Истязание. Уголовно-правовые и криминологические аспекты. Монография

ний, составляющих идеальную совокупность со ст. 110 УК РФ, не существу-

ет1.

Так, Л. Андреева отмечает, что «при совершении преступления спосо-

бом, образующим в свою очередь самостоятельное преступление с иным объектом посягательства, когда к тому же этот способ в числе признаков первого преступления конкретно не перечислен, следует содеянное квалифи-

цировать как идеальную совокупность двух преступлений»2. С точки зрения Л. Андреевой, в случаях идеальной совокупности доведения до самоубийства и истязания последнее нуждается в самостоятельной оценке. Г.Н. Борзенков также полагает, что «доведение до самоубийства или покушение на него пу-

тем совершения действий, образующих самостоятельный состав преступле-

ния (истязание), требует квалификации по совокупности указанных преступ-

лений»3.

Противоположной позиции придерживается С.В. Бородин: «В тех слу-

чаях, когда жестокое обращение выражается в насильственных действиях,

представляющих по сравнению с доведением до самоубийства меньшую об-

щественную опасность, они не должны получать самостоятельного отраже-

ния в квалификации»4. Аналогичная точка зрения у Н.К. Семерневой5.

Полагаем, что в тех случаях, когда способами доведения до самоубий-

ства выступают систематические побои или иные насильственные действия,

носящие характер истязания, дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 117

УК РФ не требуется. Если же в действиях преступника содержатся признаки объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 117 УК РФ,

1См.: Шарапов Р.Д. Физическое насилие в уголовном праве. – М.: Юридический центр Пресс, 2001. – С. 300.

2Андреева Л. Спорные вопросы квалификации по совокупности преступлений // Советская юстиция. – 1969. – № 3. – С. 20.

3Курс уголовного права. Особенная часть: Учебник для вузов / Под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Комиссарова. – М.: ИКД Зерцало-М, 2002. – Т. 3. – С. 148; Борзенков Г.Н. Квалификация преступлений против жизни и здоровья. – М.: Зерцало-М, 2005. – С. 102.

4Бородин С.В. Преступления против жизни. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. – С. 301.

5См.: Уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов / Под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова, Г.П. Новоселова. – М.: Издательская группа НОРМА – ИНФРА-М, 1998.

– С. 39.

112

необходима квалификация по двум статьям: 110 и 117, так как часть вторая состава истязания обладает более высокой степенью общественной опасно-

сти. Это вытекает из сравнительного анализа сроков лишения свободы: санк-

ция по ст. 110 УК РФ – до 5 лет лишения свободы, по ч. 2 ст. 117 УК РФ – до

7 лет лишения свободы.

Отграничение истязания от причинения вреда здоровью средней тя-

жести. В случаях, когда в процессе истязания потерпевшему наносится вред здоровью средней тяжести, преступление в целом квалифицируется по п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ. Исключение составляют действия, предусмотренные ч. 2

ст. 117 УК РФ, в подобных ситуациях необходима совокупность двух статей.

Анализируя ч. 1 ст. 17 УК РФ, можно сделать вывод о том, что совокупность п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ не может составлять ч. 2 ст. 117 УК РФ. Учитывая,

что п. «в» ст. 112 не отражает специфику квалифицированного истязания,

санкция по которому выше, предлагаем в случае причинения вреда здоровью средней тяжести, квалификацию по соответствующему пункту части второй ст. 117 и ч. 1 ст. 112 УК РФ.

Отграничение истязания от причинения легкого вреда здоровью. Со-

временная правоприменительная практика исходит из того, что умышленное причинение легкого вреда здоровью охватывается диспозицией ст. 117 УК РФ и не требует дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 115 УК РФ. При этом последствия в виде легкого вреда здоровью не являются обязательным признаком истязания и на квалификацию не влияют. Следует помнить, что санкция по ч. 1 ст. 115 УК РФ не предусматривает наказание, связанное с изоляцией от общества, в то время как максимальное наказание по ч. 1 ст. 117 УК РФ составляет три года лишения свободы, а по части второй – до се-

ми лет лишения свободы. В связи с этим особую актуальность приобретает отграничение истязания, в результате которого причиняется легкий вред здо-

ровью, от умышленного причинения указанного вреда здоровью. Основным разграничивающим критерием будут выступать особенности субъективной стороны указанных правонарушений.

113

Совершение преступления, предусмотренного ст. 115 УК РФ, возмож-

но как с прямым, так и с косвенным умыслом, в отличие от истязания, кото-

рое может совершаться только с прямым умыслом. Необходимо, однако,

помнить, что прямой умысел при истязании направлен прежде всего на при-

чинение физических или психических страданий, а не на нанесение вреда здоровью какой бы то ни было тяжести.

Основная цель – поиздеваться, поглумиться над жертвой, подчинить её своей воле, создать для неё ситуацию постоянного страха. Для достижения этих целей виновный, как правило, комбинирует физические и психические формы насилия. Именно изощренность объективных проявлений субъектив-

ной направленности истязателя, его акцентуация на жестокости обусловлива-

ет повышенную общественную опасность истязания по сравнению с умыш-

ленным причинением легкого вреда здоровью. В последнем случае у пре-

ступника никак не обнаруживается желание мучить и терзать. Таким обра-

зом, отсутствие умысла на причинение физических или психических страда-

ний исключает квалификацию деяния как истязания даже в тех случаях, ко-

гда способ совершаемого преступления внешне напоминает истязание.

Так, органами предварительного расследования было установлено, что Г. в течение трех месяцев на почве личных неприязненных отношений сис-

тематически избивал свою жену С. Каждый раз муж наносил жене телесные повреждения в виде кровоподтеков и ссадин, без причинения вреда здоро-

вью, за исключением четвертого эпизода, когда в результате действий Г., по заключению судебно-медицинской экспертизы, потерпевшей был причинен легкий вред здоровью. Действия Г. органами предварительного расследова-

ния были квалифицированы по ч. 1. ст. 117 УК РФ. Однако в результате су-

дебного разбирательства было установлено, что супруги периодически ссо-

рились и во время этих ссор обоюдно применяли физическое и психическое насилие друг против друга. По показаниям свидетелей, муж и жена постоян-

но «ходили в синяках», при этом «кто кого больше бил», они точно сказать не могли. В связи с этим суд обоснованно, с нашей точки зрения, переквали-

114

фицировал действия Г. с ч. 1 ст. 117 УК РФ на ст. 116 и 115 УК РФ, указав в мотивировочной части приговора, что обоюдное нанесение побоев во время ссор на почве личных неприязненных отношений не может быть квалифици-

ровано как истязание1.

В то же время неправильное установление направленности умысла приводит в отдельных случаях к неправильной квалификации преступного деяния и необоснованному смягчению уголовной ответственности.

Так, хронический алкоголик К. днем 30 ноября 2000 г. нанес своей быв-

шей жене удар кулаком по голове и высказал угрозу убийством, которую по-

терпевшая восприняла как реальную. В тот же день он в ходе ссоры ударил бывшую жену головой о батарею (жертве в результате данных действий был причинен легкий вред здоровью), а также ногой в область бедра и снова уг-

рожал ей убийством. Через неделю на почве личной неприязни К. начал ду-

шить жену тряпкой, скрученной в виде жгута, приговаривая при этом, что отправит её на тот свет. Кроме того, К. нанес многочисленные удары по телу потерпевшей. Суд счел, что органы предварительного следствия ошибочно квалифицировали действия К. по ч. 1 ст. 117 УК РФ, так как не установлен умысел на систематическое причинение физических или психических стра-

даний. Также, по мнению суда, «не прослеживается определенная линия по-

ведения виновного, при котором потерпевшей причиняется не просто физи-

ческая боль, но и страдания, она унижается, над ней глумятся»2. В связи с этим суд квалифицировал действия К. по ст. 115, 116 и 119 УК РФ. Пред-

ставляется, что в данном случае имеет место классический вариант истяза-

ния, при котором тесно переплетаются способы как физического, так и пси-

хического насилия, направленные на подавление жертвы. Небольшой про-

межуток времени и высокая степень применяемого насилия (в том числе пе-

риодические угрозы убийством) вполне четко очерчивают единый умысел

виновного на причинение физических и психических страданий. В связи с

1Архив Амурского областного суда за 2001 г. Уголовное дело № 1-169.

2Архив Советского районного суда г. Омска за 1999 г. Уголовное дело № 1-32.

115

этим нет оснований говорить о его дискреционном характере в отношении побоев, угрозы убийством и причинения легкого вреда здоровью.

Отграничение истязания от побоев. Побои и «иные насильственные действия» выступают в качестве способов истязания. Следует проводить от-

граничение истязания от систематических побоев и от одноэпизодных или многоэпизодных «иных насильственных действий». Как и для разграничения истязания и причинения легкого вреда здоровью, в данном случае основным критерием следует признать направленность умысла.

Так, Ф. вместе с приятелем В. встретили на улице знакомую последне-

го, гражданку К. Ф. предложил отметить свое новое знакомство в принадле-

жащей ему квартире. Все согласились, купили в магазине две бутылки водки и полтора литра пива, а затем направились на квартиру Ф. После трехчасово-

го застолья Ф. стал высказывать недвусмысленные намеки о желательности интимных отношений с К. Когда последняя ответила отказом, Ф. разозлился,

стал оскорблять и угрожать ей. Ф. ударил К. несколько раз по лицу, а затем взял со стола нож и приставил его к горлу потерпевшей. Затем, приказав си-

деть смирно, стал наносить колотые раны кончиком ножа в область икр, рук и груди, отчего образовались порезы. Общее время насильственного воздей-

ствия составило около 15 минут. Когда К. попыталась убежать в другую комнату, Ф. догнал её и нанес в область спины удар ножом, который, однако,

в силу сильного алкогольного опьянения преступника не причинил большого ущерба здоровью К. Суд пришел к выводу, что предварительная квалифика-

ция по ч. 1 ст. 117 УК РФ не соответствует обстоятельствам дела, в связи с чем признал, что Ф. совершил преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 116

УК РФ. В мотивировочной части приговора было указанно, что, исходя из обстоятельств дела, «не доказано причинение потерпевшей физической боли в течение продолжительного времени и в действиях Ф. нет систематично-

сти»1.

1 Архив Октябрьского мирового суда г. Омска за 2005 г. Уголовное дело № 1-189.

116

Доводы суда вызывают некоторые сомнения. В качестве способа истя-

зания Ф. применял «иные насильственные действия», для которых признак систематичности не является обязательным. Далее, если суд считает, что констатация факта причинения физических или психических страданий не-

посредственно связана с протяженностью болевых ощущений, встает вопрос,

какой временной отрезок из них следует считать достаточным. На наш взгляд, физические страдания предполагают не только протяженность боли,

но и её высокую интенсивность.

Правильное установление субъективной направленности действий ви-

новного при совершении преступления можно проиллюстрировать примером из судебной практики.

Органами предварительного расследования действия А. квалифициро-

ваны по п. «г» ч. 2 ст. 117 УК РФ. Судебным разбирательством было уста-

новлено следующее. А. проживал совместно с женой, несовершеннолетним сыном Ромой (11 лет) и своей тещей. Алкоголем не злоупотреблял, работал плотником. Рома в школе учился посредственно, часто нарушал дисциплину в классе. Отец Рому наказывал, но физическое насилие к нему не применял,

хотя все время грозился. Вечером 4 апреля 2000 г. отец пришел с работы и взял у сына на проверку дневник. Увидев вырванные страницы, он снял с пояса ремень и со словами: «Только дедовский метод поможет» – выпорол мальчика1. Суд обоснованно посчитал, что причинять физические или психи-

ческие страдания отец сыну не намеревался. Как указано в мотивировочной части приговора, А. действовал «в воспитательных целях». В связи с этим содеянное А. было квалифицировано по ст. 116 УК РФ.

Отграничение истязания от угрозы убийством или причинением тяж-

кого вреда здоровью. В случаях квалификации истязания по совокупности с другими преступлениями в 94% совокупность истязанию составляли угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. В связи с этим остано-

1 Архив Кировского районного суда г. Омска за 2000 г. Уголовное дело № 1-648.

117

вимся кратко на характеристике этого «традиционного напарника» истяза-

ния.

Диспозиция части первой ст. 119 УК РФ устанавливает ответственность за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Объективная сторона состоит в угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Угроза – это устрашение человека путем психиче-

ского на него воздействия. Способы выражения угрозы могут быть различны-

ми: в устной или письменной форме, адресованной непосредственно потер-

певшему, через третьих лиц или его близких; с использованием телефона,

телеграфа, факса и т. п. Угроза может быть обращена в будущее или носить непосредственный характер1. Исходя из направленности посягательства,

можно сделать вывод о том, что непосредственным объектом данного пре-

ступления выступает психическая безопасность личности. Обязательным признаком объективной стороны состава угрозы закон называет реальность устрашения.

По вопросу определения реальности угрозы единого мнения в научном сообществе нет. Существует три основных подхода:

1) субъективный – определение реальности угрозы должно проводить-

ся посредством субъективного восприятия потерпевшего. Этой позиции при-

держивался Л. Крахмальник и И. Ной2; 2) объективный – оценка реальности угрозы проводится исходя из об-

стоятельств совершения преступлений (обстановка, время и другое). Сторон-

никами данного подхода являются, в частности, Л.В. Сердюк3 и Р.А. Левер-

това4;

1 См.: Курс уголовного права. Особенная часть: Учебник для вузов / Под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Комисарова. – М.: ИКД Зерцало-М, 2002. – Т. 3. – С. 198–199.

2См.: Крахмальник Л., Ной И. Об уголовной ответственности за угрозу убийством // Социалистическая законность. – 1959. – № 6. – С. 49.

3См.: Сердюк Л. В. Насилие – уголовно-правовое и криминологическое значение. – М.: Юрлитинформ, 2002. – С. 151.

4См.: Левертова Р.А. Ответственность за психическое насилие по советскому уголовному праву. – Омск: Омская высшая школа милиции, 1978. – С. 97–98.

118

3)объективно-субъективный – сочетание вышеуказанных критериев.

Следует согласиться с И.В. Лукьяновой, которая полагает, что «реаль-

ной следует считать угрозу, обладающую способностью вызвать у потерпев-

шего опасение ее осуществимости. При этом реальность угрозы складывает-

ся из возможности восприятия содержания и понимания значения угрозы сознанием и волей человека (субъективный фактор) и заложенного виновным в свой поступок угрожающего потенциала, рассчитанного исходя из особен-

ностей личности потерпевшего и сопутствующих совершению преступления обстоятельств (объективный фактор)»1.

К объективным факторам можно отнести форму выражения угрозы,

обстановку, место и время ее совершения, количество угрожающих, их физи-

ческие данные, возможности потерпевшего по оказанию сопротивления, ха-

рактер отношений между виновным и потерпевшим, данные, характеризую-

щие личность виновного и известные потерпевшему, сопутствующие угрозе действия по усилению психологического воздействия потерпевшего (демон-

страция оружия, имитация его применения, преступные действия).

Субъективными факторами, указывающими на реальность угрозы, яв-

ляются особенности восприятия угрозы потерпевшим, т. е. обстоятельства,

влияющие на оценку потерпевшим возможностей угрожающего привести уг-

розу в исполнение2.

Полагаем, что высказывание угрозы убийством или причинением тяж-

кого вреда здоровью в процессе истязания является не чем иным, как его способом, причиняющим психические страдания. Попробуем аргументиро-

вать свою позицию:

– угроза при истязании никогда не носит однократный характер; она обладает теми же временными характеристиками, что и иные насильствен-

ные действия;

1Лукьянова И.В. Угроза как преступление: социальная обусловленность криминализации и проблемы ответственности. – Калуга: Форт, 2004. – С. 89.

2Там же. – С. 90.

119

– по времени высказывания угроза почти всегда совпадает с нанесени-

ем систематических побоев или совершением «иных насильственных дейст-

вий»;

– основная направленность угрозы при истязании – подчинить волю потерпевшего, усилить эффект физического воздействия.

Полагаем, что самостоятельная квалификация по ст. 119 УК РФ воз-

можна только в тех случаях, когда угроза выпадает из системы истязания и носит однократный характер. Возникает также вопрос, почему суды в случа-

ях неоднократно высказанной угрозы нередко квалифицируют действия пре-

ступника по ст. 119 УК РФ только один раз.

Зачастую суды квалифицируют угрозу там, где действия преступника непосредственно сопряжены с применением физического насилия. Это со-

вершенно недопустимо, так как угроза, хотя и может сопровождаться демон-

страционными действиями, своим объектом имеет психику человека, а не его телесную оболочку. В связи с этим никак нельзя согласиться с мнением И.В. Лукьяновой, считающей, что нанесение побоев при совершении угрозы убийством охватывается ст. 119 УК РФ1. У этих статей разные непосредст-

венные объекты и разный механизм причинения вреда. В качестве иллюстра-

ции неправильного, на наш взгляд, подхода суда к квалификации угроз с применением физического воздействия можно привести следующий пример.

М. в течение 4 месяцев систематически издевался над сожительницей.

В материалах дела нашли отражение семь эпизодов побоев. Отдельно как уг-

роза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ)

были квалифицированы следующие действия. М. в один из дней избил сожи-

тельницу и, угрожая убийством, накрыл её лицо подушкой, отчего последняя начала задыхаться. Когда потерпевшая начинала терять сознание, он убирал подушку. Подобные манипуляции он проделал несколько раз. На другой день он, угрожая убийством, опускал голову жертвы в унитаз и нажимал слив, от-

1 См.: Лукьянова И.В. Указ. соч. – С. 102.

120

чего жертва начинала захлебываться. Свои действия он также повторил не-

сколько раз1.

Следует согласиться с Р.Д. Шараповым, что «в случаях, если угроза как способ сложного насильственного преступления выразилась в запугива-

нии потерпевшего убийством или причинением тяжкого вреда здоровью,

вопрос о том, охватывается ли такая угроза насильственным способом еди-

ного сложного преступления либо нуждается в дополнительной квалифика-

ции по ст. 119 УК РФ, решается в зависимости от соотношения характера и степени общественной опасности сложного насильственного преступления в целом с характером и степенью общественной опасности преступления,

предусмотренного ст. 119 УК РФ»2.

Таким образом, если угроза убийством выступает в качестве способа причинения психических страданий, нет необходимости в квалификации по совокупности двух статей: 119 и 117 УК РФ. Следует отметить, что эту пози-

цию разделяют 32,7% опрошенных нами следователей и 31% судей.

Приведем наиболее показательные примеры из судебной практики.

Н., желая избавиться от совместного проживания с бывшей женой О., с

целью вынудить её съехать систематически избивал последнюю. В процессе каждого избиения Н. угрожал О. убийством. Н. заставил написать бывшую жену записку о самоубийстве и впоследствии при каждой угрозе говорил, что сделает так, что никто не узнает об убийстве, так как есть записка. О. испы-

тывала не только физические страдания, но и переживала панический страх,

а также чувство абсолютной беспомощности. Это состояние продолжалось в течение полутора месяцев3. Суд квалифицировал действия виновного как ис-

тязание и угрозу убийством. Последняя статья вменена излишне, так как вы-

сказываемые угрозы были направлены на причинение психических страда-

ний и выступали в качестве необходимого способа истязания.

1Архив Октябрьского суда г. Омска за 2000 г. Уголовное дело № 1-225.

2Шарапов Р.Д. Вопросы квалификации преступных угроз // Уголовное право. – 2006. – № 1. – С. 61.

3Архив Мухоршибирского районного суда Республики Бурятии за 2000 г. Уголовное дело № 1-183.

121