Расторжение и изменение гражданско-правового договора. Монография

§ 3. Расторжение и изменение договора посредством отказа от договора

такой возможности в судебном порядке позволило судам рассматривать последнюю как установленную договором возможность одностороннего отказа от договора по любой причине до истечения срока его действия.

Особенности осуществления права на отказ от исполнения договора

врамках процедуры банкротства. В гражданском обороте возникают ситуации, требующие специального регулирования соответствующих отношений сторон, отличного, но тем не менее соответствующего ГК РФ. Примером специального законодательного регулирования является Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», регулирующий отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредитора, в том числе устанавливающий специальные условия и порядок отказа от исполнения договоров такого должника.

Так, в соответствии со ст. 129 Закона о несостоятельности (банкротстве) с даты утверждения конкурсного управляющего последний вправе в том числе заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок должника в порядке, установленном ст. 102 Закона о несостоятельности (банкротстве). Применение к должнику процедур банкротства имеет целью восстановление платежеспособности должника и удовлетворение требований кредиторов, в связи с чем Закон о несостоятельности (банкротстве) предусматривает особенности порядка исполнения договоров в период проведения процедур банкротства, обусловленные существенными ограничениями принципа свободы договора, осуществления прав и обязанностей своей волей и в своем интересе, а также изъятия в части общего правила о недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательств по договору.

Право арбитражного управляющего заявлять односторонний отказ от исполнения договоров должника предоставляет преимущества прежде всего должнику, защищает интересы его кредиторов, но при этом ограничивает свободу договора контрагентов такого должника, подрывает стабильность договорных отношений с такими контрагентами, ставя последних в неравное положение по сравнению с самим должником. Таким образом, предусмотренная Законом о несостоятельности (банкротстве) возможность отказа от исполнения договорных обязательств влияет на устойчивость складывающихся в имущественном обороте договорных связей, поскольку невозможно, вступая

вдоговорные отношения, предполагать, что контрагент при обычных условиях гражданского оборота может быть признан несостоятельным (банкротом). При этом отказ от исполнения договора должника почти всегда влечет для его контрагента убытки.

151

Глава II. Вопросы оснований расторжения и изменения договора

Всвязи с вышеизложенным возникает вопрос о пределах реализации конкурсным управляющим права на отказ от исполнения договора должника, об определении критериев, отвечающих принципам соразмерности, разумности, добросовестности, которые должны быть соблюдены при заявлении конкурсным управляющим отказа от исполнения договоров должника с целью обеспечения как баланса публичных интересов и интересов сторон конкретных договоров, так и гарантий прав контрагентов по договору должника. «Законодатель, устанавливая основания, по которым арбитражный управляющий может отказаться от исполнения договоров должника, разрешает довольно сложный вопрос: насколько можно ущемить принцип верности договорным обязательствам, чтобы это не привело к дестабилизации гражданского оборота»1.

Всоответствии со ст. 129 Закона о несостоятельности (банкротстве) конкурсный управляющий вправе отказаться от исполнения договоров и иных сделок должника в порядке, установленном ст. 102,

втечение трех месяцев с даты введения конкурсного управления. Во-первых, отказ от исполнения договоров и иных сделок должника может быть заявлен только в отношении сделок, не исполненных сторонами полностью или частично, и при условии, что такие сделки препятствуют восстановлению платежеспособности должника или что исполнение должником таких сделок повлечет за собой убытки для должника по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах (ст. 102).

Во-вторых, существенное ограничение права конкурсного управляющего на отказ от исполнения договоров должника установлено п. 3 ст. 129 указанного закона: конкурсный управляющий не вправе заявлять отказ от исполнения договоров должника при наличии обстоятельств, препятствующих восстановлению платежеспособности должника. Между тем, устанавливая такое ограничение, Закон о несостоятельности (банкротстве) содержания последнего не раскрывает. Однако из конституционных принципов правового государства, равенства и справедливости вытекает обращенное к законодателю требование определенности, ясности, недвусмысленности правовой нормы и ее согласованности с системой действующего правового регулирования2. При отсутствии в законе требуемого по-

1Полуэктов М. Отказ от исполнения договоров как способ защиты интересов должника и кредиторов в законодательстве о несостоятельности (банкротстве) // Юрист. 2000. № 1. С. 7.

2Постановление КС РФ от 6 апреля 2004 г. № 7-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 2 статьи 87 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации и постановления Правительства Российской Федерации от

152

§ 3. Расторжение и изменение договора посредством отказа от договора

нятийного аппарата эффективность применения правовых норм зависит от толкования таких норм права с целью правильного уяснения их смысла и содержания правоприменительной практикой, когда на основе принципов законности и единства толкования су- дебно-арбитражная практика формирует единообразные подходы при разрешении определенной категории споров, вытекающих из гражданских правоотношений.

Отказ от исполнения договора должника конкурсным управляющим должен быть обусловлен целями и задачами, определенными Закон о несостоятельности (банкротстве) для конкурсного управления, в связи с чем решающее значение в определении критериев допустимости отказа конкурсного управляющего от исполнения договоров должника имеет наличие доказательств того, что такой договор явно препятствует восстановлению платежеспособности должника или исполнение договора повлечет за собой убытки для должника по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах.

Если возможность возникновения для должника убытков при исполнении договора по сравнению с аналогичными договорами, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах, является объективным критерием, который может быть проверен1, то, как показывает анализ судебно-арбитражной практики, доказать, что договор пре-

17 июля 2001 года № 538 ‟О деятельности негосударственных организаций по лоцманской проводке судов” в связи с жалобой международной общественной организации ‟Ассоциация морских лоцманов России” и автономной некоммерческой организации ‟Общество морских лоцманов Санкт-Петербурга”».

1Так, отказывая в удовлетворении иска, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями ст. 310 ГК РФ, ст. 102 Закона о несостоятельности (банкротстве), пришли к выводу, что спорный договор, учитывая размер арендной платы и срок действия договора (25 лет), заключен на кабальных для должника условиях по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах, что влечет для должника убытки (определение ВАС РФ от 8 апреля 2009 г. № ВАС-3965/09, постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 26 декабря 2008 г. № Ф10-5834/08). Федеральный арбитражный суд Московского округа в постановлении от 29 мая 2008 г. № КГ-А40/3797-08 признал отказ конкурсного управляющего от договора аренды нежилых помещений соответствующим ст. 102, 129 Закона о несостоятельности (банкротстве), а вывод суда о том, что исполнение спорного договора повлечет за собой для истца (конкурсный управляющий) убытки по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах, подтвержденным материалами дела: спорным договором установлена арендная плата 3905 руб. 70 коп. за 1 кв. м в год, тогда как согласно оценке ГУП «Мосгор БТИ» рыночная арендная ставка за 1 кв.м. спорных помещений в год составляет 41 тыс. руб., а с предложением истца заключить новый договор аренды с арендной платой 2 тыс. дол. США за 1 кв. м в год с учетом НДС ответчик (арендатор) не согласился.

153

Глава II. Вопросы оснований расторжения и изменения договора

пятствует восстановлению платежеспособности должника, весьма проблематично.

Так, Федеральный арбитражный суд Дальневосточного округа1 оставил без изменения судебные акты суда первой и апелляционной инстанций, удовлетворивших требование арендатора о признании действующим договора аренды части здания и об устранении препятствий в пользовании помещениями и отказавших в удовлетворении встречного требования внешнего управляющего об освобождении спорных помещений в связи с отказом от исполнения договора аренды, так как суду не было представлено доказательств того, что исполнение спорного договора каким-либо образом повлекло за собой убытки или препятствовало восстановлению платежеспособности должника (при этом суды квалифицировали действия арендодателя по расторжению договора как злоупотребление правом на основании ст. 10 ГК РФ).

В другом деле подтверждено отсутствие условий, позволяющих внешнему управляющему отказаться от исполнения договора теплоснабжения, так как в нарушение требований п. 2 ст. 102 Закона о несостоятельности (банкротстве) последний в том числе не представил доказательства того, что исполнение спорного договора могло повлечь за собой убытки по сравнению с аналогичными сделками или препятствовало восстановлению платежеспособности должника: «Договор теплоснабжения заключен предприятием в целях осуществления его уставной деятельности и формирования основного источника доходов, а аналогичные сделки имели бы тот же правовой режим, регулирующий расчеты за тепловую энергию по тарифам, установленным в определенном правовыми актами порядке. Кроме того, предприятие получает доходы равномерно в течение года: население в летний период фактически авансирует услуги по теплоснабжению, и это предотвращает убыточность оказываемых услуг»2.

1Постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 23 января 2007 г. № Ф03-А73/06-1/5365: «Представленный ответчиком план внешнего управления, согласно которому должник планирует получить доход от функционирования спортивно-оздоровительного комплекса, предусматривающий его реконструкцию, в том числе арендованных истцом помещений как части комплекса, правомерно не принят судом в качестве доказательства того, что рассматриваемый договор препятствует восстановлению платежеспособности должника, поскольку последний при фактическом отсутствии в спорном помещении истца не осуществлял ремонтные работы спортивного комплекса, кроме того, ответчиком не представлено доказательств финансовой возможности осуществления реконструкции, а также оказания им перечисленных в плане внешнего управления услуг».

2Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 5 августа 2008 г. № А56-32901/2007.

154

§ 3. Расторжение и изменение договора посредством отказа от договора

«Исполнение договора должно идти вразрез не с целью внешнего управления как таковой, а со средствами, которыми она (цель) достигается. В рассматриваемом случае исполнение договора должно не соответствовать мерам по восстановлению платежеспособности должника, закрепленным в плане внешнего управления»1.

Таким образом, конкурсный управляющий должен обосновать наличие оснований для отказа от исполнения договора должника, поскольку в случае возникновения спора установление допустимости и обоснованности отказа от договора должника напрямую будет зависеть от достаточности и достоверности представленных конкурсным управляющим суду доказательств.

Кроме того, конкурсный управляющий при отказе от исполнения договора должника согласно п. 3 ст. 129 Закона о несостоятельности (банкротстве) связан запретом заявлять отказ от исполнения договоров должника при наличии обстоятельств, препятствующих восстановлению платежеспособности должника. Указанное ограничение является существенным, поскольку конкурсный управляющий обязан при отказе от исполнения договора должника доказать отсутствие обстоятельств, препятствующих восстановлению платежеспособности должника. Так, в одном из дел не был принят отказ конкурсного управляющего от исполнения договора должника, поскольку, как следовало из материалов дела и было установлено судом, на собраниях кредиторов должника обсуждался вопрос о целесообразности расторжения спорных договоров лизинга и большинством голосов было принято решение не расторгать договоры лизинга в связи с экономической нецелесообразностью2.

Определенной гарантией защиты прав и законных интересов контрагентов должника при отказе от исполнения его договоров служит то, что согласно п. 4 ст. 102 Закона о несостоятельности (банкротстве) сторона по договору, в отношении которого заявлен отказ от исполнения, вправе потребовать от должника возмещения убытков, вызванных отказом от исполнения договора должника, поскольку, заключая договор, каждая из сторон договора рассчитывает на то, что договор для нее будет выгодным, что в результате надлежащего исполнения обязательств по договору контрагентом она получит прибыль, полагаясь на разумность и добросовестность контрагента при исполнении договорных обязательств.

1Химичев В.А. Банкротство: прекращение договорных обязательств // Арбитражная практика. 2002. № 12. С. 6.

2Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 27 октября 2011 г. по делу № А40-97734/09-101-259Б.

155

Глава II. Вопросы оснований расторжения и изменения договора

Поскольку основополагающим принципом возмещения убытков как меры гражданско-правовой ответственности является полное возмещение убытков, такое возмещение направлено на то, чтобы поставить потерпевшую сторону в то положение, в котором она находилась бы, если бы договор был исполнен надлежащим образом. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (ст. 15 ГК РФ).

Представляется, что именно возникновение у должника обязанности полного возмещения убытков стороне по договору, обусловленных отказом от исполнения договора должника, может быть признано препятствующим восстановлению платежеспособности должника обстоятельством, при наличии которого в соответствии со ст. 129 Закона о несостоятельности (банкротстве) конкурсный управляющий заявлять отказ от исполнения договора должника не вправе.

Кроме того, сторона по договору должника, в отношении которого заявлен отказ от исполнения, вправе обратиться в суд с иском о признании недействительным отказа конкурсного управляющего от исполнения договора должника, поскольку контрагент должника не является лицом, участвующим в деле о банкротстве, и не имеет

права на обжалование действий конкурсного управляющего в порядке, предусмотренном Законом о несостоятельности (банкротстве)1. Также следует отметить, что заявление отказа от исполнения до­ говоров должника является правом, а не обязанностью конкурсного управляющего, что подтверждается единообразным подходом судеб- но-арбитражной практики2.

1«В соответствии с положениями ст. 102 ФЗ ‟О несостоятельности (банкротстве)” истец лишен возможности оспорить законность действий внешнего управляющего в деле о банкротстве, поскольку не является лицом, участвующим в деле о банкротстве. Рассматриваемое заявление подано им не как конкурсным кредитором должника, а в качестве стороны договора, от исполнения которого заявлен отказ, нарушающий права и законные интересы истца в сфере предпринимательской деятельности. Таким образом, истец выбрал надлежащий способ защиты своих прав» (постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 5 августа 2008 г. № А56-32901/2007).

2Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 3 июня 2009 г. № А19-16934/06-Ф02-1872/09 (определением ВАС РФ от 12 октября 2009 г. № ВАС-12813/09 в передаче для пересмотра в порядке надзора в Президиум ВАС РФ указанного постановления отказано).

156

§ 3. Расторжение и изменение договора посредством отказа от договора

Отказ от договора в случае отсутствия у одной из сторон договора лицензии на осуществление деятельности или членства в саморегулиру-

емой организации, необходимых для исполнения обязательства по договору. В соответствии с п. 3 ст. 450.1 ГК РФ в случае отсутствия у одной из сторон договора лицензии на осуществление деятельности или членства в саморегулируемой организации, необходимых для исполнения обязательства по договору, другая сторона вправе отказаться от договора (исполнения договора) и потребовать возмещения убытков.

Федеральный закон от 4 мая 2011 г. № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» устанавливает закрытый нормативный перечень видов деятельности, подлежащих лицензированию. Наличие лицензии на осуществление отдельных видов деятельности является необходимым условием осуществления лицензируемой деятельности, выдача которой порождает возникновение специальной правоспособности у субъекта гражданского оборота. Согласно ст. 49 ГК РФ отдельными видами деятельности, перечень которых установлен непосредственно законом, юридическое лицо может заниматься только на основании специального разрешения (лицензии). Право юридического лица осуществлять деятельность, на занятие которой необходимо получение лицензии, возникает с момента получения такой лицензии или в указанный в ней срок и прекращается по истечении срока ее действия, если иное не установлено законом или иным правовыми актами, в том числе лицензионными требованиями. Таким образом, лицензирование является особым, вводимым императивными нормами законодательства административно-пра- вовым режимом, направленным на удостоверение права субъекта оборота на ведение определенного вида деятельности с соблюдением установленных требований, при этом лицензирование отдельных видов деятельности предполагает проверку компетентными лицензирующими органами соблюдения потенциальным лицензиатом соответствующих лицензионных требований.

Согласно ст. 4 Федерального закона от 1 декабря 2007 г. № 315-ФЗ «О саморегулируемых организациях» предметом саморегулирования является предпринимательская или профессиональная деятельность субъектов, объединенных в саморегулируемые организации (СРО), саморегулируемая организация разрабатывает и утверждает стандарты и правила предпринимательской или профессиональной деятельности (далее — стандарты и правила СРО), под которыми понимаются требования к осуществлению предпринимательской или профессиональной деятельности, обязательные для выполнения всеми членами СРО. Стандарты и правила СРО должны устанавливать

157

Глава II. Вопросы оснований расторжения и изменения договора

запрет на осуществление ее членами деятельности в ущерб иным субъектам предпринимательской или профессиональной деятельности, а также требования, препятствующие недобросовестной конкуренции, совершению действий, причиняющих моральный вред или ущерб потребителям товаров (работ, услуг) и иным лицам, действий, причиняющих ущерб деловой репутации члена саморегулируемой организации либо деловой репутации СРО. Саморегулируемая организация в том числе осуществляет контроль за предпринимательской или профессиональной деятельностью своих членов в части соблюдения ими требований стандартов и правил СРО, условий членства в ней (ст. 6 указанного закона).

В качестве способов обеспечения имущественной ответственности членов СРО перед потребителями произведенных ими товаров (работ, услуг) и иными лицами саморегулируемая организация вправе создать систему личного и (или) коллективного страхования и сформировать компенсационный фонд.

Развитие и внедрение механизмов саморегулирования субъектов предпринимательской деятельности, содержанием которого в первую очередь должны являться стандартизация предпринимательской деятельности, с одной стороны, и создание эффективной системы контроля саморегулируемыми организациями за соблюдением субъектами предпринимательской деятельности соответствующих требований к ведению предпринимательской деятельности, с другой, служат целям снижения административных барьеров, сокращения властных полномочий органов государственной власти на пути развития предпринимательства, сокращения избыточного регулирования на уровне подзаконных актов1.

Представляется, что установление высоких предметных требований, соответствующих потребностям конкретной отрасли к участникам рынка и их товарам (работам, услугам), позволяет создать систему оптимальной стандартизации предпринимательской и профессиональной деятельности, выполнение которых обеспечивает высокие стандарты предпринимательской и профессиональной деятельности, в том числе стимулирует субъектов к разработке и соблюдению кодексов профессиональной деловой этики.

Кроме того, развитие и оптимизация системы имущественной ответственности членов СРО перед потребителями произведенных ими товаров (работ, услуг) и иными лицами в целях повышения во-

1Концепция административной реформы в Российской Федерации в 2006–2010 годах, утвержденная распоряжением Правительства РФ от 25 октября 2005 г. № 1789-р.

158

§ 3. Расторжение и изменение договора посредством отказа от договора

стребованности механизмов имущественной ответственности гарантирует интересы потребителей и третьих лиц, в том числе посредством осуществления выплат из компенсационного фонда в целях обеспечения имущественной ответственности членов СРО перед потребителями произведенных ими товаров, работ, услуг и иным лицам.

Таким образом, установление возможности отказа от договора в случае отсутствия у одной из сторон договора лицензии на осуществление деятельности или членства в саморегулируемой организации, необходимых для исполнения обязательства по договору, направлено на обеспечение прав и законных интересов контрагента такой стороны, которой предоставлено право выбора с точки зрения преследуемого интереса: сохранить договор, в том числе при отсутствии указанных выше гарантий, приняв на себя риск нарушения договора другой стороной, либо отказаться от договора и потребовать возмещения убытков, возникших в связи с таким отказом. При этом п. 3 ст. 450.1 ГК РФ предоставляет стороне договора право на отказ от договора при отсутствии у одной из сторон договора лицензии на осуществление деятельности или членства в СРО, необходимых для исполнения обязательства по договору независимо от того, имело ли место такое обстоятельство в момент заключения договора или возникло в период исполнения договора.

Вместе с тем следует учитывать, что согласно ст. 431.2 ГК РФ сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету до­ говора, полномочиям на его заключение, наличию необходимых лицензий и разрешений), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку. Такая ответственность наступает, если сторона, предоставившая недостоверные заверения, исходила из того, что другая сторона будет полагаться на них, или имела разумные основания исходить из такого предположения. Кроме того, сторона, заключившая договор под влиянием обмана или существенного заблуждения, вызванного недостоверными заверениями, данными другой стороной, вправе вместо отказа от договора требовать признания договора недействительным (ст. 179 и 178 ГК РФ).

Если контрагент не осуществляет свое право на отказ от договора, на него возлагаются негативные риски отсутствия лицензии на осуществление деятельности у его контрагента или членства послед-

159

Глава II. Вопросы оснований расторжения и изменения договора

него в саморегулируемой организации в части тех дополнительных возможностей и гарантий, предоставляемых при наличии у контрагента по до­говору таковых (например, дополнительные способы обеспечения имущественной ответственности членов СРО).

Крайне важным для практики является следующее дело1. Суд первой инстанции, установив, что сторонами фактически заключен договор, предусматривающий предоставление охранных услуг, при отсутствии доказательств наличия у истца лицензии на занятие данной деятельностью отказал в удовлетворении иска о взыскании задолженности по оплате услуг по договору. Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что стороны при заключении договора преследовали цель обхода норм о лицензировании охранной деятельности, то есть действовали противоправно и недобросовестно, в связи с чем истцу отказано в защите его права на взыскание оплаты по договору в порядке применения положений ст. 10 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции решение отменил, исковые требования истца удовлетворил, отметив, что: отсутствие лицензии на осуществление частной и охранной деятельности в силу положений п. 3 ст. 450.1 ГК РФ и разъяснений, данных в п. 89 постановления Пленума ВС РФ № 25, не влечет недействительности договора; договор не признан недействительным в рамках самостоятельного производства; в спорный период договор действовал и был прекращен

врезультате одностороннего отказа заказчика от его исполнения. В свою очередь, суд кассационной инстанции, отклоняя доводы кассационной жалобы, указал, что «действительно, нормы пункта 3 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации введены

вдействие Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ ‟О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации”, вступившим в силу 01.06.2015, и применимы к правоотношениям, возникшим после этой даты. Строго говоря, приведенная норма напрямую не применима к обстоятельствам настоящего дела, однако, во-первых, она наглядно демонстрирует общие принципы законодательного регулирования российского гражданского права, во-вторых, данный правовой подход сформировался в судебной практике до его законодательного закрепления».

Недопустимость противоречивого и непоследовательного поведения при отказе от договора. Сторона, которой ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении

1Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 27 сентября 2016 г. № Ф09-8172/16.

160