Приложения к теме № 6 теория познания канта

ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНОЕ ТРАНСЦЕНДЕНТНОЕ

ДОСТУПНОЕ ПОЗНАНИЮ НЕПОЗНАВАЕМОЕ

С хема гегелевской философии

ФИЛОСОФИЯ ПРИРОДЫ

ПРИРОДА АНТИТЕЗИС

ТЕЗИС

АНТИТЕЗИС

СИНТЕЗ

ФИЛОСОФИЯ ДУХА

АБСОЛЮТНЫЙ ДУХ СИНТЕЗ

Философия фейербаха

Предпосылки возникновения философии марксизма

Тема 7. Философия марксизма

Лучшие умы человечества стремились понять историю общества. Они создавали философские системы, экономические теории, рисовали картины идеального общественного строя, в которых находила отражение вера в торжество справедливости. В период рабовладения, феодализма и зарождения капитализма всеобщие закономерности развития общества еще не представляли собой развивающуюся всеобщность, то есть проявлялись в форме, не адекватной их сущности. Поэтому они не могли быть познаны в тех исторических условиях, и не случайно, что теоретическое познание общества в тот период часто шло по пути умозрительного сочинительства различных общественных законов и связей.

Философы-материалисты до Маркса стремились с позиций материалистического решения основного вопроса философии объяснить развитие общества. Это можно сказать о французских материалистах XVIII в., Л. Фейербахе и русских революционных демократах, которые, разрабатывая свои философские теории, обращались к реалиям общественной жизни. И все же в их концепциях основное место занимало изучение более общих природных факторов. Трудовая теория стоимости Д. Рикардо также носила материалистический характер, а А. Смит использовал, и небезуспешно, философскую категорию материи для разграничения труда производительного и непроизводительного. И, тем не менее, они остались на идеалистических позициях в понимании общества в целом и закономерностей его развития. Это объясняется тем, что последовательное диалектико-материалистическое понимание общественной жизни не может ограничиваться материалистическим истолкованием какой-либо одной, пусть даже важнейшей, стороны общественной жизни. Оно требует философского анализа общества, которое охватывает общественную жизнь как целостность. Неразвитость общественных отношений и недостаток научных знаний обусловили утопический характер взглядов этих мыслителей. Известный русский философ-марксист Г.В. Плеханов отмечал, что «в истории неясность сознания – «промахи незрелой мысли», «невежество» нередко знаменуют собою только одно: именно, что еще плохо развит предмет, который надо сознать, то есть новые нарождающиеся отношения…»¹.

Из всего вышесказанного следует, что научное понимание общественного развития, его наиболее общих законов было невозможно в условиях, когда еще не выявилась всеобщая сущность этих законов, пока отчетливо не проявились самые глубокие детерминанты исторического движения общества. Это стало возможным лишь в середине XIX в., когда капитализм достиг сравнительно высокого уровня развития и достаточно резко обнаружились внутренние антагонистические противоречия этого общества. И если во все предшествующие периоды исследование движущих причин истории было почти невозможно из-за того, что связи этих причин с их последствиями были запутаны и скрыты, то в середине XIX в. связи эти до такой степени упростились, что решение загадки стало наконец возможным.

К. Маркс и Ф. Энгельс в корне переосмыслили концепции общества и его закономерностей. В центре их внимания оказалась не та или иная сторона общества, а общество в целом. Тем самым анализ общества, его законов изначально приобрел философский характер. Когда данная методологическая установка была реализована, тогда и появилось диалектико-материалистическое учение об обществе. Таким образом, распространение К. Марксом и Ф. Энгельсом философского материализма и диалектики на общественную жизнь явилось не приложением общих материалистических постулатов к новой области – обществу, а коренным переосмыслением общества, его законов, выведением философских следствий из анализа общественной жизни и, прежде всего, экономической.

В центр философской мысли Маркс поставил не теоретическую, не мыслительную, а революционно-практическую деятельность людей. Диалектику наших мыслей он рассматривал как отражение изменения материального мира. Это и значит, что познание появляется на основе практики, на основе активной общественно-исторической деятельности человека. Возникновение диалектико-материалистического понимания общества имело своей основой осмысление общественно-исторической практики. С помощью своего диалектического метода Маркс преодолел материализм XIX века и развил поистине диалектическую и целостную теорию, которая основывалась на деятельности человека, а не на его физиологии. Марксизм, таким образом, возник как прямое продолжение предшествующего этапа развития передовой философской мысли. Он является преемником и продолжателем прогрессивных идей, выдвинутых предшествующими мыслителями. Благодаря этому учению удалось покончить с хаосом и произволом, царившими до сих пор во взглядах на историю и политику. В свете диалектики, история предстала как единый, закономерный во всей своей громадной разносторонности и противоречивости безграничный, никогда не завершающийся процесс.

Маркс научно доказал, что люди должны, прежде всего, трудиться, чтобы удовлетворять свои самые элементарные потребности – есть, пить, иметь одежду и жилище, и только при выполнении этого условия они будут в состоянии заниматься политикой, наукой, искусством, религией и т.д. Следовательно, материальное производство – это основа существования и развития человеческого общества. Обобщая опыт всей прежней истории, Маркс пришел к выводу, что не сознание людей определяло и определяет их бытие, а наоборот, общественное бытие определяет общественное сознание. Он выявил главную определяющую зависимость в сложной системе связей и взаимодействия производительных сил, производственных и других общественных отношений, политической и юридической надстройки, форм общественного сознания.

Сегодня нельзя представить себе современного человека, который бы не усвоил, не вобрал в себя всю совокупность тех истин, что во времена Маркса вполне справедливо казались революционными, а сегодня представляются почти банальными — настолько современная наука пропитана ими. Сюда относятся: признание первостепенного значения экономических сил, включающих в себя производительные силы и их организацию; тесные связи, существующие между системой производства и социальными отношениями, что обуславливает их историческую относительность; органическое развитие способов производства и невозможность перескочить основные фазы экономического развития; реальное существование классовой борьбы и ее значение в прошлом и т.д. Можно сказать, что по всем этим показателям вклад Маркса в социальную науку пропорционален вкладу Канта в философию. Вследствие того, что они истинны, именно вследствие того, что они истинны, уже не могут считаться монополией научного социализма. Они суть истины, и как таковые, не являются ни буржуазными, ни пролетарскими. Его (Маркса) мысль представляет собой один из пластов – быть может, наиболее ценный, но она уже не может претендовать на исключительное и монопольное место.

В настоящее время необходимо самоутверждение на новых, свободных началах, высоких и очищенных от примесей социалистического идеализма и догматизма, идей марксизма. Социализм-это не социализация, не пролетариат у власти, даже не материальное равноправие. Социализм по своей сути – это прогрессивное осуществление идеи свободы, социальной справедливости и социальной защищенности людей, идеи врожденной, которая в большей или меньшей мере, погребенная под вековыми наслоениями, находится в глубине каждого человеческого существа. Социалистическая идея, таким образом, представляет собой общечеловеческую ценность.

Наше время и современные события во многом демонстрируют правоту социально-философской теории марксизма. Ведь что означает материалистическое понимание истории? Оно означает, что глубоко разобраться в обществе можно лишь в том случае, если его рассмотреть как материальную систему. Структурные связи отдельных элементов этой системы фиксируются законами, которые реализуются в деятельности людей, масс. Многие современные события показывают, что окостеневшие общественные структуры, сковывающие, а не раскрепощающие деятельность людей, обречены. Это ли не свидетельствует о правоте общих социально-философских положений марксизма? Другое дело, что общие положения не должны подменять анализ конкретных проблем современной жизни, нам надо только не забывать слова В. И. Ленина: «Мы вовсе не смотрим на теорию Маркса как на нечто законченное и неприкосновенное, мы убеждены, напротив, что она положила только краеугольные камни той науки, которую социалисты должны двигать дальше во всех направлениях, если они не хотят отстать от жизни». Дело, таким образом, не в классике, а в нашем с ней обращении. И истины становятся догмами при некритическом, иконостасном к ним отношении.

О значении теоретического наследия Маркса для современного научного знания хорошо сказал Карл Поппер, один из крупнейших социальных философов XX в. и, кстати, научный критик марксизма: «...он (Маркс) на многое открыл нам глаза и обострил наше зрение. Возвращение к домарксистской общественной науке уже немыслимо. Все современные исследователи проблем социальной философии обязаны Марксу, даже если они этого не осознают. Это особенно верно для тех, кто не согласен с его теориями, как, например, я. И я с готовностью признаю, что моя трактовка Платона или Гегеля носит на себе печать марксова мнения»¹.

Социалистическая идея, таким образом, не может исчезнуть – ведь она отражает родившиеся вместе с человечеством мечты о свободном, справедливом, мирном, демократическом, т.е. истинно человеческом обществе.

С другой стороны, и либеральное течение мысли и практики немало дало человечеству. Кстати, и потому, что оно тоже использовало идеи, заимствованные у социалистов, причем под час лучше, чем это делали социалисты. Маркс, таким образом, продолжает жить в мировой философской мысли и сегодня. И он занимает свое место лишь потому, что и другие мыслители имеют свое, только им принадлежащее место. Идеи Маркса-мыслителя входят в ту новую парадигму знания, которая начала формироваться с середины XIX столетия, а сегодня уже представляет собой доминантный стиль мысли в мировой духовной культуре.