История массовой драматической литературы ХVIII века. Театр интермедий. Монография
.pdf
Глава II. Сюжеты интермедий школьного и массового театра
В роли скомороха в этой интермедии выступает «дурацкая персона» — Фарнос красный нос.
Фарнос изображён на этой картинке в шутовском костюме с бубенчиками. Он играет на волынке, а мужик в лаптях — пляшет.
Фарнос-скоморох сопровождает свою игру прибаутками:
«Возымей ту ухватку, хватай, брат, вприсядку,
я по своей охоте играю не по ноте». Мужик пляшет бычок271.
Скоморох-фарнос появляется опять в роли музыканта на картинке «Шут и шутиха»272, где мы узнаем его по «большому горбатому носу». Он играет на волынке, а его шутиха-жена, подбоченясь, пляшет приговаривая:
«Заиграй же, радость, вожеватой273, Нос твой большой горбатой».
К текстам интермедий массового театра, отразившимся на лубочных листах о шуте и скоморохе Фарносе, примыкает «Разговор шута-жениха со свахою»274.
Сваха предлагает жениху (шуту) разных невест: богатую, разумную, красивую.
Жених отвечает:
«Хочу иметь покой». «Так не бери никакой!» —
говорит сваха.
271«Бычок» — трепак или камаринская. Ровинский Д.А. Указ. соч. — Т. IV. — С. 223.
272Ровинский Д.А. Указ. соч. — № 103.
273«Вожеватый… сев. вост., кто умеет водиться с людьми, обходительный, вежливый, приветливый, занимательный собеседник.» досл… не в том дело, что жена спесива, а в том, что муж не вожеват» (ср. купец Вожеватов в «Бесприданнице») см.: Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. I .— М., 1955. — С. 223.
274Ровинский Д.А. Указ. соч. — № 138.
91
История массовой драматической литературы XVIII века. Театр интермедий
В варианте этого «разговора»275 шут-жених указывает на большой нос:
«Я… чем не молодец, и нос у себя имею с немалой огурец; изредка напиваюсь,
щегольски наряжаюсь; трость, штаны, шляпа — дана не малая плата,
а об чулках и башмаках что уж калякать, постарайся поскорее свадебку сляпать».
Шут Фарнос изображается и на других лубочных картинках, но уже в качестве эпизодического лица: на одной из картинок он пляшет трепак276, на другой — подсматривает за забавляющимся любовником277; даже в погребальной процессии, изображённой на картинке «Мыши кота погребают», участвует — «шутмышка Фарносик красный носик»278.
Собрат Петрухи Фарноса (как он именуется в некоторых интермедиях) по искусству, правда, менее популярный (если судить по лубочным картинкам) — шут Гонос279, который по внешнему виду напоминает Фарноса: у него тоже «тяжко и велико бремя носа».
На картинке Гонос изображён в шапке с ослиными ушами, едущим «верхом на палочном коньке, брада у него власами, аки лес густая, а голова мозгом, что дуло пустая»280.
На некоторых картинках Фарнос назван Петрухой Фарносом. Популярность Петрухи Фарноса не случайна: это персонаж старинной народной кукольной сцены, знаменитый Петрушка, который, как и в лубочных интермедиях, выражает насмешку
над чуждыми народу обычаями.
275Ровинский Д.А. Указ. соч. — № 137.
276Там же. — № 102.
277Там же. — № 125.
278Там же. — Т. IV. — С. 262.
279Там же. — № 2096.
280Там же. — Т. V. — С. 269.
92
Глава II. Сюжеты интермедий школьного и массового театра
Тексты к картинкам, изображающим Фарноса и Гоноса, представляют собою перечневые281 интермедии массового театра.
Такого же рода перечневая интермедия — надпись к картинке «Голландский лекарь и добрый аптекарь, помолаживающий старух»282.
Голландский лекарь-аптекарь устроил машину для помолаживания старух.
На картинке голландский лекарь стоит с дубиной, старуха подаёт ему конверт с надписью «90 лет»; справа на картинке изображены мужья, везущие к лекарю в тачках старух; работники сбрасывают старух в печь, из которой снизу старухи выскакивают молодыми.
Под картинкой надпись:
«Голландский лекарь и добрый аптекарь объявил свои науки,
чтоб старухи не были б в старости в скуке, старых старух молодыми переправляти, а ума их ничем не повреждати… Одна старуха перед лекарем ободрилась насилу и за палку ухватилась…
вышла старуха из машины переменилась как пятнадцать лет очутилась…»
В варианте этой интермедии голландский аптекарь не только владеет искусством превратить 90-летних старух в «пятнадцатилетних» и притом «без повреждения в уме», но и обещает сделать их ещё более умными: «Молодыми переправлю, — говорит он, — и ума им прибавлю».
Старуха:
281Перечневые интермедии, т.е. интермедии, сохраняющие лишь набросок, намётку, перечень основных действий, которые надлежит исполнить актёру, без детальной разработки этих действий — это уже дело искусного актёра.
282Ровинский Д.А. Указ. соч. — № 210 и 211.
93
История массовой драматической литературы XVIII века. Театр интермедий
«как вышла из машины
иударила в три дубины, потом старуха заскакала
изаплясала и в пятнадцати лет себя оказала»…
Внародной интермедии «Точильщик носов»283 рассказывается о мастере, обтачивающем длинные носы, наводящем глянец на носы шишковатые и угреватые; точильщику, изображённому на лубочной картинке, помогают парень, вертящий точило, и подмастерье, наводящий глянец; двух длинноносых везут в тележке и в тачке к точильщику.
Ккартинке «точильщик носов» приписан текст, указывающий на участие «точильщика» в интермедиях:
«А сия фигура может и вправду бывала, Якобы в комедиях интермедий играла»284.
Д.А. Ровинский высказал предположение: «к числу перечневых интермедий можно отнести достаточное число народных картинок, как, например, … роспись приданому (лубочная картинка № 143)… “Ерёмушка и бабушка”, “Аника-воин и смерть”…»285.
На лубочной картинке «Ерёмушка и бабушка»286 изображён Ерёмушка, лежащий на скамейке и жалующийся на боль в животе; около него суетится бабушка Грыжа. Надпись к картинке:
«Непременно надобно тебе горшков двести накинуть, чтобы живот твой на прежнее место надвинуть».
Но, испугавшись, видимо, результатов лечения, бабушка Гры жа убегает:
«Это быбка рыжа по прозванию Грыжа испугавшись направила лыжи».
283Ровинский Д.А. Указ. соч. — № 212.
284Там же. — Т. V. — С. 255.
285Там же. — С. 255–256.
286Там же. — № 213.
94
Глава II. Сюжеты интермедий школьного и массового театра
Нельзя не согласиться: к перечневым интермедиям относится и «Роспись приданому».
Текст к картинке «Роспись приданому»287 написан раешным стихом и целиком построен на типично фольклорном драматическом приёме — оксюмороне.
«Роспись приданому» — пародия на древние рядные записи, в них с чрезвычайною подробностью выписывались всякие мелочи, поступавшие в приданое за невестой.
В лубочной «Росписи приданому» это перечисление носит явно сатирический характер: в числе прочих вещей назван
«Бастрок печальный из материи мочальной, праздничный убор,
в котором ладят красть через забор, …конь гнед,
ашерсти на нём нет»
идругое в том же духе.
Интермедия «Аника-воин и Смерть» вошла в состав народной драмы «Царь Максимилиан».
В лубочном тексте этой интермедии Аника-богатырь так обращается к смерти: «Что ты за баба и что за пьяница, я тебя не боюсь»288; затем Аника похваляется силой, но, испугавшись угроз Смерти, просит её дать ему пожить хотя бы три часа.
Образы интермедий школьного и массового театра.
Приёмы создания образов
Интермедии замечательны не только обилием сюжетов, но и разнообразием сатирических и комических персонажей, представленных в них. В лицах интермедий, в этих «народных
287Ровинский Д.А. Указ. соч. — № 143.
288Те же слова говорит мошенник в школьной интермедии «Мошенник и Смерть» (см.: Бадаич О.М. Указ. соч. — С. 212).
95
История массовой драматической литературы XVIII века. Театр интермедий
типах», по удачному определению П. Пекарского289, нашли отражение некоторые особенности русского бытового и общественного уклада первой половины и середины XVIII в.
Образы интермедий школьного театра
иих идейная направленность
Вбурную эпоху первых десятилетий XVII в. передовые деятели того времени, писатели, историки, публицисты (Ф. Прокопович, А. Кантемир, В. Татищев), борясь за новый общественнобытовой уклад, отстаивали новую светскую идеологию.
Наиболее опасным противником просветителей было духовенство, использовавшее силу традиции и привычки.
Большую агитационную роль в борьбе с духовенством сыграли школьные интермедии Петровского времени.
Поп, дьячок, монах в школьных интермедиях
Образ бранчливого и невежественного священника, сопротивляющегося новой политике просвещения, обрисован в интермедии «Поп, дети и пристав». 290
Консервативно настроенный священник, возмущаясь «размножением» проклятой ереси латыни (распространением нового просвещения и усилением связи с «латинским» Западом), враждебно встречает правительственный указ об обучении детей духовенства в семинарии: «…многа и Бога знать уж нам и наскучит», — заявляет поп.
Сам же он не знает даже «Отче наш»; механически, не вникая в смысл, твердит молитвы.
Выступая защитником старой, домостроевской Руси, поп восхваляет безмятежный покой прежней жизни:
289Пекарский П. Наука и литература в России при Петре Великом. — Т. 1. — СПб., 1862 — С. 379.
290Адрианова-В.П. Из истории театра в Твери в XVIII в // Старинный театр в России XVII–XVIII вв.: сборник статей / под ред. В.Н. Перетца. — М.: Академия, 1923.
96
Глава II. Сюжеты интермедий школьного и массового театра
«Прежде мы и без тово (т.е. без «латыни». — Д.В., Л.З.) хлеб и щи едали, Лапти новые плели, брашки попивали».
Эти слова попа указывают на тесную идейную связь этой школьной интермедии с первой сатирой А.Д. Кантемира «На хулящих учение», которая, по словам В.Г. Белинского, «особенно богата смешными чертами и верными снимками с общества того времени»291.
Грубый и невежественный помещик Силван в сатире А.Д. Кантемира оказывается таким же врагом просвещения и латыни, как и поп в интермедии:
«Силван другую вину наукам находит: Ученье, говорит, нам голод наводит, Живали мы прежде сего, не зная латыне, Гораздо обильнее, чем мы живём ныне,
Гораздо в невежестве больше хлеба жали…»292.
Однако образы попа в интермедии и помещика Силвана в сатире А.Д. Кантемира, хотя и имеют точки соприкосновения в идейном плане, всё же различны по сатирической направленности.
Невежда-помещик разоблачается А.Д. Кантемиром: его образ, остро обличительный, сатирический, вызывает негодование читателей.
Поп в интермедии — образ не столько сатирического, сколько комического плана. Он и появляется перед зрителями в бытовой сценке: в домашней обстановке раскрывается даже добродушие, весёлый нрав попа.
Не зная богословской премудрости, он, однако, весьма осведомлён в искусстве «громко свистати да плясати» и «брашки попивати».
291Белинский В.Г. Собр. соч. в 3-х т. Т. II. — М.: ОГИЗ, 1948. — С. 738.
292Кантемир А.Д. Сочинения, письма и избранные переводы. Т. 1 / примеч. В.Я. Стоюнина. — СПб., 1867.
97
История массовой драматической литературы XVIII века. Театр интермедий
Образ попа, созданный в интермедии «Поп, дети и пристав», нарисован в реально-бытовом плане: автору интермедии удалось избежать влияния шаблонов традиционно-школьных интермедийных типов (это влияние заметно в интермедиях конца XVII — начала XVIII в., в частности, в интермедиях о школярах)293.
Ещё в большей степени проникнут лукавым народным юмором образ дьячка в интермедии «Дьячок, дети и подьячие»294.
Дьячок также любит выпить «брашки» и повеселиться, как
ипоп, изображённый в интермедии «Поп, дети и пристав».
Сутра уже у дьячка, по словам его детей, «вином налита брашина». Дьячок — нежный отец; однако, любовь его к детям такого же рода, как впоследствии у госпожи Простаковой к Митрофанушке.
И отношение дьячка к науке такое же, как у госпожи Простаковой: «Без наук люди живут и жили»295, — заявляет госпожа Простакова; ученье в её глазах «неволя» («пока Митрофанушка ещё в недорослях, пора его и понежить»296).
Таков же и дьячок в интермедии: и его ученье «мука» для его «детишек»:
«…моих детей отнимают и в семинарию на муку обирают», —
возмущается дьячок указом Петра об обучении детей духовенства.
Невежественный дьячок боится и ругает «семинарию» (опять напоминая нам Простакову с её «еографией».).
Образ дьячка опять-таки нарисован отчасти в сатирическом, но отчасти и в комическом плане: простодушный и доверчивый, он оказывается жертвой плута подьячего, который отбира-
293Тихонравов Н.С. Русские драматические произведения 1672– 1725 гг. — Т. 1. — С. 103 и 104.
294Тихонравов Н.С. Русские интермедии. — С. 48.
295Русская комедия и комическая опера XVIII в. — М.: Искусство, 1950. — С. 356.
296Там же. — С. 316.
98
Глава II. Сюжеты интермедий школьного и массового театра
ет у него деньги и всё же уводит его сыновей. Огорчённый отец оплакивает детей:
«О мои милые детушки и белые лебедушки, Лучше б вас своими руками в землю закопал… Нежели в семинарию на муку отдал…»
Эта своеобразная форма плача с выразительными народными сравнениями («белые лебёдушки») указывает на народную — поэтическую окраску речи дьячка.
В речи дьячка встречаются и выражения пословичного типа:
«…вы ж ребяты просты, а уж кого одуть, огладить путные охлёсты»297 (о подьячих. — Д.В., Л.З.).
Просторечие в речевой характеристике дьячка выполняет двоякую роль: в одних случаях оно показывает низкий культурный уровень дьячка, его невежественность, в других — оно говорит о близости дьячка к народу.
Сатирическими и комическими чертами наделён также сельский дьячок в интермедии «Маркитант, ставленник и мо шенники»298.
Дьячку сельской церквушки Иоанна Предтечи «прихожане приговорили идти в Москву» в попы какие-нибудь «добиваться», т.е. «ставиться в попы».
Комичен внешний облик дьячка: он плешив («в твою священную плешь заехал грешною рукою» — говорит дьячку один из мошенников) и изрядно толст («как просвирня, развалил брюхо коровье» — возмущается другой мошенник).
Дьячок, видимо, выглядит обыкновенным мужичком, и поэтому так бесцеремонно обращаются с ним мошенники. Он добродушен, безобиден и жалок: безответно принимает брань и издевательства мошенников.
297Охлёст (охлиост) — нахал, озорник.
298Тихонравов Н.С. Русские интерлюдии. — С. 42–48.
99
История массовой драматической литературы XVIII века. Театр интермедий
Они называют его то «шолудивым попишкой», то «кутьёй толоконной»; один из мошенников даже бьёт дьячка, однако тот знай себе лакомится горячими пирогами маркитанта299.
Дьячок настолько доверчив и простодушен, что продолжает «точить» «деревенские балясы» (по словам маркианта) с мошенниками в то время, как они выкрадывают у него деньги.
Как и в интермедии «Дьячок с детьми и подьячие», так и здесь автор даёт персонажам яркую речевую характеристику.
Дьячок, видимо, вышедший из народа, говорит чисто народным, метким языком. Его речь пересыпана пословицами («на обухе рожь молочу, а зерна не уроню»), простонародными выражениями: оханы300, охлиосты (охлёсты), хантява301.
Не редки в речи дьячка и просторечные выражения («заехать спроста») и вульгаризмы («накостылять шею», «пущай» и др.).
Вместе с тем, в речи дьячка встречаются и церковнославянизмы, указывающие на его принадлежность к служителям церкви («только»), однако и они получают в речи дьячка народно-раз- говорное оформление («покорыстовались»).
Таким образом, сельский дьячок, нарисованный в интермедии «Маркитант, ставленник и мошенник», и по культурному уровню, и по языку недалеко ушёл от прихожан.
В конце концов, незадачливый дьячок лишается не только денег, но и шапки, которую у него отбирает маркитант в уплату за съеденные пироги. При этом и маркитант насмехается над дьячком: «Да мне нужды нет, хотя плешь у ся приморозишь».
Автор интермедии, правда, не поднимается до гневного обличительного пафоса сатир А.Д. Кантемира, но комическое изображение сельского дьячка, насмешки над служителями церк-
299Неумеренность духовенства в еде высмеивал Ф. Прокопович в трагикомедии «Владимир» (образы жреца Жеривала, Куроеда); обжорство священнослужителей обличается и в других школьных интер-
медиях: например, в интермедии «Цыган и литвин» цыган говорит: «Наелся як брюшина попова».
300Охан — пройдоха, жулик (сравним простонародное — «охальник»).
301Хантява — шатуны.
100