Преступления в сфере экономической деятельности. Программа, лекции спецкурса, материалы судебной практики. Учебное пособие

Диспозиции большинства норм, определяющих ответственность за преступления в сфере экономической деятельности, являются бланкетными и требуют обращения к иному отраслевому законодательству. О бланкетности той или иной уголовно-правовой нормы свидетельствует неуголовно-правовая терминология, используемая законодателем: налоги, таможенные платежи, кредит, сделка, инсайдерская информация, акционер, ценная бумага, реестр владельцев ценных бумаг, товарный знак, лицензия и т.д.

Всвязи с использованием такой терминологии возникает вопрос, следует ли рассматривать неуголовно-правовые понятия в точном соответствии с их содержанием в определенной отрасли российского права или в некоторых случаях им следует придавать несколько иной смысл. Например, понятие сделки является гражданско-правовым.

Вгл. 22 УК термин «сделка» употреблен законодателем в целом ряде статей: ст. 170 «Регистрация незаконных сделок с землей», ст. 174 «Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем», ст. 174-1 «Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления», ст. 179 «Принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения», ст. 191 «Незаконный оборот драгоценных металлов, природных драгоценных камней или жемчуга».

Согласно ст. 153 ГК РФ, «сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей». Из этого определения видно, что гражданско-правовое понятие сделки в области уголовного права может применяться лишь ограничительно — в связи с тем, что уголовное право не знает ответственности юридических лиц.

Вуголовном праве субъектом незаконной сделки будет признано только физическое лицо, пусть и руководитель какой-либо коммерческой организации, действующий от ее имени.

Вгражданском законодательстве также определено, что сделки могут быть двухили многосторонними (договоры) и односторонними. При этом односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны (п. 1, 2 ст. 154 ГК). Кроме того, гражданско-правовые сделки могут быть как возмездными, так и безвозмездными. В то же время в ст. 179 УК предусмотрена уголовная ответственность за принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения под угрозой

применения насилия, уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно распространения сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких, при отсутствии признаков вымогательства. Общественная опасность данного экономического преступления состоит в том, что в результате его совершения существенным образом нарушается свобода волеизъявления сторон при заключении граждан- ско-правовой сделки. Однако виновное лицо не преследует цели похищения или вымогательства имущества другого лица, поэтому если указанными в уголовном законе способами другое лицо принуждают

кзаключению такой безвозмездной, двусторонней сделки, как дарение (например, квартиры, дачного участка, автомобиля и пр.), или

коформлению на виновное лицо наследства, то это не «экономическое» преступление, посягающее на свободу совершения сделок, а обычное вымогательство (ст. 163 УК). Следовательно, применительно к ст. 179 УК понятие сделки не может охватывать безвозмездные одно- и двусторонние сделки. В этих случаях необходимо ставить вопрос о наличии в содеянном признаков вымогательства.

Разумеется, по общему правилу, неуголовно-правовые понятия, используемые законодателем в УК, должны толковаться в соответствии с их пониманием в ином отраслевом законодательстве. Вместе с тем в процессе толкования уголовно-правовых норм необходимо учитывать и другие признаки состава преступления, в частности, относящиеся к объективной и субъективной сторонам преступления, т.е. использовать системное толкование. В противном случае возможны квалификационные ошибки.

Наличие в гл. 22 УК бланкетных норм ставит и другую проблему: об обратной силе положений, образующих неуголовно-правовое «ядро» соответствующего уголовно-правового запрета. Как правило, вновь изданные нормы неуголовно-правового характера применяются к тем общественным отношениям, которые возникли после их введения в действие. Уголовное право, напротив, допускает и даже требует ретроактивного применения уголовного закона – в случае, если новый закон устраняет преступность деяния, смягчает наказание или иным образом улучшает положение лица, совершившего преступление (ч. 1 ст. 10 УК). Возникает вопрос, имеют ли обратную силу бланкетные уголовно-правовые нормы. Например, в случае отмены ранее установленного налога или сбора может существенно меняться объем криминализации уклонения от уплаты налогов или сборов с физического лица или организации (ст. 198, 199 УК). Пред-

ответственность за целый ряд правонарушений, сходных по своим объективным и субъективным признакам с составами экономических преступлений. В ст. 14.1 КоАП РФ предусмотрена, например, ответственность за осуществление предпринимательской деятельности без государственной регистрации или без специального разрешения (лицензии). В то же время в ст. 171 УК установлена ответственность за незаконное предпринимательство.

Криминообразующие признаки, позволяющие провести разграничение между преступлениями и иными правонарушениями в экономической сфере, в гл. 22 УК, как правило, четко сформулированы законодателем: это крупный ущерб, крупный доход, крупный размер или задолженность в крупном размере (прим. к ст. 169 УК и др.), излишний доход и избежание убытков в крупном размере (прим. к ст. 185-3 УК); совершение преступления должностным лицом или иным лицом, использующим свое служебное положение; умышленная форма вины, корыстный мотив или иная личная заинтересованность; насильственный способ совершения и др.

Вместе с тем составы некоторых экономических преступлений не содержат названных криминообразующих признаков, что затрудняет их отграничение от других правонарушений. К числу таких составов относится состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 185-5 УК «Фальсификация решения общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества или решения совета директоров (наблюдательного совета) хозяйственного общества». Этот состав не предполагает наступления каких-либо конкретных последствий в виде ущерба, существенного вреда и т.п. Законодатель не указал ни специального мотива, ни специальной цели, определив лишь форму вины – умысел. В то же время в КоАП РФ содержится норма об ответственности за сходное правонарушение – «нарушение председателем или секретарем общего собрания акционеров (общего собрания владельцев инвестиционных паев закрытого паевого инвестиционного фонда) требований к содержанию, форме или сроку составления протокола общего собрания акционеров (общего собрания владельцев инвестиционных паев закрытого паевого инвестиционного фонда), а равно уклонение указанных лиц от подписания указанного протокола (п. 9 ст. 15.23.1). В данном случае разграничение преступления и правонарушения может повлечь трудности в судебноследственной практике.

В гл. 22 содержатся нормы с судебной и административной преюдицией. Так, уголовная ответственность за злостное уклонение ру-

ководителя организации или гражданина от погашения кредиторской задолженности в крупном размере или от оплаты ценных бумаг возможна лишь после вступления в законную силу соответствующего судебного акта (ст. 177 УК). Квалифицированным видом воспрепятствования законной предпринимательской или иной деятельности является совершение данного деяния в нарушение вступившего в законную силу судебного акта (ч. 2 ст. 169 УК). В этих случаях наличие судебного решения (судебной преюдиции) по правонарушению в экономической сфере предшествует привлечению лица к уголовной ответственности.

Административная преюдиция предусмотрена в ст. 178 УК «Недопущение, ограничение или устранение конкуренции»: неоднократным злоупотреблением доминирующим положением, образующим объективную сторону данного преступления, является совершение лицом злоупотребления таким положением более 2 раз в течение 3 лет, за которые указанное лицо было привлечено к административной ответственности (прим. 4 к ст. 178 УК).

Субъективная сторона всех рассматриваемых преступлений выражается в умышленной вине. Неосторожные посягательства на установленный порядок осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности не преступны и при определенных условиях могут повлечь другой вид юридической ответственности.

Внекоторых случаях законодатель прямо говорит об умышленном совершении преступлении. Так, в УК предусмотрена ответственность за «умышленное использование инсайдерской информации для осуществления операций с финансовыми инструментами, иностранной валютой и (или) товарами, к которым относится такая информация, за свой счет или за счет третьего лица», а также иные умышленные действия, указанные в ст. 185-6 УК. Об умышленном характере преступления говорится в ст. 185-3 «Манипулирование рынком» и в ст. 185-5 «Фальсификация решения общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества или решения совета директоров (наблюдательного совета) хозяйственного общества».

Вдругих случаях об умысле свидетельствует указание законодателя на «заведомость» тех или иных незаконных действий (ст. 170) или «заведомость» применительно к знанию о каких-либо ложных сведениях (ст. 171), групповой или насильственный способ совершения преступления, наличие особых мотивов и другие обстоятельства.

Применительно к отдельным составам следует говорить о наличии лишь прямого умысла, что подтверждается указанием законодателя на направленность незаконной деятельности на определенный преступный результат, т.е. цель. Так, легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем, должна осуществляться «в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом» (ч. 1 ст. 174 УК). Изготовление, хранение и перевозка поддельных денег наказываются при условии совершения перечисленных действий с целью сбыта указанных предметов (ст. 186 УК). О прямом умысле свидетельствует также «преднамеренность» общественно опасных действий, например, в случае преднамеренного банкротства (ст. 196 УК), и «злостность» (повторность) правонарушения (ст. 177 УК).

Для некоторых преступлений в сфере экономической деятельности обязательными элементами субъективной стороны являются, как уже отмечалось, специальная цель или мотив совершения. Их отсутствие означает отсутствие состава преступления. К примеру, регистрация заведомо незаконных сделок с землей влечет уголовную ответственность лишь при условии, что должностное лицо, использующее свое служебное положение, совершает противоправные действия «из корыстной или иной личной заинтересованности» (ст. 170 УК).

Субъектом преступления в сфере экономической деятельности могут быть вменяемые физические лица, достигшие к моменту совершения преступления 16 лет. В большинстве случаев субъект преступления специальный. Специальным субъектом именуется лицо, которое наряду с общими признаками субъекта преступления, предусмотренными ст. 19 УК, обладает одним или несколькими дополнительными признаками, с наличием которых законодатель связывает наступление уголовной ответственности.

Вгл. 22 упоминаются следующие виды специальных субъектов: должностное лицо (ст. 169, 170), индивидуальный предприниматель (ст. 176), руководитель организации (ст. 176, 177), лицо, в должностные обязанности которого входит совершение операций, связанных

сучетом прав на ценные бумаги (ст. 185-2), учредитель (участник) юридического лица (ст. 196, 197), налоговый агент (ст. 199-1) и др.

Внекоторых случаях специальный субъект законодателем прямо не называется, но подразумевается. Например, субъектом уклонения от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица (ст. 198) может

быть лишь лицо, обязанное уплачивать такие платежи. На специального субъекта указывает также такой способ совершения ряда преступлений, как использование своего служебного положения (п. «а» ч. 3 ст. 194 УК, п. «б» ч. 2 ст. 174-1 УК).

Таким образом, преступления в сфере экономической деятельно-

сти — это такие предусмотренные уголовным законом посягательства на экономические интересы, которые заключаются в умышленных нарушениях должностными или иными лицами законодательно установленного порядка осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности.

Вопрос о классификации рассматриваемых преступлений в теории уголовно-правовой науки дискуссионен.

С учетом объекта преступного посягательства преступления в сфере экономической деятельности прежде всего могут подразделяться на посягательства против установленного порядка осуществления:

1)предпринимательской деятельности;

2)иной экономической деятельности.

Кпервой группе относятся преступления, предусмотренные ст. 169 УК (воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности); ст. 170 УК (регистрация незаконных сделок с землей); ст. 170-1 УК (фальсификация единого государственного реестра юридических лиц, реестра владельцев ценных бумаг или системы депозитарного учета); ст. 171 УК (незаконное предпринимательство); ст. 171-1 УК (производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт немаркированных товаров и продукции); ст. 171-2 УК (незаконные организация и проведение азартных игр); ст. 172 УК (незаконная банковская деятельность); ст. 173-1 УК «Незаконное образование (создание, реорганизация) юридического лица»; ст. 173-2 УК «Незаконное использование документов для образования (создания, реорганизации) юридического лица»; ст. 174 УК (легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем); ст. 174-1 УК (легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом

врезультате совершения им преступления); ст. 175 УК (приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем).

Во вторую группу включаются все остальные преступления, предусмотренные в гл. 22 УК.

В свою очередь, данную группу преступлений с учетом основных непосредственных объектов посягательства можно подразделить на преступления, посягающие на:

1)финансовые интересы государства и других субъектов экономической деятельности. К ним относятся преступления, предусмотренные: ст. 185 УК (злоупотребления при эмиссии ценных бумаг; ст. 185-1 УК (злостное уклонение от раскрытия или предоставления информации, определенной законодательством Российской Федерации о ценных бумагах; ст. 185-2 УК (нарушение порядка учета прав на ценные бумаги); ст. 185-3 (манипулирование рынком); ст. 185-4 УК (воспрепятствование осуществлению или незаконное ограничение прав владельцев ценных бумаг); ст. 185-5 УК (фальсификация решения общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества или решения совета директоров (наблюдательного совета) хозяйственного общества); ст. 185-6 УК (неправомерное использование инсайдерской информации); ст. 186 УК (изготовление, хранение, перевозка или сбыт поддельных денег или ценных бумаг); ст. 187 УК (изготовление или сбыт поддельных кредитных либо расчетных карт и иных платежных документов).

Отдельную подгруппу финансовых преступлений образуют налоговые преступления, к которым можно отнести деяния, предусмотренные ст. 194 УК (уклонение от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организации или физического лица); ст. 198 УК (уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица); ст. 199 УК (уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с организации); ст. 199-1 УК (неисполнение обязанностей налогового агента); ст. 199-2 (сокрытие денежных средств либо имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых должно производиться взыскание налогов и (или) сборов);

2)интересы кредиторов. К этой группе преступлений относятся деяния, предусмотренные ст. 176 УК (незаконное получение кредита); ст. 177 УК (злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности); ст. 195 УК (неправомерные действия при банкротстве); ст. 196 УК (преднамеренное банкротство); ст. 197 УК (фиктивное банкротство);

3)установленный порядок внешнеэкономической деятельности.

Эту группу образуют преступления, предусмотренные: ст. 189 УК (незаконные экспорт из Российской Федерации или передача сырья, материалов, оборудования, технологий, научно-технической информации, незаконное выполнение работ (оказание услуг), которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения, вооружения и военной техники); ст. 190 УК (невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исто-

Г Л А В А III

Преступления против установленного порядка осуществления

предпринимательской деятельности

§1. Воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности (ст. 169 УК)

Наименование данного преступления, на наш взгляд, нуждается в уточнении: «иная деятельность», о которой говорит законодатель, должна рассматриваться лишь как не относящаяся к предпринимательской экономическая деятельность, а не какая-либо другая. В противном случае, как обоснованно отмечается в юридической литературе, объектом данного преступления придется признать иные, неэкономические отношения, в частности, нормальное функционирование образовательного или научного учреждения, политической партии или профсоюзной организации, в деятельность которых может осуществлять незаконное вмешательство должностное лицо1.

Воспрепятствование законной предпринимательской или иной не запрещенной законом экономической деятельности посягает на важную сферу общественных отношений, связанных со свободным осуществлением этой деятельности, право на которое предоставлено гражданам Конституцией РФ: «Каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности» (ст. 34). Таким образом, непосредственный объект преступления – гарантированное Конституцией РФ право каждого гражданина или юридического лица на занятие законной предпринимательской и иной экономической деятельностью.

1См.: Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности по уголовному праву России. СПб., 2007. С. 122–123.