Истязание. Уголовно-правовые и криминологические аспекты. Монография

факт неоднократного совершения лицом преступлений свидетельствует о стойкости антиобщественной установки.

Судимости лиц, совершивших истязания

Другое 11,9%

Грабеж 5,5%

Разбой 11,1%

Хулиганство 11,8%

Истязания 16,6%

Угрозы убийством или причинением такого вреда

20,8%

здоровью

Различные виды вреда здоровью (телесные

22,8%

повреждения)

0,0% 5,0% 10,0% 15,0% 20,0% 25,0%

Рис. 8.

Следует обратить внимание на высокий уровень специального рециди-

ва – 16,6 %, его характерной особенностью является то, что в 63 % случаев преступник осуждался за совершение истязания в отношении одной и той же жертвы (чаще всего жены или бывшей жены). Среди указанной категории лиц 8,2 % преступников были судимы за истязание два и более раз.

Постпреступное поведение лиц, совершивших истязание

Признал вину частично 42,4%

Рис. 9.

152

Как показывают исследования, лишь чуть более трети истязателей при-

знали свою вину и раскаялись в содеянном. Особый интерес представляет ар-

гументация позиции тех преступников, которые не признали свою вину.

Таблица 11

Мотивировка истязателей, не признавших свою вину

Почти половина истязателей отрицают совершение ими преступления,

а имеющиеся у жертвы повреждения объясняют следующим: жертва сама упала, ударилась, ее побили другие. Каждый четвертый преступник перекла-

дывает вину на потерпевшего, который сам своими аморальными действиями довел преступника до рукоприкладства. Одна шестая преступников придали истязанию социально полезный аспект, например, бил, чтобы привести в чувство, находился в состоянии необходимой обороны, препятствовал по-

пытке самоубийства. Интересно, что около 4,5 % вообще не считали, что их действия носят противозаконный характер, так как искренне полагали, что плохую жену просто необходимо «воспитывать». Похоже, что для них эпоха Домостроя никогда не заканчивалась.

Завершая анализ, посвященный криминологической характеристике личности истязателя и особенностям его мотивации, необходимо сделать следующие выводы:

1) истязателем чаще всего является мужчина 30–39 лет, имеющий пол-

ное среднее образование, не имеющий постоянного источника дохода; 2) три четверти всех истязателей состояли или состоят в фактических

или юридических брачных отношениях, характеризующихся повышенной конфликтностью;

153

3) отличительной психологической характеристикой личности истяза-

теля является ее социальная дезадаптивность. Будучи дефицитарной лично-

стью, истязатель, преодолевает переживание собственной несостоятельности посредством физического и психического давления на других людей;

4) основными мотивами истязаний выступают личная неприязнь, рев-

ность, месть. Мотивация истязательниц отличается определенной специфи-

кой, им более, чем мужчинам, присущи корыстная мотивация и мотивы мес-

ти;

5) подавляющее большинство истязателей (по мотиву совершения пре-

ступления) относятся к насильственному типу преступников, который харак-

теризуется негативно-пренебрежительным отношением к личности. Стрем-

ление самоутвердиться за счет причинения боли и страдания близкому чело-

веку – ведущая черта их психологической характеристики. Истязателей от-

личают вспышки гнева и внешне не мотивированная агрессия. О стойкой ан-

тиобщественной установке большинства истязателей свидетельствует пред-

шествующая судимость, чаще всего за насильственные и корыстно-

насильственные преступления; 6) неблагоприятными факторами, сказывающимися на поведении истя-

зателя, являются различные эмоционально-психологические нарушения.

Наиболее криминогенным обстоятельством выступает пьянство, которое, во-

первых, служит постоянным источником конфликтов истязателя с его близ-

кими, во-вторых, определяет его низкий социальный статус и, в-третьих, сни-

мает запретительные морально-нравственные барьеры, тем самым облегчая совершение преступления.

Таким образом, личность истязателя характеризуется существенной нравственно-психологической и социально-правовой деформацией.

§ 2. Характеристика жертв истязаний

При изучении механизма совершения конкретного преступления ос-

новное внимание исследователей, как правило, фокусируется на личности

154

преступника, его социально-демографических, нравственно-психологических и уголовно-правовых свойствах. Поведение жертвы и ее специфические ха-

рактеристики рассматриваются в основном через призму конкретной жиз-

ненной ситуации и ситуации совершения преступления, которые выступают в качестве внешних условий, детерминирующих противоправное поведение индивида. Признавая жертву в качестве необходимого элемента криминоло-

гической ситуации, невозможно отрицать ее важную, а иногда и решающую роль в генезисе преступного поведения. Один из основоположников викти-

мологии Г. Гентинг отмечал, что в некотором смысле жертва создает пре-

ступника1. Следует помнить, что «одним из важнейших факторов, влияющих на преступность, являются отношения “преступник-жертва”»2.

Истязание относится к группе насильственных преступлений против личности, и ему свойственны общие (родовые) криминологические характе-

ристики данного вида преступности. Вместе с тем криминологическая карти-

на изучаемого деяния обладает своей спецификой. Эта специфика определя-

ется внутрисемейной, реже бытовой природой истязания: продолжительным характером социальных связей субъектов криминального конфликта, протя-

женностью во времени негативных процессов в отношениях между ними, на-

личием определенных психологических установок в отношении друг друга.

Таким образом, истязанию имманентно присущ взаимообусловливающий ха-

рактер поведения преступника и его жертвы.

Известно, что виктимология наряду с категорией «жертва» оперирует понятием потерпевшего. Указанные термины соотносятся как общее и спе-

циальное. Жертва может быть как непосредственной, так опосредованной,

как потенциальной, так и реальной. В виктимологическом плане потерпев-

ший – это всегда непосредственная и реальная жертва преступления. Изучая эмпирический материал в форме уголовных дел, исследователь всегда рас-

сматривает специфические особенности потерпевшего.

1См.: Ривман Д., Устинов В. С. Виктимология. СПб. : Юрид. центр Пресс, 2000. С. 59.

2Солодовников С. А. Виктимологическая статистика и отношения «преступник-жертва» в системе криминологического анализа // Закон и право. 2004. № 12. С. 22.

155

Анализ эмпирических данных позволяет сделать следующие выводы.

Подавляющее большинство жертв истязаний составляют женщины (99,1 %).

Исследование причин гендерного насилия является одним из наиболее акту-

альных направлений в современной криминологии, во многом это обуслов-

лено «запаздыванием» в изучении вопросов влияния гендера на преступность по сравнению с европейской наукой. Повышенная виктимность женщин обу-

словлена как особенностями ее психофизиологических характеристик, так и спецификой традиционной социальной роли, которая закреплена за женщи-

ной. Следует отметить устойчивость гендерных стереотипов, которые прояв-

ляются в любом возрасте и способны привести к насильственному поведе-

нию в случаях, когда участники конфликта относятся к разным полам. В ка-

честве наиболее распространенных стереотипов можно привести следующие: «мужчины – это сила, женщины – это слабость»; «женщинам нужно очень стараться, чтобы удержать мужчину при себе»1.

Жертвами истязания крайне редко становятся взрослые мужчины,

обычно это несовершеннолетние в возрасте до 14 лет, которых истязает член семьи или педагог. Исключения составляют лица, находящиеся в замкнутых гомогенных коллективах, например в армии2. Полагаем, что специфика от-

ношений власти-подчинения, а также наличие специальной уголовно-

правовой нормы выводит изучение жертв жестокого обращения в армии за рамки нашего исследования. Максимальная степень виктимности выявлена у женщин в возрасте от 30 до 49 лет. Этот факт объясняется тем, что именно на такой возраст приходится максимальное количество женщин, состоящих как в юридических, так и фактических семейных отношениях, а следовательно,

жертва и преступник находят друг друга.

1Азарова Е. А. Влияние культуры на формирование и измерение моральных гендерных стереотипов // Российские женщины и европейская культура. СПб. : Санкт-Петербургское философское общество, 2001. С. 213–219 ; Дьяченко Т. М. Исследование причин гендерного насилия в школе // Управление образованием: опыт, проблемы, тенденции. Мурманск :

МГПИ, 2002. Т. 1. С. 92–100.

2По данным общественной организации «Солдатские матери», каждый четвертый солдат срочной службы подвергается тем или иным формам жестокого обращения со стороны сослуживцев или командиров.

156

Таблица 11

Распределение жертв истязаний по возрасту

При анализе возрастного паритета преступника и его жертвы обнару-

жилось, что возрастные характеристики у них примерно одинаковые, за ис-

ключением таких взаимодействующих пар, как сын (дочь) – мать (отец), отец

(мать) – ребенок. В этих парах разница в возрасте достигает двух-, трехкрат-

ного различия. Возрастные характеристики во многом обусловливают ла-

тентность жертвы, наибольшая латентность свойственна детям в возрасте до

12 лет и пожилым людям старше 70 лет. Первая и вторая категории потер-

певших наиболее уязвимы в силу социальной и физической зависимости от ближайшего бытового окружения. Дети зачастую не знают, к кому обратить-

ся за помощью, так как имеют незначительный социальный опыт; пожилые люди нередко ограничены физически. Среди жертв, не достигших совершен-

нолетия, установлена следующая закономерность – до 14 лет потерпевших мужского и женского пола примерено поровну – 48,1 % и 51,9 % соответст-

венно. С 14 лет удельный вес мальчиков резко снижается – до 12,4 %, в то время как доля девочек увеличивается до 87,6 %. Это, видимо, обусловлено физическим развитием: 15–17-летний подросток мужского пола может про-

157

явить более активное и успешное сопротивление истязателю, чем девушка

соответствующего возраста.

Уровень образования жертв истязания

Рис. 10.

50 % потерпевших имеют профессиональное образование, и этот пока-

затель значительно выше, чем у преступников. Высшее и незаконченное высшее образование имеет каждая пятая жертва (у истязателей – каждый одиннадцатый). Исследования показали, что чем выше уровень образования жертвы, тем менее она склонна обращаться в правоохранительные органы1.

Таким образом, образование является фактором, сдерживающим потерпев-

шую от легального разрешения конфликта. Полагаем, что данное обстоятель-

ство объясняется тем, что уровень образования, как правило, тесно связан с уровнем культуры, наличием определенных социокультурных стереотипов.

Были выявлены следующие психологические установки у данной группы жертв: «если в семье разлад, значит, я не смогла это предотвратить»; «стыдно перед людьми»; «образованная, а мужа не могу воспитать», «то, что проис-

ходит в семье, не должно выходить наружу» и т. п.

Социальное положение жертв истязаний

1 Аналогичные данные получены О. В. Лихачевой. См.: Лихачева О. В. Латентная жертва насильственных преступлений, совершаемых в сфере семейных отношений : автореф. дис. … канд. юрид. наук. Тюмень, 2006. С. 12.

158

служащие

сфера услуг

2,40%

частные 16,50% не работают 24% предпринимател

и 3,20%

Рис. 11.

Данные исследования свидетельствуют, что социальное положение жертв истязаний крайне неоднородно. С одной стороны, 50 % из них не име-

ют самостоятельного источника дохода и в этом смысле полностью зависят от преступника, с другой – социальный статус работающих потерпевших значительно выше, чем у истязателей. Исследования также подтверждают,

что структура женской безработицы имеет существенные отличия по сравне-

нию с мужской. Женская безработица не обнаруживает прямой корреляции с уровнем образования и возрастом. Свидетельством этого, в частности, слу-

жит следующий факт: среди социально не занятых лиц 23,1 % имеют среднее или высшее профессиональное образование. Около одной трети работают не по специальности. Необходимо отметить, что относительно высокий соци-

альный статус не делает жертву более свободной и активной в принятии ре-

шения, способного кардинально изменить сложившуюся неблагоприятную ситуацию. В связи с этим полагаем, что для указанной категории жертв глав-

ными факторами, по которым пострадавшие не обращаются в правоохрани-

тельные органы, являются желание сохранить видимость семьи, ценность се-

мьи как таковой (независимо от содержания), опасение отрицательных внеш-

них суждений. Для жертв с низким социальным статусом определяющим мо-

тивом поведения выступает страх перед материальной незащищенностью се-

бя и детей, боязнь нищеты.

Таблица 12

Отношение жертвы к преступнику (семейно-бытовой аспект)

159

Как видим, наибольшей виктимностью обладают бывшие жены и со-

жительницы, жертвой каждого десятого истязания становится мать или отец.

Семейные или родственные отношения (зачастую продолжительные), нали-

чие общих детей, материальная зависимость во многом определяют нежела-

ние потерпевших обращаться в правоохранительные органы, что в итоге обу-

словливает высокий уровень латентности истязаний.

Считаем, что фактическая виктимность жен несколько занижена. Изу-

чение опыта превентивной работы участковых уполномоченных показывает,

что семейному насилию чаще всего подвергаются жены, на втором месте – сожительницы, на третьем – бывшие жены. Полагаем, что жены менее всех других жертв склонны обращаться за помощью в правоохранительные орга-

ны на первоначальных стадиях насильственного конфликта. Причиной этого является нежелание «выносить сор из избы» и боязнь нанести своим поступ-

ком ущерб семейным отношениям.

Жертвы – бытовые знакомые неоднородны по своему возрастному и социальному составу. В качестве специфической характеристики можно от-

метить следующее: каждый шестой из них имел весьма непродолжительное общение с преступником до совершения преступления («шапочное знакомст-

во») или впервые встретился с истязателем непосредственно перед причине-

нием жертве вреда.

160

Особенности нравственно-психологической характеристики жертв ис-

тязания можно раскрыть посредством изучения их мотивации. У каждой тре-

тьей жертвы истязаний обнаруживаются искажения в потребностно-

мотивационной сфере, выражающиеся в аффективных психических наруше-

ниях. Наиболее распространенное из них – депрессия. В качестве централь-

ного звена депрессии, по мнению психиатров, выступает «синдром обучен-

ной беспомощности», который можно определить как «устойчивый отказ от любых действий, направленных на избегание травмирующих событий»1. В

основе формирования «синдрома обученной беспомощности» лежит ста-

бильная уверенность человека в том, что его действия и поступки не могут быть удачными и позволят избежать негативного развития ситуации. Ука-

занный синдром наиболее часто встречается у жен, сожительниц, бывших жен и малолетних детей.

Для жертв истязания характерны следующие депрессивные симптомы: 1) аффективные – печаль, подавленный гнев, плаксивость, чувство ви-

ны, чувство стыда; 2) мотивационные – потеря положительной мотивации, нарастание из-

бегающих тенденций, возрастание зависимости;

3)поведенческие – пассивность, избегающее поведение, инертность;

4)физиологические – расстройство сна, нарушение аппетита, снижение влечений;

5)когнитивные – нерешительность, сомнения в правильности принято-

го решения или неспособность принять какое-либо решение из-за того, что каждое их них содержит нежелательные последствия и не является идеаль-

ным, представление любой проблемы как грандиозной и непреодолимой, по-

стоянная самокритика, нереалистичные самообвинения, пораженческие мыс-

ли, абсолютистское мышление (по принципу «все или ничего»).

1 Смулевич А. Б. Депрессии и коморбидные расстройства. Депрессия и психология эмоций

// URL: http://psychiatry.ru.

161