Политические партии в системе гражданских отношений в современной России

Глава 9. Региональное измерение межпартийной конкуренции в современной России

по аналогии с Государственной думой. Хотя есть и исключения – например, парламенты Республики Кабардино-Балкария, Республики Ка- рачаево-Черкесия и Республики Калмыкия избираются по пропорциональной системе, а Московская городская дума – по мажоритарной5.

Приступая к анализу современного состояния региональных партийных систем, логично обратиться к некоторым важным политическим решениям, детерминирующим данный процесс. Прежде всего стоит сказать, что важным решением в процессе трансформации участия партий в выборах региональных парламентов стало принятие в 2001 г. Федерального закона «О политических партиях». Содержащиеся в законе нормы (в частности, требование о наличии 40 тыс. членов и региональных отделений не менее чем в половине субъектов Российской Федерации) привели к существенному уменьшению числа партий как таковых. Кроме того, и это особенно важно в контексте рассматриваемой нами проблемы, отныне партии должны были регулярно принимать участие в выборах, в частности представительных органов государственной власти в субъектах Российской Федерации: если на протяжении пяти лет партия не участвовала в выборах, она могла быть ликвидирована6.

Дальнейшие изменения, вносимые в данный закон, только ужесточали правила регистрации и функционирования политических партий (например, необходимая минимальная численность членов партии увеличилась до 30 тыс. человек), что привело к значительному сокращению их числа в конечном итоге до семи как на федеральном, так и на региональном уровне. На выборах региональных парламентов, прошедших в 2010 г. в восьми субъектах, все семь существовавших на тот момент политических партий («Единая Россия», КПРФ, ЛДПР, «Справедливая Россия», «Яблоко», «Правое дело» и «Патриоты России») выдвинули свои списки кандидатов7. В итоге, с одной стороны, пространство межпартийной конкуренции уменьшилось за счет сокращения средних и мелких политических партий, с другой стороны, обязательное участие в выборах стало стимулировать межпартийную борьбу, обязав все политические партии стать участниками предвыборной гонки.

В итоге принятые поправки в Федеральные законы «О политических партиях» и «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной

5См.: Выборы, референдумы и иные формы прямого изъявления. Официальный сайт Избирательной комиссии Российской Федерации.

6См.: О политических партиях : федер. закон : принят Гос. Думой 11.07.2001 (ред. от 03.07.2018) // Собрание законодательства РФ. 2001. № 29. Ст. 2950; 2018. № 28. Ст. 4142.

7См.: Выборы в субъектах Российской Федерации в единый день голосования 14 марта 2010 г. // Электоральная статистика. Москва : Центральная избирательная комиссия Российской Федерации, 2010. С. 17–19.

151

Политические партии в системе гражданских отношений в современной России

власти субъектов Российской Федерации» создали весьма противоречивую ситуацию. С одной стороны, количество партий уменьшилось, но с другой – увеличилось число их членов, в то же время межпартийная конкуренция стала управляемой. Дело в том, что праволиберальные партии «Яблоко» и «Правое дело» не пользовались в российском обществе достаточной популярностью, имея свою целевую аудиторию лишь в нескольких крупных городах, «Патриоты России» вряд ли могли внести неожиданность в распределение депутатских мандатов где-либо, круг замыкался на традиционных парламентских партиях, ограничивая межпартийную конкуренцию в регионах федеральными тенденциями политического развития. В итоге стала формироваться монополия «Единой России», которая, возникнув на уровне Федерального собрания, достаточно быстро распространилась в регионах в рамках концепции построения вертикали власти. Судя по электоральной статистике «Единая Россия» стала абсолютным монополистом в региональных законодательных собраниях.

Однако уже в 2012 г. была проведена очередная политическая реформа, направленная на либерализацию партийного законодательства. Вновь приняты поправки в Федеральный закон «О политических партиях», одним из результатов которых стало увеличение количества политических партий: в итоге были созданы 33 новые политические партии, 28 из которых имели право сразу участвовать в выборах. Первыми региональными выборами, прошедшими после этих нововведений, стала кампания осенью того же года по избранию законодательных органов государственной власти в шести субъектах Российской Федерации (в Республике Северная Осетия – Алания и Удмурской Республике, в Краснодарском крае, Саратовской, Пензенской и Сахалинской областях). В данных избирательных кампаниях приняли участие 26 из 28 имевших на то право политических партий8. Таким образом, можно признать, что изменение законодательства о выборах и о политических партиях обусловило рост уровня конкуренции на выборах региональных парламентов и появление у избирателей больших´ возможностей для того, чтобы проголосовать за представителей разных политических сил.

Но такая конкуренция во многом носит формальный характер, поскольку результаты создания региональных законодательных органов показывают совершенно другую картину. Так, С. А. Шпагин приводит интересную статистику, согласно которой среднее количество набранных партией власти голосов на выборах региональных легислатур в 2014 г. составило 81,72%, в то время как на предыдущих выборах

8См.: Лопатин, А., Лысенко, В., Малышев, В. Единый день голосования в Российской Федерации 14 октября 2012 года // Журнал о выборах. 2012. № 5. С. 2–13.

152

Глава 9. Региональное измерение межпартийной конкуренции в современной России

в тех же субъектах этот показатель равнялся 74,75%9. В итоге исследователь приходит к выводу, что в парламентах большинства регионов у «Единой России» нет более или менее серьезных конкурентов10.

Кроме того, результаты данных выборов позволяют говорить о формировании отдельных специфических черт партийных систем в регионах. Так, например, для многих республик (за исключением Алтая) характерен высокий уровень стабильности народного волеизъявления, в то время как в большинстве областей, Москве и Ненецком автономном округе партийный расклад несколько трансформировался. Вошедшие в состав Российской Федерации Республика Крым и город федерального значения Севастополь лишь пополнили число неконкурентных и малопартийных регионов. В представительные органы государственной власти этих двух субъектов, а также Тывы прошло по две партии, в четырех других регионах – по три, в двух – по четыре, а во всех остальных – по пять11. Однако если не принимать в расчет партии, которые имеют в парламентах только одного своего представителя, то ровно половина законодательных органов в итоге стали двухпартийными.

Примерно такую же картину можно получить, проанализировав результаты выборов в законодательные собрания субъектов Российской Федерации в 2015, 2016 и 2017 гг. Так, результаты выборов в законодательные (представительные) органы власти субъектов РФ 13 сентября 2015 г. позволяют сделать вывод о том, что, несмотря на достаточно высокое разнообразие политических партий, принимающих участие в выборах, итоговый состав региональных парламентов почти не изменился. По данным ЦИК РФ, выборы в региональные законодательные органы власти проходили в 11 регионах, всего в них принимали участие 36 политических партий, в каждом регионе это был разный состав партийного представительства – от 5 политических партий в Челябинской области до 15 в Костромской области12. Однако только 4 парламентские партии – «Единая Россия», КПРФ, «Справедливая Россия» и ЛДПР – с разными результатами преодолели установленный барьер и смогли

9См.: Шпагин, С. А. Пространство межпартийной конкуренции на выборах законодательных органов российских регионов в 2014 г. // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. 2015. Т. 11, № 3. С. 106–108.

10Там же. С. 111.

11Информационно-аналитический бюллетень «Региональные выборы : партийная динамика» [Электронный ресурс]. URL: http://www.cikrf.ru/cik_info/part_din/14/ (дата обращения: 02.02.2020).

12См.: Сведения о выборах в органы государственной власти и органы местного самоуправления в субъектах Российской Федерации, назначенных на 13 сентября 2015 г. [Электронный ресурс]. URL: http://www.cikrf.ru/analog/vib_130915/sved_vib.html (дата обращения: 02.02. 2020).

153

Политические партии в системе гражданских отношений в современной России

продемонстрировать реальную способность конкурировать на выборах

всовременных условиях.

В2017 г. в единый день голосования выборы в законодательные (представительные) органы субъектов Российской Федерации проходили в 6 регионах, при этом в 5 из них действовала смешанная избирательная система (Удмуртская Республика, Краснодарский край, Пензенская, Саратовская и Сахалинская области), а в одном (Республика Северная Осетия – Алания) – пропорциональная. По данным ЦИК РФ,

вкаждом регионе выдвигались кандидаты от разных политических партий. Наибольшее представительство было в Пензенской и Сахалинской областях, где за мандат регионального депутата боролись представители 10 партий (активными участниками избирательного процесса стали «Патриоты России», «Коммунисты России», «Яблоко», КПСС, «Родина», «За женщин России», «Зеленые» и др.). Однако в 5 из 6 избранных региональных парламентов нет представителей данных партий, только 4 традиционные парламентские политические партии вошли в состав законодательных собраний субъектов Российской Федерации, в а 2 регионах (Краснодарский край и Сахалинская область) – по 3 политические партии при абсолютном доминировании «Единой России». Например, в Пензенской области «Единая Россия» получила 32 депутатских мандата из 36 возможных (результаты с учетом голосования по одномандатным округам), в Краснодарском крае – 60 из 70, в Удмуртии – 47 из 60. Исключением в данной избирательной кампании стала Республика Северная Осетия – Алания, где «Патриоты России»

не просто преодолели заградительный барьер, но и в итоге получили 12 депутатских мандатов («Единая Россия» – 46)13. В Краснодарском крае один представитель «Партии роста» получил депутатский мандат, что вряд ли может сказаться на деятельности парламента в целом, но с точки зрения конкуренции является положительным моментом.

Не стала исключением из общей ситуации и Саратовская область. Тем не менее необходимо отметить, что в целом показатели межпартийной конкуренции по результатам последних выборов в Саратовскую областную думу 10 октября 2017 г. стали несколько выше. По пропорциональной системе 6 политических партий выдвинули списки своих кандидатов, по одномандатным округам баллотировались представители 7 политических партий и самовыдвиженцы. В результате «Единая Россия» получила 18 мест по партийным спискам (из 23), 18 мест по одномандатным округам (из 22), КПРФ – 3 места по спискам и победила

вдвух одномандатных округах, ЛДПР – по одному месту по спискам

13См.: Выборы в субъектах Российской Федерации в единый день голосования 10 сентября 2017 года [Электронный ресурс]. URL: http://www.cikrf.ru/analog/vib_100917/ (дата обращения: 02.02.2020).

154

Глава 9. Региональное измерение межпартийной конкуренции в современной России

ипо округам, а «Справедливая Россия» смогла завоевать только одно место по спискам, получив 5,75% голосов избирателей14. Другими словами, КПРФ несколько улучшила свои результаты в сравнении с предыдущими выборами, представители регионального отделения ЛДПР смогли с хорошим результатом попасть в региональное законодательное собрание, «Справедливая Россия» осталась с прежним результатом. Но такое количественное соотношение численности партийных фракций, безусловно, принципиальной роли в активизации партийной конкуренции не сыграет.

В2018 г. в единый день голосования в 16 субъектах Российской Федерации избирали региональные законодательные органы власти. Практически везде выборы проходили по смешанной избирательной системе, только Народный хурал Республики Калмыкия избирался по пропорциональной системе. Хотя мы уже отмечали выше, что в некоторых регионах явка была крайне низкой (Забайкальский край, Смоленская область), можно выделить регионы с достаточно высокой явкой избирателей. Так, в Кемеровской области она составила 66,39%

голосов избирателей, в Республике Калмыкия – 54,03%, в Республике Саха (Якутия) – 50,69%15.

Если говорить о выборах по партийным спискам, следует отметить достаточно высокий уровень активности, проявленный политическими партиями. Наиболее конкурентными с точки зрения партийного представительства стали Республика Саха (Якутия), где 10 политических партий представили свои кандидатуры, Ульяновская область – 9 партийных списков участвовали в избирательной гонке, во Владимирской

иИвановской областях по 8 политических партий включились в электоральную борьбу. В остальных регионах в среднем 6–7 политических партий выдвинули свои списки для участия в выборах в региональные легислатуры, в Смоленской и Кемеровской областях – наименьшее количество – по 5 партийных списков. Некоторые политические парии, не участвуя в выборах по единому региональному округу, тем не менее представили своих кандидатов в одномандатных округах, увеличив тем самым пространство межпартийной конкуренции.

Однако нас в большей степени интересуют результаты голосования

иитоговое партийное представительство в региональных парламентах. Так, в Ненецком АО 6 политических партий представлены в Собрании депутатов – кроме 4 федеральных парламентских партий, успеха добились «Родина» и «Коммунисты России», получив по одному депутатскому мандату, впрочем, как и «Справедливая Россия». Шесть политиче-

14Выборы в субъектах Российской Федерации в единый день голосования 10 сентября 2017 года.

15Выборы, референдумы и иные формы прямого изъявления.

155

Политические партии в системе гражданских отношений в современной России

ских партий представлены в Курултае Республики Башкортостан, и хотя по партийным спискам успеха удалось добиться только 4 традиционным политическим партиям, однако по одномандатным округам 2 представителя партии «Патриоты России» и один депутат от «Зеленых» также сумели одержать победу. В половине регионов были сформированы региональные легислатуры на основе представительства 5 политических партий. В Верховном совете Республики Хакасия, помимо традиционной четверки, «Патриоты России» смогли преодолеть 5%- ный барьер и получить 2 депутатских места, а также один депутатский мандат в Кемеровской области. В Законодательном собрании Забайкальского края «Партия пенсионеров» также стала обладателем одного депутатского мандата, а в Смоленской области, получив 9,29% голосов избирателей, смогла претендовать на 2 депутатских места. Во Владимирской области один депутатский мандат у Коммунистической партии социальной справедливости, в Ярославской и Ульяновской областях по одному мандату у «Коммунистов России». Таким образом, мы видим, что партии левого идеологического фронта становятся полноправными участниками регионального политического процесса. Безусловно, столь малое представительство не способно оказать существенное влияние на процесс принятия политических решений, но вполне может стать первым шагом к закреплению малых партий в региональных законодательных собраниях.

В 5 субъектах Российской Федерации остались 4-партийные парламенты, однако в Ульяновской области «Справедливая Россия» не смогла преодолеть заградительный барьер, ее место заняли «Коммунисты России». В Народном Хурале Республики Калмыкия, избранном по пропорциональной системе, в итоге представлены лишь 3 политические партии при абсолютном доминировании «Единой России».

Конечно, в большинстве регионов «Единой России» удалось сохранить свое преимущество, однако в 2018 г. позиция партии в регионах серьезно пошатнулась. Так, на выборах в Законодательное собрание Иркутской области по партийным спискам первое место заняла КПРФ, получив 9 мандатов, в то время как у «Единой России» 8, а поскольку 4 места у ЛДПР и 2 у «Справедливой России», такая фрагментация не позволила сформироваться абсолютному лидеру. Более того, в одномандатных округах КПРФ также смогла составить достойную конкуренцию партии власти и в итоге обе получили по 9 мандатов, а в 3 округах победили представители партии «Родина». В результате по общим итогам у КПРФ 18 депутатских мандатов, у «Единой России» 17. Возможно, решающим фактором в таком раскладе стала партийная принадлежность губернатора, который, как известно, выдвигался именно от КПРФ. Так или иначе Иркутская область стала одним из первых регионов, где у «Единой России» нет большинства в региональном

156

Глава 9. Региональное измерение межпартийной конкуренции в современной России

парламенте. Стоит также отметить высокие результаты «Гражданской платформы» (4,75%) и КПСС (4,84%), что позволяет сделать вывод

ореальной партийной конкуренции в данном регионе.

ВУльяновской области по партийным спискам КПРФ опередила «Единую Россию» на один депутатский мандат и ситуацию спасло доминирование партии власти в одномандатных округах, что позволило в итоге «Единой России» получить 17 мест в регпарламенте (потеряв 14 мандатов в сравнении с предыдущим созывом), 14 мандатов у КПРФ, 4 – у ЛДПР, 2 – у «Коммунистов России».

Вообще в 2018 г. достаточно явно просматривается тенденция падения результатов у «Единой России» по единым региональным округам. В Архангельском областном собрании депутатов партия власти, сохранив за собой половину состава, потеряла 18 депутатских мандатов по сравнению с предыдущими выборами. В Ивановской областной думе «Единая Россия» потеряла 7 депутатов, в Законодательном собрании Владимирской области представителей единороссов стало на 9 меньше в сравнении с предыдущим созывом, в Забайкальском крае – на 15, в Республике Хакасия – на 7, хотя в этом регионе еще больший провал у «Единой России» по одномандатным округам – общие потери составили 17 мандатов.

Еще одной явной тенденцией данного электорального цикла стало абсолютное доминирование «Единой России» по одномандатным округам. Практически во всех регионах, кроме уже обозначенных Республики Хакасия, Иркутской области и Забайкальского края, партия власти доминировала в 90% одномандатных округов, что показывает прежде всего возможности применения административного ресурса. В 5 субъектах по одномандатным округам прошли самовыдвиженцы, а в Республике Саха (Якутия) в 3 округах они смогли одержать победу. Вопрос в том, сформируют самовыдвиженцы в итоге свою фракцию либо присоединятся к существующим партийным объединениям, усилив, таким образом, провластную или оппозиционную конфигурацию законодательного собрания.

В2019 г. в единый день голосования выборы в законодательные (представительные) органы субъектов Российской Федерации проходили в 13 регионах. В 10 регионах действовала смешанная избирательная система (Республика Алтай, Республика Крым, Республика Марий Эл, Республика Татарстан, Республика Тыва, Хабаровский край, Брянская, Волгоградская, Тульская области, Севастополь). Два региона (Республика Кабардино-Балкария и Республика Карачаево-Черкессия) избирали депутатов по пропорциональной избирательной системе. Выборы в городскую думу Москвы в 2019 г. проводились по мажоритарной системе.

С точки зрения разнообразия состава участников наиболее конкурентными можно считать кампании в Республике Алтай, Республике

157

Политические партии в системе гражданских отношений в современной России

Крым и Москве (8–10 зарегистрированных политических партий и кандидатов с партийной принадлежностью). В выборах 8 сентября 2019 г. приняли участие 13 политических партий из 61 зарегистрированной Министерством юстиции. Только 5 политических партий участвовали в выборах в региональные парламенты в Республике Тыва, Брянской и Волгоградской областях.

Согласно данным ЦИК РФ, на выборах в региональные парламенты 2019 г. в регионах выдвигались кандидаты от разных политических партий. Однако не во всех субъектах Российской Федерации наблюдалась привычная картина. Большинство кандидатов, фактически имеющих отношение к партии «Единая Россия», указывали себя самовыдвиженцами. Отказ от бренда «Единой России» объясним падением рейтинга партии, но такая стратегия в некоторых регионах оказалась для кандидатов, формально отказавшихся от нее, провальной.

Некоторые единороссы из Государственной думы раскритиковали региональных коллег за отказ идти на выборы от партии «Единая Россия». Так, например, после единого дня голосования депутат Госдумы от Саратовской области Ольга Баталина заявила, что попытки местных элит обойтись без «Единой России» в избирательных кампаниях провалились. Она привела слова секретаря генсовета «Единой России» Андрея Турчака о том, что партия получила высокие результаты на прошедших 8 сентября выборах в регионах, а уменьшение списочных пред-

ставительств на выборах и сокрытие партийного бренда – «разговоры ни о чем»16.

Особенно провальными для «Единой России» оказались выборы в Хабаровском крае, по результатам которых представители партии получили всего 2 места в его Законодательной думе, серьезно уступив ЛДПР (30 мест) и КПРФ (3 места).

Интересная ситуация также наблюдалась и по явке избирателей. Как мы уже отмечали, наиболее высокая явка избирателей была зафиксирована в Тыве (75,03%) и Татарстане (70,08%), незначительно отстали от них северокавказские республики Карачаево-Черкессия и КабардиноБалкария, в которых явка избирателей составила 69,07% и 67,23% соответственно. Сравнительно высокая явка избирателей также была отмечена в Брянской области (58,45%), Республике Алтай (49,87%), Волгоградской области (41,22%). Среднестатистическую активность на выборах представителей в региональные парламенты проявили избиратели из Республики Марий Эл (35,03%), Хабаровского края (34,81%), Республики Крым (33,26%) и Тульской области (31,87%). Самая низкая

16После выборов Баталина заявила, что самовыдвижение единороссов – это «ни о чем» [Электронный ресурс]. URL: https://fn-volga.ru/news/view/id/131156 (дата обращения: 02.02. 2020).

158

Глава 9. Региональное измерение межпартийной конкуренции в современной России

явка была в двух городах федерального подчинения – Москве (21,77%) и Севастополе (29,18%).

Низкая явка избирателей на выборах в Московскую городскую думу объяснима активностью несистемной оппозиции и снятием с выборов независимых кандидатов. По результатам проверки собранных кандидатами подписей Мосгоризбирком (МГИК) отказал в регистрации нескольким независимым оппозиционным кандидатам. Причиной был назван высокий процент забракованных подписей. Независимые кандидаты обвинили МГИК в подлоге при проверке подписей, направленном на то, чтобы под предлогом высокого процента брака запретить оппозиции участвовать в выборах. Так, Дмитрий Гудков сообщил, что часть его подписей была забракована в ходе того как члены рабочей комиссии вручную вбивали их в протокол для проверки по базам данных ГАС «Выборы» и МВД. При этом они, по словам кандидата, видимо, намеренно вводили персональные данные с ошибками, а базы данных, естественно, сообщали, что таких людей, как «Анастасия Ыкторвна Балашова», «Папсуева Андрей Евгеньевич» и «Филин Владимирович Андреевич» не существует. Любовь Соболь сообщила, что проверку по базе УФМС проводили тайно от нее как кандидата, а справка почерковедов МВД представляет собой «просто бумажки, распечатанные на принтере, без объяснения методик оценки, расчетов, образцов почерка»17. Снятые с выборов кандидаты организовали серию протестных акций, что оказало влияние на настроения московских избирателей.

Несмотря на призывы оппозиционного политика и блогера Алексея Навального принять максимальное участие в выборах и голосовать «по-умному», явка избирателей оказалась наиболее низкой по стране, а «Единая Россия» сохранила большинство в Московской думе. После обработки всех бюллетеней лидерами голосования стали 25 самовыдвиженцев, которых поддержала «Единая Россия», 13 человек, выдвинутых КПРФ, 3 – «Справедливой Россией», 3 – «Яблоком», и один самовыдвиженец, поддержанный партией «Яблоко»18.

Результаты трансформации партийных систем на региональном уровне вполне уместно трактовать с позиций традиционных в политической науке количественных и качественных критериев. Однако здесь существуют свои особенности. Качественный анализ партийных систем в субъектах Российской Федерации весьма условно вписывается в логику типологий Дж. Сартори и М. Дюверже. Количество региональных отделений политических партий на местах, и особенно чис-

17Гудкова и Соболь не пускают на выборы в Мосгордуму [Электронный ресурс]. URL: https://www.vedomosti.ru/politics/articles/2019/07/14/806505-gudkova-sobol (дата обращения: 12.02. 2020).

18См.: Московская избирательная комиссия [Электронный ресурс]. URL: http://www. moscow_city.vybory.izbirkom.ru/ (дата обращения: 12.02. 2020).

159

Политические партии в системе гражданских отношений в современной России

ло парламентских фракций, скорее отражает конфигурацию региональных элитных групп по линии «консолидация – конкуренция» в измерении регионального политического режима19. Что касается количественных критериев, в частности показателя эффективного числа политических партий по итогам электоральных кампаний, то его можно считать вполне релевантным и для данного уровня выборов. По нашим подсчетам в большинстве случаев индекс Лааксо и Таагапера составляет 2–3, за исключением Республики Алтай (4,5), Республики Марий Эл (4,1) и Севастополя (4,3). Показатели менее 2,0 продемонстрировали Татарстан и Тыва – именно в этих регионах партия «Единая Россия» получила наивысший процент голосов избирателей (72,4 и 80,1% соответственно), что означает фактически однопартийность регионального парламента. В регионах, где показатели партии власти имеют среднее значение, картину проясняет результат подсчета по индексу Молинара, учитывающему изначальное доминирование крупнейшей партии. Так,

вКабардино-Балкарии, Карачаево-Черкессии, Республике Крым, Брянской области региональная партийная система также считается конкурентной весьма условно.

Подводя итоги, необходимо сказать, что формирование реальных конкурентных региональных партийных систем завязано не только на избирательном законодательстве и анализе электоральной статистики, большую роль играют и общий формат развития партийной системы в государстве, и уровень доверия к политическим партиям

вцелом, и уровень независимости региональной политической элиты, и традиционные характеристики политического участия и т. д. Однако основными субъектами формирования таких партийных систем выступают все-таки политические партии, от их возможностей, ресурсов и работы зависит создание межпартийной конкуренции «снизу», т. е. идущей от общественной инициативы.

Внастоящее время практически на всей территории Российской Федерации продолжает существовать партийная система с доминирующей политической партией, основные тенденции ее развития остаются прежними. Безусловно, функционирование законодательных органов власти в таких условиях происходит стабильно и предсказуемо, но в то же время вряд ли в этом случае парламенты будут эффективно реализовывать общественный запрос и выполнять функции контроля деятельности исполнительной власти. Однако можно сказать, что все чаще возникают исключения, выделяются регионы, выпадающие из общих закономерностей, и это дает основание сделать вывод о волнообразном

19См.: Туровский, Р. Ф. Региональные политические режимы в современной России: сравнительный анализ // Вестник Российского гуманитарного научного фонда. 2013. № 1 (70). С. 73–82.

160