Досудебное производство в уголовном процессе. Научно-практическое пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденция»

дознавателем, командирами воинских частей и иных подразделений, начальниками учреждений и органов уголовноисполнительной системы, следователем, прокурором и судом, а также в предусмотренных законом случаях - капитанами морских и речных судов, руководителями геологоразведочных партий и зимовок, главами дипломатических представительств и консульств;

ξсвязаны с ограничением прав и свобод граждан, в том числе предусмотренных Конституцией;

ξнаправлены на достижение в целом установленного УПК РФ порядка уголовного судопроизводства, в том числе недопущение продолжения преступной деятельности подозреваемого, обвиняемого, подсудимого и воспрепятствования (противодействия) производству по уголовному делу, предупреждение или пресечение ненадлежащего поведения участников процесса, обеспечение исполнения ими возложенных на них законом процессуальных обязанностей, соблюдение порядка судебного заседания, обеспечение исполнения приговора суда;

ξявляются правовыми санкциями, применяемыми, как правило, к участникам уголовного процесса, а в отдельных случаях и в отношении иных лиц, оказавшихся его участниками в связи с расследованием и последующим судебным разбирательством уголовного дела (при обыске помещения гражданам запрещается его покидать до завершения следственного действия: лица, нарушающие установленный порядок проведения судебного заседания, председательствующим могут быть удалены из зала судебного заседания).

Таким образом, меры уголовно-процессуального принуждения могут быть определены как предусмотренные уголовно-процессуальным законом средства принудительного характера в отношении подозреваемых, обвиняемых и других участвующих в расследовании уголовного дела лиц, применяемые субъектами, наделенными властными полномочиями в сфере уголовного судопроизводства, на основании, при условиях и в порядке, установленных УПК РФ, для предупреждения и пресечения возможных неправомерных действий в процессе предварительного расследования и последующего судебного разбирательства дела и выполнения иных задач уголовного судопроизводства.

Предусмотренное уголовно-процессуальным законом ограниче- ние личных, имущественных и иных субъективных прав граждан затрагивают право на неприкосновенность личности (задержание,

41

арест), свободу передвижения (домашний арест, подписка о невыезде и надлежащем поведении), распоряжение имуществом (наложение ареста на имущество), осуществление трудовой деятельности (отстранение от должности). Ряд мер процессуального принуждения направлен на обеспечение процесса доказывания (привод), призван способствовать соблюдению порядка в судебном заседании (денежное взыскание).

На законодательном уровне правовая категория «меры процессуального принуждения» впервые закреплена в УПК РФ включением в их состав трех следующих групп:

ξзадержания подозреваемого;

ξмер пресечения (подписки о невыезде и надлежащем поведении, личного поручительства, наблюдения командования воинской части, присмотра за несовершеннолетним обвиняемым, залога, домашнего ареста, заключения под стражу);

ξиных мер процессуального принуждения (обязательства о явке, привода, временного отстранения подозреваемого и обвиняемого от должности, наложения ареста на имущество, де-

нежного взыскания).

Содержание каждой из указанных групп мер процессуального принуждения четко определено законодателем и расширительному толкованию не подлежит, что обеспечивает возможность применения к участникам уголовного процесса только предусмотренных в УПК РФ мер процессуального принуждения. Помимо предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством источником права при применении мер процессуального принуждения являются нормы Конституции (например, в ее ст. 21—22 сформулированы общие правила, подлежащие соблюдению должностными лицами органов расследования и судьями при применении данных мер), а также общепринятые нормы морали и нравственности.

2.2.ǯȈȌȍȘȎȈȕȐȍ ȒȈȒ ȔȍȘȈ țȋȖȓȖȊȕȖ-ȗȘȖȞȍșșțȈȓȤȕȖȋȖ ȗȘȐȕțȎȌȍȕȐȧ

Задержание как мера уголовно-процессуального принуждения достаточно часто применяется органами предварительного расследования (в России ежегодно в качестве подозреваемых задерживается примерно 150 тыс. человек) в целях пресечения преступной деятельности, предотвращения возможности лица, совершившего преступление, скрыться, предупреждения фактов оказания противодействия расследованию и установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию.

42

Задержание подозреваемого, хотя и является по своей сути содержанием под стражей, в силу своей кратковременности (до 48 час.) в соответствии с ч. 2 ст. 22 Конституции РФ допускается без вынесения судебного решения. На задержание подозреваемого следователю, дознавателю не требуется согласия начальника следственного органа или начальника подразделения дознания.

Легальное понятие «задержание подозреваемого», применяемое органом дознания, дознавателем, следователем к лицу, подозреваемому в совершении преступления, дано законодателем в п. 11 ст. 5 УПК РФ, а его сущность заключается в кратковременном лишении свободы лица и помещении его в изолятор временного содержания (ч. 2 ст. 94, ч. 7 ст. 108 УПК РФ).

Необходимо разграничивать задержание как меру уголовнопроцессуального принуждения, предусмотренную гл. 12 УПК РФ, и захват лица в связи с совершенным им преступлением и доставлением его в орган внутренних дел (полицию) или другой правоохранительный орган, а также административное задержание.

Осуществить фактический захват лица, совершившего преступление, и доставить его в полицию может любой гражданин, каждый сотрудник правоохранительного органа. Однако данное задержание не является уголовно-процессуальным, поскольку эти лица не уполномочены осуществлять расследование по уголовному делу и, как правило, подобное задержание осуществляется очевидцами преступления или пострадавшими от него лицами еще до возбуждения уголовного дела и начала уголовного преследования.

Уголовно-процессуальное задержание отличается и от административного задержания, предусмотренного ст. 27.3 КоАП РФ, основанием для которого является не преступление, а административное правонарушение, право задержать за которое предоставлено широкому кругу сотрудников правоохранительных органов. Продолжительность административного задержания не может превышать трех часов, а задержанные помещаются не в изолятор временного содержания, а в специально отведенные для этого помещения.

Задержание как мера уголовно-процессуального принуждения согласно ч. 1 ст. 91 УПК РФ может быть применена в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы. Однако одного факта совершения преступления недостаточно, поскольку необходимо наличие у органа расследования одного из предусмотренных законом следующих оснований.

1. Лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения. Хрестоматийным примером задержания по этому основанию является обнаружение лица в помещении, в котором сработала охранная сигнализация.

43

Момент совершения преступления охватывает период времени не только исполнения преступления, но и на любой иной стадии реализации преступного умысла в процессе приготовления преступления или покушения на его совершение1. Таким образом, задержание проводится: в момент преступных действий; непосредственно после их окончания, если лицо находится на месте преступления; при попытке скрыться с места преступления, при преследовании подозреваемого, при проведении заградительных мероприятий, при проведении оперативно-поисковых мероприятий.

В следственной практике нередко между совершением преступных действий и задержанием лиц, их совершивших, проходит большой промежуток времени. Так, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 91 УПК РФ, органами дознания и следователями СК России по делам, им подследственным, было задержано в день совершения преступления лишь 43,4% подозреваемых. Остальные лица были задержаны по этому основанию через 1, 3, 10 дней и более с момента совершения преступления.

2. Потерпевшие или очевидцы указывают на данное лицо как на совершившее преступление. Под указаниями очевидцев и потерпевших (п. 2 ч. 1 ст. 91 УПК РФ) понимаются показания одного или нескольких свидетелей-очевидцев, или пострадавшего от преступного деяния лица, которые уверенно, категорично указывают на лицо, совершившее преступление. Очевидцами являются лица, непосредственно наблюдавшие факт преступления и указавшие следователю, дознавателю, иным должностным лицам органа дознания сведения, что именно данное лицо совершило преступление. Потерпевший (пострадавший) может прямо указать на лицо, совершившее в отношении него преступление, поскольку контактировало с ним в момент время совершения преступления.

По этому основанию обычно задерживают лиц, подозреваемых в совершении преступлений на улицах и в других общественных местах, а также бытовых преступлений.

Следственная практика показывает, что иногда правоприменителями допускается расширенное толкование п. 2 ч. 1 ст. 91 УПК РФ, вследствие чего по данному основанию задерживают и тогда, когда подозрение в отношении лица высказывают не очевидцы или потерпевшие, а иные лица, сами не наблюдавшие события преступления. Исходя из смысла Закона такие данные не могут служить основанием для задержания в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 91 УПК РФ. Показания лиц, которые сами не наблюдали события преступ-

1 Гуляев А.П., Данилюк С.А., Забарин С.Н. Задержание лиц, подозреваемых в совершении преступления. М.: ВНИИ МВД СССР, 1988. С. 10.

44

ления, следует относить к иным данным, предусмотренным ч. 2 ст. 91 УПК РФ.

В сообщении очевидца должно быть прямое указание на конкретное лицо, совершившее противоправное деяние. Предположительные показания в основу решения о задержании лица положены быть не могут.

3. Íà ýòîì ëèöå (на теле человека в целом) или его одежде, при нем или в его жилище будут обнаружены явные следы преступления. Чаще всего это основание используется для задержания лиц, подозреваемых в совершении незаконного оборота огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств, наркотических средств или психотропных веществ.

Явными следами следует признавать такие, когда подозреваемый не может объяснить их происхождение иначе как своей причастностью к преступлению. Явными следами преступления могут являться, например, пятна крови и другие выделения организма человека, укусы, царапины, порезы, оставленные на теле подозреваемого потерпевшим при самообороне, следы пороховой копоти на руках подозреваемого в случае применения им огнестрельного оружия, различные вещества с места происшествия (пыжи, дробины, обрывки бумаг, стреляные гильзы и т.д.).

Ê следам преступления, обнаруженным при подозреваемом, могут быть отнесены орудия совершения преступления (огнестрельное и холодное оружие, кастеты и т.п.), похищенные предметы и деньги. В доме или квартире, где проживает подозреваемый, в принадлежащих ему подсобных помещениях и хозяйственных постройках могут быть обнаружены орудия преступления, похищенные ценности, одежда с пятнами крови и иными человеческими выделениями, различные документы (письма, фотографии, видео, аудиозаписи). Обнаружение таких следов может явиться основанием и для подозрения лица в совершении преступления, и для его задержания.

По подозрению лицо может быть задержано и при наличии иных данных, дающих основание подозревать его в совершении преступления.

Иными данными для возникновения подозрения (ч. 1 ст. 91 УПК РФ) могут быть сведения, полученные по словесному портрету или показания лиц, которые сами не были очевидцами преступления; результаты осмотра, указывающие на совершение преступления определенным лицом; наличие у лица примет, описанных потерпевшим; попытка уничтожить или скрыть следы преступления; данные ревизии; результаты применения служебно-ро- зыскной собаки).

45

При наличии указанных данных лицо также может быть задержано, если:

ξпыталось скрыться;

ξне имеет постоянного места жительства;

ξне установлена его личность;

ξлибо следователем с согласия руководителя следственного органа или дознавателем с согласия прокурора в суд направлено ходатайство об избрании в отношении указанного лица меры

пресечения в виде заключения под стражу.

Отсутствие перечисленных условий исключает возможность использования иных данных в качестве основания задержания. В то же время при наличии только одних этих условий без иных данных также исключает возможность задержания лица.

Следователи и работники дознания испытывают трудности в понимании самого термина «иные данные». Отдельные из них понимают под этим сведения, характеризующие личность (например, наличие судимости, сведения об агрессивности характера и т.д.). Некоторые авторы в иные данные включают не только сведения, зафиксированные в процессуальных документах (показания обвиняемых и свидетелей, не являющихся очевидцами преступления; результаты осмотра, указывающие на совершение преступления определенным лицом; наличие у лица примет, описанных потерпевшим; попытка уничтожить или скрыть следы преступления; данные ревизии; результаты применения служебно-розыскной собаки), но и сведения, полученные при проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Мотивы задержания заключаются в пресечении попыток этого лица:

ξскрыться от органов предварительного расследования или суда;

ξвоспрепятствовать установлению объективной истины по уголовному делу путем угроз свидетелю и другим участникам уголовного процесса, уничтожения следов преступления

èò.ä.;

ξпродолжать в дальнейшем преступную деятельность;

ξвоспрепятствовать исполнению обвинительного приговора. Фактически мотивы задержания являются одной из составляю-

щих оснований для задержания лица.

Проблема, возникающая при ее применении, связана с установлением достаточности информации, на основании которой должностное лицо, осуществляющее уголовного судопроизводство, принимает решение об ограничении свободы гражданина. Так, вероятность ошибки выше при задержании лица по подозрению в убийстве, совершенном в условиях неочевидности, нежели при за-

46

держании лица в момент совершения им хулиганства в общественном месте.

Уголовно-процессуальный закон достаточно детально регламентирует порядок задержания лица в качестве подозреваемого, что призвано гарантировать законность и обоснованность применения данной меры процессуального принуждения и обеспечить права задержанного.

Одной из проблем правоприменителя задержания является правильность исчисления сотрудниками правоохранительных органов срока задержания, который они начинают исчислять с момента окончания доставления лица в орган власти. Таким образом, лицо в период между фактическим его задержанием — «захватом» — и окончанием процедуры его доставления к следователю, дознавателю находится вне рамок правового регулирования.

Указанный период времени нередко используется оперативными сотрудниками для «выбивания» явки с повинной. Ее получение решает сразу несколько задач: легализует основание для задержания тогда, когда оно изначально, базировалось на весьма сомнительных подозрениях, а также позволяет раскрыть преступление.

Пример. Заявитель Ч. жаловался, что кроме применения незаконного насилия сотрудниками милиции, фактически он был задержан около 16 часов 25 января 2010 г. в п. Шушенское, протокол же задержания был составлен в 4 часа 27 января 2010 г. в г. Красноярске. В одном из ответов прокуратуры Красноярского края на жалобу заявителя сообщалось следующее: «В протоколе задержания указано время задержания 2 часа 27.01.2010, время составления протокола — 4 часа 27.01.2010. Согласно рапорту оперуполномоченного ОРЧ-1 УР ГУВД по Красноярскому краю Н., гражданин Ч. был задержан 26.01.2010 в 19 часов и доставлен к следователю. Протокол задержания составлен был в 2 часа 27.01.2010, а исчисляться срок задержания начал с момента фактического доставления задержанного к следователю1.

Из примера ясно видно, что сотрудники правоохранительных органов никак не обосновывают мнение, что срок задержания ис- числяется с момента доставления лица к следователю. Ссылка на ч. 1 ст. 92 УПК РФ не может быть принята по причине того, что в этой части говорится о том, что после доставления подозреваемого в орган дознания или к следователю в срок не более 3 часов должен быть составлен протокол задержания.

Подобное понимание отдельными практическими сотрудниками правоохранительных органов момента фактического задержания, с

1 Аналитическая справка о работе прокуратуры Красноярского края за 2010 г.

47

которого необходимо исчислять срок задержания, не соответствует не только российскому, но и международному законодательству.

ÂЕвропейском Суде по правам человека уже не раз говорилось

îтом, что в Российской Федерации нарушают ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующая свободу и неприкосновенность личности. В ряде его решений говориться, что лишение свободы без ее фиксации является нарушением самой сути гарантий ст. 5 Конвенции и тот факт, что задержание не было надлежащим образом зафиксировано и оформлено, признается грубейшим нарушение прав человека1.

Следовательно, если руководствоваться решениями Страсбугского Суда, момент фактического задержания определяется моментом лишения свободы. Аналогичным образом сформулирован и правовой подход законодателя к пониманию содержания понятия «подозреваемый», что позволяет отождествлять момент фактиче- ского задержания с моментом захвата лица, совершившего преступление, и включать время его доставления в правоохранительные органы в срок задержания подозреваемого.

Законодатель также (п. 3 ч. 1 ст. 90 УПК РФ) предусмотрел, что уже с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, ему предоставляется возможность уча- стия в уголовном деле защитника, который приглашается самим подозреваемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого. По просьбе подозреваемого участие защитника обеспечивается дознавателем, следователем.

Так, после доставления подозреваемого в орган дознания, к дознавателю или следователю то в срок не более трех часов должны составить протокол задержания. Бланк протокола задержания содержит соответствующие реквизиты, подлежащие заполнению при его составлении. В обязательном порядке в нем указываются часы и минуты задержания, основания задержания, права подозреваемого, его заявления по поводу задержания, результаты личного обыска, замечания к протоколу и др.

Порядок задержания подозреваемого регламентируется ст. 92 УПК РФ. Подозреваемому в соответствии с п. 1 ч. 4 ст. 46 УПК РФ должна быть вручены копия протокола задержания. Последний является основанием помещения его в изолятор временного содержания.

Задержание подозреваемого сопровождается обязательным разъяснением ему прав, предусмотренных ст. 46 УПК РФ, согласно ко-

1 См.: Постановления Европейского Суда по правам человека от 9 марта 2006 г. (жалоба ¹ 5926/00), от 18 января 2007 г. (жалоба ¹ 59334/00).

48

торой у него есть право: знать, в чем он подозревается; давать объяснения и показания по существу подозрения; пользоваться помощью защитника и иметь с ним свидание до первого допроса наедине и конфиденциально; заявлять ходатайства и отводы и др.

В обязательном порядке ему разъясняется предусмотренное ст. 51 Конституции право не свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников. О разъяснении прав подозреваемому делается отметка в протоколе задержания.

Подозреваемый согласно ст. 93 УПК РФ может быть подвергнут личному обыску, который проводится без вынесения об этом постановления и без судебного решения (ст. 184 УПК РФ). Личный обыск подозреваемого проводится лицом одного пола с обыскиваемым и в присутствии понятых и (или) специалистов того же пола. Результаты личного обыска отражаются в протоколе задержания и могут быть использованы в качестве доказательств.

О произведенном задержании орган дознания, дознаватель, следователь обязаны письменно сообщить прокурору в течение 12 ча- сов с момента задержания подозреваемого (ч. 3 ст. 92 УПК РФ). В этот же срок о задержании уведомляются близкие родственники задержанного, а при их отсутствии — другие родственники или возможность уведомления предоставляется самому задержанному. При необходимости сохранения в интересах предварительного расследования в тайне факта задержания уведомление родственников может не производиться с согласия прокурора, за исключением случаев задержания несовершеннолетних подозреваемых.

Обязательный порядок уведомления установлен в отношении подозреваемого, являющегося членом общественной наблюдательной комиссии, а также гражданина или подданного другого государства.

Таким образом, уголовно-процессуальное задержание подозреваемого представляет собой действие, состоящее:

ξиз фактического задержания (или захвата), лица, совершившего противоправное деяние, с целью его незамедлительного доставления для разбирательства в правоохранительные органы. Вместе с тем физический захват лица и его препровождение в компетентный орган или к должностному лицу по своей природе не вполне является процессуальной деятельностью. Фактическое задержание подозреваемого не может быть произведено в порядке, установленном УПК РФ, так как фактиче- ски задержать лицо может пострадавший от его действий, оче- видец, должностное лицо, не уполномоченное на составление протокола задержания и пр. Поэтому в практике известны факты, когда в процессе задержания этому лицу был причинен

49

вред, а в последующем выяснялось, что данное лицо не является субъектом совершенного преступления;

ξдоставления лица обычно в органы внутренних дел, сотрудники которого обязаны непосредственно разбираться с правонарушителем и его деянием. Таким образом, доставление и задержание, как административное, так и уголовно-процес- суальное, следует разделить на два этапа: непроцессуальная деятельность и процессуальное действие. Непроцессуальная деятельность может осуществляться до возбуждения уголовного дела, тогда как процессуальное задержание допустимо производить только после его возбуждения;

ξадминистративно-правового задержания сроком до трех часов

âпорядке ст. 27.3 КоАП РФ, цель которого состоит в разбирательстве должностного лица с доставленным в связи с совершенным им деянием с признаками преступления или иного правонарушения. В его рамках должностное лицо должно:

(à)получить от доставивших правонарушителя лиц заявление, объяснение или рапорт с изложением обстоятельств фактического задержания и доставления лица в правоох-

ранительный орган;

(б) установить личность доставленного для разбирательства;

(в) получить от доставленного лица объяснение по поводу фактического задержания;

(г) определить из принятых им документов, содержит ли деяние признаки преступления или иного правонарушения;

(ä)решить вопрос о необходимости незамедлительного возбуждения уголовного дела;

(å)принять решение при наличии возбужденного уголовного дела о процессуальном задержании доставленного или отобрании у него обязательства о явке либо о применении к нему меры пресечения, не связанной с помещением в специализированное учреждение. Как отмечено выше, если в ходе такого административного задержания обнаруживаются основания для задержания по подозрению в совершении преступления, то срок такого задержания должен исчисляться с момента фактического лишения свободы передвижения, т.е. включать и срок административного задержания;

ξв случае уголовно-процессуального задержания, решить вопрос о заключении задержанного лица в изолятор временного содержания. При необходимости проведения оперативно-ро- зыскных мероприятий оперативные работники вправе встре- чаться с задержанным с письменного согласия дознавателя или следователя (ст. 95 УПК).

50