Истязание. Уголовно-правовые и криминологические аспекты. Монография

также формирует потребности, мотивы и цели деятельности, привычки и стереотипы обыденного поведения.

Наибольшую криминальную активность показывают лица с полным средним образованием, они совершают почти половину всех истязаний1. Бо-

лее 63% всех истязателей имеют образование в рамках школы. Обращает на себя внимание относительно высокая доля лиц с высшим образованием (8%).

Исследования показывают, что данная категория истязателей обладает опре-

деленной спецификой; для них характерны следующие ситуации совершения истязания: а) аморальное или противоправное поведение жертвы как повод для преступления; б) хронический алкоголизм, приводящий к личностной де-

градации. Для данной категории характерно более широкое и изощренное применение различных видов психического насилия.

Подавляющее большинство преступников имеют низкий социальный статус: неквалифицированные рабочие, неучащиеся и неработающие состав-

ляют около 92%. Обращают на себя внимание значительные различия в со-

циальном статусе между мужчинами и женщинами, совершившими истяза-

ния. Так, доля истязательниц, не занятых общественно-полезным трудом, со-

ставляет 24%, что почти в два раза меньше, чем у мужчин. Среди истязателей преобладают лица, не состоящие в юридических брачных отношениях, их доля в 3,5 раза больше, чем женатых или замужних.

Наличие судимости свидетельствует о повышенной общественной опасности преступника. Исследованиями установлено, что среди лиц, совер-

шивших истязание ранее, были судимы 47,7%.

В целом полученные результаты исследований позволяют сделать вы-

вод о том, что истязателем чаще всего является мужчина 30–39 лет, имеющий полное среднее образование, без постоянного источника дохода, состоящий в фактических или юридических брачных отношениях.

1 Уровень образования преступников значительно ниже, чем у их жертв: 33,9% истязателей имеют средне-профессиональное и высшее образование, 49% соответственно их жертвы – 49%.

82

К признакам, образующим субъективную сторону преступления, отно-

сятся вина, мотив, цель, эмоциональное состояние лица в момент совершения преступления.

Следует согласиться с С.В. Растороповым в том, что «субъективная сторона преступлений против здоровья человека представляет значительную трудность для анализа, что обусловливается рядом объективных обстоя-

тельств, коренящихся в самой природе рассматриваемых преступлений»1.

Принцип субъективного вменения является краеугольным камнем рос-

сийского уголовного права. Статья 5 УК РФ устанавливает, что лицо подле-

жит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия

(бездействия) и наступившие общественно опасные последствия, в отноше-

нии которых установлена его вина. Вина является основным юридическим признаком, характеризующим психологическое содержание любого правона-

рушения2.

Вину можно определить как «сознательное или презюмируемое госу-

дарством упречное отношение лица к совершенному им деянию»3.

Форма вины определяется соотношением психических компонентов,

которые образуют содержание вины, «то есть различиями в интенсивности и определенности интеллектуальных и волевых процессов»4.

Исходя из содержания ч. 2 ст. 24 УК, истязание может быть совершено только умышленно, так как диспозиция ст. 117 УК РФ не предусматривает совершение указанного преступления по неосторожности5.

1Расторопов С.В. Преступления против здоровья человека. Субъективная сторона // Закон и право. – 2003. – № 9. – С. 61.

2Рарог А.И. Квалификация преступлений по субъективным признакам. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2002. – С. 63.

3Векленко С. В. Сущность, содержание и формы вины в уголовном праве // Правоведение.

– 2002. – № 6. – С. 140.

4Рарог А.И. Указ. соч. – С. 67.

5С точки зрения ряда ученых (В.В. Сверчков, М.А. Кауфман и другие), ч. 2 ст. 24 УК РФ предусматривает, что в тех случаях, когда законодатель прямо не указывает на форму вины, преступление может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности. Более подробно см.: Рарог А.И. Указ. соч. – С. 107.

83

Содержание субъективной стороны истязания вызывало и вызывает дискуссии. Мнения ученых разделились по вопросу: возможно ли соверше-

ние указанного преступления с косвенным умыслом. Базой для подобных споров стала формулировка ст. 113 УК РСФСР, в которой понятие истязания не раскрывалось, но содержался перечень способов, посредством которых могло быть совершено указанное преступление. Подавляющее большинство ученых уже тогда полагали, что специфической характеристикой истязания является причинение «мучений или страданий» потерпевшему1. Однако му-

чения и страдания рассматривались в качестве последствий истязания, в свя-

зи с этим некоторые ученые утверждали, что при установлении субъективной стороны преступления прежде всего необходимо установить соотношение сознания и воли, имевшееся у виновного не только к деянию, но и к насту-

пившему последствию. Все суждения относительно вышеназванной пробле-

мы можно свести к трем основным подходам.

Первый заключается в том, что совершение истязания возможно только с прямым умыслом. Так, И.П. Портнов считает, что для квалификации пре-

ступления по ст. 113 УК РСФСР необходимо установить умысел, направлен-

ный именно на истязание, стремление причинить жертве особые физические страдания, мучения2. Схожую позицию занимают А. Игнатов и М. Ильдими-

ров3, С.В. Расторопов4 и А.Д. Тартаковский5. Сторонники второго подхода не уточняют, с каким видом умысла может быть совершено истязание, а указы-

вают лишь на умышленный характер преступления6.

1См., в частности: Чечель Г.И. Квалификация истязаний по действующему законодательству: Учебное пособие. – Барнаул: Изд-во Алтайского университета, 1989. – С. 50–54.

2См.: Портнов И.П. Ответственность за истязание // Социалистическая законность. – 1982. – № 17. – С. 46.

3Игнатов А., Ильдимиров М. Ответственность за истязание // Советская юстиция. – 1974.

– № 19. – С. 20.

4Расторопов С.В. Преступления против здоровья человека. Субъективная сторона // Закон и право. – 2003. – № 9. – С. 63.

5См.: Тартаковский А.Д. Криминологические проблемы борьбы с истязаниями: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. – М., 1981. – С. 11.

6См.: Загородников Н.И. Указ. соч. – С. 114.

84

Приверженцы третьего направления полагают, что совершение истяза-

ния возможно как с прямым, так и с косвенным умыслом по отношению к последствиям – причинению мучений или страданий, но в зависимости от способа истязания. Такой позиции придерживаются П.Н. Кабанов1 и Г.И. Че-

чель. В частности, Г.И. Чечель свою позицию аргументирует следующим об-

разом. Во-первых, в абсолютном большинстве случаев виновный при систе-

матическом нанесении побоев, причиняющих физическую боль, не конкрети-

зировал содержание своего умысла относительно причинения мучений и страданий потерпевшему. Во-вторых, субъект сознавал, что, систематически нанося побои или легкие телесные повреждения, он своими действиями, при-

чиняет физическую боль потерпевшему, и чаще всего допускал, что эта боль влечет за собой особые мучения и страдания. Лишь по незначительному чис-

лу изученных уголовных дел было выявлено, что виновный, систематически нанося побои или легкие телесные повреждения, каждый раз желал причи-

нить потерпевшему мучения и страдания.

Исходя из приведенной аргументации, Г.И. Чечель делает вывод, что субъективная сторона истязания первого вида (систематическое нанесение побоев либо легких телесных повреждений) характеризуется как прямым, так и косвенным умыслом. Совершение же преступником истязания посредством

«иных действий, носящих характер истязания», может быть совершено толь-

ко с прямым умыслом2.

Полагаем, что формулирование истязания как формального состава предполагает невозможность совершения указанного преступления с косвен-

ным умыслом, так как отличие между прямым и косвенным умыслом прово-

дится по волевому компоненту, относящемуся к последствиям преступления.

Современная трактовка ст. 117 УК РФ рассматривает причинение физиче-

1См.: Кабанов П.Н. Уголовная ответственность за побои и истязания: Автореф. дис….

канд. юрид. наук. – М., 2006. – С. 8.

2См.: Чечель Г.И. Жестокий способ совершения преступлений против личности: уголов- но-правовое и криминологическое исследование. – Нальчик: Ставропольское книжное издательство, 1991. – С. 89.

85

ских или психических страданий как самостоятельные виды истязания, а не как его последствия.

Сами по себе способы, которые применяет истязатель, могут не обла-

дать особой спецификой и использоваться как для нанесения побоев, так и для причинения вреда здоровью. В связи с этим определяющим становится направленность умысла преступника.

Приведем примеры, когда преступник использует один и тот же способ

– обжигание кипятком.

Первый казус: муж и жена ссорятся; первый, исчерпав все аргументы,

выплескивает стакан горячего чая на спину жены, причинив ей тем самым легкий вред здоровью1. Обстоятельства дела показывают, что супруги ссори-

лись периодически по мелким поводам, однако взаимной физической агрес-

сии никогда не проявляли. Более того, муж и жена признали, что ссоры носи-

ли «вспышкообразный» характер, являвшийся следствием высокой темпера-

ментности обоих супругов.

Второй казус: муж, испытывая неприязненные отношения к бывшей жене, подошел к ней со спины и вылил на её грудь кипяченое молоко. В ре-

зультате его действий жертве был причинен легкий вред здоровью2. Прове-

денным расследованием было установлено, что между бывшими супругами постоянно происходили скандалы из-за проблем, связанных с разменом об-

щей квартиры. Бывший муж настаивал, чтобы жена покинула жилище и пе-

ребралась к своей матери, также он неоднократно выбрасывал её вещи в ко-

ридор, оскорблял, говорил, что «прибьет её, но жить в квартире она больше не будет». Было установлено, что бывший муж намеренно вскипятил моло-

ко3, которое сам никогда не пил.

В первом случае суд, с нашей точки зрения, обоснованно квалифици-

ровал содеянное по ч. 1 ст. 115 УК РФ. Во втором эпизоде суд также нашел признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ. Полагаем, од-

1Архив Центрального районного суда г. Омска за 1999 г. Уголовное дело № 1-324.

2Архив Ленинского районного суда г. Омска за 1997 г. Уголовное дело № 1-91.

3Ожог от жирных жидкостей более глубокий и болезненный.

86

нако, что действия подсудимого следовало квалифицировать по ч. 1 ст. 117

УК РФ. Предшествующее совершению преступления поведение злоумыш-

ленника, локализация ожога, используемое средство – всё это указывает на то, что его целью было причинение физических и психических страданий жертве, а не просто вреда здоровью. Разновидностями прямого умысла явля-

ются конкретизированный (определенный) и неконкретизированный (неоп-

ределенный)1. В науке уголовного права сложилось мнение, согласно кото-

рому в большинстве случаев при причинении вреда здоровью субъект дейст-

вует с прямым неконкретизированным умыслом. То есть субъект желает причинить вред здоровью, но конкретную его тяжесть не оценивает. Встает вопрос: возможно ли совершение истязания с неопределенным прямым умыслом? С нашей точки зрения, нет, поскольку количественная степень страданий, испытываемых жертвой, не нашла своего отражения в диспози-

ции ст. 117 УК РФ.

Анализируя состав истязания, можно сделать вывод, что законодатель не закрепляет в диспозиции статьи цели и мотивы как необходимые конст-

руктивные элементы исследуемого состава. Однако А.И. Рарог отмечает, что возможны два юридико-технических способа введения мотива и целей в со-

став преступления. Первый – это прямое указание на мотив и цели при опре-

делении родового понятия либо при описании самого преступления. Второй

– законодатель прямо не формулирует мотивы и цели деяния, но подразуме-

вает их обязательность2. Разделяя указанную точку зрения, С.В. Расторопов полагает, что причинение физических или психических страданий является специальными целями истязания3.

1Расторопов С.В. Преступления против здоровья человека. Субъективная сторона // Закон и право. – 2003. – № 9. – С. 61; Даурова Т.Г. Указ. соч. – С. 83; Дубовец П.А. Ответственность за телесные повреждения по советскому уголовному праву. – М: Юридическая литература, 1964. – С. 35–36.

2См.: Рарог А.И. Указ. соч. – С. 185–186.

3См.: Расторопов С.В. Признаки, характеризующие субъект и субъективную сторону преступлений против здоровья человека // «Черные дыры» в российском законодательстве. – 2005. – № 2. – С. 431.

87

Причинение физических страданий, так же как и причинение психиче-

ских страданий, является самостоятельными видами истязания. Известно, что форма неразрывно связана с определенным содержанием, а содержание лю-

бого процесса в свою очередь обусловлено его формой. Субъективная сторо-

на истязания будет составлять содержание, проявляющееся через причинение жертве страданий. В связи с этим следует признать, что цель – причинение страданий – является необходимым элементом для квалификации по ст. 117

УК РФ. Подобной точки зрения придерживается и П.Н. Кабанов, который,

однако, полагает, что наличие специальной цели – причинение физических или психических страданий – допускает возможность совершения истязания с косвенным умыслом1. Подобная позиция представляется весьма спорной.

Также необходимо отметить, что хотя мотивы и не имеют значения для квалификации основного состава, тот факт, что истязание может быть со-

вершено только с прямым умыслом, предполагает мотив как необходимый элемент, формирующий психологический механизм совершения преступле-

ния (табл. 6)2.

Таблица 6

Мотивы совершения истязаний

1См.: Кабанов П.Н. Уголовная ответственность за побои и истязания: Автореф. дис….

канд. юрид. наук. – М., 2006. – С.8.

2Поскольку одновременно указывалось несколько мотивов, суммарное число превышает

100%.

88

Среди отрицательных черт характера у них, в частности, отмечались:

вспыльчивость, несдержанность (93,3%), агрессивность (92,1%), повышенная раздражительность (81,4%), грубость (61,7%), злобность (52,4%), циничность и жестокость (38,1%), эмоциональная холодность (25,9%), эгоизм (11,6%).

Обращает на себя внимание тот факт, что для истязателей характерна повышенная ранимость, тревожность и обидчивость. Все это делает эмоцио-

нально-волевую сферу лабильной и ригидной, обусловливает ненормальные реакции на малейшие внешние раздражители. Более того, специфика психо-

логических процессов указанных лиц делает возможным совершение насиль-

ственных действий и без четко выраженного внешнего раздражителя.

В целом можно отметить следующие психологические особенности личности истязателя: низкая самооценка; неспособность к полноценному взаимообщению с окружающим социумом; стремление к самоутверждению и компенсации собственных психологических проблем посредством примене-

ния насилия к «доступной» жертве; состояние доминирования является един-

ственно комфортным для дефицитарной личности.

§ 3. Квалифицирующие признаки истязания

Квалифицирующими являются признаки состава преступления, кото-

рые свидетельствуют о резко повышенной (по сравнению с отраженной при помощи признаков основного состава) общественной опасности деяния (и

89

лица, совершившего это деяние)1. Юридическая природа квалифицирующих обстоятельств специфична. Её следует отличать от юридической природы отягчающих и смягчающих обстоятельств. Квалифицирующие признаки имеют непосредственную связь с категорией преступление, являются признаками состава преступления и служат средством дифференциации уголовной ответственности, а так же отражают типовую степень общественной опасности конкретного преступления2.

Статья 113 УК РСФСР 1960 г. не имела квалифицированного состава. Статья 117 УК РФ содержит ряд квалифицирующих признаков, при этом, обстоятельства, предусмотренные п. «а», «б», «в», «е», «ж», «з» ч. 2 ст. 117 УК РФ, не являются специфичными и по содержанию аналогичны соответствующим признакам квалифицированных составов убийства и причинения тяжкого и средней тяжести вреда здоровью.

Квалифицирующим признаком, закрепленным в п. «а» ч. 2 ст. 117 УК РФ, является совершение истязания в отношении двух и более лиц. Повышенная общественная опасность данного вида истязания определяется тем, что потерпевшими в результате совершенного преступления выступают несколько лиц.

Декриминализация «неоднократности», как квалифицирующего признака убийства, повела правоприменительную практику в сторону расширительного толкования п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Формально же она была узаконена изменениями, внесенными в апреле 2008 г. в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда от 27.01.1999 № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)»3. До указанных изменений трактовка п. «а» ч. 2 ст. 117 УК РФ была принципиально иной. Под истязанием двух и более лиц по-

1Кругликов Л.Л., Василевский А.В. Дифференциация ответственности в уголовном праве.

– СПб.: Юридический Центр Пресс, 2003. – С. 174.

2Подробнее см.: Кругликов Л.Л., Василевский А.В. Указ. соч. – С. 171–172; Кругликов Л.Л.,

Савинов В.Н. Квалифицирующие обстоятельства: понятие, виды, влияние на квалификацию преступлений. – Ярославль: Ярос. ун-т, 1989. – С. 20–21.

3Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 3.04.2008 № 4 «О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда от 27.01.1999 № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» // Российская газета. – 2008. – № 4633. – С. 6.

90

нималось единое преступление, при этом, действия виновного должны были охватываться единым умыслом. Так, К. был осужден по п. «а» ч. 2 ст. 117 УК РФ за то, что он систематически, по мотивам личной неприязни, избивал свою мать и сестру1. В настоящее время субъективный критерий (наличие умысла на убийство двух и более лиц) который ранее позволял разграничить п. «а» и «неоднократность», утратил свое ведущее значение. Таким образом,

по п. «а» ч. 2 ст. 117 УК РФ следует квалифицировать истязание двух и более лиц, не зависимо от того, совершено оно одновременно или в разное время,

присутствует или нет единый умысел на совершение преступлений. Обяза-

тельным условием выступает – отсутствие у виновного судимости за преды-

дущее истязание.

Возникает вопрос, возможно ли совершение истязания одновременно в отношении двух и более лиц, когда виновный, причиняя физические страда-

ния одному потерпевшему, желает, чтобы присутствующий при этом другой потерпевший испытывал психические страдания?

Полагаем, что особенности правовой природы истязания делают такую ситуацию возможной. Для иллюстрации можно привести следующий эпизод из книги Н. Леонова и Ю. Кострова «Вариант "Омега"». Советский разведчик попадает в гестапо, так как существует приказ не оказывать на него физиче-

ского давления. Шеф гестапо решает добиться необходимых ему сведений путем психического воздействия и в присутствии разведчика пытает одного из заключенных2. В данном случае одному из потерпевших причиняются фи-

зические и психические страдания, другому – психические страдания, т. е.

выполнена объективная сторона истязания в отношении каждого потерпев-

шего. Аналогичные случаи истязания, которые преследуют чаще всего коры-

стные цели, встречаются и в современной российской действительности. Во всех случаях, когда виновный, причиняя физические страдания одной жерт-

ве, желает, чтобы присутствующая при этом другая жертва испытывала пси-

1Архив Первомайского районного суда г. Омска за 2006 г. Уголовное дело № 1-617.

2См.: Леонов Н., Костров Ю. Вариант «Омега». – М.: Юнисам, 1994. – С. 139–142.

91