История Юга России в новейший период (1914 –2000-е годы). Учебник

Тема 5. Юг России в 1990-х годах: особенности развития

рового опыта жизни в условиях депортации карачаевское население оказалось полностью подготовленным к включению в рыночные отношения и наименее уязвимым в ситуации безработицы, то становится понятной озабоченность представителей других этнических групп растущей «карачаевизацией» традиционно городских сфер профессиональной деятельности.

Сохранив формально доминирующее положение, глава КЧР В. Хубиев не создал прочной основы для политической стабильности. Об этом свидетельствуют хотя бы развернувшиеся дебаты в процессе обсуждения нового проекта конституции КЧР. Предмет спора сторон все тот же: стремление отклонить учреждение поста главы республики и жесткое отстаивание его со стороны карачаевцев; стремление юридически зафиксировать принципы паритетного представительства народов в органах власти и ротации кадров и отсутствие их в проекте конституции. Эти проблемы вызвали попытку объединения лидеров национальных общественных организаций («Адыгэ Хасэ», «Бирлик», части карачаевцев) в феврале 1996 г. и создания организованной оппозиции по отношению к исполнительным органам власти республики1. Принятие в марте 1996 г. Конституции КЧР, в которой не преодолены пункты разногласий сторон, боязнь главы республики изменить механизм легитимности своей власти – пойти на всенародные выборы, копирование конституцией КЧР президентской формы правления, которая не принимается большей частью населения республики, – все это свидетельствовало о сохранении в республике политического кризиса. Он вновь обострился на выборах на пост главы республики в апреле–мае 1999 г. Они проходили в два тура и в итоге разделили население республики на две стороны, поддерживавшие кандидатуру либо черкеса С. Э. Дерева, либо лидера карачаевской оппозиции генерала В. М. Семенова. Вновь возникли лозунги о разделе республики.

Иными словами, если для руководства Республики Адыгея и Кабардино-Балкарии было характерно стремление создать

1 День Республики. 1996. 2 марта.

141

Раздел I. Теория вопроса

широкую социальную базу для проведения внутриполитического курса и правовую основу для него, то руководству КЧР в большей степени было присуще стремление опереться на помощь федерального центра. В этой ситуации при слабости оппозиционных движений на некоторое время была достигнута относительная политическая стабильность. Однако латентная межэтническая напряженность вызвала миграционный отток русской части населения республики. По данным республиканских органов статистики, с 1992 г. русские составляют от 48 до 51 % всех выезжающих.

Анализ этнополитических процессов в данной группе республик показывает, что доминантой в них выступает этнический фактор, который провоцируется осмыслением проблемы создания оптимальных условий воспроизводства этнической группы, будь то расширение территории проживания, перераспределение собственности и природных ресурсов или контроль за системой организации жизни в целом (госуправление).

Руководители Адыгеи и Кабардино-Балкарии продемонстрировали эффективность объединенных усилий общественных организаций и официальной власти. Официальные лидеры – президенты А. Джаримов и В. Коков – реализуя в своей политике цели наращивания властных ресурсов адыгского народа, которые соответствовали также целям национальных движений, стали одновременно и неформальными лидерами. Вместе с тем, опираясь на правовые механизмы и включая в систему власти национальных лидеров, они обеспечили мирный и постепенный (а поэтому малозаметный стороннему взгляду) процесс этнизации республик. Именно поэтому оппозиционные национальные движения («Комитет – 40», «Конгресс кабардинского народа») свернули свою деятельность: их цель – достижение национального суверенитета – оказалась реализованной средствами официальной власти в рамках существующих республик. В 1992 г. были заключены межреспубликанские договоры об экономическом и культурном сотрудничестве между всех трех республиками (включая Карачаево-Черкесию), что выступило знаковым шагом по пути межреспубликанской интеграции.

142

Тема 5. Юг России в 1990-х годах: особенности развития

5.4. Этнополитические процессы в Дагестане: борьба за сохранение единства республики

Дагестан из всех северокавказских республик обладает наиболее сложной этнической структурой населения. Здесь проживает около 30 автохтонных народов1, а также представители славянских и тюркоязычных (азербайджанцы, татары) народов, переселившиеся на эту территорию в XIX–XX вв. По данным переписи населения 1989 г., в этнической структуре Дагестанааварцы составляли 27,5 % населения, даргинцы – 15,6 %, кумыки – 12,9 %, лезгины – 11,3 %, русские – 9,2 %, лакцы – 5 %, табасараны – 4,3 %, азербайджанцы – 4,2 %. Всего в Дагестане проживало 1 802 188 человек. Это самая большая по территории и численности населения республика Северного Кавказа. Известный дагестанский ученый Р. М. Магомедов отмечает парадокс: при высоком уровне полиэтничности и многоязычия этого района, где ни один народ не составлял большинства по отношению к другим, а также при его политической децентрализации народы соседних территорий, как и сами дагестанские народы, воспринимали его как некую единую страну. Причина этого усматривается в процессах экономического и культурного сближения, которые,«имея основу в общем происхождении этих народов, в общности их исторических судеб, в многочисленных общих моментах их языков и культурного наследия, постепенно выдвигают на первый план в сознании дагестанцев моменты их общности как основные, а локальные моменты становятся второстепенными»2. Это наблюдение Р. М. Магомедова, которое разделяется многими учеными, схватывает важнейшую черту, характеризовавшую социокультурную сторону жизни Дагестана на протяжении многих веков. Однако в последние десятилетия наблюдается развитие другой тенденции – дезин-

1Автохтонный – местный, коренной по происхождению.

2Магомедов Р. М. Дагестан: Исторические этюды. Махачкала: Даг. кн. изд-во, 1975. С. 73.

143

Раздел I. Теория вопроса

теграционной. На глазах политиков, ученых, деятелей культуры Дагестана развивается тенденция «раскатывания», казалось бы, сложившейся историко-культурной общности на отдельные этнотерриториальные единицы: Кумыкию, Ногайскую степь, Лезгистан, Нагорный Дагестан. Прямо противоположную точку зрения по отношению к подчеркиваемому Р. М. Магомедовым единству Дагестана высказал один из лидеров кумыкского движения, К. Алиев: «Мы все одна семья? – Нет, мы не семья. Мы сообщество многочисленных народов, исторически сосуществующих на этой древней земле и находящихся в сложной стадии национально-государственного развития и формирования межэтнических, межсубъектных отношений»1. Распространенность таких противоположных оценок свидетельствовала об актуальности проблемы сохранения единства республики.

Основные споры и претензии, обнажившиеся в межэтнических отношениях в Дагестане в конце 1980-х гг., возникали в связи с постепенно происходящей внутриреспубликанской миграцией населения с горных районов в равнинные. Статистические данные переписей населения, проведенных в 1970, 1979, 1989 гг. в Дагестане, свидетельствовали о растущей тенденции коренизации населения горных районов при уменьшении общей численности их населения и увеличении степени культурного разнообразия населения равнинных районов за счет переселения в них горцев. Эти территории исторически были заселены преимущественно кумыками. Дефицит пригодных для производства сельхозпродукции земель при растущей миграции способствовал зарождению очагов напряженности. Она стала проявляться более интенсивно по мере ослабления центральной власти и развития дезинтеграционного процесса в масштабах СССР. На первый план внутриреспубликанской политической жизни межэтнические отношения вышли в связи с необходимостью реализовать закон «О реабилитации депортированных народов». В период де-

1 Тенглик. 1994. 25 февр.

144

Тема 5. Юг России в 1990-х годах: особенности развития

портации чеченского народа из Чечни (1944) были выселены также чеченцы из Ауховского района Дагестана (чеченцыаккинцы). В их аулы административным решением были переселены из горных районов аварцы и лакцы. Теперь согласно закону о реабилитации требовалось передать территорию этих населенных пунктов чеченцам-аккинцам. Наряду с этой проблемой остро обсуждались также вопросы территориального воссоединения ногайцев, расселенных в северной части Дагестана, и лезгин, расселенных в южном пограничье с Азербайджаном. Эти народы разделены административными и государственными границами ранее единого Советского Союза. Ногайцы разделены административными границами Чечни, Дагестана и Ставропольского края; лезгины – государственной границей между РФ и Азербайджаном.

Общая тенденция суверенизации республик в Дагестане также поставила проблему организации власти в условиях сложного культурного состава населения. На протяжении советского периода политическое руководство республикой рекрутировалось, как правило, из представителей двух наиболее многочисленных народов – аварцев и даргинцев. Из этих народов формировалась также партийная и советская номенклатура, представители которой многие экономические вопросы решали в пользу своих народов. В первую очередь это касалось вопросов земли, выделения зимних пастбищ на равнинах, куда перегонялся скот из горный районов, установления закупочных цен на сельхозпродукцию (для горных районов она была выше, чем для равнинных) и др. Важно отметить характерную особенность республиканской власти: ее внутренняя социально-экономическая политика выстраивалась по этническому принципу. Об этом свидетельствуют хотя бы следующие факты: проблема переселения решалась не индивидуально каждым желающим гражданином, а республиканскими органами власти применительно к этнической группе; точно также и проблема трудоустройства решалась путем передачи земли (предмета и средства труда) отдельным этническим группам (народам). С этой точки зрения органы

145

Раздел I. Теория вопроса

государственной власти Дагестана обеспечивали реализацию не прав гражданина, а прав народов. Такой подход соответствовал представлениям населения, защищавшего свое право вести традиционные формы хозяйствования и контролировать территорию своего расселения. Водораздел между политическими представителями народов в вопросах организации политической системы был связан непосредственно с вопросами территории: равнинные народы (кумыки, ногайцы, казаки), земли которых активно заселяются горцами, выступают за достижение собственной или совместной (ногайцы и казаки) государственности, горские народы – за сохранение централизованной целостности Дагестана. Попытка создать собственную государственность экономически более автономными равнинными и плоскостными районами рассматривается как угроза физическому выживанию горских народов. Поэтому и сама идея федерализации Дагестана (при условии создания государственности отдельных народов) руководством республики

игорским населением воспринималась резко отрицательно. Политическая ситуация в республике обострилась в 1992–

1993 гг. Национальные движения, представляющие интересы народов Дагестана, –«Тенглик» (кумыкское движение), «Бирлик» (ногайское движение), «Садвал» (лезгинское движение), аварские народные движения, «Цадеш» (даргинское движение), казачий круг и др. – провели оппозиционный по отношению к официальной власти съезд, но не смогли согласовать свои взгляды по вопросам государственного устройства, выработать единую позицию, а поэтому и программу совместных действий. В эти же годы произошло размежевание в религиозной сфере. В Дагестане ислам занимает традиционно прочные позиции. Его исповедуют, за исключением казачества, все коренные народы республики. Но разногласия между лидерами различных национальных движений вызвали раскол и среди мусульман. На I съезде мусульман Северного Кавказа (май 1989 г.) из Духовного управления мусульман Северного Кавказа (ДУМСК) выделились духовные управления (ДУ) чеченцев, кабардинцев и других народов Северного Кавказа.

146

Тема 5. Юг России в 1990-х годах: особенности развития

В Дагестане прошли выборы муфтия ДУ мусульман Дагестана (ДУМД). В феврале 1992 г. на III съезде мусульман Дагестана произошло размежевание мусульман по этническому признаку уже на внутриреспубликанском уровне. Муфтием был избран ректор Исламского института в Кизилюрте, один из лидеров Исламской демократической партии (ИДП), С.-А. Дарбишмагомедов, который сменил Багавутдина Исаева (кумыка). Это избрание признало большинство аварцев, лакцев, лезгин, частично – чеченцы и даргинцы, но не признали кумыки и большая часть даргинских общин. Было образовано кумыкское ДУ. Тем самым религия также не могла выполнить интегрирующую функцию. Напротив, обострение политической борьбы между лидерами разных народов вызвало тенденцию политизации ислама, создания исламских партий.

Процесс этнического обособления, который повлек и религиозное размежевание, остро поставил проблему удержания политической целостности республики и перед государственными органами, и перед определенной частью населения. Властным органам удалось организовать и провести съезд народов Дагестана, на котором доминировала идея сохранения единства республики и значительную роль в работе которого сыграла Коммунистическая партия Дагестана. Наиболее существенным результатом работы съезда стало обсуждение проекта конституции республики и жесткое определение ее принципиальных позиций, а именно: необходимости сохранения единой государственности народов Дагестана, проведения конституционной реформы, закрепления «единой формы государственного устройства Республики Дагестан в составе РФ», отказа от идеи двухпалатного парламента1. Документы съезда отличались и современной общероссийской демократической риторикой: в них заявлялось о необходимости утверждения и

1 Резолюция съезда народов Дагестана по вопросу о проекте Конституции РД // Дагестан: этнополитический портрет. Очерки. Документы. Хроника / сост. и отв. ред. В. Ф. Грызлов. М.: Центр по изучению межнациональных отношений ИЭА РАН, 1994. Т. 2. С. 52.

147

Раздел I. Теория вопроса

реализации принципа разделения властей, закрепления прав

исвобод личности, формирования органов власти на основе профессионализма и т. д. Однако результаты выборов в верховные органы власти РФ по республике и результаты проведения референдума по вопросу о введении поста президента в РД четко показали этнический компонент в политической жизни. Так, идея института президентской власти в республике была поддержана в 12 горных районах, население которых составляют в основном аварцы и даргинцы. Все города, отличающиеся смешанным этническим населением и в которых горцы пока не занимали численно доминирующей позиции, а также 29 сельских плоскостных, равнинных и степных районов отклонили возможность введения поста президента в Дагестане. Депутатами в Федеральное Собрание РФ на протяжении двух избирательных кампаний избираются преимущественно аварцы и даргинцы, при этом во время избирательной кампании 1993 г. были убиты два претендента на пост кандидата в Совет Федерации – Б. У. Гаджиев (кумык)

иА. Б. Байрамов (лезгин).

Высокий уровень этнической мозаичности населения республики определил направление конституционной реформы. Пока национальным движениям не удалось изменить характер политической организации Дагестана: он остался единым политическим целым, основанным на принципе централизованного управления. Однако руководство республики оказалось вынужденным учесть политические позиции национальных движений. Это проявилось в важных статьях принятой

в1994 г. конституции РД:

–в отличие от всех республик Северного Кавказа в РД учреждена не должность президента, а коллегиальный глава государства («коллективный президент») – Государственный совет;

–Государственный совет формируется на основе равного представительства коренных народов Дагестана (по 1 представителю от 14 коренных народов Дагестана);

–введен принцип ротации кадров в верхнем эшелоне власти республики: так, на пост председателя Госсовета может

148

Тема 5. Юг России в 1990-х годах: особенности развития

поочередно избираться представитель одного из коренных народов и только на один срок (два года); два срока подряд не может избираться представитель одной национальности;

– высший законодательный орган – Народное собрание – формируется на основе квотного (пропорционального) представительства коренных народов.

Принятие конституции и проведение в марте 1995 г. выборов в парламент республики показали снижение на некоторое время остроты ситуации в сфере межнациональных отношений. Содержание конституции свидетельствует о компромиссе, достигнутом властными органами и ведущими оппозиционными движениями – «Тенглик», «Садвал», «Бирлик». Однако сравнение выдвинутых требований со стороны этих движений и установленных конституционных норм показывает, что нерешенной оказалась важнейшая проблема, вызывающая межэтнические противоречия, – проблема землепользования. Механизм пропорционального представительства народов в Народном собрании в условиях, когда численно доминирующие горские народы (аварцы и даргинцы) составляют чуть меньше половины населения республики, а политические движения кумыков, ногайцев и лезгин разобщены в силу различия политических устремлений этих народов, оказался малоэффективным для достижения консенсуса политических сил при решении острых проблем.

Дальнейшее развитие событий показало стремление руководства республики обойти неудобные статьи конституции, в частности двухлетний срок работы Госсовета. Так, например, 26 июля 1996 г. истекали полномочия избранного состава Госсовета. Но уже 29 февраля 1996 г. на девятой сессии Народного собрания РД обсуждался вопрос о продлении работы Госсовета и его председателя на второй срок. Постановка этого вопроса вызвала новый всплеск политической активности и обострение политической ситуации в республике. Нарастание политической напряженности в Дагестане и в Северо-Кав- казском регионе в целом, этнизация органов власти вызвали отток русского населения из республики, его замещение

149

Раздел I. Теория вопроса

горцами. Показательной в этом отношении является динамика этнического состава Кизлярского района. По переписи 1970 г., русское население в нем составляло 66,9 %; по переписи 1979 г. его численность снизилась до 49,6 %; перепись населения 1989 г. показала уменьшение численности русских до 29,4 %. Аварская группа населения в этом районе, напротив, за данный период увеличилась с 10,5 до 29,9 %, даргинская – с 4,9 до 15 %.

5.5. Борьба за суверенитет в Чечне, вооруженный конфликт, распад Чечено-Ингушской Республики

Наибольшей остроты этнополитический процесс достиг в Чечено-Ингушетии. Закон о реабилитации репрессированных здесь был воспринят с воодушевлением. Проходивший 22–23 ноября 1990 г. Чеченский национальный съезд (ЧНС) декларировал суверенитет Чеченской республики (Нохчи-чо). На съезде был избран исполнительный комитет, который занял либерально-критическую позицию по отношению к властным структурам. Председателем исполкома ЧНС стал действующий генерал авиации ВВС СССР Джохар Дудаев, а его первым заместителем и фактическим руководителем ЧНС в период продолжающейся военной службы Дудаева – Л. Умхаев.

27 ноября 1990 г. Верховный Совет Чечено-Ингуш- ской Автономной Советской Социалистической Республики (ЧИАССР) принял «Декларацию о государственном суверенитете Чечено-Ингушской республики». Данный статус предполагал подписание республикой на равноправной основе союзного и федеративного договоров. Однако целью национальных активистов было достижение выхода республики из состава РСФСР. Эта позиция была изложена идеологом Вайнахской демократической партии (ВДП) З. Яндарбиевым. Выйдя в отставку, Д. Дудаев вернулся в республику и активно включился в политическую борьбу. В мае 1991 г. он заявил, что в связи с провозглашением суверенитета нынешний законода-

150