Основы теории гражданско-правовых организационных отношений. Монография

информации и организуемого правоотношения между этими субъектами по погрузке груза.

Сложная последовательная связь существует в случаях, когда элементарное организационное правоотношение организует несколько имущественных (личных неимущественных) правоотношений, следующих одно за другим. Например, элементарное правоотношение по предоставлению информации является организационным не только по отношению к правоотношению по маркировке груза, но и к следующему за ним элементарным правоотношением по погрузке груза. При этом, погрузка немаркированного груза невозможна. В то же время, без предоставления необходимой информации оба имущественных правоотношения (по погрузке и маркировке) могут не возникнуть. Содержание информации предопределяет содержание организуемых правоотношений. Например, если клиент предоставляет информация о том, что груз крупногабаритный, то погрузка должна осуществляться с учетом правил о перевозках грузов на особых условиях.

Сложная параллельная связь устанавливается тогда, когда организуемые правоотношения функционируют в одно и то же время. Например, правоотношение по предоставлению экспедитору информации может быть организационным по отношению к следующим элементарным имущественным правоотношениям, существующим параллельно: по хранению груза и по его маркировке, либо по погрузке, оформлению транспортных накладных, уплате провозных платежей и др. Причем, некоторые из организуемых правоотношений имеют субъектный состав, отличный от субъектного состава организационного правоотношения, что позволяет им существовать одновременно. Например, правоотношения между экспедитором и таможенными органами по оформлению документов, могут параллельно существовать с правоотношениями между экспедитором и перевозчиком по погрузке, либо оформлению транспортных накладных.

Сложная смешанная связь представляет собой сочетание последовательной и параллельной связи. Примером могут служить сочетания следующих элементарных правоотношений в рамках сложного обязательства:

102 Глава 3. Основные компоненты содержания теории гражданско-правовых организационных отношений

Взаимосвязь организационного и имущественного элементарных правоотношений может осложняться наличием в организуемом правоотношении односторонне-обязывающих сделок. Так договор поставки может предусматривать совершение одностороннего акта - выдачу отгрузочной разнарядки. Это пример правообразовательного правомочия, представляющего собой промежуточную стадию формирования (организации) субъективного права. Не определив порядок выдачи отгрузочной разнарядки, субъекты элементарного организационного правоотношения рискуют возможностью достижения правовой цели договора поставки, поскольку развитие организуемого обязательства на определенном этапе может быть затруднено.

На организацию элементарных правоотношений, прежде всего обязательственных, влияет наличие в их структуре секундарных правомочий. Как отмечает С.С. Алексеев, «секундарные правомочия – это именно «вторичные» правовые образования, которые как бы надстраиваются над главным содержанием обязательства, входят в состав субъективного права кредитора в качестве дополнительных элементов»226. Участники организационного правоотношения не могут обеспечить динамику элементарного организуемого правоотношения без учета той роли, которую играют односторонние сделки в механизме правового регулирования. Зачастую невозможно организовать осуществление субъективных гражданских прав посредством организационного правоотношения, не обеспечив такой правовой связи, которая обеспечивает возможность односторонних действий управомоченного лица по отношению к своему контрагенту.

Правоотношение, в состав которого входят иные элементарные правоотношения, следует рассматривать как систему, каждый элемент которой выполняет свою роль для обеспечения функционирования всей системы в целом. Элементарные правоотношения являются элементами системы. «Целостность – отмечает Б.И. Пугинский – возникает как система связей между компонентами»227. При этом следует учитывать, что свойства системы не сводятся к сумме свойств ее частей. В теории систем данное свойство именуется свойством эмерджности. Любая система, в том числе и рассматриваемая нами, обладает свойством интегративности. Это означает, что каждый элемент системы существует не изолированно от других, а интегрирован в систему таким образом, чтобы система способна была выполнять свои функции. Наличие «мертвых» либо отсутствие необходимых элементов приводит к неспособности системы функционировать в соответствии с заданными целями. В этом смысле элементарные организационные правоотношения играют значительную роль в обеспечении динамики сложного правоотношения, как системного образования.

Вместе с тем, немыслима без противоречия ситуация когда элемент системы является организатором того целого, в состав которого оно входит. Одной из закономерностей философии является положение «целое управляет частью». Часть не может организовать целое, поскольку всецело подчинена последнему. Иные утверждения будут противоречить выводам организационной науки и методологии права. Д.А. Керимов пишет: «Однако, какое бы значение не имели части в составе целого, они в конечном счете носят подчиненный характер к целому. Здесь, так же как и во взаимоотношении содержания и формы, ведущая роль принадлежит содержанию и целому. Последнее интегрирует, объединяет части, воздействует на них, преобразует их в соответствии со своей природой, целями и задачами. Именно целое составляет тот фундамент, на котором существуют, функционируют и развиваются части. Этот методологический принцип имеет исключительно важное значение как для правотворческой, так и для правореализующей практики»228. При организации целого сложного правоотношения необходимо

227Пугинский, Б.И. Теория и практика договорного регулирования. М.: ИКД «Зерцало-

М», 2008. С.8.

228Керимов, Д.А. Методология права: Предмет, функции, проблемы философии права. 4-е изд. М.: Изд-во СГУ, 2008. С.219.

104 Глава 3. Основные компоненты содержания теории гражданско-правовых организационных отношений

учитывать не только его взаимодействие со своей частью (элементарным правоотношением). В.Г. Афанасьев справедливо отмечал, что категории общего и отдельного отражают не только данного целого с частями, но данного целого с другими целостностными и нецелостностными образованиями, сходство и различие самых разнообразных предметов и явлений; что понятие общего не исчерпывает всех сторон целого, оно отражает только те из них, которые роднят его с частями, делают их выражение одной и той же сущности, не раскрывая его особенностей, специфичности; что понятия отдельного не тождественно понятию части, поскольку учитывает лишь то, что отличает часть от целого, не характеризуя, однако, их сходства, общности229.

Если все же предположить, что часть может организовать целое, то придется признать, что она (эта часть) организует, в том числе и самою себя, чего никак не может быть. При подобном подходе не выполняются такие системные закономерности взаимодействия части и целого как эмерджентность, физическая аддитивность, независимость, суммативность, обособленность, прогрессирующая систематизация и интегративность. У отдельного элемента никогда не может быть столько же возможностей, сколько у всей системы в целом.

Процесс организации предполагает ингрессию - введение общего звена между двумя самостоятельными объектами. Организовать взаимосвязь между частью и целым невозможно, поскольку они изначально взаимозависимы и не являются отдельностями.

Элементарное правоотношение не может быть направлено на организацию основного сложного правоотношения. В этой связи следует признать неточным утверждение К.А. Кирсанова, согласно которому по отношению к «относительно самостоятельным», т.е. элементарным организационным отношениям, входящим в предмет гражданского права, организуемыми являются основные отношения, в состав которых входят отношения организационные230. Здесь мы встречаемся с наиболее типичной ошибкой, которая встречается в методологии исследования правовых явлений с использованием методов анализа и синтеза. Здесь, как нельзя кстати можно привести следующее утверждение Д.А. Керимова: «Можно легко расчленить,

229См.: Афанасьев, В.Г. Проблема целостности в философии и биологии. М., 1964. С.85.

230Кирсанов, К.А. Гражданско-правовое регулирование организационных отношений: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2008. С.9.

например, правоотношение на его составные части (этим, собственно и ограничивается юридическая теория). Но в результате едва ли будет познано развитие самого правоотношения как целого, едва ли окажется возможным существованием тех противоречивых его сторон, которые не только обуславливают движение, но и выявляют его особенности, специфику, неповторимость, которые только и высвечиваются в результате второго аналитико-синтетического этапа познания (этапе расчленения не частей, а их сторон, характеризующих противоположности целого – С.М.)»231.

Исходя из сказанного, можно сделать три важных вывода, которые до настоящего времени в науке гражданского права никто не высказывал:

1.В состав сложного гражданско-правового отношения могут входить организационные и организуемые элементарные правоотношения, которые по отношению друг к другу являются отдельностями, разделенными внешней средой (тектологической границей);

2.Элементарное организационное правоотношение может быть направлено на организацию как одного, так и нескольких элементарных правоотношений одновременно. Например, обязательство экспедитора по предоставлению информации может быть направлено на организацию элементарных обязательственных правоотношений по заключению договора перевозки грузов, погрузке груза, уплате таможенных платежей и др.;

3.Элементарное организационное правоотношение может быть направлено лишь на организацию иного элементарного правоотношения входящего в состав целого, которое ни при каких обстоятельствах не может выступать в качестве организуемого правоотношения. Относительно основного правоотношения, являющегося целостностным системным образованием, элементарное организационное правоотношение действительно выступает, выражаясь словами С.С. Алексеева, как конститутивный элемент (промежуточный момент) в его становлении и развитии232.

Закономерность самоорганизации (синергии) гражданских правоотношений является проявлением основного закона организационной науки, который заключается в том, что сумма свойств организационного целого

превышает «арифметическую» сумму свойств, имеющихся у каждого из

231Керимов, Д.А. Указ. соч. С.217.

232См.: Алексеев, С.С. Социальная ценность права в советском обществе. М., 1971. С.59.

106 Глава 3. Основные компоненты содержания теории гражданско-правовых организационных отношений

вошедших в состав целого элементов в отдельности233. В.В. Сорокин верно отмечает, что «правовая реальность представляет собой не столько управляемую извне, сколько самоорганизующуюся систему»234. В большей степени это относится к отрасли гражданского права, где сильны начала диспозитивности, равенства и свободы договора. М.Г. Тирских отмечает, что в рамках частно-правовых отраслей можно говорить о механизме, который допускает «локальную самоорганизацию»235.

Рассматриваемая закономерность устанавливает, что именно гражданскому праву свойственен процесс упорядочения в системе за счёт внутренних факторов. В.В. Залесский справедливо утверждает, что для гражданского права «чрезвычайно важен процесс самоорганизации гражданских правоотношений, в значительной степени подверженный действию случайных, вероятностных факторов»236. На примере гражданскоправового договора автор показывает, что «соотношение в договоре возможного и должного определяется вероятностным характером многих его природообразующих элементов: формирование воли потенциальных участников договора, выбор и согласование условий договора, использование той или иной формы договора, определение порядка его исполнения и совершение действий, составляющих исполнение»237.

Обратной стороной названной закономерности является тот факт, что административное и иное публичное право не столь пригодны для самоорганизации общественных отношений как гражданское право. Как следствие, административные организационные отношения в большей степени пригодны для организации общественных отношений, в то время, как гражданские организационные отношения пригодны для их самоорганизации. Гражданско-правовые организационные отношения позволяют максимально согласовать взаимодействие участников имущественных отношений, в равной степени учитывая их потребности и желания. В отличие от административно-

233Теория организации: учебник / под ред. В.Г. Алиева.- 2-е изд., доп. и перераб. М.: Экономика, 2003. С.89.

234Сорокин, В.В. Феномен самоорганизации правовой системы // Современное право. 2005. №7. С.48.

235Тирских, М.Г. Право как объект применения синергетических методов // Теория права. 2007. №2. С.4.

236Залесский, В.В. Вероятность и самоорганизация в гражданском праве // Журнал российского права. 2005. № 10. С. 86.

237Там же.

правовых отношений, в которых можно выделить главного организатора, «знающего», что необходимо другому субъекту, в гражданско-правовых организационных отношениях каждая из сторон выступает в качестве организатора.

Спозиций сказанного, можно рассмотреть одно из серьезных возражений против концепции О.А. Красавчикова, заключающееся в том, что организационные отношения могут составлять лишь предмет административного права. Так, по мнению М.М. Агаркова разграничение гражданского и административного права должно идти по линии отграничения имущественных отношений от организационных отношений238. С.Н. Братусь также считал, что организационные отношения, понимаемые как отношения управления (административные), не сливаются с отношениями имущественными239. Приведенные мнения вполне согласовывались с укладом экономики, состоянием правовой науки и законодательством того времени, когда они были высказаны.

Спозиций же сегодняшнего дня ситуация складывается иная. С нашей точки зрения организационные отношения существуют в предмете конституционного, административного, трудового, финансового и гражданского права. Как справедливо заметил К.А. Кирсанов, они носят «сквозной характер»240. Задача юридической науки состоит в выявлении их общеотраслевых и отраслевых признаков. Гражданские организационные отношения следует отделять от аналогичных отношений, являющихся предметом публично-правовых отраслей, прежде всего, исходя из того, является ли интерес, который преследуют участники организационного правоотношения частным либо публичным. Следует согласиться с В.Г. Голубцовым в том, что «…основным теоретическим критерием, который позволяет разграничить частное и публичное право и сформулировать определение частного права, является наличие в конкретном правоотношении непосредственно возникающего частного интереса, который можно определить

как интерес, в котором отсутствует интерес государства как субъекта

238См.: Агарков, М.М. Предмет и система советского гражданского права // Советское государство и право. 1940. №8-9. С.61.

239См.: Братусь, С.Н. Предмет и система советского гражданского права. М.: Государственное издательство Юридической литературы, 1963. С.61.

240Кирсанов, К.А. Гражданско-правовое регулирование организационных отношений: дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2008. С.56.

108 Глава 3. Основные компоненты содержания теории гражданско-правовых организационных отношений

суверенной политической власти»241. В практических целях представляется правильным определение характера интереса через призму предмета и метода отрасли права.

Как указывал В.Ф. Яковлев, метод правового регулирования позволяет раскрыть юридические черты каждой отрасли права в их органическом единстве и своеобразии ее воздействия на поведение людей242. Конечно, рассматривать метод в отрыве от регулируемых отношений неверно. Однако отграничение организационных отношений в гражданском и административном праве без определения способа воздействия норм той или иной отрасли представляет известную трудность. В самом деле, и в гражданском и в административном праве существуют отношения, направленные на организацию имущественных отношений. В обеих отраслях не исключается участие в организационных отношениях публично-правовых образований. В гражданском праве примером могут служить отношения по организации публичных торгов при размещении заказов на поставки товаров (работ, услуг) для государственных нужд. «Представляется, - отмечает Т.А. Терещенко – что организационные отношения с участием публичных образований складываются и в случае заключения последними предварительных договоров, создания хозяйственных товариществ и обществ, а также иных юридических лиц, и, соответственно, участия в деятельности этих лиц, например, посредством принятия решений…»243. Встречаются и более категоричные утверждения. Например, А.Б. Агапов приходит к выводу о том, что «… все без исключения цивилистические институты опосредованы нормами административного законодательства, предназначением которого и является регламентация органами исполнительной власти осуществления правомочий юридических и физических лиц»244.

241Голубцов, В.Г. Сочетание публичных начал в регулировании вещных отношений с участием государства. 2-е изд. испр. и доп. СПб.: Издательство Р.Асланова «Юридический центр Пресс», 2005. С.47.

242См.: Яковлев, В.Ф. К проблеме гражданско-правового метода регулирования общественных отношений // Антология уральской цивилистики. 1925-1989: сборник статей.

М.: Статут,2001. С.367.

243См.: Гражданское право: учеб.: в 3т. Т.1 / Е.Н. Абрамова, Н.Н. Аверченко, Ю.В. Байгушева [и др.]; под ред. А.П. Сергеева. М.: РГ-Пресс,2010. С.364.

244Агапов, А.Б. Административное право: учебник. М.: Издательско-торговая корпорация «Дашков и Ко», 2004. С.63.

В подобных случаях метод правового регулирования становится определяющим классификационным признаком системы права. Как известно, гражданско-правовой метод – это метод юридического равенства участников отношений, предполагающий автономию их воли. Он раскрывается в четырех звеньях его признаков: 1) правосубъектность, 2) юридические факты, 3) содержание правоотношений, 4) юридические санкции245. В публичноправовых отраслях отношения основаны на административном или ином властном подчинении одной стороны другой. «В отличие от гражданскоправового отношения – отмечает Н.Г. Салищева - в административно-правовом отношении одной из сторон является субъект, обладающий определенными государственно-властными (публично-властными) полномочиями»246. Как справедливо отмечал Б.Б. Черепахин, частноправовое отношение построено на началах координации субъектов, а публично-правовое на началах субординации247. Юридическое равенство выражается «в том, что правоспособность всех субъектов гражданского права является однопорядковой: она создает субъектам права одинаковую возможность участия в гражданских правоотношениях в одних и тех же ролях – в качестве носителей гражданских прав и обязанностей в конкретных правоотношениях»248. При этом, С.С. Алексеев называет еще два юридических свойства гражданской правоспособности: 1) по линии правоспособности субъекты не зависят друг от друга; положительная юридическая связь между ними осуществляется по линии конкретных правоотношений; 2) правоспособность для каждого данного лица является постоянной, не

245См.: Алексеев, С.С. Предмет советского гражданского права и метод гражданскоправового регулирования // Антология уральской цивилистики. 1925-1989: сборник статей.

М.: «Статут», 2001. С.12.

246Административное право Российской Федерации/ отв. ред. Н.Ю. Хаманева. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юристъ, 2006. С.58.; См. также Габричидзе, Б.Н., Чернявский, А.Г. Административное право. М.: ООО «ТК Велби», 2002. С.38.

247Черепахин, Б.Б. К вопросу о частном и публичном праве: сборник трудов профессоров и преподавателей Иркутского государственного университета. Иркутск, 1926.

С.281.

248Яковлев, В.Ф. К проблеме гражданско-правового метода регулирования общественных отношений: сборник статей. М.: Статут,2001. С.371.

110 Глава 3. Основные компоненты содержания теории гражданско-правовых организационных отношений

изменяющейся в зависимости от тех правоотношений, в которых лицо участвует249.

Иная ситуация складывается в административном праве. Здесь действует правило: yus publicum privatorum pactis mutari non potest250. Отличительной особенностью правового регулирования административных организационных отношений является наличие заранее установленной публично-правовой обязанности одного участника выполнить соответствующее требование другого. Например, смена паспорта гражданина РФ по достижении определенного возраста является публично-правовой обязанностью, не требующей согласия гражданина. В этом случае организационные отношения складываются по определению порядка получения паспорта. В гражданском праве публично-правовые образования не имеют права принуждать к вступлению в отношения иных лиц. Например, органы местного самоуправления не имеют права принуждать транспортные организации к заключению договора об организации перевозок пассажиров, иначе будет нарушен принцип свободы договора (абз. 1 п. 1 ст.421 ГК РФ)251. Наделение органов государственной власти и органов местного самоуправления определенными полномочиями не может свидетельствовать о том, что при их реализации непременно возникают административно-правовые отношения. Например, реализация полномочий по управлению государственным имуществом зачастую невозможна без заключения гражданско-правовых сделок на передачу имущества. Полномочия органов публично-правовых образований предопределяют лишь возможность их участия в гражданском обороте для реализации задач публичной власти. Это не всегда учитывается при разграничении отраслей гражданского и административного права. Например, П.И. Кононов отмечает, что отношения, возникающие в процессе организации и оказания услуг по перевозке пассажиров и грузов автомобильным транспортом в части определения договорных условий указанных видов деятельности (предмета, цены, сроков исполнения и т.п.)

249См.: Алексеев, С.С. Предмет советского гражданского права и метод гражданскоправового регулирования // Антология уральской цивилистики. 1925-1989: сборник статей.

М.: «Статут», 2001. С.16.

250Публичное право не может быть изменено соглашением частных лиц.

251Гражданский кодекс РФ (часть первая)" от 30.11.1994 N 51-ФЗ: принят ГД ФС РФ

21.10.1994: в ред. ФЗ от 27.12.2009 N 352-ФЗ //Собрание законодательства РФ. 1994. N 32. Ст. 330.