Наследие Н.И. Тряпкина феноменология творчества. Коллективная монография
.pdf
Раздел V. Поэт и общество
Огенетической близости поэтических систем Н. Рубцов и
Н.Тряпкина писали многие исследователи: В. Бараков [3;4], Н. Зуев [13], В. Макеев [23], Ал. Михайлов [25], В. Оботуров [28]. В их понимании большинство стихотворений Тряпкина – талантливое явление, роднящее автора с выдающимися представителями «почвеннической» литературы, в первую очередь, Н. Рубцовым. О поэтах – «почвенников» (Я. Яшине, Н. Старшинове, С. Викулове, О. Фокиной, Н. Дмитриеве), по утверждению В. Баракова, можно говорить как о поэтах «рубцовской плеяды». В их стихотворениях приоритетным было внимание к носительнице национальных традиций – деревне. Деревня – предмет их тревог и раздумий, че- ловек-труженик-цель их эмоциональных исследований, природа и человек едины в их художественном сознании, ясно ощутима связь с фольклором, пафос национального бытия пронизывает их произведения [34, с. 142]. Подобную точку зрения не разделял В. Кожинов, утверждавший, что близость, в частности, к устному народному творчеству, присущая Николаю Тряпкину, не характерна для творчества Рубцова, и «критики напрасно говорят об этой близости (а подчас даже усматривают в ней чуть ли не главный источник силы и своеобразия поэта). Автор считает, что у Рубцова есть отдельные стихотворения и отдельные образы, связанные с фольклором, но такого рода связи можно обнаружить у очень многих поэтов, т.к. то или иное специфическое задание требует обращения к фольклорным мотивам и формам [16].
Еще один дискуссионный вопрос, поднимавшийся на страницах публикаций, связан с поэтическим мастерством Тряпкина. А. Архангельский, считает, что многие стихи Тряпкина несовершенны, длинны, порою чересчур наивны» [2, с. 53], о плохих стихах поэта пишет А. Василевский [7, с. 261]. Более детально «творческие неудачи» прослеживает В. Бараков. Анализируя лирику Тряпкина 60-х гг., автор указывает на отсутствие у поэта сквозной лирической темы (например, мотива времени, пути), присущей Блоку, Есенину, Рубцову; считает, что в своих стихотворениях поэт недостаточно использует народную образную символику, что является доказательством поверхностного знания крестьянской жизни и фольклора; рассматривая жанрово-стилистическое своеобразие лирики поэтов-почвен- ников, Бараков говорит о внешнем использовании языковых форм
241
Наследие Н.И. Тряпкина: феноменология творчества
(диалектизмы, уменьшительно-ласкательные суффиксы). Однако в своих умозаключениях, исследователь приходит к выводу о том, что основой мировоззрения Тряпкина является мировоззрение народное, крестьянское в своей основе, являющееся главным стержнем в идейно-эстетических исканиях поэта [3; 4].
Итак, в статье была предпринята попытка изучения комплексно и системно отечественной литературно-художественной критики о творчестве Н. И. Тряпкина. На основании проведенного исследования сделаны новые наблюдения и выводы о своеобразии литературной критики в целом и литературной полемики, в частности: ориентация на сохранение классического наследия, синтез традиций. Были выявлены некоторые тенденции и закономерности исторического развития отечественной литературно-художествен- ной критики творчества поэта в целом. Также можно отметить, что произведения Тряпкина и посвященная им критика в совокупности подтвердили жизнеспособность русской литературы в конце XX века и задали тот высокий художественный уровень литературной жизни, который стал ориентиром для развития поэтической мысли современной литературы.
Список литературы
1.Анненский Л. Николай Тряпкин: «Кровь железная…». Из цикла «Мальчики Державы» (2006) [Текст : электронный] // Завтра.ру : [онлайн-газета]. URL: zavtra.ru. День Литературы›114/71.html (дата обращения 25.04.2021).
2.Архангельский А. На песенном истоке //Литературное обозрение. 1984. № 6. С. 50–53.
3.Бараков В. Н. Слова пределу нет. Литературоведение. Критика. Публицистика. Вологда : Изд. центр ВИРО, 2005. 80 с.
4.Бараков В. Н. «Почвенное» направление в русской поэзии второй половины XX века: типология и эволюция. Вологда: «Русь», 2004. 268 с.
5.Бондаренко В. Г. Отверженный поэтов // Неизбывный Ветроград : Альманах Всероссийского фестиваля имени Николая Тряпкина. Выпуск 1. Москва : Лотошино, 2010. С. 26–49.
6.Бондаренко В. Г. Последние годы империи. Москва : Молодая гвардия, 2005. 667 с.
7.Василевский А. Чувство в своем естестве // Новый мир. 1988. № 3.
8.Волков Б. «Свет ты мой, робкий, таинственный свет». Поэтическая судьба Николая Тряпкина // Литературная газета, 1994. 6 сентября. № 33.
9.Воронов В. «Убереглись от искушений». О произведениях русской поэзии и прозы, выдвинутых на Государственную премию СССР. Литературная газета, 1989. 6 сентября. № 36.
242
Раздел V. Поэт и общество
10.Говорухина Ю. А. Власть, запреты, нарушения без наказания в современной литературной критике // НЛО. 2013. № 1 (119).
11.Дементьев В. Оловецкий ведун. Житие Николая Клюева // Вытегра : краеведческий альманах. Вып. 3. Вологда : «Русь», 2005. 336 с.
12.Егоров Б. Ф. Мастерство литературной критики. Национальное своеобразие русской критики [Текст : электронный] // Русская литературная критика. URL: http://www.rl-critic.ru/histeo/egorov2.html (дата обращения 25.04.2021).
13.Зуев Н. Николай Рубцов и национальная поэтическая традиция // Литература в школе. 1996. № 1. С. 25–32.
14.Кожинов В. В. Два пласта // Молодая гвардия. 1969. №9. С. 298–302.
15.Кожинов В. В. Лирическая дерзость // Тряпкин Н. И. Стихотворения. Москва : Детская литература, 1983. С. 3–8.
16.Кожинов В. В. Николай Рубцов. Заметки о жизни и творчестве поэта. Москва : Советская Россия, 1976. 88 с.
17.Кожинов В. В. Статьи о современной литературе. Москва : Советский писатель, 1982. 364 с.
18.Котельников В. Перуново древо поэта // Литературная учеба. 1985. № 5. С. 136–146.
19.Котельников В. А. Тряпкин Н. И. // Русские писатели, XX век : библиографический словарь : в 2-х ч. Ч. 2. Москва : Просвещение, 1998. С. 461–463.
20.Куняев С. «Мой неизбывный Вертоград…». Николай Тряпкин (1918–1999) // Литература в школе. 2008. № 11. С. 2–6.
21.Куняев С. Мои волшебные сказанья // Москва, 1982. № 6. С. 188–190.
22.Лебедев С. Штрихи к портрету Николая Тряпкина // Литературная газета, 1987. 26 августа. № 35.
23.Макеев В. «Душой, которую не жаль…» //Наш современник. 2001. № 1.
24.Дмитрий Мережковский: Вечные спутники. Портреты из всемирной литературы. Наука, 2007. 904 с.
25.Михайлов Ал. «Посреди очарованных трав…» Сельская тема в современной русской поэзии // Дружба народов. 1969. № 2. С. 251–261.
26.Николаева С. Ю. Художественная философия Н. И. Тряпкина и Ю. П.Кузнецова // Вестник ТвГУ. Серия «Филология». Вып. 8. 2010. с. 71–81.
27.Николаева С. Ю. Художественный мир Н. И. Тряпкина // Тверь : Литературный альманах. Тверь : издательство Волга, 2010. С. 329–338.
28.Оборутов В. А. Искреннее слово: Страницы жизни и поэтический мир Николая Рубцова. Москва : Советский писатель, 1987. 254 с.
29.Окунев Ил. Н. Тряпкин. Избранная лирика // Октябрь. 1971. № 5. С. 223–224.
30.Панченко О. Не изменяя, изменяться // Октябрь. 1990. № 7. С. 201–204.
31.Павлов Ю. М. Критика XX–XXI вв. : литературные портреты, статьи, рецензии. Москва : Литературная Россия, 2010. 304 с.
32.Псурцев Д. Волшебное зеркало (очерк поэзии Николая Тряпкина) // Первое сентября. 1999. № 20.
33.Редькин В. А. Русская поэзия второй половины XX века : учебное пособие. Тверь, 2006. С. 142–144.
243
Наследие Н.И. Тряпкина: феноменология творчества
34.Редькин В. А. Тверская поэзия на пути храму // Тверская литературная газета. 2013, январь, № 1.
35.Саап И. Николай Тряпкин. Летела гагара // Октябрь. 1968. № 1. С. 218–219.
36.Соколов В. Олонецкий Лонгфелло // Литературная Россия. 1996. № 37 (13 сентября).
37.Тряпкин Н. И. Гуси-лебеди : стихи. Москва : Московский рабочий, 1971. 312 с.
38.Тряпкин Н. И. Разговор по душам : стихи. Москва : Современник, 1989. 175 с.
39.Тряпкин Н. И. Стихотворения (1940–1982) : стихи. Москва : Современник, 1983. 382 с.
40.Шевелев Н. Поэзия отворенного дня //Москва. 1972. № 8. С. 216–217.
Глава 25. О некоторых мотивах гражданской лирики Николая Тряпкина последнего периода творчества (1993–1999 гг.)
Поэт со сложившейся творческой судьбой, много писавший и много публиковавшийся, в 1991–1992 годах замолчал. Двухлетнее молчание поэта (1991–1992 гг.) обусловлено возмутительным Беловежским соглашением (8 декабря 1991 года) и его результатом – крахом СССР. Возмутительным потому, что накануне (17 марта 1991 года) был проведен референдум, на котором 113 512 812 (77,85 %) опрошенных высказались за сохранение Советского Союза.
Это событие болью отозвалось в сердце поэта, который чувствовал и свою вину в произошедшем. Как человек с активной жизненной позицией, он не только публиковался в самой оппозиционной газете «День», но и, будучи уже очень немолодым человеком (в 75 лет!), вышел на баррикады Дома Советов в 1993 году.
Стихотворение «Ты прости меня, дед…» (1993) строится как диалог лирического героя со своим умершим предком – дедом.
Ты прости меня, дед, что пою – не кую, Что пою – не кую ни кольчуг, ни мечей. Скоро я искуплю эту немощь свою, Ибо чую – стою перед смертью своей… Ты прости меня, дед.
Проклинаю себя, что не смог умереть, Что не смог умереть за Отчизну свою. Был я молод, здоров, а решил постареть За игрой этих струн – и не сгинул в бою.
244
Раздел V. Поэт и общество
Проклинаю себя.
Что же делать мне, внук, если ты не живёшь, Если ты не живёшь, а смердишь на корню? За постыдную жвачку ты честь продаёшь, А страну отдаёшь на раздел воронью.
Что же делать мне, внук? [6]
Лирический герой, пожилой уже человек, подводя итоги своей жизни («…стою перед смертью своей…»), сожалеет и извиняется, что не погиб во время войны «и не сгинул в бою», что занимается поэзией. Поэзия в его глазах – немощь, неспособная противостоять тому, что происходит с его родиной:
…Что пою – не кую ни кольчуг, ни мечей. Скоро я искуплю эту немощь свою, Ибо чую – стою перед смертью своей…
Немощь, неспособная противостоять разложению и личности, и общества в целом.
Дед внука упрекает:
Если ты не живёшь, а смердишь на корню? За постыдную жвачку ты честь продаёшь, А страну отдаёшь на раздел воронью.
Мотив вины и покаяния – центральный в этом поэтическом манифесте; в первой строфе дважды закольцовано: «Ты прости меня, дед» (вина); во второй строфе: «Проклинаю себя» (покаяние). Нет ожидаемого прощения, есть риторическое, не имеющее ответа: «Что же делать мне, внук?»
В стихотворении «Подземка», датированном 1995 годом, мотив вины и покаяния трансформируется в мотив персональной вины, индивидуальной ответственности за прошедшие исторические события:
Получилось – виноваты Иудеи-супостаты, На которых нет креста,
В том, что взорван храм Христа, – Превратили рай в харчевню, Трезвый край и в пьянь и в рвань, Раскрестьянили деревню, Расказачили Кубань.
И в подвале на Урале Государь со всей семьей,
Получилось – мной расстрелян, Получилось – только мной (цит. по: [1, с. 28]).
245
Наследие Н.И. Тряпкина: феноменология творчества
Осмысление истории как личной трагедии, личной вины вообще характерно для русского человека, для того, который «…не вышел из народа», поскольку «…никуда <из него> не выходил» («Нет, я не вышел из народа!»).
Мотив поэта и поэзии тесно связан с мотивом вины и покаяния. Место поэта и поэзии Тряпкин определяет только рядом с Родиной, которая, собственно, и определяет, чего стоит поэт. Так, в стихотворении «Десяток лет тому назад…» (1994) поэт пишет:
Десяток лет тому назад Мне снилась слава.
И среди нас искала клад Моя Держава.
Свою задачу поэт видит так: «Кого-то за руку тяну / К любви и вере», – но тут же сокрушается, ощущая свое недостоинство: «А сам в безверии тону / У смертной двери».
Повторимся: место поэта и его поэзии – здесь и сейчас, рядом с Родиной, даже если ее уже и нет. Потеря страны воспринимается поэтом как потеря себя, смерть себя:
Ився душа моя кричит, Как сокол пленный,
Ивсе-то скрыться норовит Из жизни бренной.
Одновременно это и потеря (смерть) творчества:
Ивсе-то песенки мои – В помойном рвище.
Ижду у каждой колеи Христовой пищи [5, с. 87–88].
За потерей творчества начинаются поиски Бога. Заметим: это пишет 76-летний человек, исповедальности которого нельзя не доверять.
Эта мысль об обесцененности творчества уже прозвучала ранее (в 1993 году) в стихотворении «Послание Марку Соболю». И поэтическое творчество обесценилось в глазах Н. Тряпкина совсем не в силу политических событий (хотя они могли подтолкнуть к такому выводу), а в силу возраста и приобретенной мудрости:
Ивот бушуют вирусы вражды,
Ивот снуют все яблоки раздора, А мы друг другу целимся в зады
Иль прямо в грудь палим из-под забора…
246
Раздел V. Поэт и общество
Для нас ли дым взаимной чепухи? Поверь-ка слову друга и поэта:
Я заложил бы все свои стихи За первый стих из Нового Завета… [6]
Рискнем предположить, что речь идет о первом стихе Евангелия от Иоанна – четвертого по порядку следования (так как три предыдущих Евангелия начинаются с родословной Христа): «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог…».
Вот так: все личное творчество – за один новозаветный стих!.. Очевидно, поэт шел по пути духовного реализма, который
В. А. Редькиным определяется следующим образом: «Духовный реализм предполагает православный тип мировосприятия художника и соответствующую систему ценностей. <…> Православное мировосприятие может проявляться в произведениях на самые разнообразные темы: войны и мира, революции и реформ, личной судьбы и судьбы народа, семейной и общественной жизни, человека и природы, человека и космоса. При этом художественный мир произведения выстраивается на основе православной системе
ииерархии ценностей и оценок» [4, с. 73]. И далее: «Следует отметить мощную традицию православного мировосприятия, свойственную русской литературе, и её интертекстуальность в отношении Священного Писания. Только обращаясь к этим проблемам, можно всесторонне проанализировать основные тенденции литературного процесса и проникнуть в глубину художественного текста. У ряда писателей главные ценности из мира внешнего, социального перемещаются во внутренний мир человека. Эти ценности не всегда доступны рациональному сознанию. Этим и привлекает к себе внимание творчество И. Шмелёва и Б. Зайцева, В. Шишкова
иН. Гумилева, А. Ахматовой, Н. Тряпкина, В. Крупина и Ю. Кузнецова. В глубине их строки явно ощутим мерцающий и непостижимый смысл бытия» [там же, с. 76]. Добавим: этим питается и творчество тех современных авторов, которые более откровенно
инепосредственно адресуются к истинам Священного Писания, каковы, например, иеромонах Роман (Матюшин-Правдин) [3] или те авторы современной «околоцерковной» прозы, творчество которых характеризуют как примету подступающего «ренессанса русской литературы» [2].
247
Наследие Н.И. Тряпкина: феноменология творчества
Мотив возмездия. По мысли поэта, возмездие за произошедшее неизбежно: зреет русский бунт.
Владимир Бондаренко в книге «Последние поэты империи» пишет: «Его отчаянные, призывающие к бунту и восстанию стихи последних лет не хотели печатать нигде. Только в “Дне литературы” и “Завтра” отводили мы целые полосы яростным поэтическим откровениям Николая Тряпкина. Только на наших вечерах выпевал он свои гневные проклятья в адрес разрушителей его родины и его дома» [1, с. 27].
В стихотворении «Песнь о великом походе» (1993) читаем:
…Эгей, господа Гайдары! Недаром я злость копил. Настала пора походов, Каких не бывало ввек, –
Сполюдьями всех заводов,
Сразливом великих рек. Матросы на Чёрном море, Охотские моряки, Балтийцы стоят в дозоре, Готовые, как штыки.
< …> Держава – на полном сборе. Хвалынцы и тверяки.
И песни мои в дозоре, Готовые, как штыки [6].
И поэтическое слово здесь не совсем бесполезно, оно не отринуто, оно все-таки грозное оружие: «И песни мои в дозоре, / Готовые, как штыки». Здесь слово Тряпкина вторит гражданской поэзии начала ХХ века, ср. у В. Маяковского («Непобедимое оружие»): «Хóлода битвы / предчувствуя час, / мобилизуй / оружие, / тело / и стих». Или в стихотворении «Наш марш»: «Наше оружие – наши песни. / Наше золото – звенящие голоса».
Принято считать, что поэтическое слово Тряпкина продолжает традиции русской поэзии, восходящие к Некрасову, Кольцову, Дрожжину, Есенину, Клюеву, Клычкову, Ганину, Васильеву и другим «крестьянским» и «новокрестьянским» поэтам. Но последний период творчества, гражданская его лирика тяготеет скорее к поэтике Маяковского, творчество которого принято считать неким эталоном гражданской поэзии, характеризующейся:
248
Раздел V. Поэт и общество
•рубленым слогом (у Тряпкина – «Дорогая моя столица!», 1993);
•своеобразной грубостью поэтического материала, усиливающего смысл текста (тряпкинское стихотворение «Давайте споем!»);
•большим количеством обращений, восклицаний и риторических вопросов (таких стихов у Тряпкина много, в том числе и в более раннем периоде творчества, в позднем – это «Песнь о великом походе» (1993), «Права человека! Права человека!» (1994) и др.);
•другими особенностями, которые наверняка можно найти и в поэтическом наследии Н. Тряпкина последнего периода
творчества.
Но, возможно, это может стать отдельным интересным и продуктивным исследованием.
Список литературы
1.Бондаренко В. Г. Последние поэты империи. Москва : Молодая гвардия, 2005. 667 с.
2.Волков В. В., Волкова Н. В. «Ренессанс русской литературы»: национальный менталитет и литература духовного реализма в преподавании русской словесности // Вестник Тверского государственного университета. Серия: Филология. 2017. № 3. С. 147–157.
3.Волков В. В., Волкова Н. В. Три лирических героя в поэтическом творчестве иеромонаха Романа (Матюшина-Правдина) // Вестник Тверского государственного университета. Серия: Филология. 2018. № 1. С. 9–20.
4.Редькин В. А. Духовный реализм как художественный метод современной литературы // Вестник Тверского государственного университета. Серия: Филология. 2018. № 1. С. 71–78.
5.Тверская поэзия XX–XXI веков : антология / Сост. В. А. Редькин, науч. ред. С. Ю. Николаева. Тверь : Книжный клуб, 2016. 440 с.
6.Тряпкин Н. И. Стихотворения [Текст: электронный] // Библиотека электронной литературы в формате fb2. URL: https://litresp.ru/chitat/ru/Т/tryapkin-niko- laj-ivanovich/stihotvoreniya (дата обращения: 08.01.2019).
249
Наследие Н.И. Тряпкина: феноменология творчества
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ
БЛЮМИНА Ольга Валентиновна – кандидат филологических наук, доцент Горловского института иностранных языков, e-mail: olya00700@mail.ru (Горловка).
БУРДАКОВА Татьяна Викторовна – литературный критик, публицист, редактор и автор учебников издательства «Дрофа», автор путеводителей «Вокруг света» (Москва).
ВАСИЛЕВСКАЯ Юлия Леонидовна – кандидат филологических наук, доцент кафедры филологических основ издательского дела и литературного творчества, филологический факультет Тверского государственного университета, e-mail: yuliya-vasilevskaya@yandex.ru (Тверь).
ВОЛКОВ Валерий Вячеславович – доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка Тверского государственного университета, e-mail: Volkov.VV@tversu.ru (Тверь).
ВОЛКОВА Наталья Васильевна – кандидат филологических наук, доцент кафедры филологических основ издательского дела и литературного творчества Тверского государственного университета, e-mail: Volkova.NV@tversu.ru (Тверь).
ГЛУШКОВ Сергей Владленович – член Союза журналистов России, кандидат филологических наук, доцент кафедры филологических основ издательского дела и литературного творчества Тверского государственного университета, e-mail: Glushkov.SV@tversu.ru (Тверь).
ГРОМОВА Полина Сергеева – член Союза писателей РФ, кандидат филологических наук, доцент кафедры филологических основ издательского дела и литературного творчества Тверского государственного университета, e-mail: Gromova.PS@tversu.ru (Тверь).
ГРУША Светлана Александровна – кандидат филологических наук, ст. преп. кафедры филологических основ издательского дела и литературного творчества Тверского государственного университета, заместитель директора по УВР МОУ СОШ № 50 г. Твери, e-mail: svgrusha@mail.ru (Тверь).
ДИВАКОВА Евгения Алексеевна – кандидат филологических наук, доцент кафедры филологических основ издательского дела и литературного творчества Тверского государственного университета, e-mail: Divakova.EA@tversu. ru (Тверь).
ЕФРЕМОВ Сергей Анатольевич – литературовед, журналист, e-mail: esa.tver@ yandex.ru (Тверь).
ЕФРЕМОВА Ирина Львовна – кандидат филологических наук, доцент кафедры филологических основ издательского дела и литературного творчества Тверского государственного университета, e-mail: irina_efremova_tver@ rambler.ru (Тверь).
250
