История массовой драматической литературы ХVIII века. Театр интермедий. Монография
.pdf
Глава II. Сюжеты интермедий школьного и массового театра
Школяр недоволен успехами ученика и бьёт его плетью. Интермедия завершается моралью:
«Кто ся не хощет в юности труждати, должно тому есть в старости страдати».
Интермедия «Старик, учитель и цыган» — по сюжету продолжение предшествующей интермедии.
Выходит старик и жалуется: от одного дня занятий книжной мудростью у него распухла голова, но надеется — двух дней для него окажется достаточно, чтобы сделаться «великим философом».
Появляется учитель-школяр; он предлагает старику «изострити» его тупую голову.
Сэтой целью школяр берёт брус и начинает рвать волосы
устарика. Старик с криком убегает, потом возвращается и бьёт школяра.
Выходит цыган и прогоняет старика.
Сюжет интермедии «Астролог и мужик» сводится к следующему. Выходит астролог с трубой, глядит в неё на звёзды, чтобы по ним определить будущее. Астролог предвещает «ведро», хорошую погоду, а неожиданно начинается дождь.
К тому же, пока астролог смотрел в небо, вор утащил его одежду194. К довершению всех бед засмотревшийся в небо астролог падает в яму, а проходящий мимо мужик195 говорит ему:
194Сатира на астрологов распространена в немецкой литературе XVII в.: «…в XVI–XVII веках появилась обширная литература пародий на астрологические календари и гороскопы, получившая распространение как в Германии, так и за её пределами (Рабле, Аретино, Каведо
идр.).Подобноастрологам,которыепоположениюпланетпредсказывали погоду и различные события частной и общественной жизни…, авторы пародий, утрируя напыщенное глубокомыслие календарей
игороскопов, сделали свои шуточные предсказания, изобиловавшие сатирическими намёками на текущие события». (Пуришев Б.И. Очерки немецкой литературы XV–XVII вв. — М., 1955 — С. 228.)
195В первой интермедии М. Довгалевского к «Комическому действию на Рождество Христово» выходит астроном и хвалится наукою,
61
История массовой драматической литературы XVIII века. Театр интермедий
«Впал еси в яму тёмную глубокую, за то, что в небе зрел еси высоко.
Лучше под ноги прилежно смотрети, землю орати, ижде в звёзды зрегти».
Винтермедии «Старик и смерть»196 старик, несущий вязанку дров, жалуется на старческую немощь, даже помышляет о смерти как избавлении от бессильной старости.
Но лишь только появилась смерть с косой, как испуганный старик объясняет ей: звал её на помощь, просит помочь нести ему дрова.
Но неумолимая смерть взмахивает косой, и старик умирает. Главнымдействующимлицомвыступаетмужиквинтермедиях «Шапошник и мужик»197 и «Могильщик с кобыльником»198.
Винтермедии «Шапошник и мужик», изданной В. Миллером в 1900 г., изображается продавец шапок: он зазывает покупателей.
Появляется мужик; шапошник предлагает ему обменять его старый картуз на новую шапку за сходную цену. Недоверчивый провинциал не соглашается.
Шапошник обвиняет его в скупости:
«Веть скупость же злая в человеке то зародится, вед не только из рубля, но из полушки задавится.
к нему выходят два мужика, литвин и цыган. (Петров Н. Очерки из истории украинской литературы XVIII в. Киевская искусственная преимущественно драматическая литература XVIII в. — С. 69.)
196«Интермедия на три персоны: смерть, воин и холопец своею темой имеет… чрезвычайно распространённый в старинной письменности мотив прения между Жизнью и Смертью, Аникой — непобедимым воином и тем, кто не щадит ни царей, ни королей, ни гетманов… Впрочем, комизм интермедий иногда граничит с мрачным гротеском…» (Белецкий А.И. Старинный театр в России. — М., 1923 — С. 89.)
197Миллер В.Ф. Указ. соч. — С. 755–760.
198Тихонравов В.Н. Русские интермедии. — С. 57–60; Миллер В. Указ. соч. — С. 761–767.
62
Глава II. Сюжеты интермедий школьного и массового театра
Уши те и так, кажется, от морозу то побилели, а он еще говорит, что опрели».
Наконец шапошник уговаривает мужика выбрать шапку по мошне.
Мужик выбирает шапку: «Нечево, братец, на верхние те смотреть, подай которая висит пониже», — говорит он торговцу.
Шапошник и мужик торгуются, причём шапошник набавляет цену, ругая мужика:
«А кой ты! Кажется у тебя борода велика, а ума то нет тебе ни на лыка».
Мужик всё не соглашается купить шапку.
Тогда шапошник сажает мужика перед зеркалом и надевает на него первую попавшуюся под руки шапку, на все лады расхваливая её:
«Ах, куды ета как тебе изрядно шапка та пристала. Хоть куды поди, так всяк скажет, что тебе неоругала».
Видя: мужик готов купить шапку, продавец набавляет цену с тридцати копеек (которые он выпросил в начале) до «полтины».
Мужик, уже не торгуясь, покупает:
«О, браечь, я чаял што вороваты горочкие те купчи, ано ежжо такие как и наша братья, деревенские глупчи».
Мужик в обнове встречает знакомого мужика и хвастает покупкой. Мужик сначала ругает шапку («не стоит цены»), но затем тоже хвалит её:
«Ах, дядюшка, скол ты мастер торговать и шапок те хороших выбирать!
Не ошибся ета ты, не дал лишины копейки ведь ета поискать во все ряду эдакой тулейки».
63
История массовой драматической литературы XVIII века. Театр интермедий
Второй мужик просит примерить шапку; он хочет погулять в ней. Первый мужик разрешает. Знакомец его надевает на себя шапку и убегает. Появляется третий мужик и стыдит первого за ротозейство:
«Эдакая ты борода пустая!
Впрямь не попусту деревенский наш брат назван зевака. Вот тя обманул и унес (шапку) как собака!»
Первый мужик бежит вслед за вором со словами: «Ми и сами на это уж доки: пойду да как найду, да как нагну, да отломаю ему боки».
Диалог двух деревенских мужиков составляет содержание интермедии «Могильщик с кобыльником», изданной Тихонравовым с подзаголовком «Proludium septimum» и входящей в состав школьной драмы («панегирика») «Стефанотокос».
Выходит «могильщик» — мужик, хочет рыть могилу своему отцу. Появляется другой мужик — «кобыльник», он ищет пропавшую кобылу. Оба мужика, и кобыльник, и могильщик, не слыша толком друг друга, говорят каждый про своё, могильщик об умершем воре-батюшке, кобыльник — о пропавшей кобыле: на этом построен комический диалог.
Могильщик, копая могилу, оплакивает отца:
«Некому уже теперь головушки погладить, только всяк заехать по затылку ладит».
Выходит другой мужик, разыскивая пропавшую кобылу: Кобыльник: Ей! Что, брат, тя так рано свозило199 в пол-
ночь?
Могильщик: Спасибо, добрый человек, надобно Божья помощь. Кобыльник: Не видал ли ты этта моей кобылы? Могильщик: Хорошо голубчик, пособи ко мне копать моги-
лы, однако зде есть и лопата.
199В варианте этой интермедии, изданном В. Миллером, более точное слово «взвозило», т.е. «подняло».
64
Глава II. Сюжеты интермедий школьного и массового театра
Кобыльник: нет! Не гораздо она была особо низковата. Таки и очень была высока.
Могильщик: На што? Не надобна очень глубока…
Диалог продолжается в таком же духе до тех пор пока кобыльник, не расслышав слова могильщика, решает, что тот поймал его кобылу; диалог обостряется:
Кобыльник: … Как хочь отдавай, хоть роди боком. Могильщик: ну, брат, правду ты говоришь, что вышло ему
воровство соком (отцу могильщика)».
Не на шутку разозлённый кобыльник угрожает: «Ты говори чорту аминь, а чорт таки чортом всё глядит в овин, отдавай мне кобылу, полно шалберить200… Да уж, вижу, что с тобою не быть без драки».
На что могильщик невозмутимо отвечает:
«У кого? У бачка-то? У ево были три собаки, хоть и сам он был не последний вор, да таки надобно, чтобы стерегли и свой двор…
Часто и то бывает, что и чорт на чорта набегает».
Наконец, кобыльник грозит передать дело в губернскую канцелярию:
«… Нет, брат, турусу на колёсах повезёшь, а то ты точишь шары да вары».
Сын (могильщика) — Пойдём, коли хошь, то увидишь какие анбары…»
Интермедия с тем же сюжетом под названием «Могильщик и кобыляк» издана В.Ф. Миллером201.
Однако опубликованный им вариант неполон: в нём нет кон-
ца.
Как сообщает В.Ф. Миллер, «новый список «Могильщика и кобыляка» на 14 стихов короче прежнего. Он кончается словами: «У кого? У бачка-то? У йово были три собаки»202.
200Шалберить — то же, что и «точить лясы», т.е. заниматься вздорной болтовнёй.
201Миллер В. Указ. соч. — С. 761–767.
202Там же. — С. 755.
65
История массовой драматической литературы XVIII века. Театр интермедий
Кшкольным интермедиям относятся ещё две — «Богатырь
ирусский воин»203 и «Пьяница и блудный»204, возникшие в конце XVII — начале XVIII в.
Интермедия «Богатырь и русский воин» — одна из многочисленных вариаций прения Аники-богатыря и смерти.
Выходит богатырь и хвастливо спрашивает: «Кто мне в силе равен, желаю познати».
Появляется русский воин и вызывает хвастливого богатыря на бой; тот струсил, русский воин бьёт его плетью, и богатырь просит пощады.
В интермедии «Пьяница и блудный» пьяница хочет выпить за здоровье блудного.
Блудный кладёт в чашу с вином сто червонцев и предлагает пьянице выпить чашу до дна.
Пьяница выпивает и умирает.
Появляется демон и уносит душу пьяницы в ад; блудный же продолжает веселиться.
2.Сюжеты рукописных шутовских интермедий массового театра
Наряду с интермедиями школьного театра, большую роль в развитии русской комедии сыграли интермедии массового театра XVIII в., возникшего в Петровскую эпоху.
Н.Н. Евреинов считает первым из русских драматических сочинителей Семёна Смирнова, одного из учеников Иоганна Кунста, сочинившего две пьесы — «Шутовскую о Тенере — Лизеттине отце-винопродавце; перечневая» и «Шутовскую о Тонвуртине, старом шляхтиче с дочерью; перечневая».
Историк театра уточняет: «Прибавка к названиям пьес слова «перечневая» даёт понять, что объектами названной драматургии были, собственно, не пьесы, целиком написанные Семёном Смирновым, а лишь сценарии, которые дополнялись, при представлении, актёрской импровизацией текста; эпитет же «шутовская» показывает, что мы имеем дело с драматургией, имеющей
203Тихонравов Н.С. Русские драматические произведения 1672– 1725 гг. — Т. 1. — С. 413–415.
204Там же. — С. 417–418.
66
Глава II. Сюжеты интермедий школьного и массового театра
характер тех комических интермедий, какие стало обычаем вставлять между актами серьёзной пьесы. Многие из этих интермедий — вернее, большинство их — восходят к западным оригиналам, но отыскать их историки театра находят крайне затруднительным, а порой и невозможным, так как эти «шутовские» пьески были фаршированы импровизированным диалогом, где старина и новизна покрывали одну другую»205. Эти интермедии, хранящиеся в отделе рукописей Российской национальной библиотеки, мы проанализировали.
В массовом театре XVIII ст. можно различить два рода театральных представлений.
Во-первых, интермедии с участием «дурацких персон» — Фарноса и Гоноса. Отрывки из них сохранились в виде надписей на лубочных листах.
Другую группу интермедий массового театра составляют рукописные популярно-шутовские интермедии, необходимая фигура в которых — гаер (Герлекин, Херлекин, Арлекин).
Несомненное воздействие на шутовские интермедии массового театра XVIII в. оказали традиции шутовской перечневой интермедии Петровского времени206 (шутовские процессии, об- ряды-пародии и пр.).
Кроме того, на рукописные популярно-шутовские интермедии повлияла и народная итальянская комедия («арлекинады» и «панталонады»): в течение нескольких лет (1732–1735 гг.) труппы итальянских артистов гастролировали в России.
В.В. Сиповский в статье «Итальянский театр в СанктПетербурге при Анне Иоанновне (1733–1735 гг.)» указывает — «в огромном большинстве тех пьес, которые давались у нас в 1733–1734 годах приезжими итальянскими артистами, действуют Арлекин и Панталон, эти два любимые типа народного итальянского театра»207.
Эти интермедии и комедии с участием Арлекина подхвачены деятелями русского массового театра: Арлекин ассоциировался
205Евреинов Н.Н. История русского театра. — С. 104–105.
206См.: Крюгер А. Самодеятельный театр при Петре I // Старинный спектакль в России XVII–XVIII в. — Л.: Acadmia, 1928. — С. 358–381.
207Русская старина. — 1900 — июнь. — С. 595.
67
История массовой драматической литературы XVIII века. Театр интермедий
с образом шута скоморошьих игрищ, образом, возродившимся в поперечной шутовской комедии Петровского самодеятельного театра.
Надо заметить: как и в итальянской «commedia dell’arte», пьесы Петровского самодеятельного театра носили «перечневый» характер, т.е. импровизационный момент в них был основным.
А. Крюгер, исследователь Петровского самодеятельного театра, убеждён: в то время «маскарадные празднества обдумывались, несомненно, лишь в общих чертах, а отдельные эпизоды разыгрывались импровизационно»208.
Традиция «перечней», возникшая в Петровскую эпоху, впоследствии развита массовым театром.
Однако воздействие сюжетов комедий итальянского народного театра ограниченно: только сюжеты, в которых главным лицом был Арлекин, повлияли на создание русских «массовых» интермедий. В основном же рукописные популярно-шутовские интермедии, продолжая и развивая традиции самодеятельного театра Петровского времени, насыщались злободневным, актуальным содержанием, характеризующимся яркой антидворянской и даже антикрепостнической направленностью (таковы, между прочим, интермедии, опубликованные лишь в советское время)209.
Наибольшей распространённостью пользовался сюжет шутовской интермедии о барине (шляхте) и слуге (Херлекине), сохранившийся в четырёх вариантах.
Интермедия «Шляхтич и Херлекин» опубликована И. Шляпкиным в сборнике «Памятники древней письменности
иискусства»210.
Вней выступает пьяный шляхтич. Он голоден, заставляет слугу Херлекина ставить ему два яйца.
208Крюгер А. Самодеятельный театр при Петре I. — С. 370.
209Кузьмина В.Д. Из истории русского демократического театра XVII в. // Труды отдела древнерусской литературы. — Т. Х. — С. 408–436.
210Памятники древней письменности и искусства: одиннадцать интермедий XVII в. — 1915. — С. 1–4.
68
Глава II. Сюжеты интермедий школьного и массового театра
Одно яйцо Херлекин съедает, а другое предлагает шляхтичу, говоря: оно то «сварено всмятку», не то «густое».
Шляхтич уличает Херлекина в обмане. Тогда Херлекин съедает и другое яйцо; шляхтич бьёт и прогоняет Херлекина.
Интермедия с участием тех же персонажей и со сходным сюжетом (обман шляхтича слугой Херлекином), но с иными подробностями опубликована в том же сборнике и под тем же заглавием «Шляхтич и Херлекин».211
Голодный шляхтич посылает слугу Херлекина за рыбой, купить «щук, линей, карасей, белозерких снетков и ершей…»
Херлекин возвращается без покупки, так как, по его словам, «без денег не верят, просят заклада».
Шляхтич даёт Херлекину восемь полушек и четыре деньги на рыбу, а сам приглашает гостей на ужин.
Херлекин, купив рыбу, приготовил «похлёбку», но, подавая её на стол, он спотыкается и падает. «Похлёбка» проливается.
Шляхтич требует у Херлекина грош, оставшийся после покупки рыбы, но слуга присвоил грош и не хочет с ним расставаться, на настойчивые же требования шляхтича вернуть ему деньги, повторяет одно и то же: он «на грош рыбы купил».
Близка по сюжету к предыдущей интермедия «Шляхта и слуга», изданная В.Д. Кузьминой212 и датируемая ею 40-ми годами XVIII ст.
Выступающий в этой интермедии шляхта опечален: древний его род пришёл в упадок; даже слуги выходят у него из повиновения.
Голодный шляхта призывает слуг, однако они не появляются. Шляхта грозит избить слугу Гаврилу батогами.
После долгого ожидания появляются слуги Авдей и Прошка и бранят барина, который их морит голодом, — «московского щёголя — веретеном хвост».
Шляхта даёт слуге полушку для покупки еды: слуга обещает купить на эту полушку лягушку. Шляхта зовёт Карпуху, которому велено было купить рыбы на два гроша.
211Памятники древней письменности и искусства. — С. 5–9.
212Труды отдела древнерусской литературы — 1954 — Т. Х — С. 417– 424.
69
История массовой драматической литературы XVIII века. Театр интермедий
Карпуха выдаёт один и тот же грош за два разных (повторяется мотив интермедии, изложенной выше).
Затем другой слуга, явившийся по зову шляхты, говорит ему: напоил, как было велено, лошадь, да ноги у неё «подрубил»213.
Шляхта грозится избить слугу и лишить его «месячины»; но эти угрозы не пугают слуг шляхты, они угрожают барину расправиться с ним.
Вариант интермедии «Шляхтич и Херлекин» — интермедия «Шляхта, слуга и сводня», сохранившаяся в рукописном отделе Российской национальной библиотеки им. М.Е. Салтыкова-Ще- дрина214.
Интермедия «Шляхта, слуга и сводня» — это небольшая комедия из трёх сценок.
Первая из них по сюжету сходна с изданными ранее И. Шляпкиным и Л. Кузьминой интермедиями «Шляхтич и Херлекин» и «Шляхта и слуга».
Сценарий передаёт краткое содержание интермедии: «Выходит шляхта и хвалится, к нему выходит слуга и покупает ему есть гущи, и шляхта, поевши, спать ложится и, выспавшись, слуга проводит к нему сводню, которая обещает сыскать ему девицу и находит затем».
Продолжение интермедии «Шляхта, слуга и сводня» — интермедия «Старуха, вдова и шляхта», помещённая в том же сборнике следом за первой215.
Старуха-сводня приходит ко вдове, оплакивающей смерть мужа, который в своё время «щекотал её по бокам поленьями». Выполняя поручение шляхты (см. интермедию «Шляхта, слуга и сводня»), она утешает вдову, обещая ей
«сыскать мужа другова дворенского рода, господина чеснова».
213 Этот же мотив встречается в устной народной драме «Барин» и «Мнимый барин». См.: Ончуков Н.Е. Северные народные драмы. — С. 126.
214Сборник А.А. Титова № 1627 (по Охранному каталогу). — Л. 11– 13.
215Там же. — Л. 14.
70