3. Социальные формы побуждения к труду

В теории и практике социальной действительности под социаль­ными формами побуждения работника к труду подразумеваются, делящи­еся на материальные, моральные и прочие, стимулы и мотивы. Они яв­ляются темой требующей специального разговора. Нас интересует общая тенденция их развития в современном обществе и выход в связи с ней на компетентную социальную политику.

«Стимул» (гр. - палка, заостренная на конце, с помощью которой учитель в Древней Греции побуждал к труду нерадивых учеников) - исторически изменяющийся внешний побудитель к труду. Кнут или палка в рабовладельческом, а также зачастую и феодальном обществах, «дисциплина голода» и заработная плата в современном «посткапиталистическом» и «социалистическом» обществах.

«Мотив» - внутренний исторически также изменяющиеся исходящий от работника побудитель к труду.

Стимулирование и мотивация труда способствуют росту его эффе­ктивности, но неравнозначны и, исторически взаимодействуя, изменя­ют свое соотношение. Как показывает эмпирия, мотив при этом высту­пает как более мощный катализатор эффективности трудовой деятель­ности, нежели стимул. Он пробуждает, развивает внутренний физичес­кий и интеллектуальный потенциал работника способствуя формирова­нию его социальных (личностных, антропологических, биохимических, биоэнергетических) качеств, показателей. Примером этому служит ра­бота на себя собственников и героев (но не «липовых», «дутых»…) труда. Мотив порой настолько силен, что человек «сгорает» на работе... .

Внешние побудители также стимулируют труд, но не в равной степени в зависимости от их реальной формы - палки, «кнута и пряника», дисциплины голода, премиальных и зарплаты… . Пользоваться стимулами, как и мотивами, нужно умело, со знанием дела, т.к. «палку можно перег­нуть» и, тогда человек бежит от труда как от заразы. Зарплатой и премиальными можно увеличить производительность лишь до определен­ной степени, уровня, после которого она дает обратный эффект, либо не дает его вообще. Лишняя сотня рублей часто не способна увеличи­ть эффективность труда, тогда как мотив, воздействия на самолюбие, «сдвигает горы».

Существует, таким образом, очевидное взаимодействие и проти­воречивость социальны форм побуждения работника к труду, стимулов и мотивов. Сами они также внутренне противоречивы и требуют тон­кого к ним подхода, изучения, осторожности и компетентности в ис­пользовании. В разрешении этих задач состоит роль прикладной со­циологии труда или индустриальной социологии.

Если анализировать соотношение стимулов и мотивов применитель­но к классическому капитализму, под которым подразумевается период фабричного общества основанного на частной собственности, то, как свидетельствуют многочисленные научные и художественные источники, соотношение это было явно в пользу стимулов, т.е. внешних побуди­телей к труду. Особенно это было характерно для основной массы трудящихся – пролетариата. Ориентированность работника на зарпла­ту, выражающаяся в росте экономической борьбы, понятна и очевидна, поскольку последняя представляла единственный источник его сущест­вования. Эта ситуация и сегодня еще является характерной для боль­шинства стран мира. Мотивы, внутренние побудители работника к тру­ду, при этом не отрицаются полностью, но в условиях низкой социа­льной и профессиональной мобильности рабочей силы, трудностей по­вышения и изменения, смены квалификации, только незначительная ча­сть трудящихся, стихийно попадая в сферы занятости с привлекатель­ными для них видами труда, может иметь мощные внутренние побудите­ли к труду, заинтересованность в нем, интерес. Примером может слу­жить уже упомянутый Г. Селье. В одной из последних своих книг он пишет, что продолжительность трудового дня и уровень зарплаты для него не основные моменты жизни. Самореализуется он в своей деятель­ности, в труде. Об этом же говорят многочисленные социологические исследования большинства развитых стран относительно значительной и, что важно, меняющейся массы тружеников. И, конечно, таковых в современном, в том числе Западном, обществе уже немало. «Заплатить из своего кармана, лишь бы заниматься любимым делом» – это сегодня кредо многих. И, тем не менее, соотношение стимулов и мотивов в капиталистическом обществе (классическом, империалистическом, госкапиталистическом, посткапиталистическом, госсоциалистическом) не в пользу последних. Поэтому, как писал классик социологии, врач и гробовщик хотят эпи­демий, стекольщик жаждет бури и града и т.д. и т.п.

Современное общество характеризуется постепенным изменением в нем исторического соотношения социальных форм побуждения к труду в сторону нагнетания мотивации трудового процесса по несколько раз­личным, правда, для Запада и Востока причинам. Для СССР и социа­листических стран, например, для посткапитализма, вначале освобождение труда, затем ре­зкий (в сравнении с рабовладением, феодализмом, классическим капи­тализмом) рост социальной мобильности рабочей силы способной пере­мещаться из сферы, например, сельского хозяйства в промышленность, сферу обслуживания и т.д. и, наоборот; из неквалифицированных и низкоквалифицированных в самые высококвалифицированные виды деяте­льности…; увеличило объективную возможность выбора того вида приложения труда, который для работника престижен, интересен и, следовательно, снижает необходимость стимулирования, а «включает» внутренние побудители к труду. Очевидно этим можно объяснить поя­вление в условиях социализма массового ударничества, героев труда (не всегда «липовых») трудового интузиазма и пр., чего не наблюдалось в западном общес­тве. Здесь (на Западе), однако, также происходят, отмечаемые сов­ременной социологической и иной литературой, изменения, имеющие ту же направленность к возрастанию внутренних побудителей к трудовой активности, но по причинам становления так называемого третьего класса, т.е. изменения форм собственности. Их нарастающий интерес к труду, делам фирмы, производства отмечается для значительной части занятых в, производстве современных развитых стран Западной Европы, Северной Америки, Японии… . Специфика этого роста присуща, ко­нечно, для каждой из этих стран и отмечается специалистами, Тенденции изменения социальных форм побуждения работника к труду отме­чены, например, работами Д.К. Гэлбрейта («Новое постиндустриальное общество», «Экономические теории и цели общества»), рядом иссле­дований западноевропейских и японских специалистов и т.д., но, приоритет открытия направленности в совершенствовании стимулов и мотивов принадлежит К. Марксу и его «Экономическим рукописям» 1858-1863 г.г.

Вслед за классиками прошлого и современными исследователями, прогнозируя соотношение социальных факторов побуждения работника к труду на перспективу, можно, исходя из эмпирических данных, впо­лне определенно констатировать нарастание мотивированности и сни­жение (но едва-ли до полного исчезновения) стимулирующих моментов в труде. Эта тенденция обусловлена объективными процессами, прежде всего, социально-экономического развития. Уже создание в перспек­тиве МТБ общества в форме единого агропромышленного комплекса ос­нащенного автоматизированной техникой (ЕАПКа) способной обеспечить практически неограниченное количество материальных благ, многооб­разия совместных (акционерных, коллективных, кооперативных, частных, индивидуальных... форм собственности) уже сегодня демонстри­руемое «обществом изобилия») резко сдвигает соотношение стимулов и мотивов в пользу последних. Социальная мобильность, создаваемый НТР, веер новых интеллектуально привлекательных видов занятости на­селения также увеличивает выбор приложения разнообразных интересов человека. В условиях интеллектуально насыщенного производства (причем не только экономического, но и внеэкономического, полити­ческого, культурного, духовного) стимулирование труда заработной платой становится менее эффективным. Количество интеллекта едва ли кореллируется с материальным вознаграждением сколь бы огромно по­следнее ни было.

Исчезает ли в этих условиях полностью стимул? Думается, едва ли. Из побудителя роста эффективности труда отдельной личности он превращается во внешний стимулятор коллектива, страны, человечест­ва, заинтересованных в увеличении материальных средств своего су­ществования и развития. Этот последний аспект нуждается в более глубоком специальном осмыслении.

Для целей наглядности проблема закономерностей развития социальных форм побуждения работника к труду – стимулов (с) и мотивов (м) может быть иллюстрирована таким образом:

Классический капитализм	м	с
Современное общество	м		с
Перспектива	м			с

Из рассмотрения основных тенденций развития труда и его раз­личных сторон напрашивается ряд выводов.

Развитие труда в том числе и в современном обществе всецело подчиняется всеобщему закону движения объективной реальности и представляет процесс интеграции вновь возникающих видов деятельнос­ти человека вырастающей на основе прошлых отраслей производства и на их основе. «Абстрактный» труд при этом изменяет все свои основ­ные уровни – собственно социальную деятельность, ее биологические физиологические, биохимические, биоэнергетические основы, «модифи­цированные» и естественные формы движения природы. /Не, Нп, Нв, В/. В характеристиках «конкретного» труда появляются при этом качест­венно новые специфические для каждого периода истории и современ­ности орудия, технологии производства, цели.

По мере развитая «внешних» сторон трудового процесса модифи­кации подвергаются, модифицируются «глубинные» его параметры – со­держание, характер, формы побуждения работника к труду.

Труд, это экономическая, внеэкономическая, политическая, куль­турная, духовная деятельность имеющая биологическую основу. Изме­нение всех элементов объективной реальности меняет, вероятно, и все эти стороны человеческой активности.

Социальные исследования прошлого доказали, что труд создал человека и общество. Развитие труда на современном этапе истории должно изменить, следовательно, современного человека и общество. Как и в каком направлении применительно к индивидуальным и коллективным субъектам труда (экономическим, внеэкономическим, политичес­ки, идеологическим) пойдет этот процесс об этом речь пойдет далее. Залогом этого развития должны стать закономерности напра­вленного изменения МТБ, собственности, производственных коллективов… .

Согласно подтверждаемой эмпирически методологии социального познания труд представляет собой специфическую человеческую, интегральную, универсальную деятельность. Его специфика, как показал антропосоциогенез (социальный процесс, история), в отличие от животной, в осознанной орудийной деятельности; интегральный характер в сохранении и дальнейшем развитии наследуемого от предшественников биоэволюции самосохранения; универсальность – в использовании в производстве естественных и преобразованных сил природы. Его структура включает в тоже время, образующие формационный уровень познания социальной действительности, экономику, внеэкономическую, политическую, культурную, идеологическую деятельность человека, которые, несомненно, должны трансформироваться в условиях развертывания НТР, что и образует предмет последующих исследований в рамках данного учебного пособия. Труд в сферах экономики (э), внеэкономической (в), политики (п), культуры (к), идеологии (и) – это раздельный труд с его, очевидно, различными для человека результатами. Последовательность эта не произвольна, а строго задана методологией социального познания, о чем речь шла во «Введении в социальную антропологию»¹. Формально это выглядит так:

В такой последовательности мы и рассмотрим далее формирующую антропосоциогенез (социальный процесс, историю) деятельность, деятельность формирующую человека.