствующей науке. Внимание к третейскому разбирательству возникало лишь при анализе круга правовых явлений, которые включаются в состав предмета гражданского процесса. Как наука третейское разбирательство в советский период практически не получило своего развития, а научные работы в этом направлении были скорее единичным явлением. Основными монографиями в этом направлении были «Несудебные формы разрешения гражданско-правовых споров» В.П. Воложанина, «Правосудие и арбитраж» В.Н. Гапеева, «Арбитражное разбирательство граждан- ско-правовых споров в капиталистических странах» А.Д. Кейлина,

39

Глава 2. Третейское разбирательство в системе отечественного права

«Проблемы правового регулирования общественно-товарищеского судопроизводства в СССР» Е.И. Филиппова.

Значительное влияние на формирование законодательства, регулирующего третейское судопроизводство в европейских странах, оказало Постановление Совета Европы от 20 января 1966 г. № 56 «Европейская конвенция о единообразном законе об арбитраже». Хотя указанный акт по вполне понятным политическим причинам не был известен в СССР, тем не менее ныне действующий Закон о третейских судах полностью соответствует основным положениям, которые данный акт предлагал урегулировать европейским государствам для внутреннего арбитража. В данном случае он сыграл роль катализатора, задав вектор развития национальному праву государств Европы в части арбитража. А Россия, приступив к разработке своего закона регулирующего третейское разбирательство, обнаружила, что европейские национальные законы об арбитраже исходят из близких по своему духу правовых позиций. Соответственно, российский закон о третейском разбирательстве был создан с ориентацией на уже сложившиеся в европейских государствах правовой режим, доктринальные воззрения на место арбитража в правовой системе и подходы к его законодательному регулированию.

Интерес к третейскому разбирательству вновь возник уже в 90-е гг. ХХ в., когда переход к рыночной экономике вызвал к жизни Временное положение о третейском суде для разрешения экономических споров. Благодаря данному нормативному акту на территории России возникло множество третейских судов, что подогрело интерес правоведов к проблемам третейского разбирательства. Потребности практической юриспруденции потребовали гораздо более детальной научной проработки правовых основ третейского разбирательства и определения места третейского суда в российской правовой системе. Все это вызвало усиленный интерес к тематике третейского разбирательства в научной среде. На темы, так или иначе связанные с третейским разбирательством, были защищены десятки диссертаций и написаны сотни научных статей. В то же время научные монографии с глубоким анализом такого уникального правового явления, как третейский суд, исчислялись единицами. Наибольший вклад в развитие науки третейского разбирательства вложили такие ученые, как Е.А. Виноградова, А.И. Зайцев, С.А. Курочкин, М.Э. Мо-

розов, Е.Ю. Носырева, М.А. Попов, Г.В. Севастьянов, О.Ю. Скворцов, Е.М. Цыганова. Благодаря научным исследованиям названных

40

Глава 2. Третейское разбирательство в системе отечественного права

ииных авторов была изучена правовая природа третейского разбирательства, а третейский суд занял соответствующее его природе место в системе органов по защите прав.

Предметом изучения науки третейского разбирательства является в первую очередь сам процесс разрешения спора в порядке третейского разбирательства, а также механизм взаимодействия третейского суда с судом общей юрисдикции и арбитражным судом. Объектом особого внимания данной науки в плане сравнительного правоведения является иностранное законодательство, практика функционирования третейских судов (арбитражей) за рубежом, а также соответствующие иностранные доктрины третейского разбирательства. Правовая природа третейского суда не зависит от его национальной принадлежности, но приемы регулирования третейского разбирательства, уровень контроля третейского разбирательства со стороны государства, правовая сила решения третейского суда имеют в разных государствах значительные различия. Сравнительные исследования позволяют выбрать наиболее оптимальные законодательные приемы регулирования третейского разбирательства, позволяющие в наибольшей степени раскрыть его потенциал, а обществу получить значительный социальный эффект.

Третейское разбирательство состоит не только из норм, регулирующих процедуру рассмотрения спора, но и норм, являющихся организационными по отношению к третейскому разбирательству и регулирующих: организацию постоянно действующего третейского суда, требования к судьям, формированию состава третейского суда, требования к третейскому соглашению. Это дает основание для деления третейского разбирательства на общую (судоустройственные нормы) и особенную части (судопроизводственные нормы).

Наука третейского разбирательства находится в стадии своего становления, ибо ее правовая доктрина еще не до конца сформировалась. Указанная наука находится в процессе своего обособления от базовой отрасли права — гражданского процессуального права. Как

иу всякой молодой науки, у науки третейского разбирательства еще много обширных областей, мало охваченных современными исследованиями, а потому чрезвычайно перспективных для дальнейшей разработки. Соответственно, перед наукой третейского разбирательства стоит много проблем. Наиболее проблемными представляются следующие вопросы: разработка понятийного аппарата и определение внутреннего содержания используемых понятий; раскрытие пра-

41

Глава 2. Третейское разбирательство в системе отечественного права

вовой природы третейского разбирательства; определение места третейского суда среди органов по защите прав; правовая сила решения третейского суда; выяснение влияния доказательств, полученных в третейском разбирательстве, на государственное судопроизводство; пределы судебного контроля третейского разбирательства; возможность участия в третейском разбирательстве третьих лиц; правопреемство в третейском соглашении; компетенция третейского суда на рассмотрение споров, имеющих публично-правовой эффект; усиление проявлений публичного права в третейском разбирательстве.

Возникновение отдельной науки приводит и к необходимости для нее установления горизонтальных связей и определения нового уровня взаимодействия с базовыми отраслями гражданским и арбитражным процессом. Влияние базовых отраслей настолько значительно, что существует проблема и с понятийным аппаратом, который заимствован из гражданского процесса, но по существу за идентичными понятиями скрывается принципиально иное содержание.

42