Истязание. Уголовно-правовые и криминологические аспекты. Монография

Первые советские уголовные кодексы в целом сохранили дореволюци-

онное понимание истязания как способа совершения преступлений, пося-

гающих на телесную неприкосновенность или здоровье. Телесные поврежде-

ния характеризовались тем, что они составляли известные изменения в фи-

зиологических отправлениях или анатомическом строении организма потер-

певшего. В отличие от телесных повреждений, насилие над личностью ха-

рактеризуется только причинением физически мучительного или тягостно болезненного ощущения1. В Уголовных кодексах РСФСР 1922 г. и 1926 г. ис-

тязание выступает лишь как квалифицированный признак побоев и тяжких телесных повреждений. Статьи 173 УК РСФСР 1922 г. 2 и 146 УК РСФСР

1926 г. 3 предусматривали насилие над личностью, по своему характеру схо-

жее с телесными повреждениями. В доктрине уголовного права не было еди-

ного мнения по поводу того, относятся ли побои к телесным повреждением или нет. Те авторы, которые в качестве объекта преступлений, предусмот-

ренных ст. 142–146 УК РСФСР 1926 г., рассматривали телесную неприкос-

новенность, полагали, что побои относятся к телесным повреждениям4. Дру-

гие считали, что объектом ст. 142–145 УК РСФСР 1926 г. выступает здоровье человека, а ст. 146 – телесная неприкосновенность, следовательно, побои не могут относиться к телесным повреждениям5. Правоприменительная практи-

ка времени действия первых советских уголовных кодексов исходила из того,

что обязательным признаком истязания для квалификации в рамках ч. 2 ст. 173 УК РСФСР 1922 г. и ч. 2 ст. 146 УК РСФСР 1926 г. является причинение особой физической боли. Насилие должно было носить систематический ха-

рактер и отличаться многократностью. Таким образом, однократные, хотя и

1См.: Шаргородский М. Преступления против жизни и здоровья. – М.: Юридическое издательство Министерства юстиции, 1947. – С. 316; Он же. Ответственность за преступления против личности. – Л.: Изд-во Ленинградского Университета, 1953. – С. 65–67.

2Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. – М.: Юриздат, 1925. – С. 49.

3Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. – М.: Юриздат, 1937. – С. 57.

4См.; Пионтковский А.А. Преступление против личности. – М.: Наука, 1938. – С. 55.

5Шаргородский М. Преступления против жизни и здоровья. – М.: Юридическое издательство Министерства юстиции, 1947. – С. 345; Уголовный кодекс РСФСР. Комментарии / А. Трайнин, В. Меньшагин, З. Вышинская. – М.: Юридическое изд-во НКЮ СССР, 1946. –

С. 196.

32

продолжительные во времени, действия признакам истязания не отвечали.

Следует признать, что Уложение 1845 г. проявляло большую гибкость при определении фактов истязания, не увязывая последние напрямую с система-

тичностью. Частями вторыми ст. 173 УК РСФСР 1922 г. и 146 УК РСФСР

1926 г. охватывалось только причинение физических страданий, психические оставались за их рамками. В случаях отсутствия у потерпевшего болевых ощущений в результате совершения таких действий виновным, как плевки в лицо, отрезание волос и другое, они квалифицировались как оскорбление.

На практике возникали сложности с отграничением насилия над лич-

ностью от оскорбления действием. В подобных спорных ситуациях разгра-

ничение проводилось по субъективной стороне. При наличии умысла на при-

чинение боли содеянное должно было квалифицироваться в рамках ч. 2 ст. 173 УК РСФСР 1922 г. или ч. 2 ст. 146 УК РСФСР 1926 г.

Изучение нормативных актов третьего периода позволяет констатиро-

вать серьезные изменения в подходе законодателя к закреплению ответст-

венности за истязания. С одной стороны, происходит унификация признаков преступлений против здоровья, что позволяет провести их более четкую классификацию. С другой – истязанию не находится места в этой системе.

Полагаем, что причин этому несколько, прежде всего – отсутствие, по мне-

нию законодателя, четких объективных критериев, позволяющих отграни-

чить истязание от однородных преступлений, и понимание истязания как преступления, причиняющего исключительно физическую боль. По мнению законодателей, у истязания как общественно опасного деяния отсутствовали специфические признаки, позволяющие закрепить его в качестве самостоя-

тельного преступления.

Этот подход был изменен Уголовным кодексом РСФСР 1960 г., где в ст. 113 было закреплена ответственность за истязание. Так же истязание пре-

дусматривалось в качестве квалифицирующего обстоятельства ст. 108 «Умышленное тяжкое телесное повреждение» и ст. 109 «Умышленное менее тяжкое телесное повреждение». Статья 113 определяет истязание как «систе-

33

матическое нанесение побоев или иные действия, носящие характер истяза-

ния, если они не повлекли последствий, указанных в статьях 108 и 109 на-

стоящего Кодекса»1. В диспозиции статьи, однако, не были раскрыты поня-

тие и признаки истязания. Наиболее острая научная дискуссия шла по сле-

дующим вопросам: что следует понимать под термином «истязание»; являет-

ся ли систематичность исключительным признаком побоев или также и иных действий; должны ли побои носить характер истязаний или достаточно при-

знака систематичности; какова временная характеристика истязаний; что включает в себя понятие иных действий, носящих характер истязаний2.

Различные варианты решения вышеназванных вопросов будут рас-

смотрены ниже, поскольку теоретические разработки ученых 60-90 гг. имеют несомненную актуальность для решения вопросов квалификации ст. 117 УК РФ 1996 г.

1Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. – М.: Юридическая литература, 1983. – С. 73.

2См.: Чечель Г.И. Квалификация истязаний по действующему законодательству : Учебное пособие. – Барнаул: Изд-во Алтайского университета, 1989; Он же. Жестокий способ совершения преступлений против личности: уголовно-правовое и криминологическое исследование. – Нальчик: Ставропольское книжное издательство, 1991; Он же. Уголовноправовые и криминологические проблемы борьбы с преступлениями против личности: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. – Екатеринбург, 1995; Портнов И.П. Ответственность за истязание // Социалистическая законность. – 1982. – № 17. – С. 46–47; Он же. Истязание (криминологический и уголовно-правовой аспекты) // Насильственные преступления: природа, расследование, предупреждение. – М.: ВНИИ МВД РФ, 1994. – С. 84-92; Он же.

– Уголовно-правовые меры борьбы с истязаниями // Понятие, структура и отдельные направления уголовно-правовой борьбы с преступностью и участие органов внутренних дел в этой борьбе. – Омск, 1987. – С. 43; Тартаковский А.Д. Некоторые вопросы характеристики истязаний по советскому уголовному праву // Теория и практика борьбы с правонарушениями. – Душанбе: Таджикский государственный университет, 1980. – С. 33–39; Он же. Криминологические проблемы борьбы с истязаниями: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. – М., 1981; Андреева Л. Разграничение истязания и смежных составов преступлений // Социалистическая законность. – 1980. – № 6. – С. 26–27; Даурова Т.Г. Легкие телесные повреждения. – Саратов: Изд-во Саратовского университета, 1980. – С.45; Загородников Н.И. Преступления против здоровья. – М.: Юридическая литература, 1969; Самолюк И.Д. Ответственность за истязание // Советская юстиция. – 1965. – № 12. – С. 19–23; Игнатов А. Ильдимиров М. Ответственность за истязание // Советская юстиция. – 1974. – № 19. – С. 27; Ильдимиров М.Н. Некоторые вопросы уголовно-правовой и криминологической характеристики истязания // Сибирские юридические записки. – Омск, 1975. – Вып. 5. – С. 43–49; Малков В. Понятие систематичности в уголовном законодательстве // Советская юстиция. – 1970. – № 1. – С. 21–22.

34

§ 3. Закрепление в зарубежном уголовном законодательстве

ответственности за истязание

Одним из наиболее востребованных направлений в современной юри-

дической науке является сравнительное правоведение. Компаративный под-

ход позволяет соединять в исследованиях чисто познавательные задачи (со-

поставления систем права различных стран) с сугубо практическими целями

– выработка рекомендаций по совершенствованию национальных правовых институтов на основании изучения зарубежного опыта. Необходимость по-

добных исследований обусловлена прежде всего современными общемиро-

выми процессами интеграции, затрагивающими все стороны функциониро-

вания государств и обществ, и глобализацией как крайней формой выражен-

ности указанных процессов.

Проведенный анализ зарубежного законодательства позволяет выдви-

нуть следующий тезис. В иностранном законодательстве можно выделить че-

тыре формы закрепления уголовной ответственности за действия, опреде-

ляемые в отечественном праве как истязание. Изучение особенностей отра-

жения этих форм в национальных уголовных законах позволяет классифици-

ровать последние на пять групп. Специфичность первой группы проявляется в том, что истязание предусматривается в качестве самостоятельного престу-

пления против личности без ограничения круга потерпевших. Законодатель-

ство стран второй группы устанавливает ответственность за истязание, со-

вершенное только в отношении определенного круга потерпевших. Для третьей группы характерно сочетание уголовной ответственности за истяза-

ние в отношении определенного круга потерпевших и закрепление истязания в качестве квалифицирующего признака насильственных преступлений. Осо-

бенностью четвертой группы является закрепление истязания только в каче-

стве квалифицирующего признака насильственных преступлений. Для пятой группы свойственно включение истязания в качестве неспецифического спо-

35

соба совершения насильственных преступлений против личности. Рассмот-

рим каждую группу в отдельности.

Закрепление истязания в качестве самостоятельного преступления про-

тив личности без ограничения круга потерпевших в целом является нетипич-

ным для зарубежного законодательства. Подобные примеры можно найти в уголовных кодексах таких стран как, Дания, Франция, Турция.

Так, УК Дании в главе преступлений против личности использует об-

щее понятие – нападение, которое включает в себя и различные виды насиль-

ственных действий. Параграф 245 гласит, что «любое лицо, которое совер-

шает нападение особо гнусного или жестокого, или опасного характера или которое виновно в безжалостности, подлежит… Если такое нападение при-

чинило значительный ущерб другому лицу или здоровью другого лица, то оно должно рассматриваться в качестве особо отягчающего обстоятельст-

ва»1. Таким образом, датское уголовное законодательство выделяет насиль-

ственные действия жестокого характера, не причинившие потерпевшему ущерба, и квалифицированный вид подобных действий, повлекших нанесе-

ние ущерба другому лицу. При этом указанный ущерб по своей природе мо-

жет быть не только физическим и психическим, но и иным.

Глава II «О посягательствах на физическую или психическую непри-

косновенность личности» УК Франции включает в себя нормы о преступле-

ниях, причиняющих физический или психический вред. Так, ст. 222-1 в от-

дельное преступление выделены пытки и другие акты жестокости2. Легаль-

ного определения пытки УК Франции не содержит, судебная практика ис-

ходит из дефиниции, которая содержится в Конвенции ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обра-

щения и наказания3. За пытки и акты жестокости установлена повышенная по сравнению с иными насильственными преступлениями уголовная ответст-

1Уголовный кодекс Дании. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. – С. 185.

2Уголовный кодекс Франции. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2002. – С. 53.

3Конвенция ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 10 декабря 1984 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. – 1987. – № 45. Далее – Конвенция.

36

венность. Отягчающими обстоятельствами этого преступления являются со-

вершение его в отношении супруга или сожителя, должностным лицом,

группой лиц и др.

Уголовный кодекс Турции объединяет все преступления против здоро-

вья, связанные с физическими действиями виновного, в одну главу, которая носит название «Побои», при этом статьи названия не имеют. Особенности конструирования норм, предусматривающих ответственность за преступле-

ния против здоровья, проявляются в том, что ст. 456, состоящая из пяти час-

тей, включает в себя различные виды вреда здоровью, побои и истязания.

Так, ч. 1 указанной статьи устанавливает, что лицо, причинившее физические страдания или вред здоровью или вызвавшее умственное расстройство дру-

гого лица без цели убийства, наказывается заключением на срок от шести ме-

сяцев до одного года1.

Установление уголовной ответственности за истязание, совершенное в отношении определенного круга лиц, характерно, например, для законода-

тельства Испании, ФРГ и Польши.

Уголовный кодекс Испании содержит ст. 153, устанавливающую ответ-

ственность за систематическое причинение физического насилия своему супругу или лицу, находящемуся в отношениях типа постоянной совместной жизни, или собственным детям или детям супруга либо сожителя, опекаемым,

родителям или недееспособным, с которыми он совместно проживает2.

Следует отметить, что Уголовный кодекс Испании представляет инте-

рес, так как разделяет физические и психические способы воздействия на личность. То, что в нашем законодательстве определяется как систематиче-

ское нанесение побоев или иные насильственные действия, причиняющие физические страдания, выделено испанским законодателем в указанную вы-

ше норму с ограничением круга возможных пострадавших. Уголовная ответ-

ственность за психическое воздействие на личность закреплена ст. 173, кото-

1Уголовный кодекс Турции. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. – С. 286.

2Уголовный кодекс Испании. – М.: Зерцало, 1998. – С. 54.

37

рая гласит: «…унизительное обращение, серьезным образом ущемляющее достоинство лица, наказывается лишением свободы на срок от шести меся-

цев до двух лет»1.

Уголовный кодекс ФРГ в числе телесных повреждений (раздел 17) пре-

дусматривает ответственность за «истязание опекаемого» (§ 223-6). Из ука-

занной нормы следует, что ответственность установлена для тех лиц, «кто мучает или грубо истязает лиц, не достигших восемнадцатилетнего возрас-

та, или лиц, находящихся в беспомощном состоянии вследствие физического недостатка или болезни и являющихся опекаемыми данного лица или его до-

машними работниками, или по отношению к которым данное лицо несет обя-

занность оказания материального вспомоществования, или которые находят-

ся в служебной зависимости от данного лица, или кто злонамеренно пренеб-

регает своей обязанностью заботиться о человеке, в результате чего причи-

няется вред здоровью последнего»2. Параграф предусматривает и квалифи-

цирующие признаки истязания (ч. 2) в особо тяжких случаях. Это, как пра-

вило, имеет место, если лицо, совершая деяние, подвергает опасности: 1)

смерти или тяжкого телесного повреждения или 2) значительного вреда физи-

ческому или духовному развитию опекаемого.

Часть вторая статьи 207 УК Польши устанавливает ответственность за издевательства путем физического или психического воздействия над «самым близким лицом или над иным лицом, находящимся в постоянном или времен-

ном отношении зависимости от виновного, либо над малолетним или беспо-

мощным лицом в связи с его психическим или физическим состоянием, если такие действия сопряжены с применением виновным особой жестокости»3.

К третьей группе относятся страны, законодательство которых преду-

сматривает сочетание уголовной ответственности за истязание в отношении определенного круга потерпевших и закрепление истязания в качестве ква-

1Уголовный кодекс Испании. – М.: Зерцало, 1998. – С. 60.

2Уголовный кодекс ФРГ. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. – С. 67.

3Уголовный кодекс Польши. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. – С. 153.

38

лифицирующего признака насильственных преступлений. К ним, в частно-

сти, можно отнести Китай, Болгарию, Австрию.

Так, ст. 260 УК КНР устанавливает ответственность за «жестокое обра-

щение с членами семьи при отягчающих обстоятельствах»1. Точно так же особая жестокость выступает как квалифицирующее обстоятельство при причинении травмы по ст. 234 УККНР2.

В УК Болгарии в разделе втором «Преступления против молодежи» со-

держится ст. 187, которая гласит: «…кто истязает малолетнего или несовершен-

нолетнего, о которых он обязан заботиться или когда на него возложена обязан-

ность их воспитания, если совершенное не представляет более тяжкого преступ-

ления, наказывается лишением свободы до одного года либо исправительными работами, а также общественным порицанием»3. Вместе с тем УК Болгарии в ч. 2 ст. 130 устанавливает повышенную уголовную ответственность за «лег-

кое телесное повреждение, выразившееся в причинении боли или страдания без расстройства здоровью»4.

Параграф 92 УК Австрии закрепляет уголовную ответственность за истязание или пренебрежительное отношение к малолетним, несовершенно-

летним или беззащитным лицам, в ней говорится: «Всякий, кто причиняет физические или душевные страдания другому человеку, который находится на его обеспечении или попечении и который не достиг еще восемнадцати-

летнего возраста или является беззащитным ввиду своей беспомощности,

болезни или слабоумия, подлежит наказанию лишением свободы на срок до трех лет5». Одновременно в параграфе 83 «Телесное повреждение» в качестве квалифицирующего обстоятельства указывается истязание (жестокое обращение с телесной целостностью другого человека)6.

1Уголовный кодекс КНР. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. – С. 175.

2Там же. – С. 161.

3Уголовный кодекс Болгарии. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. – С. 137.

4Там же. – С. 102.

5Уголовный кодекс Австрии. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2002. – С. 141.

6Там же. – С. 134.

39

Исследовав второю и третью группу, можно сделать вывод о том, что наиболее часто круг потерпевших от истязания ограничивается несовершенно-

летними, лицами, находящимися в беспомощном состоянии, в состоянии мате-

риальной или иной зависимости от виновного. Обладая повышенной уязвимо-

стью, обусловленной возрастом, особенностями физического и психического здоровья, другими факторами, указанные лица нуждаются в особой защите со стороны государства. В качестве признака, отягчающего наказание, истязание используется при конструировании квалифицированных составов причинения различных видов телесных повреждений, травм и т. п.

Для уголовного законодательства четвертой группы стран (Швеция,

Латвия, Литва) характерно закрепление истязания только как квалифици-

рующего признака насильственных преступлений. В качестве примера мож-

но привести ст. 5–6 УК Швеции. Указанный нормативный акт, так же как и УК Дании, оперирует общим термином «нападение», которое в свою очередь включает в себя нанесение телесных повреждений различных степеней тяже-

сти. Их тяжесть и, соответственно, назначаемое наказание зависят от наличия или отсутствия в действиях виновного отягчающих обстоятельств. Одним из таких обстоятельств называется особая безжалостность или жестокость1.

УК Латвийской Республики не предусматривает отдельную норму об истязании, которое выступает в качестве квалифицирующего признака ст. 130 «Умышленное легкое телесное повреждение» и понимается как система-

тическое избиение, носящее характер истязания, или иное истязание2. В каче-

стве способа указывается только систематическое избиение. Наблюдается нелогичный подход латвийского законодателя к формулированию категории истязания, которое определяется через само себя, без раскрытия признаков характеризующих его, что не позволяет установить содержание и специфику

1Уголовный кодекс Швеции. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. – С. 37–38.

2Уголовный кодекс Латвийской Республики. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. –

С. 125.

40

юридической природы указанного преступления. Аналогичное закрепление уголовной ответственности за истязание содержится и в УК Литвы1.

Уголовное законодательство пятой группы стран истязание и жесто-

кость рассматривает как неспецифический способ совершения насильствен-

ных преступлений против личности, не включая его в описание объективной стороны преступления. Такая позиция типична для УК Швейцарии, УК Япо-

нии2, УК Италии, УК Голландии, нормативных актов Великобритании, США и ряда других стран. Так, например, ст. 126 «Насильственные действия» УК Швейцарии носит общий характер и включает в себя все насильственные ак-

ты, не причинившие телесных повреждений3. УК Голландии содержит раздел

XX, в котором установлена уголовная ответственность за различные виды физических оскорблений (ст. 300–304)4. УК Австралии оперирует общей ка-

тегорией – физическое повреждение. Оно включает в себя: бессознательное состояние, боль, обезображивание, инфекционные болезни, любой физиче-

ский контакт с телом человека. Также австралийский законодатель использу-

ет термин «ущерб умственному здоровью», понимая под ним существенный психологический вред, но не включающий обычные эмоциональные реакции,

например, печаль или опасения5.

Уголовное право Англии и США используют однородные понятия при конструировании преступлений против здоровья и физической неприкосно-

венности – нападение и побои. Сущность нападения заключается «не столько в соприкосновении тела (тел) и орудия преступления и причинении в резуль-

тате этого физических страданий, сколько прежде всего в причинении потер-

певшему страха, что он будет подвержен воздействию физической силы»6.

Для побоев характерно непосредственное применение физической силы.

1Уголовный кодекс Литовской Республики. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. –

С. 118.

2Уголовный кодекс Японии. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2002.

3Уголовный кодекс Швейцарии. – М.: Зерцало, 1998. – С. 27.

4Уголовный кодекс Голландии. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. – С. 187.

5Уголовный кодекс Австралии. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2002. – С. 346–347.

6Уголовное право зарубежных государств. Особенная часть: Учебное пособие / Под ред.

И.Д. Козочкина. – М.: Камерон, 2004. – С. 20.

41